Легенда Нелейской Академии

XV. Из смерти в жизнь

С трудом разлепив веки, не сразу нашла в себе силы даже голову в сторону повернуть. Из глаз катились слезы, влажными дорожками оседая на щеках, и я ощутила чье-то тепло рядом.

— Ли… — рыдал надо мной девичий голос, и я приподнялась, чувствуя жуткое головокружение и не до конца осознавая, где сейчас нахожусь. В каком измерении, в какой реальности и не умерла ли я вообще от всех этих нагрузок.

Запястья были порезаны и изранены: некрасивое и пугающее зрелище. Кости ломило так, будто меня приплюснуло чем-то настолько тяжеленным, что Вселенная бы не выдержала, не то, что простой человек, а кожа выглядела белее снега. Желудок выворачивало наизнанку, хотя, казалось, меня и так уже скрутило так сильно, что дальше просто некуда.

— Чертов маг, — я обессилено оглянулась, глядя на то, как яростно на Карнелиса нападает сын советника. Наверное, скоро сюда слетится вся академия.

Огненные искры летели в разные стороны, но Карнелис ловко защищался, отражая натиск неопытного ученика. Трещины, что мы видели за гранью, теперь зияли и тут, пугая своей чернотой. Притягивая взгляд, завораживая, предлагая окунуться в свою бездну. Тьма лилась в этот мир, и единственный, кто мог это остановить, оказался слишком занят сражением с собственными чувствами. Допустил все это, поддавшись наваждению.

— Ли, ты жива! — на меня набросилась сирена, крепко сдавив в объятиях, не позволяя ни вдоха сделать.

Я закашлялась, вновь едва не упав на землю. Легкие обожгло болью, показалось, что я просто не выдержу.

— Да прекрати же ты на меня нападать, идиот! — рявкнул Карнелис, и звук его голоса разнесся громким эхом по зданию, оседая и теряясь где-то наверху, под потолками. — Это не Лилия!

Упс…

Тьма, разрастаясь и сминая под собой окружающее пространство, пыталась пожрать саму суть реальности, и из расколов начинали в разные стороны разбегаться те, кто был заперт в заточении столько веков. Тени, давно позабывшие, что такое чувства, черные демоны, оголодавшие и озлобленные на весь белый свет узники. Узники, чьи души должны были покоиться с миром давным давно. Наконец-то мне это удалось!

— Ты пытался меня убить! — возмутилась, пытаясь строить из себя невинную жертву. С мольбой в глазах взглянула на блондинку рядом, и отметила в выражении ее лица сомнение. — Ты мне веришь, Альби?

Плюс нахождения между жизнью и смертью в том, что я могла слушать. Следить, получать информацию, не до конца стираясь из этого мира. И пускай мое тело давно погибло, душа продолжала свои странствия, собирая и накапливая знания. Наблюдая за тем, когда кто-нибудь сломается. Строя планы, ожидая своего часа.

— Я должен завершить ритуал! — мой дражайший Карнелис, пользуясь замешательством молодых учеников, попытался приблизиться ко мне, но Арниэр, грозно сверкнув глазами, с силой схватил его за грудки, не позволяя двигаться дальше.

Умничка.

— Не смей к ней приближаться, — жестко предупредил он.

Ох, уж эта подростковая любовь. Когда-то она значила для меня так много…

Собравшись с силами, я поднялась, и сирена, с опаской глядя на меня, попятилась в сторону, быстро уходя с моего пути. Мне уже не было так паршиво, как после сражения с бедняжкой Ли. Она где-то там, внутри, борется, но я сильнее. Такой глупышке с моим опытом не совладать.

— Я обещала отомстить, — произнесла холодно и сухо, срывая с себя маску притворства и жестко глядя на человека, варианты смерти которого за эти столетия я продумывала до мельчайших подробностей. Десятки, сотни вариантов!

Пространство вокруг продолжало рваться, и с потолка посыпалась каменная крошка. Не выдерживая такого натиска и силы, Нелейская Академия готова была кануть в бездну. Оставалось лишь просто позволить бездне ее проглотить.

— И я свое слово сдержу, — заключила, хлопнув в ладоши.

Магия, дремавшая все это время, смешиваясь с магией Лилии, отозвалась теплом на моих ладонях, и мощный резонанс разошелся в разные стороны, содрогая землю и заставляя стены крушиться прямо на глазах. Я сравняю это место с землей. Я похороню под его обломками всех и каждого, и первым в моем списке станет человек, вонзивший клинок в сердце моего суженого!

Сдавив ладонь в кулак, создала серебристый клинок, замахиваясь на сирену, которой лишь чудом удалось увернуться от режущего удара, со свистом резанувшего воздух. Девушка попятилась и споткнулась, падая куда-то в поднимающуюся от обрушения пыль. Взглянув на Арниэра, прищурила глаза. Симпатичный. Возможно, я к нему даже смогу привыкнуть.

Парень, замешкавшихся ненадолго, боясь нападать на ту, которую пытался оберегать, создал в ладонях огненную сферу и швырнул ее в меня, но мне требовалось лишь выставить вперед ладонь, чтобы полностью поглотить магию.

— Даже не впечатляет, — молвила разочарованно. Неужели нельзя было подыскать более способного ученика в качестве потенциального носителя метки Хаоса?

Парень бросился на меня, пытаясь схватить и обезоружить. Карнелис, не мешкая, ринулся мальчишке помогать, и в этот раз меня сбила с ног мощная сила, примененная магом Грани. Прокатившись по полу, остановилась, замирая в нескольких шагах от темных сгустков. Яркие вспышки молний, разрывающие, казалось бы, пустое пространство, мерцали, часто-часто освещая полотно мглы за пределами грани. Кто бы мог подумать, что соприкосновение двух сил мироздания тоже способно на нечто подобное!

— Задержите ее! — приказал Карнелис, и я с остервенением обернулась.

В меня ударили потоки воздуха, заставляя сделать шаг назад, но не более. Твердый пол, усыпанный обломками стен, застрясся, и из-под него ввысь взмыли толстенные корни. Извиваясь, они закружили над нашими головами, разом устремляясь в мою сторону, и я лишь чудом успела увернуться от них. Кувыркнулась, запутавшись в платье, и тихонько выругалась.

Демон бы побрал все эти юбки!

Карнелис, пользуясь моим замешательством, ухватился за мою руку, но я ловко полоснула его по предплечью, заставив шипеть от боли. Это вызвало на моих губах сладостную усмешку.

