15

Понедельник. Вторая половина дня

Виктор вышел из здания часовой башни. День, с утра солнечный, стал облачным и ненастным. Джордж как бы случайно достал и спрятал обратно в голенище нож. Действие произвело желаемый эффект. Виктор понял, что для этого человека убийство было делом привычным.

Хотя он и пообещал Маше что-нибудь придумать, но плана действий у него пока не было. Он находился в состоянии какого-то оцепенения.

Он прошел к себе в приемную. За ним молча следовал Джордж.

Когда они проходили мимо стола Коллин, она вскочила, схватив со стола пачку бумажек с записью телефонных звонков. Виктор остановился у двери своего кабинета и, повернувшись к Джорджу, сказал:

– Вам придется посидеть здесь.

Джордж прошел мимо Виктора в кабинет так, как будто и не слышал этих слов. Увидев это, Коллин пришла в ужас. Особенно испугало ее то, что Джордж был в форме службы безопасности «Кимеры».

– Мне вызвать охрану? – шепнула она Виктору. Виктор ответил, что в этом нет необходимости.

Пожав плечами, Коллин стала докладывать Виктору о звонках.

– Я пыталась вам дозвониться, – начала она. – Мне нужно...

Виктор взял ее за руку и немного подтолкнул назад в приемную так, чтобы можно было закрыть дверь.

– Потом, – сказал он.

– Я хотела... – снова начала было Коллин, но дверь уже закрылась.

Джордж уже удобно устроился на диванчике в задней части комнаты и занялся своими ногтями.

Виктор сел за стол. Сразу же зазвонил телефон, но Виктор не стал снимать трубку. Он знал, что это звонила Коллин. Виктор взглянул на Джорджа. Тот, не переставая полировать ногти, во весь рот ухмыльнулся.

Виктор обхватил голову руками. Ему нужно было продумать план действий. Но Джордж мешал ему сосредоточиться. Всем своим поведением он как бы говорил: «Да, я убийца. Я сижу у тебя в кабинете, а ты и пальцем не смеешь шевельнуть, чтобы выставить меня отсюда».

– Что-то я не вижу, чтобы вы работали, – вдруг подал голос Джордж. – Виктор-младший говорил, что вам нужно уйти, поскольку у вас много работы. Не лучше ли вам заняться делами, пока я не позвонил ему и не сообщил, что вы просто сидите за столом и ничего не делаете.

– Я пытался собраться с мыслями, – ответил Виктор. Он нажал кнопку внутренней связи. Когда Коллин ответила, он попросил ее зайти в кабинет и рассказать о поступивших звонках.

~~

В течение первого часа Маша пыталась занять себя чтением научных журналов, которые нашла в книжном шкафу. Но они были слишком сложными для нее: в основном теория и эксперименты в области биологии, физики, химии. Она поднялась, походила по комнате, даже попробовала открыть дверь, но, как и ожидала, дверь была заперта.

Она опять села и стала размышлять о том, какие действия сможет предпринять Виктор. Да, ему придется поломать голову. Виктор-младший был исключительным противником. Его трудно будет переиграть. Для этого, кроме прочего, необходим огромный запас моральных сил. Маша вспомнила о его экспериментах по ФРН и засомневалась, найдет ли он их в себе, эти силы.

Замок щелкнул, и в дверях появился Виктор-младший.

– Я думал, может, тебе захочется немного пообщаться, – сказал он бодро. – Я хочу, чтобы ты кое с кем поздоровалась.

Он отступил в сторону, и в комнату вошла улыбающаяся Мэри Миллман.

Маша встала, не находя слов.

– Миссис Фрэнк! – воскликнула Мэри, пожимая Маше руку. – Мне так хотелось вас увидеть. Но я думала, что мне придется по крайней мере ждать еще год. Как вы поживаете?

– По-моему, нормально, – ответила Маша.

– Думаю, вам есть о чем поговорить, – сказал Виктор-младший. – Я оставлю дверь открытой. Если вы проголодаетесь или захотите чего-нибудь выпить, скажите людям Мартинеса. Они все сделают.

– Спасибо! – улыбнулась Мэри. – Ну разве это не замечательно? – обратилась она к Маше, когда Виктор-младший вышел.

– Он уникальный ребенок, – ответила Маша. – А как ты сюда попала?

– Это для вас неожиданность, не так ли? Да и для меня самой тоже. Я вам расскажу, как все получилось.

~~

– Что еще? – спросил Виктор. Коллин сидела на своем обычном месте, прямо напротив него. Джордж удобно расположился на диване. Коллин еще раз просмотрела свои бумаги.

– По-моему, все. Я еще могу чем-нибудь вам помочь? – Она многозначительно указала глазами в сторону Джорджа.

– Нет. – Виктор подписал последнюю бумагу. – Я поеду домой. Если будут какие-либо вопросы, звони туда.

Быстро взглянув на часы, Коллин снова подняла глаза на шефа.

– Все в порядке? – спросила она. Как-то странно он себя ведет с того момента, когда вернулся в кабинет в сопровождении этого охранника.

