Мертвый сезон в раю

Глава 36

Когда Грег пришёл на работу, Найлз уже был на месте, да ещё и восседал у микроскопа. Надо же, а Ферд и правда эффективный начальник...

Дверь за спиной громко хлопнула.

— Доброе утро! — тут же вскинул лохматую голову напарник. — Не ждал тебя так рано.

— Утро, — буркнул Грегори, проигнорировав последнюю фразу.

Если это намек на то, что он часто опаздывает, то пошёл Найлз к черту — Грег ни разу не задержался без весомой причины. А если неумелая попытка завязать с порога беседу, то пошёл к черту тем более — последнее, чего Грегори этим утром хотелось, это попусту чесать языком.

Но Найлз — это Найлз. И Найлз не умеет читать между строк.

— Слу-у-ушай, — протянул напарник, взъерошив пятерней свою огненную гриву, — а правда, что наша мёртвая маньячка была твоей соседкой?

Грегори собирался снять с вешалки рабочий халат, да так и замер с вытянутой рукой.

— Что ты сказал?

Но даже интонация, с которой это было произнесено, не навела Найлза ни на какие выводы. Похоже, он просто решил, что Грег его не расслышал.

— Ну, эта, — бесхитростно повторил аленсиец, — которая топила людей, правда твоя соседка?

И Грегори снова, до зуда в пальцах, захотелось схватить этого малого за грудки и хорошенько встряхнуть. А лучше ещё и двинуть несколько раз, чтобы сперва думал, а потом ляпал.

Отличная идея. Почему бы тут вообще все не разнести?

— Правда соседка. — Пришлось приложить усилие, чтобы разжать сцепленные зубы. — И она не маньячка.

Вероятно, пособница, до которой слишком поздно дошло, что она наделала. Но Найлз точно не был тем, с кем Грег хотел бы обсуждать Мэйв после её смерти.

Он наконец сорвал халат с крючка и набросил на плечи, но застегнуться не успел.

— Как «не маньячка»? — возмутился напарник, от переизбытка чувств выпучив глаза. — Я что, по-твоему, зря тут всю ночь корячился?

Руки, едва коснувшиеся пуговиц, упали вдоль тела.

— В смысле «всю ночь»?

— В самом прямом! — Найлз гордо задрал к потолку нос. — Ферд сказал, что с тебя на вчерашний день хватит, и запряг меня возиться с пробами воды и почвы, которые вечером привезли с места преступления.

И правда, теперь Грегори видел то, чего не заметил сразу: и осунувшееся лицо напарника, и синяки под глазами, и белки самих глаз с красными прожилками лопнувших капилляров. Похоже, Найлз действительно не спал всю ночь. А наличие крошек на столе, грязных смятых салфеток и сразу двух немытых кружек только подтверждали этот факт.

— И? — мрачно спросил Грег, глядя на напарника в упор.

Тот даже растерялся и инстинктивно подался назад.

— Что «и»?

Грегори закатил глаза.

— Ты не спал всю ночь делал анализы — и?

— А-а, это. — Найлз мгновенно расплылся в беззаботной улыбке. — Так все сделал, Ферд похвалил. Вода из лужи все та же, болотная. Земля ей же пропитана. На осколках — следы той же воды и отпечатки пальцев Мэйв Венье. Так что — ура! Мы её взяли! Ферд закрывает дело! — И вытянул сжатую в кулак руку вперёд, надо понимать, чтобы Грег стукнул об неё своей.

Кулак одиноко завис в воздухе.

Грегори развернулся и бросился на улицу, даже не вспомнив, что следовало бы снять халат.

***

— Господин Ферд сейчас занят! — Секретарь начальника попытался преградить ему дорогу, но не тут-то было: Грегори просто отодвинул его с пути.

— Бухать кончай, печень уже ни к черту, — бросил на прощание, уже переступая порог, и захлопнул дверь прямо перед носом опешившего парня.

Ферд и правда оказался занят. Он сидел за столом, обложившись бумагами разве что не с головой, и, подперев висок кулаком, с самым что ни на есть сосредоточенным видом вчитывался лежащий перед ним документ.

Вскинул голову на шум, нахмурился.

— Тэйт, какого черта?

Очень правильный вопрос.