— Зря ты вообще это затеял, мой дорогой, — змея загорелась ярким серебром, и я со всего маху атаковала мага своей энергией. Желая придавить, размазать.

Впрочем, Карнелис успел защититься, и мироздание, сталкиваясь с гранью, вызвало очередной мощный резонанс, разбрасывая всех присутствующих в разные стороны и волной ударяясь в еле живые стены. С потолка откололся очередной кусок лепнины, и я лишь услышала чей-то женский крик.

Надеюсь, одним меньше.

— Лилия! — позвали меня.

Нет, не меня. Ее.

Обернувшись, заметила Арниэра. Растрепанный, помятый и израненный, он стоял в нескольких шагах, сурово глядя на меня, и тьма, до этого хаотично извивавшаяся и подбиравшая под себя все вокруг, с подобострастием закружилась позади него, будто повинуясь немой команде.

— Ты… — прошептала, чувствуя жгучую боль в сердце.

— Ли, сопротивляйся! — потребовал он.

Но как я могла сопротивляться? Я забыла, как. Я устала. Обессилена…

— Арниэр, — позвала в ответ.

Протянула ладонь вперед, ненадолго растерявшись, прислушиваясь к глухим отголоскам сознания, и сделала шаг ему навстречу, поддаваясь. Тьма вокруг взбеленилась, встала на дыбы, вновь превращаясь в хаотичное существо без плоти и крови, и ринулась атаковать тех, кто не побоялся сунуться на место сражения. Королевские маги, академские чародеи, ученики старших курсов… все они, прознав о случившемся, ринулись сюда. Пытаясь помочь, стараясь спасти то, что осталось от этого места.

— Ли! — меня дернули за руку, разворачивая.

Проклятье!

Кранелис, воспользовавшись озадаченностью потерянной девчонки, сумел подобраться слишком близко. Я знала, что он попытается меня остановить, запечатать в этом теле, вернув сознание этой несчастной на законное место, но я не собиралась сдаваться так просто.

Полоснув кинжалом, умудрилась оцарапать щеку Темного мага по касательной. Легонько, но все равно приятно. Замахнулась вновь, намереваясь завершить начатое, но Карнелис, извернувшись, атаковал меня своей магией, отбрасывая назад. В ответ же я, вложив в применяемое заклинание как можно больше энергии, выставила руки вперед, посылая в ненавистного мужчину очередную вспышку. Волна оказалась настолько мощной, что разрушила одну из стен. Со свистом повылетали окна, впуская в здание прохладу ночной темноты, затрещали над головой потолки, грозясь вот-вот обвалиться, и часть учеников поспешила применить свои силы на то, чтобы удержать свод, не позволив ему упасть.

— Что? — язвительно сузила глаза, с ненавистью всматриваясь в бесстрастное и сосредоточенное лицо заклятого врага. — Понравилась нерасторопная и неопытная девчонка? — снова атаковала, вкладывая в магию всю свою злость. Карнелис увернулся, зато к нему на помощь поспешили друзья Лилии. — Надеялся, что хоть в этот раз что-то перепадет, да вновь не успел?

Усмехнувшись, отметив, что все-таки задела мужчину за живое, бросила беглый взгляд на Арниэра. А парень вроде и рад был помочь, да вот только что делать, если объект твоей страсти немного… не в себе?

— А ну пошла вон из моей подруги! — на меня внезапно обрушилась тяжеленная толща воды, и, не ожидая такого подвоха, я брякнулась на пол, давясь и отплевываясь.

Одежда промокла и отяжелела, и я, подняв голову, с ненавистью воззрилась на блондинку.

— А я надеялась, что твое тощее тельце уже похоронено под завалами этой академии, — выплюнула, отбрасывая с лица мокрые волосы.

Краем глаза отметив, что тьма становится все сильнее, нарастает, усмехнулась. Эридору понравился бы этот спектакль, уверена. Из зияющей дыры выпрыгивали все новые и новые твари. Не похожие на людей, далеко не похожие, ведь пребывание за гранью, в мире без света, мире Хаоса, накладывает на душу свой отпечаток. Изменяет ее, трансформирует в нечто, совершенно лишенное человеческих черт.

— Лилия…

Неожиданная боль пронзила грудь с такой силой, что перед глазами заплясали звезды. Голова загудела, поддаваясь напасти маленькой девчонки внутри, и я, закричав, схватилась за голову. У меня слишком мало времени…

— Арниэр! — хныча, сквозь слезы, позвала я. Это единственное имя, которое могла вспомнить. Единственное, которое оставалось для меня неким маяком.

Карнелис, хитро пользуясь моментом, подпрыгнул ко мне, но я взмахнула ладонью, отправляя надоедливое насекомое в затяжной полет, к разрыву мироздания, и он едва-едва не оказался схвачен беснующимися монстрами, атаковавшими академию и ее жителей. Вокруг творился настоящий кавардак, и я, признаться честно, уже совсем переставала понимать, кем являюсь. Воспоминания сливались, одни вытесняли другие, оставляя в памяти чувства, прошлые мысли, забытые эмоции. Сознание скручивалось, перемежалось, и голова, казалось, трещит по швам не хуже самой ткани этой реальности.

— Арниэр…

— Я здесь, Ли, — он бережно обхватил меня, заключая лицо в свои ладони, и на моих губах отразилась бледная улыбка.

Я чувствовала себя полностью опустошенной, не до конца осознавая, что происходит. Сознание поменялось, и единственное, что сейчас ощущалось четко, так это пульсация незавершенной метки на ключице сына советника.

— Она тебе не подчиняется, — пробормотала еле слышно, пугаясь собственного бесчувственного голоса. — Еще не подчиняется.

В глазах Арниэра отразилось непонимание, он отпрянул от меня, однако я схватила его за грудки, не позволяя сдвинуться. Взмахнула ладонью, пресекая очередную попытку Карнелиса и компании защитников до меня добраться, и яркая вспышка магии отбросила Темного мага обратно к теням, которые тут же с охотой на него набросились.

— Ли! — кричала Ноди, пытаясь заглушить своим голосом остальную какофонию.

— В тебе еще нет Хаоса, — я дотронулась до груди сына советника, до ключицы, там, где едва-едва пульсировала знакомая мне сила моего возлюбленного.

