Мария. По ту сторону несбывшегося (СИ)

Глава 5 «Чудо у колодца» Алонсо Кано

«Оба преклонили колени у колодца, прося Господа нашего, чтобы Он утешил их в этой скорби во имя его Святой Матери… И случилось нечто необычное! Пока они молились, уровень воды в колодце всё поднимался и поднимался, пока не сравнялся с его краем. Над ним, на поверхности, сидел ребёнок, живой и улыбающийся, плеща руками по воде»

Николас Хосе де ла Крус

Поговорить с Аннорой мне так и не удалось, но вечер был просто замечательный. Артур много шутил, и мне было очень тепло и радостно в его компании. Я давно не испытывала этого тепла. С чего бы? Ладно, потом разберусь. Сейчас совершенно точно не до этого.

Утром я проявила инициативу и сама выбрала платье и причёску, тем более что выбор у меня был довольно большой стараниями Анноры и Артура. Я даже задумалась о драгоценностях, приличествующих дневному визиту, но потом всё же не стала их подбирать. Зачем?

К особняку мы подъехали даже раньше времени, но Мигель уже стоял у дверей. На этот раз не отвечая на улыбки Артура, дворецкий провёл нас в кабинет, где нас ожидал герцог. Изменение в настроении старого дворецкого заметила не только я, но и Артур перестал шутить и с удивлением разглядывал старика, как будто видел его впервые. Я вопросительно приподняла брови, и Артур дал понять, что к этому вопросу мы ещё вернёмся.

Кабинет герцога Альбы ничем по интерьеру существенно не отличался от всего остального особняка: дорогая мебель из изысканных пород дерева, я вот совершенно точно уверена, что это груша, а ещё, разумеется, позолота и картины. После обмена приветствиями нам предложили присесть.

Герцог Альба был красивым мужчиной. Чёрные волосы, отсутствие морщин, породистый нос. Правда, было в его взгляде что-то нервно-неуверенное, я бы даже сказала, затравленное. А ещё его руки постоянно что-то трогали — или теребили платок, или поправляли предметы на столе, за которым он сидел. Он так сильно нервничает от необходимости разговора с нами? Или это привычка? Так мы же не полиция? Хотя… Папочка Артура заставит трепетать кого угодно.

Я осторожно выпустила магию, пока Артур и герцог Альба обменивались ничего не значащими репликами. А потом Альба перевёл свой нервный взгляд на меня. И Артур тут же его просветил:

— Неска Мария де Руари, после трёх лет отношений и небольшого перерыва, который позволил нам проверить наши чувства, наконец-то, приняла моё предложение о браке. Так что теперь мы — официальные жених и невеста. Расстаться не можем просто ни на минуту! Да она ещё, по секрету вам скажу, меня страшно ревнует, и отпускать одного никуда не хочет! — и Артур плотоядно улыбнувшись мне, поднёс мою руку к губам.

— Учитывая вашу репутацию, фон Мёнерих, девушка всё правильно делает! — и вот тут он немного расслабился.

То есть меня тоже опасались? Хотя, да. Учитывая, что с появлением Грааля столько различных способностей и магий появилось. Мало ли, что я из себя представляю. А тут всё понятно. Невеста. А хорошо это Артур придумал. Теперь на меня не будут так коситься и, к тому же, я теперь — член семьи всесильного герцога фон Мёнериха и, в случае чего, ему на меня можно нажаловаться. А уж тот — на кого угодно управу найдёт.

— Мы с Марией приносим вам соболезнования в связи с потерей супруги. Это — невосполнимая утрата, — горестно сказал Артур, и я даже почти поверила в его скорбь.

— Спасибо. Мне так её не хватает! — кивнул Альба и поднёс свой злосчастный платочек к носу, я снова почти поверила, что он и в самом деле скорбит.

Ага. Только вот ключевое слово тут — «почти».

С картины, что висела за спиной у герцога, медленно и неторопливо спустилась очень красивая черноволосая девушка и покачала головой. Значит, Его Светлость лжёт. И смерть жены его совершенно не волнует.

Я перевела взгляд на картину. На ней был изображён колодец, а рядом с ним столпились люди: три женщины, одна из которых сейчас ко мне и спустилась, высокий, хорошо одетый испанец с небольшой чёрной бородкой на благородном лице и ещё были трое детей разного возраста. В углу крутилась совершенно очаровательная собачка.