— Вот именно, какого черта, — огрызнулся Грег, без приглашения проходя в глубь кабинета — прямо к начальственному столу. Продолжил, уже уперев ладони в столешницу и нависая над пораженно моргнувшим от такого поведения Фердом: — Какого черта Мэйв Венье признана единственным виновным в деле с девственниками-утопленниками? Какого черта вы закрываете дело?!

Надо отдать сыскарю должное, пришел в себя он до противного быстро.

— Тэйт, вы что себе позволяете? — возмутился он, добавив металла в голос и опасно сузив глаза. — Немедленно сядьте и разговаривайте с вышестоящим лицом должным образом!

Но Грегори уже закусил удила и останавливаться не собирался. Вышвырнет из морга — да и черт с ним, не велика потеря.

Поэтому он не сдвинулся с места.

— Таким же должным образом, как вы, господин начальник, закрываете дела? — уточнил со злой иронией в голосе.

Лицо Ферда пошло красными пятнами, на нем заиграли желваки, а если бы взглядом можно было бы прожечь насквозь, то Грег уже валялся бы под столом с дырой посреди лба.

Рука сыскаря, лежащая на столе поверх бумаг, сжалась в кулак и… ничего не произошло. Ферд просто выдохнул. Кулак разжался.

— Садись, поговорим.

Резкий переход на «ты» и миролюбивый тон были настолько неожиданны, что теперь опешил уже Грег. Запал мгновенно сошел на нет. Он будто бежал, бежал и с разбегу напоролся на стену.

Ферд, по-прежнему глядя на него снизу вверх, изогнул бровь, мол, ну давай уже, долго будешь думать?

Грегори шумно выдохнул, оторвал ладони от стола и отступил — к стулу.

— Благодарю, — кисло улыбнулся хозяин кабинета, когда Грег опустился на сиденье.

Он же, несмотря на капитуляцию, продолжал смотреть на начальника волком.

— Маньяки не кончают с собой, — заявил уверенно, хоть уже и гораздо спокойнее. — Не тот психотип, любой сыскарь должен это знать.

— Знаю, — кивнул Ферд.

И Грег снова сорвался.

— Тогда какого черта?!

Однако начальник явно решил сегодня во что бы ни стало не отвечать агрессией на агрессию.

— Такого, — спокойно произнес он, — что маньяк и убийца не всегда одно и то же. Маньяк убивает для удовольствия. А судя по всему, людей топили с какой-то целью, вероятно, для ритуала, ты сам так предположил. Скажешь, долго и упорно идти к своей цели не соответствовало психотипу покойной госпожи Венье?

Да еще и снова вскинул бровь, мол, ну давай же, поспорь с очевидным.

— Соответствовало, — буркнул Грегори. — Но не бросить все на полдороги и покончить с собой!

— Она могла разочароваться в своей цели. Допиться, наконец.

Грег посмотрел на него как на идиота.

— Допиться? Серьезно? Меньше чем за неделю вдруг спиться до потери рассудка?

В той же мере можно предположить, что Мэйв летала по ночам, как фея, и собирала хоботком пыльцу — полный бред и ничего больше.

Ферд поморщился.

— Да, это маловероятно, — нехотя признал он.

— Маловероятно, что она это затеяла, — отчеканил Грегори. — Вот что действительно маловероятно.

Сыскарь смерил его оценивающим взглядом, и, несмотря на обманчиво расслабленную позу и спокойный тон, которым он разговаривал, в этом взгляде явственно читалось предостережение.

Плевать. Грег не отводил глаз и прямо смотрел в ответ.

— Хорошо, — вдруг выдохнул Ферд. — Твоя версия?

Версия? Да пожалуйста.

Грег хмыкнул и, откинувшись на спинку стула, скрестил руки н груди.

— Некоторое время назад Мэйв попалась на взяточничестве. — Ферд на это, впрочем, не выказал удивления, значит, уже был в курсе. И Грегори упрямо продолжил: — Ее не арестовали, но наложили весьма крупный штраф, на который ушло в прямом смысле все, что у нее было. — На сей раз сыскарь не только не удивился, но и кивнул, подтверждая подозрения Грега в его осведомленности. — Ей, без преувеличения, не хватало даже на еду. Нечисти и нежити в Приме не столь много, гильдия вполне справляется со своими задачами, и о частных заказах можно даже не думать…

— Можно уехать, — сухо вставил Ферд.