– Просто классно, – ответил он, убирая ручку в стол.

Коллин работала с Виктором семь лет. За все годы он ни разу не употреблял этого слова. Она встала, с неприязнью взглянула на Джорджа и вышла из комнаты.

– Пора идти, – сказал Виктор Джорджу.

Джордж встал.

– Мы возвращаемся в лабораторию?

– Я лично собираюсь домой, – ответил Виктор, надевая пальто. – А куда собираетесь вы, мне неизвестно.

– Я пойду с тобой, дружок.

Виктор подумал, как бы не возникли какие-нибудь трудности при выезде из «Кимеры». Но охранник на воротах отсалютовал ему как обычно. То, что в машине Виктора сидел еще человек в форме охраны, не вызвало у него никаких подозрений.

Когда они переезжали через Мерримак, Джордж включил радио. Пошарив в поисках волны, он нашел испанскую станцию, поставил звук на полную мощность и стал отбивать пальцами ритм.

Виктору было ясно, что первое препятствие, которое нужно устранить, – это Джордж. Подъезжая к дому, он обдумывал возможные обходные пути. Под сараем был подвал с прочной тяжелой дверью. Но как заманить туда охранника?

Когда они вышли из машины, Виктор опустил дверь гаража. Он подавил в себе желание огреть Джорджа чем-нибудь тяжелым, как это сделали с ним самим, когда он первый раз пытался проникнуть в лабораторию сына. Виктор открыл дверь в гостиную и подождал, пока войдет Джордж, который настоял на том, чтобы идти сзади.

Виктор снял пальто и бросил его на диван. Будучи реалистом, он понимал, что драться с Джорджем бесполезно. Надо придумать что-то еще. Но что именно?

Так и не решив, что предпринять, Виктор зашел в ванную на первом этаже. На глаза попался пузырек с аспирином. Он вспомнил о старом саквояже врача, который ему вручили, когда он стал студентом четвертого курса. Виктор часто им пользовался во время практики и помнил, что в нем до сих пор оставалось много лекарств.

Выйдя из ванной, он увидел, что Джордж уже сидит в гостиной перед телевизором, шаря по каналам. Виктор пошел на второй этаж. К сожалению, охранник последовал за ним. Но в кабинете на втором этаже он опять уселся перед телевизором. Виктор зашел в кладовку и нашел черный портфель.

Взяв оттуда горсть веронала, секонала и валиума и высыпав таблетки в карман, Виктор запихнул портфель обратно и вернулся в кабинет. Джордж смотрел испанскую программу кабельного телевидения.

– Обычно я пропускаю стаканчик, когда прихожу домой, – сказал Виктор. – Вы что-нибудь будете?

– А вы что будете? – спросил Джордж, не отрывая глаз от экрана.

– Да что угодно. Например, как насчет двух «Маргарит»?

– А что это такое?

Вопрос удивил Виктора. Он почему-то думал, что «Маргарита» – известный южноамериканский напиток. Может быть, он больше известен в Мексике, чем в Южной Америке?

Он рассказал Джорджу, из чего состоит коктейль.

– Я буду то же, что и вы, – ответил Джордж. Виктор пошел на кухню. Джордж последовал за ним, перебравшись к телевизору в гостиной. Виктор достал все ингредиенты и быстро приготовил напиток в небольшом стеклянном кувшине, а затем, удостоверившись, что Джордж по-прежнему смотрит телевизор, открыл капсулы и высыпал их содержимое в коктейль. Он энергично размешал зелье, но на дне все-таки оставался осадок. Пришлось воспользоваться миксером. Посмотрев на напиток против света, Виктор убедился, что на этот раз осадка не было. Эта смесь могла свалить с ног кого угодно, хоть полостную операцию делай без дополнительного наркоза.

Виктор сделал маленький глоток. Коктейль имел горьковатый привкус, но если Джордж никогда раньше не пробовал «Маргариту», он ничего не заподозрит. Себе же он быстро приготовил напиток из лимонного сока. Когда все было готово, он взял два полных стакана и кувшин и отнес их на кофейный столик.

Не отрываясь от телевизора, Джордж взял свой стакан. Виктор сел на диван и тоже стал смотреть телевизор. Показывали какую-то мыльную оперу. Даже не зная испанского, Виктор довольно быстро понял, что происходит на экране.

Краем глаза он наблюдал, как Джордж выпил то, что было у него в стакане, затем подлил себе еще из кувшина. Виктор был доволен, что его напиток пришелся по вкусу. Джордж начал часто моргать. Он уже не мог сконцентрироваться на экране. Видимо, алкоголь способствовал более быстрому проникновению лекарств в кровь. Джордж лишь слегка пригубил вторую порцию – и уже едва мог держать глаза, открытыми.

