Одна ночь

Часть 6

В голове до сих пор не укладывалось, что Сэм это сделал. Почему?

Ей раскрыли секретную информацию, посчитав, что принцесса имела право это знать. Итак, Сэм представил всё так, будто похитил её один. Это не стало новостью — об этом Виолетта поняла ещё из разговора его друзей.

Самое необычное: её кровь была нужна ему для обращения… в неё. Сэм оказался перевёртышем. Ей объяснили, что это значило. По рассказу выходило, что он давно задумал убить принца и ждал подходящего момента. Сначала выпил кровь с ладони приближённого к Фелиппе слуги — если что, воспользоваться его обличием. Но быстро понял — вряд ли получится. У Виолетты намного больше шансов. Особенно, в брачную ночь.

Поэтому Сэм и проделал всё это. Он допустил свадьбу — ведь это единственный способ подвести к возможности остаться наедине. И, понимая, что без последствий принца не убить, раскрылся после убийства сам. Чтобы не подставлять под удар ни о чём не подозревающую принцессу. Это объяснили неким благородством преступника, уверенного, что вершит справедливость.

Виолетта совсем не ожидала услышать такое. Она весь день была в смятении. Не знала, что и думать.

Конечно, для неё всё сложилось идеально. Король и прежде отдавал бразды правления сыну, а сейчас вообще слёг и стал безразличен ко всему. Фактически, власть была в руках Виолетты. Так она сможет вернуть мир и процветание не только своему городу, но и всей стране.

Виолетта даже не мечтала о таком. Не говоря уж, что проблема убийства ненавистного принца решилась сама собой. Понятно, что если бы это сделала Виолетта, скорее всего, попалась бы. И расплатилась своей жизнью.

Да, она предпочла бы наблюдать за смертью Фелиппе от собственных рук, но это был непринципиальный вопрос. Принц в любом случае ответил за свои злодеяния. Говорили, ему вырвали сердце из груди. Это наверняка мучительно.

Всё складывалось как нельзя лучше.

Но всё же… Почему?

Неужели Сэм и вправду всё это время искусно притворялся кровожадным и бесчувственным, а на самом деле оставался благородным? Видел истинное лицо Фелиппе и хотел избавить от него народ?

Но как ему удавалось так притворяться?

Или… Нет, это вряд ли. Сэм был равнодушен к ней — вспомнить хотя бы его реакцию на её выход из ванны, на воспоминания о детстве, на её попытки избежать общения с принцем… Ведь это было при нём. И Сэм не только не выказывал участия, но и вообще не реагировал.

Назло этим мыслям вдруг вспомнился момент на балконе. Как Сэм тогда её держал… Будто искренне волновался, пытался успокоить… Тут же в голове возник и их разговор в саду до его отъезда.

‍ — Я хочу поговорить с убийцей мужа, — заявила она, зная, что её слова теперь приказы для всех.

Слуги всегда были безропотны, а потому без лишних слов провели госпожу в темницу. Но уже там Виолетте пришлось столкнуться со стражами.

— Не думаю, что это необходимо, — осмелился возразить один из них. — Убийца, конечно, повержен и неопасен, но… Кто знает, какие фокусы он выкинет.

Виолетта поняла, что он имел в виду — перевёртыш мог обернуться. Причём даже в неё. И предполагалось, что это вызовет ужас у недавно раненной принцессы. Да ещё и после кошмарной новости о смерти Фелиппе.

Неудивительно, что страж осторожничал со словами — не знал точно, насколько Виолетта в курсе ситуации.

— Я знаю, кто он, — тогда как можно твёрже сказала она. — И ничего не боюсь. Я просто хочу увидеть его, посмотреть ему в глаза и спросить, почему он это сделал. Я знаю, что вы всё выяснили. Но хотелось бы поговорить с ним лично. Только так я смогу успокоиться.

Видимо, роль разъяренной вдовы Виолетта отыграла с блеском — никто ни о чём не заподозрил. Посомневавшись ещё немного, стражи всё-таки проводили её до клетки Сэма. И оставили их одних.

