Легенда Нелейской Академии

Х. Из домыслов к сути

Как-то быстро тут все забывают о том, что недавно случилось. Ну, не то, чтобы забывают, ведь ректор получил официальное уведомление от королевского советника о том, что он прибудет с визитом в академию через пару недель, когда уладит все свои дела в столице, и это ощущение неизбежности камнем легло на грудь. Скорее, остальные просто более-менее привычны к реалиям здешней жизни, так как ученики и преподаватели академии просто переключились на грядущий праздник, сто пятидесятый день рождения самого ректора, и я все еще поверить не могла, что люди могут столько жить. Впрочем, он ведь маг, в конце-то концов.

— А сейчас добавьте щепотку дурман-травы в полученную смесь, — вещала преподавательница по целительскому искусству. Практику нам поставили аж с первого курса. — И не отвлекайтесь: именно щепотку, не больше, — строго проговорила женщина. Роста она была невысокого, стройная и очень миловидная. — Если, конечно, не хотите, чтобы раненый так и не проснулся.

Демонстрируя нам каждое движение, точное и выверенное, преподавательница лишь чуть-чуть приправила кипящее марево этой самой дурман-травой, после чего деликатным движением убрала мешочек с остатками обратно в учительский стол, продолжая равномерно и плавно помешивать содержимое над огоньком.

— А где Арниэр? — поинтересовалась я полушепотом, в который раз отметив, что темноволосый на занятия не явился. Уже два дня прошло, а он как сквозь землю провалился.

— А он тебе так нужен? — ехидно спросила Ноди, чем вогнала меня в краску. — Мало он тебе проблем доставил?

— Не нужен, — буркнула затравленно. — Просто четвертовать его хотела.

— Вставай в очередь, — кровожадно предостерегла Альбиэтта.

Зевая, девушка сыпанула в миску со своим отваром аж целую ложку дурман-травы, и Ноди, округлив глаза, так и застыла в немом ужасе.

— Нет, у а что? — искренне недоумевала сирена, рассматривая наши вопрошающие лица. — Раненым нужно спать и набираться сил, — девушка пожала плечами, на что Ноди только глаза закатила. — И вообще, — деловито вздернула она подбородок, — может, я отраву для Арниэра варю.

Не сдержавшись, хихикнула в ладошку. С такой гвардией мне точно нечего бояться. А вот сыну советника лучше бы действительно больше даже мимо не проходить.

Тем не менее, как бы зла на Арниэра я ни была, мне хотелось его общества. Странное такое чувство. Будто когда его нет и никто не ехидничает, увядает частичка привычного мира, и это навевало легкую тоску. К тому же, хотелось выслушать его версию произошедшего, ведь наверняка должно быть какое-то объяснение поведению парня. Ведь не хотел же он меня просто прикончить? Сделал бы это каким-нибудь способом попроще.

— Ну а теперь, — продолжала тем временем пояснять студентам учительница, — потушите огонь и дайте зелью настояться, — она щелкнула пальцами, и огонек под миской с ее зельем затух.

Альби, пользуясь своей стихией, просто-напросто замочила свой костерчик, ну а мы с Ноди, прибегнув к традиционным методам, накрыли их крышками, прерывая доступ кислорода. Ноди, скорее, по привычке, ну а я потому, что пока стихии слишком отвратительно меня слушались. Точнее, почти не слушались вообще.

— А что с тем разрывом мироздания? — поинтересовалась я у подруг.

Толком мне никто ничего так и не рассказал, в основном потому, что подруги финала сего действа не видели, ну а с Карнелисом уже я не особо разговаривала. Никак не удавалось, куратор вечно где-то пропадал после того происшествия. Хотя ведь наверняка катастрофа такого масштаба много чье внимание привлекла, вот только я мало с кем тут вообще знакома.

— Говорят, сам заштопался вскоре после того, как мы от тебя вышли, — важно отозвалась сирена, явно не первый раз слышавшая пересказы из чужих уст. — Брешь была небольшая, так что опасения оказались действительно напрасны. Демонов хаоса и прочую мертвечину в наш мир ты не выпустила.

Побледнев, нервно сглотнула. И на том спасибо.