Герцог Альба поймал мой взгляд и нервно обернулся, но, не увидев за своей спиной ничего необычного, он снова посмотрел на меня. Нда. Он совершенно точно не Его сиятельство герцог фон Мёнерих. Спустившуюся и вставшую за его креслом девушку он не почувствовал. И это хорошо. Его Сиятельство такой один, и хвала за это Праотцу.

— Картина за вашей спиной очень интересная, — подал реплику Артур, а я подхватила.

— А кто художник?

— Алонсо Кано, — ответил Альба.

— Да что вы? Как необычно! — сказал Артур.

— Да? А что необычного? — решила уточнить я.

— Видишь ли, дорогая, Алонсо Кано был, безусловно, очень талантливым и известным художником. Его принято сравнивать по мастерству с его другом и современником Веласкесом. Но известен он не только этим, — и Артур посмотрел в глаза Альбе.

А тот снова затеребил свой платочек, явно понимая, о чём идёт речь. Я не знала, поэтому с любопытством спросила.

— И чем же?

— Он сидел в тюрьме и даже подвергался изощрённым пыткам по обвинению в убийстве своей жены.

— Его оправдали и выпустили! — вдруг истерично взвизгнул герцог Альба.

— Да, но ведь настоящего убийцу так и не нашли! — парировал Артур.

— Я тут не причём! Я так и сказал вашему отцу, что не имею к этому никакого отношения! Да и мотива для её убийства у меня не было! — продолжил с теми же визгливыми интонациями герцог.

С каждой минутой он нравился мне всё меньше. Девушка за стулом отрицательно покачала головой.

— Это не правда! — спокойно прокомментировала я.

— Ну мотив у Вас всё же был. Мы вчера побеседовали с моим отцом, и он нам даже рассказал — какой, — и Артур понимающе хмыкнул.

— Я не знал! — последовал следующий крик.

— О чём это Вы не знали? — ехидно поинтересовался Артур.

Герцог закусил губу, как кокетливая барышня, только вот у него это вышло нервно. Думаю, он тоже понимает, что стоит в списке первым подозреваемым.

— Я…

— Вы знали, что ваша жена любовница герцога фон Мёнериха? — припечатал суровым тоном Артур.

— Да, — тихо ответил герцог Альба.

— И, по-вашему, это не мотив?

— Нет, потому что мы давно уже договорились жить отдельно. У нас свободные отношения — я не лез в спальню к ней, она не заходила в мою. Мы сосуществовали очень гармонично. Не трогая друг друга. Поверьте мне, фон Мёнерих, у меня не было причины её ревновать! — зачастил он.

— Вот как? И кто, или что, может это доказать?

— Ну, хотя бы тот факт, что на этом злополучном ужине, помимо герцога фон Мёнериха присутствовала и моя любовница, — и он даже немного приободрился.

— Вот как? Хорошо вы устроились. Жена — с моим отцом, вы — в соседней спальне с любовницей. А в общество — выходите вместе. И все при этом довольны! — съехидничал Артур.

— Не вам с вашей репутацией меня осуждать, фон Мёнерих! Последний раз вы, кажется… — начал герцог Альба, но был тут же прерван.

— Я полностью с вами согласен. Не мне вам, что-то советовать и уж тем более осуждать. Лучше скажите, ваши покои ближе всего к лестнице? Вы сам момент убийства слышали? — миролюбиво спросил Артур.

А мне вдруг стало интересно — что это собирался сейчас сказать герцог? На что намекал? Как Артур вообще жил эти два года? И с кем жил? Почему я этого до сих пор не выяснила? Хотя… Это меня не касается. И я снова переключилась на разговор.

— Нет. Не слышал. Я выскочил, как и все, когда услышал этот жуткий грохот и крик Мигеля.

— Вы были один или…

— Я был один. К тому моменту она уже ушла. И я читал перед тем, как окончательно лечь.

— То есть, алиби у вас как такового — нет, — протянул Артур.

Герцог пожал плечами.

— Вы не слышали, как уходил мой отец?

— Нет. Его Сиятельство сильнейший маг и поставить купол тишины ему ничего не стоит. В спальне моей супруги было тихо.

— Что-то необычное, когда вышли, заметили? Кстати когда вы вышли, кто стоял на лестнице?

— Я не запомнил. Я был слишком потрясён открывшейся мне картиной и причитаниями Мигеля. Это было ужасно, — и он снова приложил к лицу свой платок.