К чему эти оковы? Клетка и так не позволяла выбраться.

Видимо, сущность Сэма напугала всех. Иначе сложно объяснить такие повышенные меры осторожности.

С этой мыслью Виолетта прислушалась к себе. А боялась ли она? И что вообще думала о таком сверхъестественном явлении?

Как оказалось — толком ничего. Перевёртыш так перевёртыш. По крайней мере, теперь понятно, почему он иногда пил капли чьей-то крови.

Сэм не подавал признаков жизни. Вряд ли он вообще заметил, что кто-то пришёл.

На какой-то момент в её груди сильно кольнуло сожалением. Неизвестно, почему он это сделал, но спас её. И уже страдал от этого. А скоро его казнят.

Перед ней вдруг предстало видение с детства — избитый, но не сломленный мальчик.

— Сэм… — неуверенно обратилась Виолетта. — Ты слышишь меня?

Он чуть дёрнулся, как от неожиданного удара. И, наконец, посмотрел на неё.

— Вижу, тебя уже освободили… — немного насмешливо констатировал Сэм. — Прекрасно.

Виолетте не могло показаться — его слова звучали отчуждённо. Так, словно она была заодно с принцем. Скорбела по Фелиппе, ненавидела его убийцу.

Но ведь Сэм не мог так думать! Вспомнить хотя бы их разговор в саду. Да и до этого у него было немало возможностей убедиться в её недовольстве будущим браком.

— Я одна, — вдруг догадалась Виолетта. — Рядом никого нет. Я знаю, я проверяла. Да и никто не осмелится ослушаться моего приказа.

Сэм немного колебался. Стало ясно — он ей поверил. И те слова и вправду сказал, лишь бы она не попалась.

Но… Похоже, Сэм не хотел говорить. В нём словно проходила внутренняя борьба: продолжить диалог или игнорировать её.

Виолетта не представляла, что могло быть у него на уме. Она решила переждать.

— Зачем ты пришла? — наконец, спросил он.

— Я хочу знать правду. Почему ты это сделал?

Её голос дрогнул. Не было нужды уточнять, о чём вопрос, но Виолетта и не смогла бы. Почему-то озвучить совершённое казалось невыносимо трудно. Словно речь шла не об убийстве принца, а о чём-то другом… Гораздо более тревожащим сейчас.

— Принц заслуживал смерти, — хладнокровно ответил Сэм.

Виолетта вздохнула. Почему-то этот ответ вызывал странное чувство… почти разочарование. С чего бы?

— Особенно после того, как поступил с тобой, — вдруг добавил Сэм, уже иначе.

Её сердце пропустило удар. Его ответ был приправлен едва уловимой горечью. А ещё звучал с надломом, будто вымученно. Ему не зря понадобилась пауза.

Непонятно почему, в её памяти вдруг возник поцелуй с принцем возле библиотеки. Неожиданно проникновенный и наполненный большими чувствами, чем все действия Фелиппе по отношению к ней.

— Ты оборачивался им? — прежде чем осознала свой вопрос, спросила Виолетта.

Слова сами слетели с губ и застали её врасплох не меньше, чем, наверное, Сэма. Пауза затянулась, хотя он точно слышал вопрос.

Её сердце заколотилось сильнее.

— Да, — наконец, всё так же ровно признал Сэм. — Я никогда не служил принцу. Волей случая ему стало известно про мою сущность. Я заключил с ним сделку для сохранения тайны. Я должен был выполнить десять его поручений, а потом получить свободу.

Что ж, это многое объясняло. Сэм никогда не вёл себя, как слуги принца. И Фелиппе считался с этим.

И, видимо, Виолетта считала Сэма кровожадным мерзавцем. Сотрудничать с принцем его вынудила необходимость. А своё мнение о Фелиппе он уже высказал.

С другой стороны… Смотря о каких поручениях шла речь. Вряд ли принц предпочёл использовать возможности перевёртыша для глупых «подай-принеси».