Внезапно он попытался подняться на ноги. Видимо, осознав, что произошло, он швырнул свой стакан через комнату и потянулся к телефону – Виктор схватил его поперек туловища, чтобы помешать ему. Джордж даже полез за ножом, но его движения уже были слишком медлительны и неуверенны. Виктор с легкостью разоружил его. Еще через минуту Джордж заснул, и Виктор положил его на диван. Он сходил наверх, принес шприц и ввел еще десять миллиграммов валиума внутримышечно – на всякий случай. Затем, протащив неподвижное тело через двор, он спустил его в подвал. Завалив его одеялами и половиками, чтобы тот не замерз, он захлопнул дверь и запер ее на большой висячий замок.

Возвратясь в дом с чувством удовлетворения от сделанного, он хотел было спокойно все обдумать, но в это время зазвонил телефон. Звонок испугал его. Мог ли кто-то звонить Джорджу или, может быть, Джордж должен был сам делать контрольные звонки? Виктор не стал поднимать трубку. Вместо этого он надел пальто и пошел к машине. Так и не придумав ничего лучшего, он решил отправиться в полицию.

Отделение полиции находилось в парке. Это было двухэтажное кирпичное здание с двумя медными фонарями у входа.

Виктор припарковался на стоянке для посетителей. Уезжая из дома, он почувствовал облегчение от того, что наконец принял окончательное решение, и с нетерпением ждал момента, когда сможет переложить все это дело на плечи кому-нибудь другому. Однако теперь, поднимаясь по лестнице между двумя фонарями, он уже не чувствовал такой уверенности в том, что обращение в полицию было правильным ходом в данной ситуации.

В нерешительности Виктор постоял у двери. Больше всего он волновался за Машу, но были и другие причины для волнения. Как Виктор-младший и говорил, полиция наверняка окажется бессильной в данной ситуации, и его сын все равно останется на свободе. Система законов ничего не могла сделать даже с обычными панками. Что уж говорить о десятилетнем мальчишке, интеллект которого в два раза превосходит интеллект Эйнштейна!

Виктор все еще стоял и раздумывал, стоит ли ему обращаться в полицию, когда дверь отворилась и из нее выскочил сержант Серулло, чуть было не сбив Виктора с ног.

Серулло подхватил фуражку, слетевшую с головы, и извинился. Только тогда он узнал Виктора.

– Доктор Фрэнк! – удивился сержант и, еще раз извинившись, спросил: – Что привело вас к нам?

Виктор попытался было с ходу выдумать какую-нибудь правдоподобную историю, но не смог: он был слишком озабочен действительностью.

– У меня неприятности. Мне можно с вами побеседовать?

– Извините, у меня ужин. Нам приходится есть, когда предоставляется возможность. Но там остался Мерфи, он вам поможет. Когда я вернусь с ужина, то обязательно проверю, как вас приняли. Счастливо.

Серулло, дружески хлопнув "Виктора по руке, открыл ему дверь. Раздумывать было поздно. Виктор вошел внутрь.

– Эй, Мерфи! – крикнул Серулло, придерживая дверь ногой. – Это доктор Фрэнк, мой друг. Повнимательнее к нему отнесись, понял?

Мерфи был мясистый, краснолицый, веснушчатый ирландец. Полицейский, сын полицейского, который, в свою очередь, тоже был сыном полицейского. Он внимательно посмотрел на Виктора сквозь бифокальные линзы.

– Сейчас я вами займусь, – сказал он. – Садитесь.

Он указал на изрезанную дубовую скамью, а сам продолжил заполнять какой-то бланк.

Сидя на указанном ему месте, Виктор продумывал предстоящий разговор. Он представлял себе, как сейчас начнет рассказывать о том, что у него есть сын, гениальный ребенок, который выращивает новую разновидность человека – с ограниченными умственными способностями – в стеклянных сосудах и который убивает людей, чтобы защитить свою секретную лабораторию, построенную на средства, полученные путем шантажа расхитителей, действовавших в фирме его отца. Уже сама попытка найти подходящие слова для рассказа обо всей этой истории убедила Виктора, что ему никто не поверит. А даже если кто-то и поверит, то что дальше? Нет никакой возможности доказать, что Виктор-младший вызвал смерть этих людей намеренно. Все это выглядит как совпадение. Что касается лабораторного оборудования, так оно тоже не было украдено, а если и было, то уж, во всяком случае, не Виктором-младшим. Производство наркотиков? Наверное, бедный мальчик был силой принужден к этому иностранным наркодельцом.

Виктор прикусил губу. Мерфи все продолжал возиться с бланком, держа ручку в своей мясистой руке и слегка высунув кончик языка. Он не поднимал глаз, и Виктор продолжил свои размышления. Он представил себе, как Виктор-младший входит в одну дверь судебно-правовой системы и выходит через другую. У него есть сверхсовременная лаборатория, в которой можно делать все. И он уже доказал свою решимость устранить всех, кто осмеливался становиться на его пути. Интересно, долго ли они с Машей проживут при данных обстоятельствах?