А вот женщина покачала головой, и я поспешила вмешаться:

— Вы лжёте.

Мне подарили злой взгляд. Но, возможно, он, наконец, что-то такое сообразил, потому что тут же стал оправдываться.

— Наверху стояли ваш отец и мой сын с племянницей. Они самые первые вышли на грохот. Остальные подтянулись позже. Мигель был внизу у лестницы, рядом с телом.

Артур побарабанил длинными пальцами по подлокотнику кресла и вдруг спросил:

— Надеюсь, кроме ревности других причин для убийства жены у вас нет?

— Что? О чём вы вообще, фон Мёнерих? — немного расслабившись, герцог снова занервничал.

— У вашей жены, было, очень много, скажем так, «добродетелей». Возможно, помимо наличия любовника, что-то ещё вас в ней раздражало? — и слово «добродетели» прозвучало даже не с сарказмом, а с откровенной издёвкой.

— Нет. Я же уже сказал. Мы полностью были довольны друг другом! — снова включил он истерику и заговорил повышенным тоном.

— Вот как? Хорошо, а что вы знали о её увлечениях тёмной магией? Что за эксперименты она проводила? Моему отцу всё это казалось детскими шалостями, но он маг высочайшей силы. Не думаю, что вам это всё тоже казалось столь безобидным?

Герцог посмотрел на меня.

— Вы чувствуете ложь? — вдруг спросил он у меня.

— На мой вопрос ответьте! — не дал мне вмешаться Артур.

— Да, я знал. Но если ваш отец подчищал за ней следы, то я просто трусливо прятал голову в песок. Мне было проще не замечать этого.

— Не замечать? Это как же? Учитывая, что проводились они в вашем же собственном доме?

Но герцог не ответил, только закрыл глаза рукой. А мне его неожиданно стало жаль. Но это чувство быстро пропало, так же как и появилось.

— Хорошо. Следующий вопрос. Герцогиня была богата. Что с её завещанием? По нему все деньги отходят вам?

— Да. Мне и моему сыну. Поровну.

— Вот как? Но он же её пасынок?

— Они хорошо ладили, а своих детей у неё не было, — пожал плечами герцог.

— Хорошо, есть что-то ещё, что вы бы хотели мне сообщить?

— Да. Я думал, что это неважно и, в конце концов, пропажа найдётся. Но всё дело в том, что я сегодня вызвал мага, специалиста по пропавшим вещам. И он сказал, что этой вещи в доме нет. Я её не видел после той злополучной ночи и думаю, что пропала она тогда же, — торопливо начал герцог.

— И что же пропало?

— Орден золотого руна, он принадлежал моему предку, Фернандо де Сильва-и-Альварес де Толедо. Он был дипломатом и кавалером Ордена Золотого руна. У нас висит его портрет с этим орденом кисти Антона Рафаэля Менгса.

— Час от часу не легче, — и Артур снова побарабанил пальцами по креслу.

— В последний раз я видел его в спальне на туалетном столике у жены. Я вбежал туда, так как мне показалось, что я что-то услышал. Я тогда плохо что понимал, но орден совершенно точно лежал там. Мне он бросился в глаза — как явное несоответствие — ему там явно было не место! — горячо принялся убеждать герцог.

— Это ведь мужской орден? К тому же имеет историческую ценность? Что же он делал у вашей жены?

— Я не знаю! В том-то и дело! А теперь он пропал!

Девушка за спиной у герцога кивнула, подтверждая его слова.

— Ещё какие-то драгоценности пропали? В тот момент у неё на столике ведь, наверняка, лежали и другие ценные вещицы?

— Да. В том-то и дело. На ужине у неё и в причёске, и на шее, я уже не говорю о руках, было довольно много драгоценностей. И ночью все они лежали там же, на столике в шкатулке! Но пропал именно Орден Золотого Руна, который в тот момент должен был находиться в сейфе, так как я, к моему прискорбию, им не награждён.

— Ну, у вас ещё всё впереди, — снова съехидничал Артур.

Но герцог был слишком взволнован и не обратил на это никакого внимания.

— А у вашей жены был доступ к сейфу?

— Да, разумеется. Я уверен, что она сама его оттуда и достала. Я не знаю зачем. И спросить её об этом же не получится.

— Вы уверены, что больше ничего не пропало? — настаивал Артур.

— Да, абсолютно. Да и маг это подтвердил.

— В высшей степени странная кража. Мы можем посмотреть на портрет предка с этим орденом?