— Ли, ты слышишь меня? — продолжал упорствовать парень. — Сопротивляйся ей, ты сильнее.

— Я сильнее! — рявкнула озлобленно. — И тебе пора стать тем, для чего ты был рожден!

Вонзив ногти в его грудь, я заметила лишь отголосок испуга в голубых глазах. Удар сердца, еще один. Магия пронзила тело Арниэра, повинуясь моему приказу.

— Ли! — он схватился за мое запястье, пытаясь вырваться, но я была сильней. — Не делай этого, — голос прозвучал болезненно, во взгляде отразилась настолько невероятная гамма чувств, что мое сердце тоже дрогнуло, обливаясь кровью.

— Прости, — молвила я, грубо обрывая чужие эмоции внутри и пропуская через грудь Арниэра магический разряд. — Но ты должен был умереть уже давно.

Время словно остановилось. На краткий миг, на долю секунды, но этого хватило, чтобы понять в полной мере, что произошло. Вырваться из заточения в собственном разуме, чтобы осознать, что уже слишком поздно. Сердце с болью ударилось о грудную клетку, разбиваясь вдребезги подобно хрупкой вазе, и ужас происходящего нахлынул на сознание волной цунами. Затапливая, погребая под собой, раздавливая и уничтожая.

Что она наделала? Что я наделала!

— Ар… — протянула на выдохе, всматриваясь в голубые глаза. Взгляд, который за считанные секунды превратился в пустой, холодный, безжизненный…

Меня потянуло вниз, пальцы сына советника по-прежнему сдавливали мое запястье, и я упала на колени на пол следом за ним, не заметив, как начинаю рыдать.

— Арниэр! — проорала я, вкладывая в этот крик всю боль, всю злость, всю свою ненависть, но он меня уже не слышал. Я знала это, потому что графиня Лефрадская моими же руками убила его!

Беснующиеся тени и демоны будто отозвались на мой голос, на короткое мгновение прекратив свои атаки. Замешкавшись, словно растерялись, и мне показалось, что целая Вселенная остановилась, скорбя вместе со мной.

— Не оставляй меня! — я пыталась трясти парня, схватив за грудки, но попытка выглядела слишком ничтожной. Бесполезной, как и я сама!

Но Карнелис, пользуясь ситуацией, метнулся ко мне, хватая за голову, не позволяя одуматься, и я с грозным рыком постаралась вывернуться, ощущая, как Амелия пытается вновь вернуть себе контроль.

— Отпусти меня, мерзавец! — прорычала я, поднимаясь. Чувствуя, как и графиня вкладывает в эти слова все свои эмоции, накопленные внутри за столько десятков лет. Как клокочет внутри ярость, желающая вырваться наружу. — Ненавижу тебя!

Виски пронзила нестерпимая боль. Перед глазами заплясали яркие круги от того, что Темный маг применял ко мне свою силу. Они разрастались, сливаясь в одно белое пятно, заслоняя обзор и вызывая резь и слезы, и соленая жидкость вновь заструилась вниз по моим щекам. Перед взором проносились чужие воспоминания, о торжестве, о долгожданной свадьбе и о человеке в золотой маске. О предательстве друга и об убийстве любимого, но если раньше я не могла прочертить между ними грань, то теперь отчетливо понимала разницу. И принадлежали эти отрывки не мне. Графине. Ее боль, ранее смешанная с моей собственной, отступала на задний план, но это не приносило покоя. Сердце по-прежнему обливалось кровью, а душу будто бы вырвали, безжалостно растерзав на куски.

Арниэр… Я убила его…

— Ли? — позвали меня, и чьи-то руки наконец-то меня отпустили.

Я без сил повалилась обратно на колени, совершенно разбитая и опустошенная, словно пустой сосуд. Темнота вновь засвирепствовала, окружая остатки помещения, собирая в кольцо всех, кто до сих пор отваживался с ней сражаться, а мне хотелось одного — чтобы она поглотила меня и унесла с собой. Стерла из души эту невыносимую боль. Забрала все чувства, оставив лишь глубокий покой.

— Лилия! — рявкнул Карнелис, хватая меня за плечи и встряхивая, словно куклу, но я видеть его не хотела, а потому просто отвернулась, не в силах произнести больше ни слова.

С силой оттолкнула мужчину от себя, поднимая глаза к разваливающемуся потолку, через который виднелись яркие звезды. Не в силах посмотреть на Арниэра. На его бездыханное тело. Боясь, что это может оказаться последним, что я запомню.

В голове хаотично забегали мысли. Я не до конца понимала, что сделал Карнелис и какие преследовал цели, но Амелия успокоилась. По крайней мере, я больше не ощущала ее внутри, не чувствовала ее силу и давление, и знала, что графиня больше не пытается меня подавить, а это означало, что я снова принадлежу сама себе. Вот только… Знания, различные заклинания, сила мироздания, которую теперь я ощущала явственно и четко, — все это вихрем закружилось в моем сознании, не позволяя сконцентрироваться и превращаясь в невероятно запутанный клубок мыслей и чувств. И все, что мне было нужно теперь, так это выцепить из них нужные.

— Ли, нам нужно закрыть брешь! — куратор не отступал, и я резко развернулась, всматриваясь в него отчужденно и холодно.

Подруги, а также Эркин и Лестер, добрались наконец до нас, и Альбиэтта траурно всхлипнула. Но обнять себя девушке я не позволила.

— Сначала нам нужно его вернуть, — я указала на бездыханное тело Арниэра, а остальные посмотрели на меня, как на сумасшедшую.

— Ли, нам жаль, но это невозможно… — пролепетала Ноди, кусая губы и боязливо осматриваясь по сторонам.

Порванная грань уже укутала бездной большую часть зала, и краем уха я слышала, как защищающиеся маги призывают оставшихся в живых отступать. Но я отступать была не намерена.

— Возможно, — оборвала резко, — и ты, — жестко ткнула пальцем в Карнелиса, — мне в этом поможешь.

Вокруг разворачивалось настоящее жуткое представление, и разрыв дотянулся до самого потолка, зияя, как черная, гниющая рана. Это вселяло невероятный ужас, и не только в мое сердце, но и в сердца всех остальных, и потому я даже не винила тех, кто решил прекратить борьбу и поддаться панике. Возможно, так у них хотя бы появится шанс выжить и спастись. Но надолго ли?

Глянув на Карнелиса, понимая, что каждая секунда на счету, заметила сомнение, отразившееся в его взгляде, и это меня жутко обеспокоило. И разозлило.