— Ну что ж, — громко возвестила преподавательница, чем оторвала нас от бурного обсуждения последних сплетен. — Поздравляю, ваше первое зелье по восстановлению сил готово, — она начала активно раздавать учащимся какие-то маленькие бутылечки. — Прошу, не стесняйтесь, заливайте ваш отвар в эти емкости. Уверена, ваше зелье вам обязательно еще пригодится.

Бросив косой и полный отчаянного подозрения взгляд в сторону места работы Альбиэтты, я мысленно посочувствовала тому «раненому», которому девушка однажды зальет в рот свои упорные труды. Сама же сирена с большой охотой заполнила аж пару склянок, после чего распихала их по карманам в предвкушении того, что когда-нибудь ее зелье обязательно спасет жизнь какому-нибудь принцу.

Хихикнув мы с Ноди комментировать подобные заявления не стали. Собрали вещи и отправились по своим делам. Девчонки — на перекус, ну а я — на поиски сына советника.

В комнату парней я влетела почти что с ураганным вихрем. Даже сама вздрогнула от того, с какой силой шваркнулась дверь об стенку. Арниэр, как ни в чем не бывало читавший какую-то книжку, аж на кровати подпрыгнул и с недоумением уставился на меня.

— Ну заходи, — хмыкнул он. — Не стесняйся.

Валялся на заправленной постели прямо в одежде и обуви и ничуть не смутился моего появления, хотя я искренне надеялась, что он хотя бы икать начнет при виде моей грозной физиономии.

— Зашла, — хмуро процедила сквозь зубы.

Специально пожертвовала ради этого разговора целым уроком по магическим искусствам, так что пусть не выпендривается! И да, я все еще зла. Хоть соседки и отговаривали меня от похода в мальчишеские покои, я была непреклонна и решительна. Альби предполагала, что сын советника уже границу пересекает, но я была уверена, что темноволосому просто лень идти на занятия. И бинго! Я оказалась права.

Захлопнула за собой дверь, настолько же агрессивно, и с прищуром злой кошки уставилась на Арниэра. Тот даже книжку в сторону отложил, деликатно спрятав ее в шкафчик прикроватной тумбочки.

— Ну, что на этот раз? — прямо и с легкой усталостью в голосе поинтересовался парень, чем выбесил меня еще сильнее.

Поднялся с кровати и, сложив руки на груди, уперся спиной в подоконник, полностью концентрируя свое внимание на мне.

— Что на этот раз? — повторила свирепо его вопрос, а у самой желваки на скулах заходили. Стиснула руки в кулаки и лишь силой воли не позволяла новоприобретенным способностям сравнять в этой комнате все с землей. — Серьезно?

Арниэр, изогнув губы в тугой усмешке, хмыкнул.

— Серьезно, — уверенно повторил он. Делал вид, что я всего лишь распсиховавшая девица с неадекватными претензиями или снова вознамерился вывести меня из себя? Клянусь, у него неплохо получается.

— Из-за тебя, — я подошла к нему вплотную, дерзко ткнув пальцем ему грудь, — я чуть не погибла!

— Но Карнелис вовремя подоспел, правда? — передразнил он озлобленно. Эй, злиться тут буду я!

— Правда, бесчувственное ты создание! — возмутилась, повысив голос. — Я поверила тебе, — толкнула его в плечо, чувствуя, как бушующие эмоции готовы обратиться в скандальную истерику и безутешные рыдания. Подбитая гордость вопила внутри, а обманутое самолюбие грозилось крушить и ломать. — Доверилась тебе, — все-таки, не сдержалась и всхлипнула. — А ты меня предал!

Ну, вот. Чертовски неудобное положение! Я ведь ругаться пришла, а не хныкать…

— Я тебя не предавал, — со всей серьезностью заявил Арниэр. Попытался дотронуться до моей щеки, чтобы смахнуть слезы, однако я жестко ударила его по руке.

Не дождется!

— Я чуть не погибла из-за твоих тайных игр! — снова попыталась его толкнуть. Не знаю, может, от злости и обиды в окно его надеялась выпихнуть, однако парень ловко перехватил мое запястье, с жесткостью всматриваясь в мои глаза. — А ты продолжаешь вести себя так, будто ничего не случилось.

