Мангуст. Тени Аурелии.

Глава 2. Кайра. Город.

Четкой границы между Тенями и Поясом не было. Постепенно грязь под ногами сменялась утоптанной землей, а потом и редкими булыжниками. Запах помоев и бедности уступал место ароматам свежеиспеченного хлеба, выделанной кожи и дыму раскаленных кузниц. Обветшалые дома обрастали первыми этажами лавок и вывесками, пытавшимися выглядеть презентабельно. Здесь в воздухе уже ощущалась надежда. Искры и амбициозный Прах суетливо куда-то спешили.

Я свернула в знакомый переулок, и сразу заприметила идущий на меня патруль стражей. Главный признак того что тут уже район Пояса. Обе эти Жилы буравили меня своими взглядами. Явно желая испепелить прямо на месте. Почти поравнявшись с златокамзольщиками, я растянула такую улыбку, что еще чуть-чуть, и щеки лопнут.

— Здравствуйте, глубокоуважаемые стражники! — Весело прощебетала я. — Вам, как всегда, очень к лицу ваши золотые камзолы!

Оба красавца насупились еще больше, а тот что был ближе даже плюнул мне под ноги.

— Пятно, чтоб ты сгинула в той же канаве, из которой выбралась. — бросил он с отвращением, когда поравнялся со мной.

Словно плевок в душу, знакомое жжение отвращения и злости кольнуло под ребра, и ледяное презрение зашевелилось глубоко внутри. Но улыбка не дрогнула.

— И Вам доброго дня, господа! — Не прерывая движения, я развернулась к ним и отсалютовала театральный поклон.

Подпортить настроение парочке Жил — всегда поднимает мне настроение. Торговых лавочек становилось все больше, товары на них были все разнообразнее. По пути я заприметила фруктовую тележку с восхитительными яблоками.

— Какой превосходный товар! Сколько стоит? — Спросила я непринужденно у продавца.

— Две штуки за лил. Бери, они лучшие в городе! — Улыбаясь, ответил мне тучный мужик за прилавком.

— На обратном пути, обязательно. — Улыбаясь в ответ, звонко ответила я.

И повезло же мне все-таки родиться оборотнем. Указательный и большой пальцы привычно кольнуло, будто иголкой, и ногти удлинились, заострились, став идеальным инструментом для воришки. А вот и идеальный момент. Продавец отвернулся, что-то объясняя женщине с корзиной. Ловкий рывок — и сочное яблоко уже притаилось в кармане моей куртки. И ни капли раскаяния! Развернувшись, я чуть не врезалась в мальчишку, который стоял рядом с тележкой, завороженно глядя на спелые плоды. Широко распахнутые глаза уставились сначала на меня, потом — прямо на карман, где притаилось яблоко. Поднеся указательный палец к губам, я зашипела с улыбкой:

— Ш-ш-ш… Это наш секрет! — Подмигнув, заговорческим тоном пролепетала я.

Малой улыбнулся, кивнул, а я подмигнула ему и продолжила свой путь дальше. Я впилась зубами в плод, сладкий сок брызнул на подбородок. Небо и земля по сравнению с жухлыми огрызками, что таскали в Тенях. Расправилась с краденым фруктом за три укуса. Продавец не соврал, на обратном пути надо будет купить несколько штук и для Айви.

Легкой походкой я шла по хорошо знакомым мне улочкам и вертела головой, выхватывая глазами новые лазы, товары, людей. Словом, все то, что может понадобиться при следующих заказах. «Тени и Звук» ютилась в полуподвале старого, но крепкого здания. Вывеска — кусок выжженного дерева с криво нацарапанным названием — висела криво. Возле входа, как и всегда, очередь, но мне повезло, что всего из двух человек. Лавку Вилла и лавкой-то назвать язык не поворачивался, в конуре у сторожевого пса и то просторнее. Но база постоянных клиентов у него была внушительная. Еще пару лет, и он точно снимет себе помещение попросторнее, может, даже наймет кого в помощники.

Спускаясь по скрипучим ступенькам и толкнув дверь, колокольчик жалобно звякнул.

— Блохастый! Живой еще? — крикнула я, входя в знакомую тесноту.

В крошечной лавке невозможно было вздохнуть полной грудью и не упереться в стеллаж. Полки ломились от баночек, скляночек, свертков и коробок. Пульсирующий фиолетовым светом шар в банке с мутной жидкостью. Это что? Сердце лягушки?