Виктору пришлось признаться самому себе, что его эксперимент прошел слишком успешно. Как говорила Маша, он не предвидел, к чему приведет этот успех. Он был слишком увлечен самим экспериментом, чтобы подумать о его результатах. Виктор рассчитывал получить сверхгениального ребенка, но его сын представлял собой нечто совсем иное. Общество еще было не готово к общению с таким странным явлением, какое представлял собой Виктор-младший. Это то же самое, как если бы он был инопланетянином.

– Так, – сказал Мерфи, кидая бланк в проволочную корзинку для бумаг, стоявшую на краю стола. – Чем мы можем быть вам полезны, доктор Фрэнк? – Он пощелкал пальцами, пытаясь снять напряжение после работы ручкой. Без особой уверенности Виктор встал и подошел к его столу. Мерфи оценивающе взглянул на него своими голубыми глазами. Над его тесным воротничком нависли складки шеи.

– Так, ну что у вас, доктор? – спросил Мерфи, откидываясь на спинку стула и упираясь в стол огромными толстыми руками. Вероятно, он был тем самым полицейским, которого вы с нетерпением ждете, чтобы он воздействовал на мальчишек, свинтивших колпаки с машины или укравших радио.

– У меня проблемы с сыном, – начал Виктор. – Мы выяснили, что он пропускал школьные занятия, чтобы...

– Простите, доктор. Может, вам лучше поговорить с общественными воспитателями, что-нибудь вроде этого?

– Боюсь, что общественные воспитатели здесь уже не помогут. Он вступил в связь с уголовными элементами и...

– Извините, что я опять вас перебиваю. Может, тогда лучше к психологу. Сколько лет вашему сыну?

– Десять. Но он...

– Должен вам сказать, что к нам никаких сигналов на него не поступало. Как его зовут?

– Виктор-младший. Я знаю, что...

– До того как вы продолжите, я скажу вам, что у нас возникает очень много проблем, когда мы работаем с детьми. Если ваш сын сделал действительно что-то очень плохое – вломился в дом к вдове, например, тогда, может быть, имеет смысл обращаться к нам. В остальных случаях, я думаю, вам больше поможет психолог и некоторые старомодные средства воспитания. Вы понимаете мою мысль?

– Да. Думаю, вы абсолютно правы. Спасибо, что уделили мне время.

– Не стоит, доктор. Я с вами был совершенно откровенен, раз вы друг Серулло.

– Спасибо, – еще раз поблагодарил Виктор, вставая. Он вышел из здания и сел в машину. Его охватила паника. С внезапной ясностью он осознал, что ему придется бороться с Виктором-младшим один на один. Отец против сына, созидатель против творения рук своих. К горлу подступила тошнота. Он уткнулся лбом в руль. Его внезапно кинуло в пот.

Неожиданно Виктор вспомнил обещание Авраама из Ветхого Завета, который он учил ребенком. Однако здесь было два существенных различия. Во-первых, вряд ли Господь вмешается в данной ситуации, во-вторых, Виктор знал, что не сможет убить собственного сына. Тем не менее становилось все яснее, что остаться придется кому-то одному из них.

Кроме того, как быть с Машей? Как он собирался освободить ее? И опять его окатила волна страха. Он понимал, что нужно действовать быстро, пока Виктор-младший не перехватил инициативу. Кроме того, он боялся, что, если не предпримет никаких мер прямо сейчас, он потеряет свою решимость.

Виктор завел машину и поехал, скорее по привычке, домой. Его мысли метались в поисках плана. Выйдя из машины, он первым делом проверил Джорджа. Тот спал сном младенца под грудой одеял и половиков. Виктор наполнил водой бутылку и поставил ее около его изголовья.

Войдя в дом, он услышал зловещий телефонный звонок. Брать трубку? Или не надо? А что, если это Маша? После четвертого звонка Виктор все же снял трубку и неуверенно поздоровался. На другом конце провода мужской голос с сильным испанским акцентом попросил Джорджа.

Виктор растерялся. Просьбу повторили уже более настойчиво.

– Он в туалете, – наконец ответил Виктор.

Даже не зная испанского языка, Виктор почувствовал, что его не поняли.

– Туалет! – крикнул он. – В туалете!

– Ладно, – сказал голос.

Виктор повесил трубку. И опять, словно электрически разряд, волна страха прошла через его тело. Время давило на Виктора, он чувствовал себя пассажиром поезда, на полном ходу приближавшегося к обрыву. Джордж мог находиться в туалете только короткое время, а потом в их дом прибудет армия вроде той, которая посетила Гефардта.

Виктор несколько раз сильно ударил рукой по столу. Он надеялся, что боль от удара заставит его собраться, приведет в чувство, поможет придумать выход.

Первая мысль была поджечь здание. Надо было провернуть что-то такое, что поможет раз и навсегда покончить с этой историей. Но ведь огонь можно потушить. В данном случае сделать полдела было хуже, чем вообще ничего не делать, потому что тогда Виктору придется противостоять ярости собственного сына, помноженной на мускулы Мартинеса.

Взрыв будет значительно лучше, решил Виктор после некоторого размышления. Но как эту идею осуществить? Виктор был уверен, что он сможет собрать небольшое взрывное устройство, но оно наверняка не будет достаточно мощным, чтобы взорвать все здание.