Арниэр, развернувшись, дернул меня на себя, и спустя долю секунды уже я стояла спиной к окошку, растерянно всматриваясь в голубые глаза, в которых бушевал шторм океана.

— Я хотел увидеть свою мать, — просто сообщил он, продолжая пристально рассматривать меня.

Свободная рука уперлась ему в грудь в попытке оттолкнуть, но сил не хватало. Арниэр уверенно прижал меня к подоконнику, и все, что мне оставалось, это лишь чуть-чуть отклониться назад, макушкой упираясь в стекло оконной рамы. Сердце пропустило удар, когда его дыхание обожгло мою кожу.

— Что? — растерянно прошептала я, стараясь не дрожать.

Ожидала услышать все, что угодно, но явно не это. Даже слезы из глаз капать перестали, настолько я оказалась шокирована откровением сына советника.

— Я хотел, — с нажимом повторил он, — увидеть свою мать.

Его взгляд блуждал по моему лицу, по линии губ, и я беспомощно слушала гулкое биение своего сердца, которое совсем уж неуместно с трепетом забилось в груди.

— Не думал, что ты пострадаешь, — Арниэр неожиданно отстранился от меня, освобождая из своей хватки и позволяя сделать глубокий вдох. Отвернулся прочь, словно стыдился смотреть мне в глаза, и отошел на пару шагов в сторону. — Прости меня.

Плотно сдавив ладонями подоконник, я все еще пыталась удержаться на подкосившихся ногах и выровнять дыхание. Надменный Арниэр только что… извинился передо мной?

— Ты это хотела услышать, когда врывалась сюда? — провокационно поинтересовался парень.

Закусив губу, забила злость куда подальше. По крайней мере, постаралась.

— Я хотела знать причину. Думаю, у меня было такое право.

— Моя мать погибла, — произнес парень, привычно хмыкнув. Развернулся, вновь надевая маску бунтаря, и с хитрым прищуром продолжил: — Думаю, ты и так в курсе.

Кивнув, выпрямилась, стараясь прогнать из памяти момент неожиданной близости и чувство тепла его тела под своими пальцами.

— Ты ее совсем не помнишь? — догадалась я.

— Нет, — качнул головой темноволосый. — И не особо хочу, — ответ меня обескуражил.

— Почему? — изумилась.

— Потому что моя мать была Отступницей, — жестко припечатал Арниэр, и я округлила в ошеломлении глаза, — и пыталась принести меня в жертву. Мой отец действительно ее убил, — в моих жилах точно кровь застыла от таких подробностей семейной драмы. — Не своими руками, конечно. Историю замяли, остались лишь слухи, и большинство считает, что моя мать сбежала с любовником.

Арниэр снова отвернулся, опустив голову и взъерошив волосы, ну а я, пугаясь воцарившейся тишины и чувствуя себя неловко, сделала шаг навстречу в жалкой попытке сделать хоть что-либо.

— Да, я использовал тебя, Ли, — парень неожиданно развернулся, всматриваясь в мои глаза. — Хотелось взглянуть ей в глаза, — в зрачках встрепенулось лютое пламя ненависти. — Понять, что заставило ее пойти на убийство родного сына.

Сжав губы, я постаралась окончательно не расклеиться. Последнее, что нужно Арниэру, так это моя жалость.

— Но за что ты ненавидишь отца? — прошептала робко.

Этот факт совсем не вязался со всей ситуацией в целом.

— За то, что не позволил мне этого сделать, — выдохнул Арниэр. В потемневших глазах вновь отразился обжигающий лед. — Еще раз прости, что ты пострадала. Теперь ты знаешь мою тайну. И надеюсь, тебе хватит ума ее сохранить, — последнее было сказано с толикой угрозы, и я окончательно растерялась.

Не такого я ожидала от нашего разговора. Хотелось как-то его поддержать, но парень, несмотря на недавнюю близость, уверенно меня отталкивал.

— А теперь, — в своей привычной надменной манере молвил Арниэр, — если на этом твои вопросы иссякли, — он распахнул дверь, — уходи.