Тут и там лежали высушенные коренья, пучки трав, порошки всех цветов радуги, когти и клыки в прозрачных емкостях, свитки пергамента, потрепанные книги, непонятные приборы, тихо потрескивающие или мерцающие. В воздухе висел густой запах смесью пыли, сушеных грибов, ладана и чего-то еще. Кажется, пахло псиной. Ну, с учетом того, чья это лавка…

В центре комнаты стоял круглый стол, заваленный бумагами и образцами чего-то неведомого, да две табурета. Вилл сидел скрючившись над каким-то разобранным амулетом.

Он поднял на меня свою голову. Щетиной из темно-каштановых волос, чуть загорелое лицо, поджарый торс и жилистые руки. Мальчишка-бандюган. За ним, наверное, бегает каждая вторая девка в Поясе. Его каре-золотистые, словно янтарь, взгляд встретился с моим, а лицо расплылось в теплой улыбке, обнажив удлиненные острые клыки. Сильно увлекшись чем-либо, он, неосознанно, частично обращался. То волчьи уши вылезут, то клыки. Бывало, когда он ковырялся в механизмах, его пальцы медленно менялись, принимая форму острых когтей. Видимо, ими ему было удобней работать.

— Кай! — Вилл отложил амулет и нарочито начал принюхиваться. — Боже мой! Да от тебя разит как от бражной бочки.

Вы только посмотрите на него, как театрально он стал зажимать нос. Вот сученок.

— Щенок, да в тебе актер умирает, — фыркнула я, садясь на табурет. — И вообще, как ты в своей берлоге еще не свихнулся? У тебя тут черт знает чем не пахнет.

— Успехом! Принюхайся же, Пятно! Ведь именно так пахнет успех! — Он развел руками, озираясь по сторонам. — Вот перевезу свою лавку в помещение попросторнее и…

Нет, правда, ему нужно поступить в театральный.

— …Возьму тебя в подмастерья! — Вилл почесал свою щетку на голове. — А ты чего пришла-то? За долгом? — Он сделал виновато-надеющуюся рожицу.

— Не только за долгом. — Я достала из-за пазухи инструкции с картами и положила перед ним. — Взгляни-ка.

И он с любопытством начал читать. Постепенно дружелюбное выражение сменилось настороженностью, а брови так и норовили соединиться у переносицы.

— Чушь какая-то. — это, определенно, было лучшее экспертное мнение, на которое был способен Вилл. — Здорово, конечно, что уже каждая вторая собака, и не только в Тенях, знает, что мангуст это ты. Вот только…

— Даже если каждая первая псина будет знать — не проблема. У стражей нет ничего на меня. — Я вытряхнула из холщового мешочка на стол руну. — Что думаешь об этом?

Волчонок ахнул. Буквально. Его глаза, готовые выскочить из орбит, стали втрое больше. Рука инстинктивно потянулась к небольшому камушку, но остановилась в паре сантиметров, как будто боялась, что из-за его прикосновения тот рассыпется в прах.

— Твою… мать… — Прошептал он. — Кай, это же… ты понимаешь… — Он осторожно поднял руну, поднес к глазам. В высеченных завитках и замысловатых символах чернила переливались черно-сине-зелеными оттенками — словно отлив на врановом пере. — Шедевр. Абсолютный шедевр. Ни разу не видел в живую ничего подобного. Читал, что нечто подобное могут делать в Центре.

Он посмотрел на меня, в глазах смесь восхищения и тревоги. Клянусь, я даже услышала, как в его мозгу лихорадочно завертелись шестеренки, одновременно пытаясь обработать множество мыслительных процессов.

— Мухобои? Серьезно? У них нет таких денег, и непосредственной связи с Центром тоже.

— Вот в том-то и вопрос, щенок, — я откинулась на табуретке. — Можно было бы подумать на Харрисин, но те тоже ограничены в финансах. — Подтянув к себе одну ногу, я водрузила подбородок на колено. — Заказчик определенно кто-то из Центра.

Эта мысль грызла меня еще с того самого момента, как я увидела руну. Центровики живут в своем собственном мире. Даже Жилы в здравом уме с ними не станут связываться. Мысль, что у Айви не возникло и тени сомнений, — вот моя главная страховка. Ее чуйка никогда не подводила. А я выходила сухой из воды. Надеюсь, так продолжится и дальше.

— Восемьсот пятьдесят лил — это отличная цена, чтобы стащить папку с бумажками из пустой квартиры. Спасибо, что я обращаюсь мангустом.

Вилл наконец перестал пускать слюну на руну. Всем его вниманием теперь завладела карта, а в частности, месторасположение дома.

— Только проблемка. Дом хоть и находится ближе к Поясу, статус имеет квартальный. И не мне тебе рассказывать про тамошних стражей с магофонами.

— Ага. — Сказала я нарочито спокойно.