— Можно, — согласился Грегори. — Только на кой шиш? Заплатить натурой?

На губах начальника, кажется, впервые за время из знакомства мелькнула искренняя улыбка. Ферд даже подался вперед, опершись локтями на столешницу, и азартно заблестел глазами.

— Полагаешь, заплатить натурой — единственный способ, как что-то получить без денег? По собственному опыту знаешь?

Шутник какой, смотрите-ка на него.

— Регулярно расплачиваюсь, — огрызнулся Грег. — И сдачи не беру. Ты меня слушаешь или нет?

— Слушаю, — снова поскучнел сыскарь.

И Грегори подумал, что зря не верил в пару «Ферд-Лоуфорд»: возможно, у них куда больше общего, чем кажется на первый взгляд: они оба носят тысячу масок, и черт голову сломит, какая из них их настоящее лицо.

— Я говорю о том, что Мэйв нуждалась в деньгах и отказывалась брать их в долг.

— Ты предлагал? — Ферд опять переодел «маску», вмиг превратившись в собаку-ищейку.

— Предлагал не единожды, — кивнул Грег. — Посылала к черту.

— Хм…

— Вот тебе и «хм». Мэйв не взяла бы ничего из сочувствия к ней, но могла согласиться на работу.

— Нелегальную.

— Нелегальную, — Грегори снова кивнул. — Взятки, на минуточку, тоже были нелегальными, если на то пошло, и ее это не смущало. Кто знает, что ей предложили и что она делала. Но потом все зашло слишком далеко, и Мэйв не выдержала.

То, что для соседки не было «далеко», пока умирали незнакомые ей люди, невинные и чаще совсем молодые, кто еще не сделал в этом мире никому ничего плохого, не укладывалось в голове. Почему темную добила смерть склочной старухи Першильд, которая ненавидела все живое вокруг, но при этом Мэйв спокойно пыталась убить четырнадцатилетнюю Бриэллу Делси и в ус не дула наутро?

— Ну конечно! — Грегори вдруг осенило. — Бри Делси говорила, что слышала два голоса возле нее!

Однако Ферд его энтузиазма не разделил, только поморщился.

— «То ли два, то ли три, то ли мужчина, то ли женщина», — процитировал он показания девочки. — Бриэлла была не в себе и ни о чем не может сказать с уверенностью, ты сам это знаешь.

И Грег вдруг второй раз за эту беседу почувствовал, что напоролся на стену.

Зачем это все? Пустой треп. Ферд решил закрыть дело — Ферд закрыл дело. Все остальное — только трата времени и нервов.

— Ладно, я понял, — сухо сказал он и уже коснулся ладонями подлокотников, собираясь подняться, как начальник резко вскинул руку, веля подождать.

После чего молча прошел к шкафу в углу помещения.

Каково же было удивление Грега, когда тот вернулся с бутылкой чего-то явно спиртного и двумя квадратными стаканами. Водрузил их на стол, наполнил на треть, а затем, подхватив оба, обошел стол и протянул один Грегори.

Грег посмотрел на угощение как на ядовитую змею.

— Бери, — с нажимом произнес Ферд, тряхнув рукой. Янтарная жидкость в стакане качнулась, едва не выплеснувшись через край. — Бери, пей и слушай.

Смотрел при этом соответствующе: абсолютно серьезно, без пренебрежения в духе «начальник — подчиненный» и без издевки, как когда рассуждал о плате натурой.

Грегори не глядя взял стакан, смотрел исключительно на сыскаря.

А сыскарь вдруг оперся бедрами на край стола позади себя и, не дожидаясь гостя, приложился к стакану. Поморщился, но далеко от губ тару не убрал, оставил в руке, подперев ее локоть второй, и выжидательно уставился на Грега.

Грегори тоже сделал глоток. Опалив горло, обжигающая жидкость побежала по пищеводу.

— Пей и слушай, — повторил Ферд серьезнее некуда. — Последнее, что мне нужно в этой жизни, это облажаться с таким громким делом перед мои начальством.

— После Прибрежья? — предположил Грег.

На лице сыскаря промелькнула какая-то нечитаемая эмоция, но он быстро взял себя в руки.

— После Прибрежья, — не стал отрицать очевидного. Ну а какие еще выводы можно было сделать, учитывая вскользь брошенные им фразы и то, откуда он сюда приехал. — И я согласен, что твоя версия имеет право на существование.