Виолетта не решилась уточнить, какими были задания. Было страшно услышать ответ теперь, когда она понимала Сэма? Возможно. Но она предпочла думать, что на откровенную жестокость он не пошёл бы в любом случае.

— Если честно, я так и собирался сделать, хотя знал о его жестокостях, — вдруг продолжил Сэм, словно уловив её мысли. — Не думай, что я лучше, чем есть. По правде говоря, я бы не пошёл на его убийство, если бы не ты.

Конечно, эти слова должны были ужаснуть её. Напомнить, что Сэм ставил свою тайну выше бедствий людей. И, скорее всего, заслужил сегодняшнюю участь.

Но, вопреки здравому смыслу, Виолетта думала о последних словах…. Сэм ещё раз дал понять, что пожертвовал своей свободой ради неё.

Неужели он любил её?

Всё это время?.. Да как такое возможно?!

В памяти снова всплыл поцелуй возле библиотеки, последующие за ним полного раскаяния взгляд и буквально выстраданные слова о сожалении.

— Когда… — Виолетта не узнала свой голос. Сглотнув ком в горле, она постаралась продолжить как можно равнодушнее: — В какие моменты ты оборачивался принцем?

На этот раз Сэм ответил сразу:

— Каждый день с момента, как привёз тебя сюда. Он придумал этот план после… После того, как я вовремя зашёл. Он ужинал с тобой по вечерам. В остальное время это был я.

В других вопросах больше не было смысла — в том поцелуе читалось всё. Сэм действительно любил её. И именно поэтому придумал этот план убийства Фелиппе.

Виолетта вздохнула. Насколько она поняла, во дворце беспрекословно исполнялись приказы господ. Без обсуждений.

Разве принцесса не могла распорядиться отпустить узника? Это будет справедливо, учитывая, на что он пошёл ради неё. И, хотя Виолетта даже не знала, как воспринимать его чувства к ней, на добро стоило ответить добром.

Конечно, это рискованно. Но... Возможно, Сэм поможет придумать решение?

— Не надо. Ты пока только начала править, к тебе присматриваются. Изображай скорбь по принцу. Никто не знал о твоём истинном отношении к нему, кроме меня. Я сохраню эту тайну.

Виолетта машинально кивнула. Она понимала справедливость слов Сэма, но ждала, как он прокомментирует свою участь.

— Для остальных ты — безутешная вдова, тем более что у вас с принцем всё было… — изменившимся голосом добавил Сэм. Небольшая пауза, и продолжил как ни в чём не бывало: — В общем, не беспокойся обо мне. Я обращусь в птицу там, на плахе. Никто не успеет меня схватить или убить — никто не будет ожидать этого. Я говорю это тебе только потому, что не хочу, чтобы ты что-то предпринимала. Сможешь изобразить удивление?

— Да.

Виолетта помолчала, обдумывая его слова. И почему её так задело то, как он упомянул её ночь с Фелиппе?

Захотелось объясниться. Ей и так предстоит долгая роль любящей вдовы. Так пусть хоть сейчас её услышит единственный, кому можно было выговориться.

— Я была с принцем в одну ночь… — нерешительно начала принцесса. Сэм смотрел на неё без осуждения, даже с пониманием, и это позволило ей увереннее продолжить: — Потому что мы заключили сделку. Благополучие Россарио в обмен… — Виолетта презрительно и горько поджала губы. Говорить об этом оказалось сложнее, чем она думала. — Он хотел убедиться, что у меня никого не было.

— Не было бы счастья, — мягко подметил Сэм. — Это в прошлом. Постарайся забыть и жить дальше.

Виолетта перевела дыхание. Последняя фраза напомнила ей слова Сэма, когда он поймал её на балконе: «Больше чтобы ничего подобного». Так же отчуждённо, но в то же время неравнодушно. Это чувствовалось на каком-то подсознательном уровне.

И что тогда, что сейчас, ей показалось: он обращался больше к себе, чем к ней.