Он придумает что-нибудь, но сначала ему надо вытащить из башни Машу. Войдя в кабинет, Виктор нашел фотокопии плана здания, которые сделал, когда пытался найти вход в тоннель. Он надеялся, что сможет вывести Машу через один из этих тоннелей. Но, изучив поэтажный план, Виктор обнаружил, что ни один из тоннелей не входил в здание поблизости от жилого помещения, в котором была заперта Маша. Он сложил планы и сунул их в карман.

Телефон опять зазвонил, еще больше напрягая и так уже до предела натянутые нервы. Виктор не стал снимать трубку. Он знал, что пора уходить из дома. Виктор-младший или команда Мартинеса наверняка заподозрят неладное, если Джордж не будет выходить на связь. И кто может знать, когда они сюда прибудут?

К тому времени как Виктор вывел машину из гаража, уже стемнело. Он включил фары и поехал в «Кимеру», моля Бога о том, чтобы он послал ему план спасения Маши и избавления мира от этой шкатулки Пандоры его собственного изготовления.

Внезапно Виктор резко нажал на тормоз – машина с визгом остановилась у обочины. Каким-то чудесным образом у него в голове вдруг начал складываться план. Фрагменты стали соединяться, образовывая общую картину. «Это, пожалуй, может получиться», – сказал он самому себе. Через несколько секунд машина снова понеслась вперед.

Виктор едва сдерживался, въезжая на территорию «Кимеры». Он оставил автомобиль рядом с входом в здание, где находилась его лаборатория. Уже было поздно, сотрудники ушли, и в помещении стояла полная тишина. Повозившись с ключами, он отпер дверь, вошел в лабораторию и заставил себя успокоиться. Он сел в кресло, закрыл глаза и расслабил мускулы. Постепенно пульс начал замедляться. Виктор знал, что, для того чтобы выполнить первую часть плана, ему надо как следует собраться: здесь нужна была твердая рука.

В лаборатории было все необходимое: глицерин, серная и азотная кислота, сосуд с охлаждающими отверстиями. Сейчас, впервые за многие годы, окупились долгие часы, проведенные в химической лаборатории колледжа. С легкостью он соорудил систему нитрификации глицерина. Пока шел процесс нитрификации, он подготовил ванну для нейтрализации. Наиболее сложная часть приготовлений происходила с применением сушильного аппарата, который он установил в вытяжном шкафу.

Виктор достал часовое устройство, несколько батареек и присоединил запал. Следующий шаг был самым ответственным. В лаборатории имелось немного гремучей ртути. Виктор аккуратно упаковал ее в маленький пластиковый контейнер. Очень осторожно он заложил туда запал и опустил крышку.

К этому времени нитроглицерин достаточно подсох, чтобы его можно было переложить в небольшую банку из-под соды, которую он нашел в мусорном бачке. Когда она заполнилась примерно на четверть, Виктор тихонько опустил в нее контейнер с запалом. Затем он добавил оставшийся нитроглицерин и запечатал банку воском. Теперь надо было найти, во что все это упаковать. В кабинете одного из техников Виктор обнаружил виниловый «дипломат». Открыв замки, он бесцеремонно высыпал все его содержимое на стол.

У себя в кабинете он скомкал несколько бумажных полотенец, чтобы соорудить мягкую прокладку между стенками портфеля и взрывным устройством, и аккуратно уложил на них банку из-под соды, батарейки и часовой механизм. Затем он добавил еще несколько полотенец, так чтобы в портфеле не оставалось свободного места. Мягко надавив на крышку, он закрыл ее и застегнул замки.

Виктор достал схему тоннелей и еще раз внимательно просмотрел ее. Один из основных подземных коридоров соединял здание часовой башни со зданием, в котором находился кафетерий. Особенно удачным было то, что недалеко от часовой башни тоннель имел ответвление в западном направлении.

Стараясь максимально осторожно нести портфель. Виктор направился к кафетерию. Он быстро спустился по центральной лестнице в подвальный этаж и без труда открыл массивную дверь в тоннель, ведущий к часовой башне.

Виктор включил фонарик, прихваченный из лаборатории. Сложенный из крупных камней, тоннель напоминал египетские гробницы. Виктор мог видеть вперед только на сорок футов, потому что дальше проход резко поворачивал налево. На полу валялся мусор и булыжники, среди которых струился ручеек, образовывавший на своем пути к реке черные лужицы.

Глубоко вздохнув, он шагнул в холодный, влажный воздух тоннеля и закрыл за собой дверь. Фонарь прорезал темноту ярким лучом.

Виктор начал осторожно двигаться вперед. Он не имел права на ошибку: слишком много было поставлено на карту. Он продвигался по центральному стволу тоннеля, от которого отходило множество ответвлений. По мере приближения к реке все явственнее ощущался гул водопада.