Понимая, что промедление может грозить не самым приятным продолжением, я, не произнося ни слова и вновь отчаянно пытаясь подавить в себе слезы, пулей вылетела из комнаты.

Мне, как и прежде, снилось темное помещение. Зал. С десятками факелов вдоль каменных стен, с высокими сводами, что терялись над головой. Вдоль, склонив головы в капюшонах, стояли монахи. Или Отступники. Я не могла сказать с уверенностью, однако они чинно расступались передо мной, стоило мне только сделать шаг вперед. Еще один и еще. Я медленно продвигалась к алтарю, что стоял в нескольких метрах, и чувствовала шелест платья за своей спиной. Легкий, ненавязчивый, гармоничный.

Там, у алтаря, кто-то меня ждал. Высокий человек, облаченный в темные, строгие одежды. Лица его разглядеть я не могла, на нем была золотая маска, но чувства страха я не испытывала. Наоборот, в груди трепетало легкое воодушевление. Нетерпение, стремление как можно скорее преодолеть расстояние, что отделяло нас друг от друга. Все так, как должно было быть. Наконец-то…

Распахнув глаза, осознала, что по-прежнему нахожусь в своей постели. За окном тарабанил легкий дождик, Ноди с Альбиэттой мирно спали в своих кроватях, а хомяк все еще крутил колесо, не намереваясь останавливаться.

— Не спится? — Мартин все-таки спрыгнул со своей беговой дорожки и подполз ближе, внимательно рассматривая мое лицо сквозь темноту. В ночи его глаза-бусинки казались совсем уж угольными.

— Что-то вроде того, — отозвалась еле слышно. Приподнялась на кровати, принимая сидячее положение, и свесила ноги вниз, босыми ступнями касаясь прохладного пола комнаты. — Непонятные сны снятся…

Зверек, пожав лапками, вылез из клетки и спрыгнул ко мне на кровать, располагаясь рядом, и мы вместе с ним уставились в ночное окно. Лунный свет, пробивавшийся сквозь дождливые облака, проникал в помещение и едва-едва освещал его, поэтому выхватить взглядом что-либо помимо ближайших предметов интерьера не представлялось возможным. Стояла умиротворенная тишина, и это приятно действовало на разыгравшиеся нервы и воображение.

— Это как-то связано с разговором с твоим многообожаемым? — вкрадчиво поинтересовался хомячок, и я, сощурив глаза, зыркнула на Мартина. — Ой, да ладно тебе, — вполголоса отозвался он. — Весь день сама не своя ходила, вся такая посеревшая и понурая. Нетрудно догадаться.

Поджав губы, только подивилась проницательности своего домашнего зверька. Подругам про тайну семьи Арниэра я предусмотрительно не рассказала. И не потому, что парень попытался мне пригрозить. Просто считала, что это неправильно — раскрывать чужие секреты. Они хотели скрыть данный аспект, эту трагедию, и я уважала их право. Возможно, такая репутация мешала советнику. Возможно, так отец пытался уберечь сына от подозрительных взглядов окружающих. В любом случае, не мне решать, делиться этой тайной или нет, а потому я смолчала. Но что меня в себе беспокоило, так это то, что, несмотря на такое эгоистичное поведение со стороны Арниэра, я все еще пыталась его оправдать. В собственных глазах. Зачем?

— Скорее, это связано с графиней Лефрадской, — немного помолчав, отозвалась я.

Да, увиденное на грани сильно меня впечатлило, и теперь я просто не могла выкинуть Амелию из своей головы. И, уверена, все эти странные сны — отголосок той злополучной встречи.

Поднявшись, отыскала среди одежды брюки и вязаную кофту, любезно подаренную мне Ноди, и по-быстрому натянула их на себя.

— Ты куда? — недоумевал Мартин, все еще сидевший на кровати.

— Прогуляюсь немного по академии, — отозвалась, легонько пожав плечами. — Все равно не спится, — натянув тапочки, потрепала хомяка по голове, после чего, стараясь быть предельно аккуратной и не издавать ни звука, начала пробираться в сторону входной двери.

— Чур, кровать моя, — лишь отозвался ехидно Мартин, чем вызвал на губах ухмылку.