— Иначе я не помогу тебе закрыть эту чертову брешь! — процедила сквозь зубы, надеясь таким образом ускорить процесс. Мне-то терять все равно уже было нечего.

Ноди волнительно переглянулась с Альбиэттой, не до конца веря в то, что услышала только что. Лестер сжимал кулаки, его мускулистые плечи поднимались вверх и вновь пускались при неровном дыхании, ну а Эркин выжидающе рассматривал всех нас.

— Он не может вернуться, и ты прекрасно это знаешь, Ли, — заартачился куратор. Вот же упертый.

— Может! — возмутилась.

— Сила Хаоса…

— Если Арниэр вернется, — бросила жестко, не позволяя мужчине закончить, — я уйду. Уберусь из вашего мира, и можешь быть спокоен, что грань выдержит.

Да, я готова была так поступить, лишь бы Арниэр жил. И если для того, чтобы не позволить подобному повториться, мне придется уйти, то я согласна. Теперь я была согласна!

Карнелис ничего не ответил, лишь окинул меня тоскливым взглядом. В нем отразилась боль, и, уверена, он бы предпочел смерть Арниэра моему уходу. Чертов эгоист!

— Что от меня требуется? — в итоге сдался он, и я кивнула, чувствуя внутри ликование.

Сейчас грань была разорвана, и многие демоны вырывались из потустороннего мира, стремясь вновь оказаться в этой реальности. И, насколько я понимала благодаря остаточным знаниям графини Лефрадской, чем дольше душа находилась в том мире, тем сильнее Хаос менял ее, выворачивал, подстраивал под себя и свои условия, а потому ничего хорошего Арниэра не ждало, останься он там надолго. Нужно было торопиться.

— Тебе нужно будет вытащить нас оттуда через твою силу, — сообщила, не до конца уверенная в том, что это вообще возможно.

Но Карнелис единственный, кому это было под силу, ведь его энергия ничем не уступает Хаосу или Мирозданию. А мне теперь даже умирать не придется, стоит лишь шагнуть навстречу разворачивающейся перед нами бездне.

— Остальным следует убраться из академии как можно скорее, — бросила взгляд на своих друзей, и Эркин, понимая все, потянул за собой остальных.

Девчонки нехотя, но согласились. Лестер, проталкиваясь сквозь завалы, пытался добраться до магов, все еще сражавшихся в зале, и тоже их предупредить. Я не знала, чем все может обернуться на этот раз, но жертв хотелось избежать. И очень надеюсь, что всем удастся эвакуироваться прежде, чем все пойдет по написанному множество лет тому назад сценарию…

Сделав глубокий вдох, понадеялась, что все пройдет относительно так, как нужно и задумано. Прислушиваясь к внутренним ощущениям и понимая, что теперь магия мироздания мне подчиняется безукоризненно, сосредоточилась и со всей силы ударила по зияющей пустоте. Яркая вспышка озарила пространство, заставив щуриться, и темнота с шипением расползлась в разные стороны, ненадолго, но открывая путь к самому основанию. К центру зала, где еще недавно так беспомощно лежала я.

Рунические письмена до сих пор мерцали серебром, однако их практически поглотила тьма Хаоса. Значило ли это, что граница почти что стерлась?

— Я постараюсь удержать грань от дальнейшего разрыва, — сообщил мне Карнелис, стоя позади и отвечая на мой неозвученный вопрос. — Тебе лучше поторопиться, Ли.

Ладони вспотели, а сердце зашлось в волнительном ритме. Приходилось лишь довериться мужчине, и несмотря на все то, что он недавно провернул, что практически убил меня, мне больше не к кому было идти. Кивнув в знак одобрения и согласия, уверенными шагами я поспешила вперед, разбежавшись и прыгнув в самую гущу бурлящей черным дегтем бездны Хаоса. Тени заструились вслед за мной, пытаясь зацепить и ранить, но я оказалась чуточку быстрей.

Кожу обдало неприятной прохладой, но это единственное, что встретило меня при переходе из реальности в мир смерти и пустоты. Пока единственное… Но что ждало меня дальше?

Оглядевшись по сторонам, сперва не заметила ничего стоящего, но как только глаза более-менее привыкли к окружающей атмосфере, различила очертания Нелейской Академии. Того же зала, тех же руин, только более древних, словно происходящее по другую сторону сейчас уже завершилось множество лет назад здесь. Меня охватил панический ужас от осознания, что все это может стать именно таким, и я с трудом успокоила колотящееся в груди сердце.

Жуткая тишина давила на барабанные перепонки похуже самой громкой музыки, и на этот раз робкими шагами я прошла чуть вперед, осматриваясь по сторонам и пытаясь отыскать Арниэра.

— Есть тут кто? — позвала тихонько. Конечно, лучше совсем не привлекать к себе внимания, однако времени было не так уж и много, чтобы посвящать его поискам по всем углам и закоулкам.

Неожиданно боковым зрением заметила метнувшуюся между зияющими просветами стен тень, которая в тот же миг напала на меня. Не успев вовремя среагировать, подалась чуть в бок, и когти сущности оцарапали лишь мое предплечье, оставляя на коже неприятное жжение. Кровь заструилась вниз, но времени на сожаления не было. Взмахнув рукой, откинула навязчивого демона вспышкой магии огня, и тот, зашипев и так и не показав своего истинного лица, растворился в воздухе, не способный или не осмелившийся продолжить свое нападение.

— Так, Ли, соберись, — увещевала я себя. Тело дрожало от робкого страха, но я усиленно гнала все непрошеные чувства прочь.

Думать ни о чем не хотелось, сперва нужно было решить основную задачу — вытащить из этого отвратительного и затхлого места Арниэра. Я доведу его до грани, а через нее протащит Карнелис. Вроде бы, все действительно просто.

Прошествовав чуть дальше и свернув за угол, сперва испугалась, заметив несколько фигур, вяло шагавших по коридору, не издавая при этом ни единого звука, но когда одна из них прошла мимо меня, я едва не задохнулась от испуга, заметив ужасное, перекошенное смертью лицо. Старые, рваные раны на животе, тусклый, бесцветный взгляд в пустоту, и древнее-древнее платье, лоскутами свисавшее с тела — передо мной только что медленно пролетела чья-то душа.

И что же должно было с ней случиться, чтобы она выглядела вот так?

