Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

Глава 61. Дождь с утра и до вечера

Амалия несколько минут стояла неподвижно, а потом прильнула к окну. Дождь барабанил в стекло. Когда он начался? С утра был такой погожий день. Хотя чему удивляться? Осень берёт своё. Впереди только холода и зима.

Она смотрела не моргая, как подхваченный ветром жёлтый лист покружил в воздухе и упал на крышу дорожного экипажа, возле которого суетились слуги. Несколько сумок багажа были занесены внутрь, а потом появился Маркель. Дождь припустил, превратился в ливень, сплошной стеной отгородил от Амалии любимого. Экипаж тронулся. Сердце остановилось…

Она не знала, сколько времени простояла вот так, глядя на сгущающиеся сумерки, в которых растворилась карета. Тоска завладела всем существом – отключила остальные мысли и чувства. Дождь всё лил и лил. Казалось, он зарядил на целую вечность.

Амалия вернулась к реальности только когда заметила, как от дворца стали отъезжать экипажи господ – гостей музыкального салона. Выходит, мероприятие закончилось? А как же Сюзон? Себастин ведь позволил ей остаться только до завершения салона. Возможно, она тоже уже пакует вещи? Или нет? Поменял ли принц решение после её выступления? Амалия испытала укол совести. Возможно, Сюзон нужна поддержка, а она даже не знает, где та сейчас находится.

Амалия отошла от окна. Надо поискать Сюзон. Но прежде ждало ещё одно дело. Руки до сих пор продолжали прижимать к груди письмо. Амалия зажгла светильники и, сев в кресло, аккуратно раскрыла конверт. Внутри обнаружила чуть пожелтевший от времени лист бумаги. С обеих сторон он был плотно исписан знаками. Знаки казались совершенно незнакомыми. Маркель прав – послание зашифровано. Наверное, Амалия никогда не сможет понять, что здесь написано. Но даже само осознание, что эти символы выведены рукой мамы, уже дарило тепло. Она снова вложила лист в конверт, а сам конверт спрятала под подушкой. Когда вернётся, внимательно изучит каждую чёрточку на этом дорогом сердцу послании.

В коридорах дворца стояла тишина. Гости разъехались. Амалия заглянула в комнату Сюзон – пусто. Ноги сами понесли в камерный зал. Интуиция подсказывала, что именно там нужно искать Сюзон. Но нет – похоже, шестое чувство подвело – за чуть приоткрытой дверью – полумрак. Амалия бесшумно скользнула внутрь. Все светильники потушены. Только неприветливый дождливый вечер заглядывал в окна. Но кроме барабанной дроби бьющихся в стёкла капель, были слышны и другие звуки. Кто-то играл на клавесине. Тихую грустную мелодию. Амалия замерла. Медленно плывущая по пространству музыка оказалась пронзительно созвучна тому, что творилось на душе – резонировала с болью, которая сковывала сердце после прощания с Маркелем.

Амалия поняла, кто сидит за клавесином, когда к звукам инструмента добавился вокал. Голос Сюзон сложно было перепутать с чьим-то другим. Но в этот раз он играл совсем другими красками – чист, прост, прозрачен и пронизан тоской.

Дождь… с утра и до вечера…

Дождь… с утра и на плечи мне…

Дождь смоет слёзы с моих горячих щёк.

Осень, сжалься, отпусти печаль за порог.

* * *

Дождь… беспощадная тоска-вода

Цель наметила – в сердце бьёт.

Больно так мне не было никогда.

Эта рана без него не заживёт.

* * *

Дождь… с утра и до вечера…

Дождь… с утра и на плечи мне…

Дождь промочил судьбу насквозь.

Дождь, не смогу я жить с любимым врозь…

Амалия ощутила, что по щекам текут слёзы. Захотелось подойти, обнять Сюзон. Но вдруг боковым зрением она увидела, что в зале есть ещё один человек. Он не замечал Амалию. Неподвижно стоял, прислонившись спиной и затылком к колонне, и смотрел на силуэт за клавесином. Себастин.

Амалия выскользнула из зала так же тихо, как и зашла.