Не ответив, чтобы не разбудить подруг, я вышла из комнаты в кромешную темноту, намереваясь дойти до библиотеки и немного почитать. Думаю, пришло время познакомиться с некоторыми аспектами Грани.

Продвигаться по коридорам впотьмах было совсем не весело. Пару раз я наткнулась на какие-то тумбочки с вазами с цветами, едва-едва успев предотвратить грозный звук разбитой посудины, один раз свернула совсем не туда, а когда хотела было плюнуть на эту странную затею и дождаться утра, поняла, что вообще уже окончательно не помню, откуда пришла и куда следует возвращаться, чтобы оказаться с своей комнате. Топографический кретинизм во всей его красе, что тут сказать.

— Ну давай уже, — переминаясь с ноги на ногу и оголенными пятками ощущая легкие порывы сквозняка, гулявшего по академии, я щелкала пальцами, как заправский джазмен, но огонь отказывался себя проявлять. — Ну?

И как это у Арниэра с такой непринужденной легкостью сделать получалось?

Наконец, попытки с тридцатой, я все-таки сумела ощутить тень витиеватой магии, струившейся внутри. Она отозвалась легким всплеском, выпрыскиваясь, словно кровь в вены, и на моих пальцах сперва рассыпались яркие искры, падая вниз, но затухая, так и не достигнув пола, а затем прямо на ладонях засиял красивый огненный шарик.

Охнув от удивления и неожиданности, я едва только что созданную сферу себе под ноги не уронила, и пришлось бы стараться заново, однако вовремя спохватилась и взяла себя в руки.

— Красота какая, — воодушевленно пробормотала я себе под нос, с восхищением рассматривая огонек. Словно маленькое солнце оказалось в моих руках. — Не хуже всяких там выпендрежников, — отметила горделиво, созерцая переливающийся огонь.

Карнелис бы наверняка был мной доволен, какие-никакие навыки я в себе развить все-таки сумела. Думаю, неплохо для человека, до восемнадцати лет не знавшего о существовании магии, как таковой.

Теперь, когда дорогу мне освещало огненное свечение, разобраться в полутусклых коридорах стало гораздо проще, и вскоре я, ведомая любопытством, уже отпирала тяжеленную дверь библиотеки, ощущая в груди трепет и какое-то благоговение.

— Секция три, — повторила вслух, вспоминая свой недавний сюда визит. — Там книги про Темных магов.

Где конкретно могли лежать фолианты и истории о Грани, а также о людях, сумевших на ней побывать, я понятия не имела, ведь путеводителем тут являлся исключительно библиотекарь, и никаких подсказок на стенах не висело, а потому подумала, что где Темные маги, там и три составляющие этого и не только мира. В любом случае наверняка много новой информации смогу почерпнуть.

Минуя стеллажи и оказываясь примерно там же, где в прошлый раз выловила нашего куратора, я замерла, подбрасывая сферу вверх и уповая на то, что она не брякнется на пол и не спалит тут все дотла. Я и так уже бед принесла немерено, не хватало еще ценнейшую библиотеку уничтожить.

Но, благо, огонек завис в воздухе, позволяя мне осмотреться, и я, с интересом выудив несколько книг с довольно простенькими названиями, дотащила их до стола и расположилась за увлекательным чтением, совершенно позабыв и о времени, и об окружающем мире.

Оказывается, о метках мироздания, хаоса и грани известно не так уж и много, однако их относят к сильнейшим из магических энергий. Мироздание впитывает в себя все четыре стихии, являясь их основоположником. Грань дает полный контроль над миром предсмертного состояния, что в той или иной степени позволяет обладателю метки играть с жизнью и смертью, а хаос — это невероятная сила разрушения, бесконтрольное и беспорядочное движение стихий, бездна темной магии, если можно так выразиться.

Ох, и с чем же таким легендарным мне пришлось столкнуться…

В одной из книг сообщалось, что доподлинно было известно о том, что все три метки появляются в этом мире разом, таким образом Вселенная создает своего рода баланс между всеми силами.

Это что же получается? Когда я объявилась в этом мире, то где-то родился человек с меткой грани и с меткой хаоса? Или, наоборот, мое появление здесь обусловлено стремлением Вселенной компенсировать активизировавшиеся разрушительные силы?