Прикрыв рот ладонью, чтобы не издавать лишних ненужных звуков, я проводила неизвестную женщину полным страха взглядом, после чего вновь осмотрела коридор. На этот раз он оказался свободен, и все остальные неприкаянные души куда-то исчезли. Будто растворились в небытие.

Не знаю, попытаются ли меня атаковать другие призраки, подобные тому, что прошел мимо только что, но испытывать судьбу не хотелось ни капли. Неужели все, кто сюда попадает, превращаются в таких вот пустых и бездушных марионеток?

Зашагав по коридору, постоянно оглядывалась, боясь напороться на что-то непонятное или же пропустить Арниэра, как вдруг со всех сторон до меня донесся хриплый зов:

— Амелия…

Сердце дрогнуло, пропуская удар, и конечности будто задеревенели, когда передо мной начал образовываться сгусток из теней. Он нарастал, собирая все новые и новые души, впитывая их в себя, как губка, и образуя очертания чьей-то фигуры. По спине пробежался липкий пот, а глаза округлились сами собой, наблюдая за происходящим, и мое тело, будто загипнотизированное, даже не намеревалось шевелиться.

— Подойди…

Я не видела лица, струящиеся тени обрисовывали вокруг головы незнакомца темный капюшон, и единственным, что сумел выцепить мой взгляд, стала та самая золотая маска, бередившая мое сознание во снах.

— Эридор? — имя сорвалось с губ само собой, и от осознания того, кто передо мной, мне стало совсем не по себе.

Быть этого не может!

Туманная фигура, заслышав свое имя, протянула ко мне призрачную руку, окутываемую мерцающими, дымчатыми тенями, и я невольно сделала шаг вперед. Поддаваясь манящему гипнозу, слушая не разум, а непонятные, дремлющие чувства внутри. Чувства графини Лефрадской.

Но приблизиться к магу Хаоса мне не позволили. Кто-то резко дернул меня в сторону, уволакивая прочь, и по всему коридору пронеслось злобное, рассерженно рычание, в котором одновременно отражалась и дичайшая боль. Этот рев пронзительным звуком заполнил практически всю академию Нелея, стены, словно живые, зашевелились, вторя болезненному крику, отвечая тягучим гулом, вызывавшим в груди неописуемый страх.

— Прости, страхолюдина, но это моя девушка, — беззлобно, со знакомой саркастичностью бросил мужской голос, и я, наконец сконцентрировавшись, безумно обрадовалась Арниэру.

Мы пробежали несколько поворотов, пока не оказались в некоем подобии старого сада. Когда-то это точно был сад, но теперь, сквозь порушенные стены, прорастали деревья и вьюны, усеивая пространство своей зеленью. Вот только живописным это ни разу не выглядело, так как даже деревья здесь казались практически иссохшими, мертвыми, закоченевшими.

— Девушка? — слово безумно грело сердце.

Мы ненадолго притормозили, и Арниэа развернулся ко мне, внимательно рассматривая.

— Ну, надеюсь, что когда-нибудь ей станет, — пожал плечами парень, а я, чувствуя, как к глазам подступили слезы, бросилась в его объятия, крепко сжимая.

— Все в порядке? — приподнял он с подозрением темную бровь, внимательно рассматривая меня. В голубых глазах плескалась тревога, и под его взглядом мне становилось жутко неуютно. — Как я здесь оказался и что это за место? — поинтересовался он, дотрагиваясь до моей щеки в нежном жесте.

Сердце болезненно ударилось о грудную клетку.

— Ты не помнишь? — прошептала я рассеянно.

— Лишь последние мгновения, — Арниэр нетерпеливо взъерошил свои волосы.

Закусив губу, опустила взгляд. Теперь понятно, почему он мне рад. Он ведь не помнит, что убила его именно я… А говорить такое… сейчас… Мне просто не хватило духу.

— Ты умер, — сглотнув, озвучила половину правды, и парень резко нахмурился.

— А ты почему тут? — сурово спросил он, стараясь не выдавать эмоций и сохраняя стоически уверенный вид.

— А я пришла тебя спасти, — честно призналась.

Боялась смотреть ему в глаза, чувствовала себя безмерно перед ним виноватой, ведь, когда он вернется (если вернется!), то обязательно будет помнить все, что произошло! А как доверять, как любить человека, который попытался тебя убить? И убил!

— Ли, — Арниэр заключил мое лицо в свои ладони, и я постаралась собраться, чтобы не выглядеть размазней. — Уходи, если можешь. Тебе здесь не место.

— Только с тобой, — запротестовала решительно. — Нам всего лишь нужно добраться до центрального зала, там портал, и Карнелис…

— Карнелис-с-с-с… — повторил за мной жуткий хриплый голос, и мы с Арниэром заозирались по сторонам, понимая, что слишком долго времени потратили на разговоры.

Он здесь. Эридор здесь!

— Бежим! — заметив грозно надвигающиеся на нас клубы теней, сын советника потянул меня за собой, не давая опомниться.

Запыхавшись и повиляв немного, мы вскоре вновь оказались в разрушенном центральном зале, том самом, с которого и началось мое приключение. Похоже, закончиться ему суждено не иначе, как тоже здесь. И, в отличие от моего первого сюда визита, теперь тут было отнюдь не тихо. Эридор, почуяв неладное, нагнал в помещение десятки душ, находящихся у него в подчинении, и теперь они плотной стеной заволакивали проход в обратную сторону, желая не позволить нам с Арниэром выбраться.

— Проклятье, — выругалась я тихонько.

Клубы темноты сгустились над нашими головами, шипя и извиваясь, загораживая собой и без того унылый вид чернильного неба, и это означало лишь одно — Темный маг Хаоса добрался до нас и не отпустит так просто. А ведь я еще его возлюбленную олицетворяю. Всем своим внешним видом!

— Верни мне ее, глупый мальчишка! — потребовал Эридор, и из кишащих демоническими змеями клубов тьмы вновь вышла фигура, на этот раз более осязаемая и очерченная. — Она моя!

От звука его голоса мне стало совсем не по себе, а от предъявленных прав на то, будто я собственность какая-то, сделалось дурно. Ведь он ни перед чем не остановится, желая заполучить и вернуть любовь всей своей жизни. Особенно спустя столь долгие годы. Я бы не остановилась!

— Я не Амелия Лефрадская! — вырвалось отчаянно и громко.