Что-то скользнуло по его ноге. Он резко отшатнулся, чуть не выронив портфель. Успокоившись, посветил назад. В луче фонаря сверкнули два глаза. Виктора передернуло: на него уставилась крыса размером с кошку. Собрав всю свою смелость, он двинулся дальше.

Но уже через несколько шагов он чуть не упал на ставший почему-то скользким пол. Ему удалось сохранить равновесие, уперевшись спиной в стенку тоннеля. Если бы он упал, его опасная ноша наверняка бы взорвалась.

И снова Виктор продолжил свой полный препятствий путь. Наконец он достиг ответвления, которое отходило от основного ствола под нужным углом. Должно быть, этот коридор вел на запад. Он пошел по нему, пока не оказался в подвальном этаже сооружения, стоявшего рядом с часовой башней, чуть выше по реке.

Увидев лестницу, Виктор выключил фонарь. Он не мог рисковать: отблески света могли быть замечены из часовой башни.

Следующие сорок футов оказались самыми сложными. Он боялся упасть, поэтому сначала одной ногой нащупывал дорогу, а затем, убедившись, что стоит на твердой поверхности, переносил другую ногу. Наконец он добрался до лестницы. Поднявшись из подвала на первый этаж, он подошел к ближайшему окну и выглянул наружу. На небе уже светил месяц. Минут десять Виктор наблюдал за зданием часовой башни. Никого не было видно. Затем он взглянул в сторону реки. Примерно в сорока футах от того места, где он находился, старый шлюз отделялся от реки, проходя по направлению к часовой башне и впадая в ее тоннель.

Последний раз взглянув на башню и убедившись, что охранников поблизости нет, он вышел из здания и быстро пошел к шлюзу. Ему пришлось идти, пригибаясь к земле: сейчас его было легко заметить.

На дно шлюза вела лестница, начинавшаяся сразу около ворот, запиравших реку. Виктор быстро спустился по ступенькам, прижимаясь к гранитной стене, чтобы оставаться незаметным. Достигнув дна, он с облегчением обнаружил, что отсюда была видна только часть башни. Значит, его никто не мог заметить с первого этажа.

Виктор подошел к ржавым дверям, которые сдерживали напор воды из запруды. Старые массивные ворота были труднопроницаемой преградой для воды: по дну шлюза струился лишь небольшой ручеек.

Нагнувшись, Виктор положил портфель на дно. Осторожно раскрыв замки, он поднял крышку. Устройство прекрасно перенесло путешествие. Теперь оставалось только установить часовой механизм.

На какое время поставить часы? Слишком малый промежуток был бы катастрофой. Слишком большой – тоже. Основное преимущество должно быть достигнуто за счет неожиданности. Но как рассчитать, сколько времени понадобится на то, чтобы вытащить Машу из часовой башни? В конце концов он решил, что тридцати минут будет достаточно. В свете фонарика он открыл часовой механизм и установил минутную стрелку таймера.

Виктор погасил фонарь и закрыл крышку «дипломата». Глубоко вздохнув, он отнес портфель к воротам шлюза и втиснул его между левой дверью и стальной опорой, которая ее поддерживала. Опора была укреплена единственным ржавым болтом. Этот болт был самым уязвимым местом механизма, поэтому Виктор постарался протолкнуть «дипломат» как можно ближе к нему. После этого он поднялся по гранитным ступеням.

Виктор еще раз взглянул на часовую башню, ища признаки жизни. Но все было тихо. Низко наклонив голову, он бегом вернулся обратно и спустился в тоннель. Он быстро шел назад, к зданию кафетерия, уже жалея, что оставил себе слишком мало времени на последующие действия.

Выйдя из здания, Виктор побежал к реке, перейдя на шаг, только когда в виду показалась часовая башня. Когда он встретится с сыном, он должен выглядеть спокойным и невозмутимым. Он не хотел, чтобы его возбужденный вид навел кого бы то ни было на подозрения.

Виктор подошел к ступеням здания и выждал минуту, чтобы установилось дыхание. Взглянув на часы, он пришел в ужас. У него оставалось только шестнадцать минут. «Боже мой», – прошептал он и кинулся внутрь.

Подбежав к люку, Виктор трижды постучал. Однако никто не открывал – он постучал громче. Люк по-прежнему не открывался, и Виктор стал уже шарить по полу в поисках металлического штыря, которым он воспользовался в прошлый раз, но в это время крышка люка поднялась, и он увидел одного из охранников.

Виктор спустился вниз.

– Где Виктор-младший? – спросил он, стараясь казаться спокойным.

Охранник указал на комнату, в которой находились сосуды с зародышами. Виктор двинулся было в этом направлении, но вдруг дверь комнаты открылась и на пороге появился Виктор-младший.

– Папа? – с удивлением сказал он. – Я не думал, что ты придешь до утра.

– Я не мог оставаться дома, здесь слишком много интересного для меня, – улыбнувшись, ответил Виктор. – Я разобрался со своими неотложными делами. Теперь очередь мамы. У нее пациенты, они ждут ее. Ей нужно сделать обход больных в клинике.