— Разумеется. Мигель вас проводит. Висит в библиотеке. У вас что-то ещё?

— Нет. Спасибо, что уделили нам время. Мы будем держать вас в курсе расследования, — и Артур встал.

Девушка с картины мне кивнула и неторопливо вошла обратно на картину. Я бросила на неё последний взгляд и направилась к двери. Герцог был явно очень доволен тем, что беседа завершилась.

— Арт? А кто был изображен на этой картине с колодцем? — спросила я, когда мы вышли из кабинета и за нами закрылась дверь.

— Она называется «Чудо у колодца» Всё правильно Мигель? Я ничего не путаю? — спросил Артур у ожидающего нас дворецкого.

— Всё правильно. Жена короля Филиппа IV Елизавета Бурбонская заказала эту картину у приехавшего в Мадрид молодого Алоносо Кано. Согласно легенде маленький сын покровителя Мадрида Святого Исидора, он там изображен на картине в центре, упал в колодец и утонул. Но святой принялся горячо молить бога о чуде, и оно было ниспослано. Ребёнка удалось вытащить из колодца и спасти, — пояснил старый дворецкий.

— Не слышала.

— Сюжет до сих пор очень популярен, Мари. Хочешь, я тебя даже отвезу к этому колодцу? Ну, так во всяком случае, предполагают, что это он. Колодец находится на территории особняка семьи Варгас. Там совсем недавно были раскопки и ремонтные работы. Так вот, они отрыли старый пол, кладбище и вот этот колодец. Там керамика Испании века десятого кажется, — улыбнулся мне Артур.

— Да, хочу. А нас пустят? — заинтересовалась я.

— Пустят, конечно. Я знаком с главой семьи Варгас. Пили вме.…То есть поддерживаю деловые отношения, — и он снова мне лукаво улыбнулся.

А я вдруг почувствовала желание улыбнуться ему в ответ, а ещё …поцеловать эти смеющиеся губы. Я помотала головой, отгоняя наваждение. Только этого мне не хватало. Что это вдруг на меня нашло? Но Артур уже стал серьёзен и обратился к дворецкому.

— Мигель, проводите нас в библиотеку. Хотим взглянуть на портрет одного из предков работы Менгса.

Дворецкий кивнул и повел нас на третий этаж. Проходя мимо одной из комнат, Артур замедлил шаг, а потом вдруг обнял меня и ускорил шаги. Я приподняла брови.

— Больше ты сюда не поднимаешься! — припечатал вдруг он.

— А что там?

— Всякая.… Потом объясню.

В библиотеке нас сразу же провели к интересующему нас портрету. Нам нём был изображен мужчина в военной форме, с породистым носом, большими глазами и слегка приподнятыми в улыбке губами. У него на груди, на алой ленте и в самом деле висел Орден Золотого Руна.

— Дон Фернандо де Сильва-и-Альварес де Толедо, герцог Альба. Портрет работы Антона Рафаэля Менгса, — представил нам портрет дворецкий.

— Интересно, он его написал до его известной шутки с фреской, или после? — спросила я у Артура.

Но тот непонимающе на меня посмотрел, и я решила объяснить:

— Менгс известен одним из курьёзов в истории искусства. Художник был так впечатлён раскопками Помпеи, что решил сделать фреску, используя приёмы древних мастеров. Кстати, возможно такая фреска и в самом деле существовала. На ней был изображён Юпитер во всей красе на троне. Так вот, все прибывали в восхищении от этой работы, и решили, что фреска — это античный оригинал.

— Он скорей всего очень постарался с ней, — усмехнулся Артур.

— Да, она и в самом деле великолепна. Но признался он, что это его работа, как говорят, только на смертном одре, — пояснила я.

— Ничему нельзя верить! — с притворной грустью и показной болью в голосе заключил Артур.

Мы ещё постояли рядом с портретом, и я даже выпустила магию, но никто в библиотеке пообщаться с нами не захотел. Поэтому мы отправились на выход, при этом Артур явно торопился побыстрее покинуть третий этаж. Скорей всего, ему явно не нравилась та комната, где покойная герцогиня проводила свои ритуалы.

Мы приехали в особняк как раз к обеду и Артур незамедлительно потащил меня в столовую, где нас уже ожидала Аннора. За едой мы ничего не обсуждали, но вот после Аннора потребовала отчёта.