Мужчина, все в той же маске, скрывающей лицо, вышел из зияющего полотна озлобленных душ, обретая наконец плоть. Выглядел он обычно: широкоплечий, высокий, с длинными темными волосами, спускавшимися по плечам, но лицо… оно будто было обезображено, и потому его скрывала эта дурацкая маска. Я чувствовала, что это так, на уровне подсознания. Чужого подсознания. И этим-то весь его вид и страшил.

— Она, — подтвердил Эридор, и его голос уже не звучал столь призрачно и отдаленно. — Я знаю. Чувствую.

Отлично. Эта зараза до сих пор сидит где-то внутри, хоть и не пытается меня более подчинить. Выберусь, лично прибью Карнелиса за его мерзкие проделки!

Арниэр, все это время молчаливо рассматривавший соперника, только руки в кулаки сжимал, но ни слова так и не произнес. Сосредоточенный, словно пытался разглядеть уязвимые места противника, он внимательно следил за окружающей обстановкой, подмечая каждую мелочь, и обдумывал варианты дальнейшего развития событий.

Эридор атаковал внезапно и неожиданно. Густые тени зашумели, зашевелились, и тяжелая атака полетела в нас напролом, не желая оставлять в живых. Это он так всегда любовь всей своей жизни приветствует?

Арниэр, вовремя среагировав, выставил блок, и огненная стена яркой вспышкой пронеслась над нашими головами, укрывая от зияющей тьмы. Как хорошо, что его силы в этом мире по-прежнему работают!

Раздался глухой удар, и в месте соприкосновения двух энергий полетели пламенные искры, мгновенно поглощаемые тенями. Волна заставила нас пошатнуться, и мы попятились назад, к кишащим темным змеям. Взмахнув рукой, послала в облако, закрывающее выход отсюда, яркую вспышку серебряного света, и та режущим лезвием пронзила невесомое полотно, сотканное из чужих исковерканных душ. Раздались громкие стенания, и этот звук болезненным эхом отпечатался на моем сердце.

— Не отвлекайся, — приказал Арниэр, в то время как с другой стороны на нас понесся очередной поток тьмы со стороны мага Хаоса.

— Амелия, — позвал он ласково. — Вернись ко мне.

Вот только этого не хватало. Я надеюсь, Карнелис плотно запечатал графиню Лефрадскую в моем сознании, и она еще долго себя не проявит. Не хватало еще, чтобы эта женщина, пользуясь моим телом, опять атаковала Арниэра!

— Размечтался, — фыркнула в ответ, уворачиваясь от чьей-то обезображенной за время пребывания здесь души.

Применяя силу раз за разом, пытаясь пробиться сквозь гущу тьмы, я чувствовала, как слабею. Силы истощались, а мертвая бездна будто поглощала их, растворяя в себе без остатка, без капли. Это невероятно страшило, да и силы сына советника были на исходе, я это видела.

Эридор, плавно продвигаясь вперед, приближался к нам невероятно спокойной походкой, ощущая себя барином и господином в этом мире, а мы совершенно ничего не могли ему противопоставить. Тени, стелившиеся вокруг него, будто нашептывали что-то, остальные же, трансформируясь в единый живой организм, буквально выполняли каждый мысленный приказ своего повелителя.

— Отдай мне девчонку, — не приказал, но попросил Эридор, в то время как голос его звучал до жути зловеще и пробирал до костей, — и я исполню твою волю.

Смутившись от сказанных слов, пропустила атаку теней, и теперь на левом предплечье красовался некрасивый порез, из которого засочилась кровь. Грязное платье, которое предполагалось использовать для торжественного выхода, а не для баталий с сильнейшим магом, выглядело удручающе, от него то и дело отваливались лоскуты. Тяжелый подол мешался, не позволяя нормально ступать, и я то и дело норовила об него споткнуться. Ноги налились свинцом, а по всему телу растеклась усталость, но я продолжала раз за разом применять магию. Мироздание, огонь, воду, все, что угодно, лишь бы вытащить нас отсюда!

— Я верну тебе твою мать, — прошептал зловещий голос.

Что? Он ведь не серьезно?

— Как вернешь? — резко заинтересовался Арниэр, однако защиты не ослабил, продолжая отбиваться от атак Эридора.

Впрочем, Темный маг на нас особо не растрачивался, демоны теней делали всю работу за него, в то время как мужчина пристально наблюдал за нами. Наблюдал за мной. Выискивал где-то внутри свою графиню, не иначе. От этих тяжелых взглядов мне становилось не по себе, я их чуть ли не затылком чувствовала, а потому усиливала атаки, стараясь выложиться по полной программе.

— Позволю тебе с ней пообщаться, — Эридор оказался совсем уж близко, и магия Арниэра практически соприкасалась с магией Хаоса, образуя между ними барьер. Отдаляя нас от него.

Давай же, Лилия! Соберись!

— Ты же всю жизнь этого жаждал, мальчишка, — произнес маг Хаоса.

Золотая маска плотно скрывала его лицо, и прочитать по интонациям голоса его настроение было совершенно невозможно. Его внешний вид меня жутко пугал, особенно это безжизненное, пустое лицо.

— Променять девушку на мать, которая хотела меня прикончить? — с сарказмом отозвался Арниэр, и его ладони вспыхнули ярким огнем. — Действительно, всю жизнь мечтал!

Парень с силой ударил по Темному магу, и этот жест заставил его чуть отстраниться, шагнуть назад. Расставив руки в стороны, я сконцентрировалась, отгоняя непрошеные чувства и переживания, после чего свела ладони вместе. Между ними заискрилось серебристое пламя, сквозь которое прорывались различные искры других стихий.

Изловчившись, Эридор направил в Арниэра несколько своих приспешников, и те ухитрились напасть сзади, подло и ничтожно. Сын советника зашипел от боли, теряя концентрацию и оказываясь уязвимым к удару, и Темный маг не преминул воспользоваться такой возможностью, обрушив на парня свой гнев.

— Нет! — вскрикнула, посылая в человека в маске вспышку, но его тьма бесследно поглотила подготовленный разряд, а следующая атака отбросила Арниэра в сторону. Парень ударился об одну из разрушенных стен и обмяк, повалившись на землю.

Сердце дрогнуло, я хотела было броситься к нему, но тени резким и плотным кольцом окружили нас с Эридором, отрезая от остального мира. Лишь нечастые лица мелькали в этой густоте, обезображенные и сломленные, обезличенные, и вид всего окружающего мира не вселял в сердце ничего, кроме паники.