— Что «ага»? Тебя засекут сразу, как только ты пересечешь границу! — Он привстал от удивления, негодования, а может, и от моего чрезмерно безразличного тона.

Я пристально посмотрела в его глаза. Беспокойство и Вилл — вещи, которые встречаются только по праздникам, и то не всегда. Однако сейчас волчонок был очень обеспокоен.

— Неа. — Покачала я головой, наслаждаясь реакцией. Мне всегда нравилось выводить его на эмоции. — Я тут слышала, что в город были доставлены особые спецчернила. Это правда?

Волчонок насупился. Руки сжались в кулаки.

— Допустим. Они для тебя все равно бесполезны. Эти чернила, по слухам, из гривы горных драконов. Я надеюсь, ты понимаешь, что их используют для блокировки магии?

— Ага.

— Черт возьми, Кай! — Вилли сорвался и начал мерять шагами свою крохотную лавку. — Что с тобой???

Я так увлеклась провокацией волчонка, что не заметила, как у меня во рту оказался отросший коготок большого пальца. Погрызывая его, я начала рассуждать вслух.

— Блокировка магии — это плата за использование спецчернил. И как здорово, что сам факт трансформации — «иная» магия. По моему мнению, главное их свойство — блокировка фона. Скажем так: наложи на себя такую печать, и при частичном обращении ты не фонишь. Возможно, Аурелийские воришки хотят проворачивать свои темные делишки и в Кварталах Жил. — Подавшись вперед, я спросила. — У тебя же есть хоть какой-нибудь рабочий магофон?

— Нет! То есть да! Рабочий магофон — не проблема. Проблема в том, что при полном обращении печать будет нарушена, а ты… — Он злобно ткнул в меня пальцем. — Ты засветишься на их магофонах как факела в ночи! Какой толк, что ты можешь оборачиваться мангустом? Без своей магии… Кай, ты будешь беззащитна!

— Да, но… — Моя лукавая улыбка стала растягиваться до безобразия широко. В голову пришла авантюрная мысль… — Если наносить печать на уже обращенное тело, это может сработать. К тому же, я в любое время смогу превратиться обратно в человека.

Глаза Вилла расширились, а на лице отобразился целый спектр эмоций. Вначале — удивление: и почему я сам до этого не додумался. Потом — тревога: да нет, это было бы слишком просто. Следом — волнение: а что, если сработает? И наконец — интерес. Он замер. Шестеренки в голове, казалось, провернулись с громким щелчком.

— Чтоб меня… — прошептал он, и в глазах вспыхнул неуемный азарт экспериментатора. — Нужно попробовать.

— Ага. — Я видела в его глазах искорки азарта. Он всегда жаждал узнать и попробовать что-то новое, и сейчас именно это и ждало его. — Сможешь добыть спецчернила? Я знаю, ты завтра на доставке…

— Да! — Он не дал мне закончить и начал что-то искать в бумагах на столе. — Как раз потому, что завтра доставка. Я встречаюсь кое с кем, наведу справки. Это может быть и не оно… — Он задумался на несколько мгновений. — Но если все-таки оно, смогу сторговаться за себестоимость. Тот мужик как раз мне должен.

— Хорошо. Тогда я загляну в лавку послезавтра, перед открытием? — Бросила я ему, направляясь к выходу.

— Послезавтра? Ладно, я отменю все доставки. Будешь должна. — Не отрываясь от дела, пробубнил он.

— Эй! Вилл!

Волчонок перестал наводить хаос на своем столе и поднял на меня глаза.

— Да?

— Айви передала тебе «Привет».

— Правда? — Он тут же уронил ворох бумаг и залился румянцем почти до основания волчьих ушей, которые отросли сами собой. В глазах появились теплота и надежда, предназначенные явно не мне.

— Щенок… Перестань хоть хвостом так вилять. — Открывая дверь с задором, сказала я. Влюбленный дурак, как же легко его надурить.

Он тут же засмущался и резко обернулся посмотреть на сие недоразумение.

— …Ну Ка-а-ай… — Поняв, что я провела его, протянул он досадно.

— До четверга, Вилли! — со смехом крикнула я, захлопывая дверь.

Как же приятно выбраться из этого волчьего логова на полную людей улочку, вздохнуть полной грудью знакомые запахи и ощутить тепло солнца на коже! Что ж, а теперь пора заняться разведкой местности. Что за дом? Стены, откосы, крыша, подвал. Сколько стражей в патруле? Каковы их маршруты. Надо осмотреться сегодня как можно лучше, а завтра, до встречи с щенком, заняться покупками. Отмычки лишними не будут. Холодок азарта пробежал по спине – скоро начнется охота.