Нервно сглотнув, перелиснула страницу.

Думаю, второй вариант очень хорошо объясняет мою внезапную телепортацию в академию…

Увлеченная чтением, я даже не заметила, как ко мне кто-то подошел.

— Доброй ночи, юная леди, — раздался неожиданный голос со спины, и я нервно вскрикнула, роняя древний фолиант на пол и спрыгивая со стула.

Замахнулась, готовая если не прибить, то хотя бы хорошенько врезать обидчику, но перед моим взором предстал всего лишь сгорбленный старичок с седовласой бородкой и такого же цвета кучерявыми волосами.

— Тоже любите побаловаться чтением в час ночной? — с легким налетом коварства поинтересовался нежданный библиотечный гость.

Хлопая глазами, постаралась отдышаться, осознавая, что старик угрозы в себе не несет. По крайней мере, пока что.

— В-вы кто? — пробормотала, заикаясь. Так недолго и от инфаркта свалиться.

Усмехнувшись, старичок согнулся и аккуратно поднял оброненную мной книгу. Бережно стряхнул с нее пылинки и любовно прижал к своей груди. Ночной библиотекарь, что ли?

— «История Темных магов. Хроники и загадки», — с воодушевлением озвучил мой собеседник название на переплете, так, впрочем, на него и не взглянув. — Хороший выбор, — одобрил он, — но начинать советую все же с основ, например, — седовласый старик обратился взором к стеллажам, и я в недоумении проследила за ним, — с книги «Мироздание и Хаос».

И он потянулся за книгой, после чего вручил мне тонюсенький томик, кое-как стянув его с верхней полки. Я даже нахмурилась, действительно ли это книга вообще, но руку все-таки вперед протянула, забирая предложенное чтиво. Зоркие глаза старичка сверкнули, стоило ему отметить на моем запястье серебристую змею бесконечности, и я невольно спрятала руку вместе с полученной книгой за спину.

— Вы не ответили на мой вопрос, — пробормотала более настойчиво, и губы старичка растянулись в дружелюбной улыбке. — Кто вы?

— Конечно, — отозвался он. — Не думал, что нужно.

Ах, не думал он, посмотрите. Я, между прочим, уже почти ко всем в этой академии с подозрением отношусь. Не стоит меня нервировать, а то ненароком еще одну брешь в Грани проделаю.

— Думаю, вы должны были видеть меня на церемонии открытия учебного сезона, — незнакомец неторопливо засеменил вдоль стеллажей, и мне пришлось последовать за ним, чтобы не упустить сути диалога. Впрочем, пока диалог выглядел бессмысленным. — И, надеюсь, вы придете на мой день рождения, — моя челюсть мгновенно распахнулась сама собой, и я так и замерла между полками с книгами, созерцая потихоньку удаляющуюся ссутуленную спину. — Не часто ко мне на праздник приходит обладательница метки Мироздания.

— Так вы — ректор Нелейской Академии? — зачем-то решила уточнить, хотя ответ и так был ясен и очевиден.

Тогда издалека мне не особо удалось его рассмотреть, но теперь точно понимала, что это он. И ему уже почти сто пятьдесят!

— Выходит, что так, — приглушенно отозвался ректор, и я наконец-то догадалась отмереть.

Быстро зашагав за старичком, свернула за один из стеллажей, секцию так и не рассмотрела, и замерла, отметив, что тут имеется довольно уютно оборудованный закуток по типу гостиной. Ректор тем временем вальяжно плюхнулся в одно из мягких кресел, и моя шея, затекшая от сидения в скрюченном положении более часа, тихонько заныла. Где был этот райский уголок раньше? Тут и светильники имелись!

— И вам правда сто пятьдесят? — ляпнула зачем-то, и только потом догадалась, что это не совсем тактично.

Ректор академии, бросив на меня любопытный взгляд исподлобья, усмехнулся.

— Правда, — преспокойно отозвался он. Закинул тощие ноги на пуфик и растянулся в кресле, раскрывая какую-то книгу.

Вот, блин, не думала, что вообще с ректором лично свижусь и даже познакомлюсь. И о чем надо с такими почтенными людьми говорить?