— Тебе пора, — вдруг перебил её мысли решительным заявлением Сэм.

Виолетта непонимающе посмотрела на него. Вокруг по-прежнему никого не было.

Значит, эта фраза — его желание.

Причём сказанное так, будто ему практически невыносимо от её присутствия.

Виолетта помедлила. Она боролась с необъяснимо сильным желанием сделать что-то, как-то достучаться до него… Но как? И главное — зачем?

Ведь всё уже сделано. И всё ясно.

Убедившись в бессмысленности своего стремления, Виолетта просто ушла.

Несмотря на это, Виолетта смогла сыграть удивление, когда Сэм всё же взвился птицей. Хотя сильно стараться ей не пришлось – ахающий возглас вырвался сам собой. И пусть это было скорее облегчённое ликование, никто ничего не заподозрил. Её реакцию восприняли так, как хотели.

Конечно, стрелки пытались сбить Сэма, но слишком поздно натянули тетиву. Никто не успел.

А у Виолетты не осталось другого выбора, кроме как распорядиться о погоне и поисках Сэма. Иначе её могли заподозрить.

Каждый раз принцесса выслушивала гонцов с замиранием сердца. Но никому так и не удалось поймать Сэма. Виолетта понимала, что это значит: рано или поздно она сможет ненавязчиво свернуть эти поиски. Сэм получит долгожданную свободу. Пусть даже его дар перестал быть тайной. Оставалось надеяться, что он прекратит обращаться в кого-либо и ничем не выдаст себя. Самое разумное – поменять обличие на малознакомое кому-либо, и оставаться в нём до конца своих дней. Виолетта искренне желала ему счастья. Но она не могла помочь. Лишь надеялась, что Сэм действительно сможет всё забыть и жить дальше – как и сказал ей.

Практически сразу после похорон Фелиппе его отец скончался. К моменту погребения принца король уже продолжительное время лежал без сознания. Поэтому с похоронами тянули – надеялись, что отец всё же сможет попрощаться с сыном. Но он предпочёл последовать за ним.

Все видели, как Виолетта плакала во время церемонии. Никто не знал, что это был выплеск давно сдерживаемых эмоций – горечи, что её родителей так и не похоронили, радости, что за их смерть отомстили и облегчения, что Фелиппе больше никогда её не коснётся. Все подумали, что принцесса оплакивает гибель мужа.

Вскоре Виолетта стала королевой. К тому моменту ей уже доверяли. Более того – уважали и любили. По сравнению с предыдущими правителями она была образцом мудрости и справедливости. Народ перестал нищенствовать. Города потихоньку расцветали.

Виолетта не ожидала, что у неё получится. Но она старалась, общалась с народом, обсуждала решения с приближёнными, рассчитывала наперёд. Кончено, не всё далось сразу. Но Виолетта не бездействовала. Ей было не всё равно на судьбу королевства – это видели и поддержали. Ей помогали. А потому всё пошло в гору.

Прошло два года. Сэма так и не нашли. Как и рассчитывала Виолетта, поиски прекратились. Его даже не вспоминали – она всё сделала для этого.

Графийское королевство процветало. В том числе и Россарио – родной город Виолетты. Королева частенько ездила туда с визитами. В глазах местных она стала чуть ли не святой.

Всё складывалось гораздо лучше, чем ожидала Виолетта. Её люди даже смогли найти и поднять трупы росарийских мятежников со дна. В том числе и её родителей. Королева распорядилась похоронить их с почестями. Теперь она не боялась осуждений. Этот приказ поняли и выполнили без лишних вопросов.

И всё бы отлично, но Виолетта нередко невольно возвращалась мыслями к Сэму. Когда приезжала в Россарио, вспоминала знакомство с ним. Когда возвращалась во дворец – видела его в том самом саду, снова и снова. Гадала, как он сейчас, где бы ни был. И каждый раз грело душу понимание, на что он пошёл ради неё. Она знала, что если бы не Сэм, всего этого бы не было.