Личный враг адептки

Глава 33

Крис

— Нам обязательно это делать?

После разговора с Ройном мы сразу же вызвали к себе Брайна. Точнее, Тина вызвала — я до последнего не доверял ее бывшему, и сомневался в необходимости посвящать его в детали операции.

— Ты же слышал, что сказал Ройн, — невозмутимо отвечает Тина, расслабленно глядя вдаль, — в ночь, когда Зольг решит напасть, дежурить у твоей спальни будет именно Брайн. Его убьют, чтоб не оставлять свидетелей — а значит, он в опасности и должен быть готов к этому.

— Ладно, — недовольно выдыхаю, и не отрываю взгляда от Птички, — переживаешь за него?

Она просто кивает, все также спокойно глядя вперед. Она вообще после разговора с Ройном выглядела крайне умиротворенно — будто не нам предстоит в скором времени рисковать жизнью, и с помощью глупой лжи пытаться не подвести Зольга под гнев короля. Я бы с радостью вообще не вовлекал ее во все это — но это стало невозможно с того самого Отбора, где ей «посчастливилось» стать моей Парой.

А потому придется идти на план, от которого у меня внутри поднимается просто буря протеста, а еще работать с ее бывшим, от вида которого у меня тоже какое-то навязчивое несварение.

Осталось выяснить, это оттого, что он — лживый мерзавец, или от того, что Тина его любила?

— Я рада, что у нас наконец-то есть план действий, — неожиданно произносит Тина, и я поворачиваюсь к ней, глядя на сосредоточенный профиль, — оказывается, жить в ожидании — совсем не для меня. А так остался всего день, и у нас будет хоть какой-нибудь результат.

— Главное — не тот, где мы погибнем, — излишне недовольно бурчу я.

— И не тот, где погибнет Брайн, — строго добавляет Тина, и ворота в тот же момент открываются, показывая нам легко шагающего навстречу Стража.

Если бы не моя рука, что все еще каким-то образом покоилась на плечах Птички — я бы точно не смог так спокойно встретить Брайна, кивнув ему на приветствие. Мне решительно не ясно, что сейчас она к нему чувствует — только остаточную заботу, или в глубине души есть чувства, которые в любой момент прорвутся наружу, и не подпустят к этой стойкой девочке никого другого? Пока для меня это была загадка, но до тех пор, пока ее плечи в моих лапах — я чувствовал себя намного ближе к ней, чем Брайн.

А уж тем более с тем, как этот Страж взглядом прожигал место соприкосновения наших тел.

— Вы хотели меня видеть? — мягко интересуется он, и по большей части смотрит на Тину, ожидая ее слов.

— Да, — говорю я, привлекая к себе его внимание, — для начала скажи, верен ли ты королю и принцу, и на что готов пойти, дабы служить нам?

— На все, Ваше Величество, — выдыхает Брайн, и его глаза при этом слегка расширяются, — я готов рискнуть жизнью ради вашего благополучия.

Я с трудом верю в эти слова, но тут инициативу перенимает Тина, не давая мне времени все обдумать.

— Вот именно этого мы и не хотим, чтоб ты делал, — поспешно проговаривает она, и делает шаг к Брайну, разрывая наш контакт, — Брайн, послушай. Сегодня ночью на Криса планируется покушение, в твое дежурство. Мы хотим, чтобы ты был на чеку и при малейших признаках опасности как можно скорее уходил, не пытаясь сражаться. Это очень важно, потому что, если ты что-то увидишь — тебя стопроцентно не оставят в живых.

Брайн молча выслушивает, все больше хмурясь, и делает шлаг к Тине навстречу.

— Кто там будет?

— Что?

— В спальне принца. Вы посадите подставного человека?

— А, нет. Там буду я и Крис — у нас есть план, чтобы остановить Зольгарда.

При этих словах лицо Брайна каменеет, и он внимательно смотрит на девушку. Мне не нравится, что они сейчас так близко друг к другу, не нравится расстояние между мной и Тиной, и вообще бесит вот это общение «на высокой ноте» — словно они друг для друга намного больше, чем просто бывшие.

Но все меняется, когда Брайн вдруг переводит взгляд на меня — и там я вижу озлобленность, шок.

— Вы позволите ей? — с плохо сдерживаемой яростью шипит он, — позволите рисковать, быть с вами в момент, когда вас попытаются… Она ведь не при чем!

Тина ахает от его неподобающего тона, и я бы легко мог сейчас приструнить Брайна, указать ему на его место и вообще больше не позволять открывать рот с подобными замечаниями…

Но вся проблема в том, что он был прав.

Я точно также чувствовал, что не могу рисковать девушкой, мне претила мысль о том, что наспех придуманный план пойдет по одному месту, а в итоге пострадает непричастная к этому Тина. Но как оградить эту решительно настроенную девчонку — я не знал.

— Он все равно прикончит ее, — устало обрубаю я, и глаза Брайна еще сильнее полыхают от гнева, — она — моя Пара, и Зольг в курсе, что она знает правду. Он не оставит ее в живых.

Брайн стискивает зубы, снова смотрит на Тину — и подается вперед. Мягко отодвигает девушку в сторону, и жестом просит меня отойти в сторону.

— Она — мой друг, — шепчет он хмуро, когда мы удаляемся от замершей Тины, — я поступил, как последний баран, но не мог сделать иначе. Думал, что так ей будет менее больно, хотел еще подготовить, сам себе врал — не знал, что так быстро все закрутится с Фели. Я знаю, что эти все оправдания — полная хрень, но, надеюсь, вы разрешите помочь мне.

— Помочь?

Брайн снова смотрит на уже недовольную Тину, вздыхает, будто принял какое-то решение, и снова шепчет:

— Я хочу принять участие в поимке Зольгарда. Если можно, хоть как-то защитить Тину — я ведь вижу, вы тоже хотите этого — то только скажите.

Он смотрит, а я думаю о том, что Тина убьет меня. В прямом смысле — если я попрошу Брайна сделать то, что задумал… Она будет в бешенстве.

Но стопроцентно останется жива.

— Хорошо, — медленно произношу я, все еще не веря, что доверяю этому Стражу, но чувствуя невероятное облегчение о того, что о Тине позаботятся, — хорошо. Кое-что ты действительно можешь сделать. Но только Тине — ни слова.

Он кивает, и я быстро посвящаю его в наш план, после чего мы прощаемся, договорившись больше не встречаться, чтоб не вызывать подозрений. Я возвращаюсь к обеспокоенной, явно что-то подозревающей Тине — и снова привлекаю ее к себе, как-то само собой расслабляясь рядом с ней.

— Что сказал Брайн?

— Что хочет защитить тебя.

— Придумал! Мы с тобой сами позаботимся об этом. Ведь так?

Она запрокидывает голову, смотря внимательно, будто по одному взгляду способна раскусить обман. Я запихиваю подальше всплывающие позывы совести — и киваю, увлекая ее за собой.

— Так, Птичка. Идем обедать.