Пока я неуверенно переминалась с ноги на ногу, ректор тем временем успел перелистнуть пару страниц, после чего обратил свой взор на меня.

— Так и будете стоять, юная леди? — спросил он. — В ногах правды нет.

Скорчив сконфуженную гримасу, аккуратно села в одно из мягких кресел, и моя спина возликовала.

— Расскажите мне… — запнулась под пристальным взглядом старца, — об академии. Вы же тут… давно?

Улыбнувшись, довольно теплой и радушной улыбкой, ректор нахмурил кустистые брови, о чем-то задумавшись.

— Уже и не помню, если честно, — хихикнул он. — Столько событий прошло, лица сменяли друг друга, а время не стояло в стороне.

И тут я сообразила, что даже имени нашего ректора не знаю. Какой стыд и позор… А ведь Ноди, помнится, что-то нам про него даже рассказывала перед сном. Уверена, даже мой хомяк внимательнее меня.

— А вы помните Темных? — с вожделением всматривалась в его серые глаза, надеясь услышать заветное «Да». — Я читала о них, но хотелось бы узнать что-нибудь от того, кто их действительно видел.

Закусив губу, боялась, что меня сейчас с разворота пошлют с уютного диванчика, однако ректор Нелейской Академии оказался вполне себе приветливым старичком.

— Я, увы, нет, — произнес мой собеседник, — однако дед застал ту эпоху.

Округлив глаза, подумала сперва, что ослышалась. То есть, истории о Темных магах тянутся дальше, чем полтора века? Ну ничего ж себе! А отец ректора и его дед тоже по сто пятьдесят лет жили?

— И что он вам рассказывал? — уселась поудобнее, подтягивая ноги под себя и опираясь на подлокотник кресла. — Рассказывал ведь?

Старичок хмыкнул, мечтательно вздыхая.

— Конечно, — отозвался он. — И все это мы переложили в учебники по истории, — ректор окинул взглядом библиотеку.

Боюсь, искать и читать придется слишком много и долго, и оттого я слегка расстроилась, однако старичок решил не лишать меня возможности послушать пару баек из его уст, а потому пару мгновений спустя продолжил:

— К примеру, под академией раньше был храм Отступников, — пояснил он, и я охнула, вспоминая, как прогуливалась по этим катакомбам. — И именно здесь впервые была совершена самая крупная и практически успешная попытка открытия портала из мира живых в мир хаоса.

Закусив губу, с замиранием сердца впитывала в себя полученные знания. Такого на уроках истории Карнелис нам еще не рассказывал.

— Дело в том, что здесь грань тоньше, — пояснил мой собеседник. — Мироздание и Хаос соприкоснулись, — сообщил ректор, — и целый город был уничтожен, — трагично завершил он. — В дальнейшем на его обломках была возведена Нелейская Академия, чтобы впредь оградить материк от подобных трагедий.

Полагаю, что именно после этого инцидента Амелию Лефрадскую и казнили.

— Но что стало с остальными Темными магами? — сорвался с губ вопрос. — Ведь Амелии помогали.

Такое в одиночку не провернуть, теперь я точно была в этом уверена. Старичок пожал плечами.

— Увы, этого дед не знал, — тоскливо вздохнув, поделился ректор. — Когда сюда прибыла стража и королевские маги вместе с моим дедом, единственной, кого они нашли, была Амелия. Того, что тут случилось на самом деле, она так никому и не рассказала.

Поежившись, не сумела найти нужных слов, чтобы продолжить расспрос. Информация оседала и укладывалась в голове постепенно, и не хотелось упустить ни единой ниточки. Не уверена, конечно, что все рассказы помогут мне понять пределы моих сил, но очень надеялась, что сумею понять мотивы самой графини.

— Уже слишком поздно, юная леди, — старичок неожиданно поднялся с кресла, словно вспомнил о том, что не выключил в комнате утюг. — А занятия никто не отменял.

Улыбнувшись, он поманил меня за собой.

— Я вас провожу. Идем.

Мне не оставалось ничего, кроме как, прихватив тонюсенькую книжку, врученную мне ректором, отправиться вслед за ним.

— И не забудьте про мой день рождения, — усмехнулся напоследок старичок.