Неженка и космодесант

Глава 49. А потому, что с Ней не надо света

Шэор

Я прихожу в себя в мягких сумерках регенерационной капсулы: полупрозрачная крышка дрожит легким свечением, вокруг — приятная прохлада.

Воздух чуть сладковато пахнет то ли лекарствами, то ли снотворным.

Внутри разливается ощущение покоя: никакой жгучей боли в бедре, никакой подкашивающей слабости.

Тело уже почти не помнит ран.

На всякий случай двигаю рукой в поисках ранения. Ничего. Подлатали.

На душе спокойно. Странное, непривычное чувство. После всего, что случилось. Теперь — все как надо. Правильно. И-д-е-а-л-ь-н-о!

Пальцы помнят ее тело, и губы — ее губы, кожа мгновенно воспламеняется от воспоминаний о ней, о ее мягкости и податливости. как она открывалась. Как она отдавала всю себя — мне.

Воспоминания.

Обрушиваются не жалея. Разматываются в пугающем обратном отсчете от момента “Лиля стонет подо мной” до…

Испуганная Лиля в своей комнате.

Оповещение систем корабля о прибытии следователя.

Странный следователь, упрямо гнущий свою линию и готовый умереть за нее.

Как и я. За мою девочку. МОЮ. Давно ее присвоил.

Но проклятое нутро не давало самому себе даже в этом признаться. Тем более, — другим. Врал, что это просто инстинкт. Или что давно не было женщины.

У меня.

У нас всех.

Слушал братьев и не понимал, чего они с ней так носятся. И сейчас меня прошивает волной жгучего стыда. Я кажется понял, — почему. И сам готов отныне с ней носиться, еще больше чем братья, чем все живые существа в бескрайней Вселенной. Никто не может ее любить, как я.

Болезненно. Сладко. Исступленно.

Лишь бы это не оказалось слишком поздно.

Лиля. Обычная земная девчонка.

Я мимо бы прошел. А я и прошел

Зато Ард не пропустил. Да и Рэй сразу понял.

Выходит, они молодцы, а я — дурак. Дурак вдвойне, что обманывал сам себя. Делал вид, что я каменный. Что мне все равно.

Только все равно ни разу не было. С самого начала, с первого взгляда.

Просто удобней было маскировать вулкан чувств злостью и подозрениями.

Теперь — все в прошлом. Она — моя. И что бы не случилась, будет моей. у меня есть целая жизнь, чтоб ей это доказать. Искупить свою вину.

Близость, которая случилась словно смыла все ненужное, наносное. Оставила только главное: она и есть моя кэйтра.

Наша.

Та, что связывает нашу тройку и дарит нам то, чего ни у кого из нас не было раньше. Любовь.

Перед глазами мелькают обрывки картинок нашей близости:

Ее губы.

Ее руки.

Упругие горошинки сосков, сами просящиеся в руки.

Досадливо морщусь, вновь вспомнив, как изводил ее и себя подозрениями.

Горько, что я все испортил. Мог испортить.

И стыдно еще больше от того, что она не затаила обиды. Не задумываясь, бросилась под руку этой твари, лишь бы отвести выстрел от меня, хотя могла и погибнуть.

Ладони сами сжимаются в кулаки, как представлю, что могло случиться.

Действовал на адреналине, бросился к ней. А если б я не успел?? Что бы тогда?

Братья бы не простили.

Да и не пришлось бы мне ждать их прощения. Я бы сам себя не простил.

Скриплю зубами.

Шерзова дознавателя следовало прикончить. Надеюсь, он отдал концы. Если нет, то я ему не завидую. Убью к Шерзу. Мучительной смерти для него хочется. До-о-о-олгой. За то, что посмел покуситься на мою девочку.

Потом прибью Лилю. Зачем она вернулась? Разве можно подвергать свою жизнь риску?

Вздыхаю. Жертвенная девочка. Не задумываясь, ставит жизнь любого из нас выше своей.

На душе и теплеет, и тут же ураган разворачивается. Вот что с ней делать?

И как просить прощения? Она ведь отмахнётся, скажет, что все понимает.

«Прости, Лиля!» — мысленно повторяю я, сжимая кулаки. Похоже, эта фраза въелась кислотой в мозг. — “Если бы я сразу поверил, что ты не враг… что ты — наша… не подвергал бы тебя всем этим убийственным ситуациям.»

Вздыхаю и, стараясь не нарушить царящей тишины, медленно приподнимаюсь на локтях, чтобы выбраться из капсулы.

Тело откликается охотно, мышцы вновь послушны. Похоже, регенератор отработал на полную.

Усмехаюсь: что ж, после Лили ему было не сложно.

Не успеваю и двух шагов сделать, как лепестки дверей медотсекка разъезжаются с тихим шелестом, впускают братьев. Будто они ждали, когда я сам из капсулы вылезу, чтоб сразу же войти.

— Ты как? — спрашивают в унисон. Тревожатся.

Коротко киваю:

— Нормально. Жив. Лиля где?

Рэй перехватывает мой взгляд:

— Спит. Выложилась с тобой по полной! Мы до сих пор не можем поверить, что… — он замолкает, бросив взгляд на Арда.

Ард не щадит, как Рэй, мои чувства:

— Если бы не Лиля, боюсь, мы бы потеряли тебя, брат. — Смотрит сурово. Будто я во всем виноват.

Но я вины и не отрицаю. Голова сама склоняется вниз.

Рассматриваю покрытие пола медотсека. Чистое. Блестит. Глаза поднимать не хочется. Сложно.

Сжимаю кулаки, ощущая прилив вины и нежности одновременно. Коктейль тот еще. Бьет по нервам.

— Она нам все рассказала, — аккуратно дополняет младший, — Оружие мы изъяли. Вальгарцев задержали.

— Вальгарцев? Он не один был? Как вы успели? — спрашиваю.