— Наконец-то мы одни, — заявил Темный маг, оказываясь практически рядом, слишком близко, и мне пришлось запрокинуть голову чуть кверху, чтобы всмотреться в прорези для глаз на золотой маске. — И сможем поговорить.

Нервно сглотнув застрявший в горле ком, я попыталась отступить, но слишком быстро поняла, что это попросту бесполезно. Темная бездна сжала меня в свои тиски.

— Любовь моя… — прошептал он, и его глаза зловеще блеснули.

И почему же мне кажется, что разговор мне заранее не понравится?..

Его близость дурманила и страшила одновременно. Его взгляд, пристальный и внимательный, манил и буквально пронизывал душу насквозь. Ярко-зеленые глаза отражали гамму чувств и могли передать любой оттенок настроения. Не удивительно, что Амелия не могла устоять. Да хоть половую тряпку на него накинь вместо этой дурацкой маски, он все равно источал бы свой необъяснимый магнетизм и шарм. Даже сейчас я чувствовала глубоко внутри, как все ее естество, загнанное в закоулки моего сознания, откликается на его присутствие, жаждет вырваться, прикоснуться, ощутить…

Так, хватит!

Я тряхнула головой, разметав лохматые космы по плечам, и, стиснув зубы, с вызывающей дерзостью ответила взглядом на его взгляд.

— Что тебе от меня нужно? — проклятье, а вот голос подвел: прозвучал сипло и робко, будто я перед строгим учителем сейчас доклад держала.

Эридор, хмыкнув в свою маску, сощурился, удовлетворяясь моей временной покорностью. Поднял руку вверх, дотрагиваясь до моих волос и пропуская через пальцы прядку, глубоко вздохнул.

— Ты так на нее похожа, — произнес он, и голос прозвучал приглушенно из-за золотой маски. Так и хотелось до нее дотронуться, посмотреть, узнать, что скрывается под ней, но было страшно даже сделать вдох, не то, что движение.

— Ты только что утверждал, что я — это она, — пробормотала все так же хрипло, но взгляда не отводила.

Сердце отплясывало безумный ритм, набатом отдаваясь эхом в висках. Кровь пульсировала, тело пробивали волны легкой дрожи, и мне с трудом удавалось напускать на себя уверенный вид.

Что знала я об этом человеке? Бывший принц, обладатель одной из трех разрушительных стихий, убитый собственным лучшим другом и проторчавший во тьме сотни лет. Насколько он псих? Судя по двум другим представителям, его стоило бояться больше всех остальных.

— Она, — подтвердил мужчина. Коснулся пальцами моей щеки, и я нервно дернулась, прерывая контакт, — там, — следующее прикосновение было предназначено моей груди, там, где сердце.

Темнота вокруг была невероятно плотной, и у меня уже начинала развиваться клаустрофобия от этих давящих живых стен. Воздуха не хватало, выдержки тоже, и ноги предательски подкашивались. Дыхание участилось, и я сжала руки в кулаки, сглатывая застрявший в горле ком.

— Что тебе от меня нужно? — процедила сквозь зубы, и Эридор вновь безжизненно усмехнулся.

— Я хочу, чтобы ты осталась со мной, — произнес он бесцветно, и мои глаза в ужасе округлились.

Здесь? В этом отвратительном мире смерти? С ним? Да ни за что!

— Прежде, чем давать свой ответ, — предостерег меня Темный маг, — я озвучу тебе свои условия. А ты хорошенько подумай.

Порывалась было ответить нечто ехидное и злое, да так и захлопнула рот, не успев ничего сказать.

— Сражаться со мной бесполезно, — сообщил Эридор, чуть склонив голову на бок, но продолжая с пристальным любопытством разглядывать меня. Выглядело… дико и жутковато. — Особенно в моем царстве. Хаос поглощает вашу магию с каждым ее применением. Он разрушает абсолютно все, и чем дольше вы бьетесь с ним, тем быстрее он лишает вас всяческих сил. Опустошает, — мужчина вновь дотронулся до меня, на этот раз властно.

Схватил за шею и подтащил ближе к себе, сокращая расстояние между нами. Провел большим пальцем по моим губам, наслаждаясь, а я побоялась дернуться, так как хватка оказалась крепкой и достаточно болезненной, чтобы не играть с огнем.

— Его тело предназначалось мне, — продолжил говорить мужчина, имея в виду Арниэра, и теперь я начинала осознавать, насколько диким, безрассудным и несправедливым был план матери Аринэра, с чего-то вдруг решившей, что с помощью сына сможет воскресить мага Хаоса.

Использовать родного ребенка в качестве пустого сосуда! Да как ей вообще в голову такое могло прийти?

— И как бы это сработало? — поинтересовалась скептически.

— С тобой ведь сработало, — усмехнулся он. — Амелия сумела бы… найти общий язык с Карнелисом, — имя куратора прозвучало в устах Эридора с особым презрением. — И я готов оставить в покое мир живых, моя дорогая Лилия, — продолжил Темный маг, всматриваясь в мои испуганные глаза, — а мальчишка пусть живет, Хаос еще не наложил на него своего отпечатка, как он сделал это со мной, — зеленые глаза зловеще блеснули, и мужчина небрежным жестом указал на свое лицо под маской. — Но ты, моя дорогая, останешься здесь. Со мной. Навсегда.

По спине пробежались холодные мурашки. От произнесенных слов стало совсем не по себе. Я в принципе подозревала, что все Темные маги прошлого — те еще психи, но не до такой же степени, чтобы подменять одного человека другим, заставляя его вечно томиться в темноте всепоглощающего Хаоса.

— А если я откажусь? — пробормотала сухо и облизала губы.

Эридор ухмыльнулся, кротко и небрежно.

— Откажешься, — произнес он, — и мальчишка останется здесь. Ну а я последую за тобой по пятам и найду любой уголок, где бы ты ни спряталась. И обращу в прах все, что тебе дорого.

Прозвучало слишком жутко. А задавать вопросы про то, как он намерен выбраться и охотиться за мной, если брешь все-таки закроют, совершенно не хотелось. Почему-то была уверена, что и на это действие у мага Хаоса найдется своя лазейка.

— Поверь, не так-то просто простить своего убийцу, — напомнил Эридор, вкрадчиво и злобно. — Забыть его лицо, выбросить из памяти его предательство.