Виктор отвел глаза от сына и обвел взглядом комнату. Ему надо было продумать, где он будет находиться в критическую минуту. Наверное, лучше всего стоять как можно ближе к лестнице. Рядом с ней был установлен газовый хроматограф, и Виктор решил, что сделает вид, будто рассматривает прибор.

В том месте, где шлюз входил в здание, было отверстие, прикрытое самодельным щитом. Виктор прикинул силу воды, которая хлынет в помещение после взрыва. По его предположению, сила воды в сочетании с предшествующей ударной волной от взрыва поколеблет основание здания и вполне сможет опрокинуть его. Между взрывом и тем моментом, когда вода проникнет в помещение, пройдет около двадцати секунд.

– Мне кажется, еще слишком рано выпускать маму, – сказал Виктор-младший. – Кроме того, Джорджу будет неловко постоянно находиться при ней. – Виктор-младший помолчал, его голубые глаза оценивающе смотрели на отца. – Кстати, где он?

– Остался наверху. – Виктор почувствовал приступ страха. Его сын ничего не упускал из виду. – Он проследил, как я спустился вниз, и остался покурить.

Виктор-младший посмотрел на двух охранников, читавших журнал.

– Хуан! Сходи наверх и попроси Джорджа спуститься.

Виктор сглотнул. В горле першило.

– С Машей проблем не будет. Я это гарантирую, – заверил Виктор.

– Она не изменила своего мнения. Я попросил Мэри Миллман поговорить с ней, но ее моралистическая позиция осталась непоколебленной. Боюсь, она доставит много хлопот.

Виктор украдкой взглянул на часы. Девять минут! Надо было дать себе больше времени.

– Но она способна учитывать сложившиеся обстоятельства, – выпалил он. – Да, она упряма. Это для нас с тобой не новость. Кроме того, я остаюсь у тебя. Она ничего не будет делать, зная, что я здесь.

Да она и не сможет ничего придумать, даже если ей и захочется принять меры.

– Ты нервничаешь, – заметил Виктор-младший.

– Конечно, я нервничаю, – резко ответил Виктор. – В таких обстоятельствах любой занервничает. – Он попытался улыбнуться. – Во-первых, я до сих пор не могу прийти в себя от твоих открытий. Мне бы хотелось увидеть список факторов роста для искусственной матки.

– Я с удовольствием покажу их тебе.

Виктор пересек помещение и открыл дверь в жилую комнату.

– Ну что ж, это обнадеживает, – кивнул он сыну. – Ты решил, что больше нет необходимости запирать маму. Я бы сказал, что это прогресс.

~~

Виктор вошел в маленькую комнату, где сидели Маша и Мэри.

– Виктор, посмотри, кто тут, – сказала Маша, указав на Мэри.

– Мы уже виделись, – проговорил Виктор, кивнув Мэри.

Виктор-младший стоял в дверях, угрюмо улыбаясь.

– Не каждый ребенок имеет трех биологических родителей, – сказал Виктор, пытаясь ослабить напряжение. Он еще раз взглянул на часы: шесть минут.

– Мэри рассказала мне кое-что интересное о новой лаборатории, – сообщила Маша со скрытым сарказмом, который был способен уловить только Виктор.

– Отлично, – кивнул Виктор. – Просто отлично. Ну, Маша, теперь твоя очередь идти. Тебя там десятки пациентов дожидаются. Джин сходит с ума. Она звонила мне три раза. Я сделал свои наиболее срочные дела, теперь твоя очередь.

Маша пристально посмотрела на Виктора-младшего, затем перевела глаза на мужа.

– Я думала, ты позаботишься о некоторых проблемах, – сказала она с раздражением. – Валерия Мэддокс разберется со всеми срочными случаями.

Мне кажется, сейчас самое важное для тебя сделать то, что ты должен сделать.

Ее надо отсюда вытащить. Ну почему она просто не встанет и не уйдет? Неужели она и в самом деле не доверяет ему? Неужели она думает, что он все это оставит так, как оно есть? С печалью Виктор подумал о том, что за прошедшие годы он не дал ей никаких оснований рассуждать по-другому. Однако решение проблемы было, и через несколько минут они все в этом убедятся!

– Маша! Я хочу, чтобы ты ушла отсюда. Тебе надо делать обход в больнице. Иди!

Но Маша не слушала.

– Мне кажется, ей здесь понравилось! – пошутил Виктор-младший. В это время один из охранников позвал его, и он вышел из комнаты.

Почти обезумев от нарастающего возбуждения, Виктор наклонился к жене и, забыв о Мэри, прошипел:

– Тебе надо уйти отсюда прямо сейчас. Поверь мне.

Маша посмотрела ему в глаза. Виктор кивнул.

– Пожалуйста! Уходи! – простонал он.

– Что-то должно случиться? – догадалась Маша.

– Да, черт возьми, – с яростью прошептал Виктор.

– А что должно случиться? – нервно спросила Мэри, переводя глаза с одного на другого.