Артур уже по привычке принялся вышагивать по гостиной, рассказывая о своих впечатлениях, я сидела в кресле и тоже анализировала полученную информацию, а Аннора слушала и попыхивала трубкой.

— Итак, сегодняшний день дал нам ещё четверых крепких подозреваемых, — заключил Артур.

— Сам герцог, потому что причин убить её у него предостаточно, — кивнула я.

— Да. Это и ревность, потому что кто бы что ни говорил, но, когда жена предпочитает другого, это не может не выводить из себя, даже если ты её больше и не любишь. Это и деньги — она была богата, и он получит немало. И, как выяснилось, о её магических экспериментах он тоже знал — а это удар по репутации и чести. Правда, следует учитывать, что пока с ней был мой отец, разоблачение ей не грозило, но тем не менее, — подтвердил Артур.

— Ещё один — наш загадочный вор? — сказала я.

— Да, только нам ещё предстоит его найти. Потому что пока совершенно непонятно кому понадобился орден и главное зачем.

— Как зачем? Продать? — выдала Аннора.

— Хм. Весьма сомнительно, что можно продать такую вещь, имеющую историческую ценность и довольно известную. Скорее уж легче продать украшение покойной герцогини из шкатулки, что стояла там же. Но взяли почему-то именно орден, — задумчиво протянул Артур.

— То есть, её могли убить из-за ордена? Воровство?

— Как вариант.

— А кто ещё?

— Сын герцога, как мы сегодня узнали, получит после смерти мачехи неплохое наследство. Он не сильно богат, так что деньги ему будут весьма кстати. И потом, не забывай, что деньги и корыстный мотив — самая распространённая причина для убийства.

— Согласна. Но ты сказал четверо? Кто ещё?

— Любовница герцога.

— Франсуаза де Гревинье?

— Да. Только она подходит по возрасту. Остальные дамы старше.

— А зачем ей убивать герцогиню? Она надеется, что он теперь на ней женится? — уточнила я.

— Ну да. Стать следующей герцогиней Альба — чем не повод для убийства? — сказал Артур.

— Сомнительное удовольствие. Весьма! — сказала Аннора.

— Почему?

— Потому, что герцогини Альба мрут как мухи. Прости меня Праотец. Это уже третья герцогиня Альба, что умирает в расцвете молодости и красоты, не дожив до преклонного возраста! — выдала Аннора.

— Хм. Ну, первая жена и мать Дона Хакобо умерла при родах. Но там была грубейшая ошибка мага-врача. Она плохо переносила боль и постоянно требовала магического обезболивания. Я узнавал. И тут ни врач, ни акушерка не виноваты. Они всего лишь выполняли прямой приказ герцогини. А герцог просто не вмешался. Её предупредили о возможных последствиях, — прояснил для меня ситуацию Артур.

— Сейчас подобное вряд ли могло произойти, — кивнула я.

— Да, сейчас с этим строже.

— Вы забываете о легендарной Белой Герцогине Альба. Она, как вы должны бы помнить, тоже умерла молодой и красивой, не оставив прямых наследников — сказала Аннора.

— Да, покровительница Гойи, Мария дель Пилар Тереса Каэтана де Сильва, герцогиня Альба. Белая герцогиня! — протянул Артур.

— Она был отравлена. Такие слухи, по крайней мере, упорно ходили, — сказала Аннора.

— Нынешний герцог приходится ей троюродным племянником, — подтвердил Артур.

— Легендарная обнаженная Маха? — уточнила я.

— Сейчас все эти домыслы, что именно она служила моделью для Гойи, опровергаются. Говорят, что это не она позировала, — возразила Аннора.

— Предлагаю к этому вопросу вернуться несколько позже. Это старая история, которая пока не имеет к нашему убийству никакого отношения.

— Вот именно что «пока». Старые тайны имеют обыкновение всплывать в самый неподходящий момент! — покачала головой Аннора.

— А куда мы направляемся завтра? — спросила я.

— Завтра мы встречаемся на квартире с наследником и моим приятелем Доном Хакобо Фитц-Джеймс Стюарт и Вентимилья. Я был у него дома. Картин там достаточно. Тебе должно понравиться, — лукаво хмыкнул Артур.

— О. Не рановато? — спросила у него Аннора и пристально так посмотрела.

— Да вы о чём? — не поняла я.

Но ответа я на свой вопрос так и не получила. Только эти непонятные для меня переглядывания. Что ж, я не спешу — завтра сама всё увижу.