Сердце дрогнуло при воспоминании об Арниэре. Из-за меня он оказался здесь, это я приложила руки к его смерти, и кому, как не мне, расплачиваться за содеянное? Он должен жить, иначе я просто не прощу себя. И как бы мне ни хотелось вырваться отсюда, как бы ни стремилась моя душа обратно, не знать всего этого ужаса и магических перепетий, но теперь у меня просто не оставалось выбора. И как сбежать, если Хаос поглотит всю мою магию?

Оставался лишь один шанс…

— Я… я согласна… — прошептала дрогнувшим голосом.

Эридор, чуть склонив голову, ослабил хватку с моего горла. Опустился пальцами ниже, вдоль оголенного плеча, вызывая на коже мурашки, и все нутро жаждало отозваться на эти прикосновения чем-то большим. Но я сдержалась, не позволяя себе даже шелохнуться. Мужчина наклонился, подаваясь чуть вперед, и мои губы коснулись холодного металла маски. Ладонь Темного мага легла на мое правое запястье, неожиданно обжигая огнем. Змея отозвалась магией мироздания, протестуя, и я, понимая, что иной возможности у меня просто не будет, воззвала ко всей своей силе, томившейся внутри.

Яркий свет затмил все пространство, разгоняя тени по углам и освобождая проход. Прежде, чем Эридор успел среагировать или сообразить, что я подло и нагло его обманула, ударила его магией в грудь, отталкивая далеко прочь, и мужчина приземлился среди старых обломков академии. Невероятная сила мироздания, казалось, готова была разорвать меня на кусочки, но благодаря сознанию графини внутри и ее опыту мне удавалось ее контролировать, хоть это и было достаточно тяжело.

— Ли! — пришедший в себя Арниэр уже был наготове, отталкивая от себя постепенно оживающие тени.

Я бросилась к нему, хватая за руку и буквально выталкивая его к выходу, задействовав при этом остатки силы. Небольшая серебристая брешь разверзлась там, откуда не так давно прибыла я, и парень быстро исчез в ярком свечении.

— Ты предала меня! — рявкнул Эридор с противоположного конца зала, и сгущающаяся темнота клубилась вокруг меня, заставляя нутро сжиматься от страха. Готовясь к атаке, выкачивая из меня магию.

И чем больше я ее применяла, тем слабее становилась. Понимала, что открыть второй портал, для себя, может просто не получиться. Бросилась туда, где пару секунд назад стоял Арниэр, однако внезапно меня перехватила чья-то рука. Дернулась в сторону, разворачиваясь, и столкнулась с истинным лицом Эридора. Похоже, золотая маска слетела во время моей внезапной атаки, и теперь на меня смотрело изуродованное пребыванием в мире мертвых лицо с горящими, аспидно-зелеными глазами. Темный маг чем-то напомнил мне ожившего мертвеца, часть его скулы отсутствовала, являя лишь скелет челюсти, кое-где виднелись признаки не то гниения, не то страшных ожогов, и мне с трудом удалось подавить внутри рвотный рефлекс.

Подавшись назад, вырвалась из его хватки, однако Темный маг продолжил наступать. Я попыталась вновь применить магию мироздания, но в этот раз с пальцев сорвалась лишь бледная вспышка.

Проклятье!

— Я предупреждал, — изуродованные губы исказила пренебрежительная усмешка.

Думай, Ли, думай!

Арниэр попал сюда совершенно иным образом, нежели я, а значит, выход где-то рядом. Просто Эридор делает все, чтобы я этого не поняла, потерялась, как напуганный кролик. На той стороне парня должен был встретить Карнелис и провести его через грань, мне же этот этап не нужен. Брешь уже открыта. Нужно лишь ее отыскать, а ведь она довольно огромна и рвется сильнее с каждой минутой.

Неожиданно, словно в ответ на мои мольбы, плотные тени разорвала яркая вспышка. Смешение энергий четырех стихий, с которыми не так давно пришлось столкнуться мне лично, ворвалось в темнеющее вокруг нас пространство, рассеивая умершие души в стороны и заставляя Эридора громко рыкнуть. Эхо пугающим звуком отскочило от разрушенного здания, и сердце в который раз покрыл лед страха.

— Ли! — раздался голос подруги, и я чуть не оцепенела от внезапно нахлынувшей радости.

— Альби? — изумилась и тут же бросилась к сирене, пока Темный маг не пришел в себя.

— Мы подумали, что тебе нужна помощь, — с гордостью заявила девушка, и рядом с ней я заметила Эркина, Лестера, Ноди и, кто бы мог подумать, отца Арниэра собственной персоной!

Все они, сцепившись за руки, стояли по другую сторону, становясь для меня заветным ориентиром. Именно они, объединив все четыре стихии, как когда-то сделали Отступники, пришли меня спасать, и я была безумно благодарна им за это!

— Нужно уходить, — приказал Рейнард, протягивая ко мне руку. Тени и демоны бесновались и там, я видела все через призму мира Хаоса. — Карнелису нужна твоя помощь в восстановлении грани, пока еще не поздно.

На меня вновь со всех сторон накинулись души умерших, однако очередная вспышка не позволила им приблизиться на достаточное расстояние, создавая временный защитный барьер и отрезая от меня всех, в том числе и Эридора, от перехода между мирами. Я чувствовала себя жутко истощенно, это место буквально высасывало из меня все силы, но сдаваться не собиралась.

— Быстрее! — рявкнул отец Арниэра.

Ни за что бы не подумала, что буду так безумно рада жесткому тону советника короля!

Обернувшись, чувствуя внутри трепет и волнение, последний раз взглянула на мага Хаоса, на его обезображенное лицо, но такие живые и яркие зеленые глаза. О, они обещали мне многое, и ничего из этого многого не сулило добра. Маг не двигался, застыв окаменевшей статуей и пристально взирая на меня. Даже попыток вырваться не делал, очевидно, не способный прорваться сквозь барьер, созданный моими друзьями из вне. На их магию здешние законы истощения не действовали.

— Я отыщу тебя везде, — лишь холодно пообещал он, и эхо сотнями отголосков пронеслось по сумрачному залу. — Запомни это. Ты не спрячешься, и я верну себе то, что по праву принадлежит мне.

Отвернувшись и стараясь не перебирать в памяти его недавние угрозы, я сделала шаг навстречу остальным, оставляя мир смерти наконец-то позади.