– А как же ты? – воскликнула Маша, не обращая внимания на Мэри.

– За меня не волнуйся.

– Ты не собираешься никаких глупостей делать?

Виктор закрыл глаза руками. Напряжение было невыносимо. Часы показывали, что осталось три минуты.

Виктор-младший снова появился на пороге.

– Джорджа наверху нет, – сказал он.

Мэри повернулась к нему.

– Что-то должно случиться! – крикнула она.

– Что?

– Он что-то собирается сделать, – возбужденно ответила Мэри. – У него есть какой-то план.

Виктор взглянул на часы: две минуты.

Виктор-младший позвал охранника, затем схватил отца за рукав. Встряхнув его, он крикнул:

– Что ты сделал?

Виктор уже потерял над собой контроль. Напряжение было слишком велико. Какое-то мгновение он не мог говорить. Виктор понял, что проиграл: ему не удалось ответить достойно на вызов.

– Что ты сделал? – Виктор-младший еще раз тряхнул отца. Виктор не сопротивлялся.

– Нам всем надо убираться из лаборатории, – выдавил он наконец.

– Почему?

– Потому что шлюз вот-вот откроется, – простонал Виктор.

Повисла пауза. Виктор-младший обдумывал это неожиданное известие.

– Когда?

Виктор взглянул на часы. Оставалось меньше минуты.

– Сейчас, – ответил он.

Виктор-младший полоснул его глазами.

– Я рассчитывал на тебя, – с ненавистью сказал он. – Я думал, ты настоящий ученый. Ну что ж, теперь ты уже в прошлом.

Виктор резко прыгнул, сшибая Виктора-младшего в сторону. Он схватил Машу за запястье и рывком поднял на ноги. Не выпуская ее руки, он протащил ее через жилое помещение и выскочил в основную лабораторию.

Виктор-младший, уже успев подняться на ноги, побежал за родителями, на бегу приказывая охранникам остановить их.

Охранники, вскочив со своих скамеек, схватили Виктора за обе руки. Но он успел подтолкнуть Машу к лестнице. Она поднялась на несколько ступенек, затем повернулась назад.

– Беги! – крикнул ей Виктор. Затем, обратившись к охранникам, сказал: – Вся эта лаборатория через секунду разлетится.

Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что он не шутит. Они выпустили Виктора и мигом взлетели по лестнице, обгоняя Машу.

– Подождите, – крикнул Виктор-младший. Но было уже поздно. Началось паническое бегство. Даже Мэри, проскочив мимо него, кинулась к лестнице. Маша уже выбралась наверх, за ней в проеме люка исчезла и Мэри.

Глаза Виктора-младшего с ненавистью уставились на отца.

– Я на тебя рассчитывал. Я доверял тебе, думал, ты человек науки. Я хотел быть таким, как ты. Охрана! – закричал он. Но охранников уже не было и в помине.

Виктор-младший оглянулся, окинув взглядом лабораторию. В этот момент до них донесся приглушенный грохот, и взрыв потряс помещение. Звук, подобный грому, начал нарастать, сотрясая комнату. Виктор-младший побежал было к лестнице, но Виктор схватил его за руку.

– Что ты делаешь? – завопил мальчик. – Отпусти меня! Нам надо убираться отсюда!

– Нет, – ответил Виктор. – Мы остаемся.

Мальчик попытался освободиться, но Виктор крепко держал его. Совершенно некстати он подумал о том, что, несмотря на сверхинтеллект сына, у него было тело – и сила – десятилетнего ребенка.

Виктор-младший брыкался, извивался, но отец ударил его сзади под коленки, и мальчик упал.

– Помогите! Охрана! – кричал Виктор-младший, но голос его терялся в низком, стремительно нарастающем гуле. Лабораторные склянки начали позвякивать. Это было похоже на начало землетрясения.

Виктор подошел к заслонке, загораживающей вход в шлюз, и встал в пяти футах от нее. Он посмотрел вниз, в немигающие ледяные глаза сына, которые не отрываясь смотрели на него.

– Прости меня, мальчик.

Он извинялся не за то, что собирался сделать. За это он не чувствовал угрызений совести. Он просил прощения у сына за тот эксперимент, который он задумал и совершил в своей лаборатории немногим более десяти лет назад. Тот эксперимент, в результате которого на свет появился его сын, одаренный сверхинтеллектом, но лишенный совести.

– Прощай, Исаак.

В этот момент сто тонн воды лавиной хлынуло в отверстие шлюза. Старое колесо в центре комнаты крутанулось как сумасшедшее, впервые за многие годы затрещала ржавая передача и часы на старой башне начали выбивать мелодию. Неуправляемый поток воды, сметая все на своем пути, в считанные минуты подмыл гранитные глыбы в основании здания. Несколько крупных камней сместились, и опоры, поддерживавшие потолочное перекрытие, рухнули. Через десять минут после взрыва вся часовая башня начала медленно раскачиваться. Еще через минуту она рассыпалась. Секретная лаборатория была погребена под грудой камней.

Загрузка...