— Но? — Грегори сделал еще один осторожный глоток, на сей раз почти не почувствовав вкуса.

— Но… — Отхлебнув из своего стакана, Ферд поставил его на стол возле бедра и принялся загибать пальцы на освободившейся руке. — Но, во-первых, Мэйв Венье найдена на месте преступления. Во-вторых, — в ход пошел следующий палец, — она имела знания и возможности уводить людей из домов, используя запретные знания темных магов.

— Руны? — без особого удивления предположил Грегори.

— Руны. В ее спальне найден блокнот с зарисовками черных рун. Среди них: «Подчинение», «Слепота», «Неподвижность» и прочие весьма любопытные знаки. Ланс Дрюнел уже подтвердил, что руны рабочие и их использование темным магам категорически запрещается.

Грег кивнул, принимая новую информацию к сведению.

— Что в-третьих?

— В-третьих, — Ферд загнул еще один палец, — в ночь похищения Бриэллы Делси под окнами ее спальни найдет отпечаток ботинка, полностью совпадающий с подошвами обуви Мэйв Венье. Размер следа большой, поэтому прежде мы не догадались, что его могла оставить женщина. Но вчера проверили — совпадение полное. — Грег молчал. — В-четвертых, — согнул следующий палец сыскарь, — в гроте найдена разбитая стеклянная посуда, вероятно, банка или бутылка, со следами болотной воды, с помощью которой топили жертв, и с отпечатками пальцев все той же Венье.

Грегори скрипнул зубами.

— Я и не отрицаю, что она там была и пособничала кому-то.

Ферд невесело усмехнулся и покачал головой, наконец распрямив пальцы.

— Кому? — Склонил голову набок. — Ни единого следа, ни одного волоска — ничего. Все, что есть, указывает только на Мэйв Венье.

— А темная фигура, которую мы с Кардинес видели в ночь убийства Першильд? Я же говорил: когда Лоуфорд шла к тебе доложиться, что передала старухе артефакт, за ней кто-то следил.

— Или шел мимо, — не согласился Ферд. — В городе полно туристов, в том числе и магов.

Грег вскинул голову.

— Их всех опросили?

— Их всех опросили, — эхом повторил сыскарь. — Сознавшихся нет. Как нет и доказательств, что тот, кого вы видели, следил именно за Инессой. Тем более больше он ни разу не объявлялся. — Ферд развел руками. — Так что у нас ничего нет.

В кабинете повисло молчание. Тяжелое, гнетущее.

Грег уставился в свой стакан с остатками недопитого спиртного, покрутил в пальцах. Пить не хотелось. После истории с Мэйв ему пока и смотреть на алкоголь было тошно.

Перестал гипнотизировать стакан, только когда Ферд заговорил снова:

—У Венье мог быть сообщник, начальник, подручный — кто угодно, второй. Но! У нас есть твердые, неопровержимые доказательства ее вины.

— И? — буркнул Грегори.

— И ни черта больше, — огрызнулся сыскарь. — Как ты сказал, любой сыскарь должен знать? Так вот любой сыскарь знает: собрали улики, нашли неопровержимые доказательства, взяли преступника — дело закрыто. Вопросы?

— Полно! — Грегори в запале дернул рукой, отчего чуть не расплескал содержимое своего стакана на брюки. Ферд посмотрел на него неодобрительно, но перебивать не стал. — Где гарантия того, что убийства прекратились? Что, если будет новый труп? — озвучил Грег то, что его волновало больше всего. Мэйв мертва, ей уже все равно, сделают ее крайней или нет, но как быть с тем, что маньяк на свободе?

Сыскарь же в ответ иронично изломил бровь и чуть улыбнулся.

— Хочешь сказать, что убийца может расслабиться, почувствовать себя безнаказанным и продолжить свое дело?

— Да, черт возьми!

Улыбка Ферда сделалась хищной.

— А вот на это я как раз и рассчитываю, — со значением произнес он и, подхватив со стола свой стакан, отсалютовал им Грегу. — Твое здоровье.

Грегори допил то, что держал в руках, залпом.

Когда он был еще маленьким, бабушка, та самая, из Прибрежья, любила говаривать, что главный его недостаток — считать себя самым умным.

Что ж, кажется, с тех пор ничего не изменилось.