Кости под моей кожей

Глава шестая

Нейт остался верен своим словам.

Он принял душ первым.

Вода шла либо ледяная, либо обжигающая. Средней температуры не было.

Это не имело значения.

Было и без того замечательно.

Он прислонился к кафельной плитке цвета морской волны, чувствуя, как его кожа начинает краснеть.

В душе ему думалось лучше всего.

Дома, в пригороде Вашингтона, он каждое утро проводил тридцать минут в душе, звуки журчащей вокруг воды его успокаивали. Он жил в Чеви-Чейз в квартирке с завышенной арендной платой (таков был округ Колумбия — всё было слишком дорого, если только бы он не решил жить в часе езды от Вашингтона) на восьмом этаже, с одной скудно обставленной спальней. У него не имелось времени, чтобы обзавестись собственной мебелью, не было людей, которых бы он называл друзьями, и которые бы приходили, садились на диван, несли чепуху и смотрели дурные телепередачи. Нейт слишком много работал. Ему это нравилось. Было легче полагаться на себя, чем на других.

Было ли ему одиноко?

Конечно.

Но он никогда не позволял себе слишком зацикливаться на этой мысли. Не хватало времени.

Его будильник срабатывал в четыре тридцать, и он тащился в спортзал на первом этаже, где бегал на беговой дорожке с прикреплённым к бедру плеером и наушниками в ушах, слушая «Dangerous» Майкла Джексона. Он покорно преодолевал свои три мили, а затем возвращался в квартиру.

Однажды Нейт задумался о том, чтобы завести кошку. Но потом вспомнил, что ненавидит их.

Он не бывал дома достаточно часто, чтобы взять собаку.

К пяти он уже стоял в душе.

И оставался в нём в течение тридцати минут.

Размышлял.

Это помогало ему сосредоточиться.

Ближе к концу своей блестящей карьеры в «Пост» он стал принимать душ и по ночам.

Это уже не помогало.

Так что да, теперь он здесь, стоит в слишком горячем душе, а вокруг поднимается густой и тяжёлый пар, потому что Нейт забыл включить потолочный вентилятор. Плитка студила спину, вода обжигала грудь.

Он мог лишь отрывисто дышать.

Ему было необходимо, чтобы эти двое ушли.

Необходимо.

И им нужно было уйти. Как сказал Алекс, вокруг имелись другие хижины. В самом деле, даже куча. Нейт не призывал их к взлому и проникновению, но… здесь их не должно было быть. Они были сложными. Оба. Нейту не нужны были сложности. Причина, по которой он вообще приехал в Орегон, заключалась в том, чтобы не думать о сложностях.

Мучали ли его вопросы?

Конечно.

Да они разгромили его разум. Он всегда был любознательным. Всегда. Ещё с самого детства. Нейт хотел знать всё, даже то, чего не должен был. Мать называла его любопытным. Однажды она застукала его, когда он пытался подслушать разговор между ней и отцом, и сказала, что ему не нужно лезть не в своё дело. Что в один прекрасный день это навлечёт на него неприятности.

Она была права, конечно.

Сейчас Нейт был здесь из-за этого.

Он докапывался, когда не следовало.

Существовали этические принципы, когда дело касалось журналистики. Особенно в газете с такой легендарной историей, как у «Пост».

Эти двое должны уйти.

Так что какая разница, если маленькой девочке придётся купаться в холодном озере.

В мире жили люди, у которых вообще не было воды, чтобы помыться.

И чем меньше Нейт знал, тем меньше шансов, что его вызовут для дачи показаний против… чего бы то ни было.

Но, чёрт возьми, они оба его интриговали.

Он застонал.

Нет.

Ни в коем случае.

Он не задаст ни единого вопроса.

И это окончательное решение.

Алекс был в душе, когда Нейт спросил:

— Почему тебя зовут Артемида Дарт Вейдер?

Арт сидела на диване в неудобной позе, скрючившись так низко, насколько могла, её ноги в носках свисали над полом, но не дотягивались до него. В руках она держала очередной роман Луиса Ламура. «Высокий незнакомец». Нед Бэннон сражается со своим сводным братом за контроль над Бишопс-Вэлли. Плохой парень умирает, и старина Нед получает девушку.

— Повторишь ещё разок, напарник? — протянула Арт, не поднимая глаз. На ней были солнцезащитные очки. Нейт задавался вопросом, откуда она их взяла. Были ли они украдены.

— Артемида Дарт Вейдер.

Девочка слегка опустила книгу в мягкой обложке.

— Это моё имя, не трепли его понапрасну. — Она тихонько захихикала. — Теперь я понимаю, почему это смешно. Интересно. Мне нравится.

— Почему ты…

— Разве мы это уже не выяснили?

Нейт окинул взглядом коридор, прислушиваясь к шуму душа. После того, как он вышел, настала очередь Арт. Она помылась быстро, намного быстрее, чем он ожидал от кого-то вроде неё. Она вышла всего через десять минут, с искусно обёрнутым вокруг головы полотенцем, в джинсах, казавшимися ей немного великоватыми, фиолетовых носках и футболке с эмблемой «Чикаго Буллз»^[1], которая свисала с одного её плеча.

Алекс, в свою очередь, казалось мучился от противоречивых чувств при мысли о том, чтобы оставить девочку наедине с Нейтом. Арт сказала ему перестать глупить. Он без слов рыкнул на неё, прежде чем пристально таращился на Нейта по крайней мере целую минуту.

Угроза была предельно ясна. Слова не требовались.

Нейт не собирался ни о чём спрашивать. Он не собирался.

Он не очень удивился тому, что как только включился душ, его рот открылся.

— Ты так и не ответила, — произнёс он.

— Ответила, — парировала Арт, перелистывая страницу. — Я же говорила тебе, что мне оно нравится. А ты сказал, что ты Натаниэль Картрайт, потому что тебя так назвали родители. Но ты не очень любишь своих родителей.

Нейт моргнул.

— Какого чёрта ты несёшь?

— Они мертвы, так?

— Откуда ты…

— Это то, что ты сказал Мачо Мену. Но ты не выглядел очень грустным, когда об этом говорил. Ты был сердит, я думаю. Или что-то в этом роде.

Дерьмо. Она была права. И эти двое всё подслушали.

— Не в этом суть. Это не имеет значения.

— О. Хорошо. Просто, если они тебе не очень нравятся, и это они дали тебе имя, почему ты не выбрал какое-то другое?

Нейт чувствовал себя беспомощным. Всё шло не так, как планировалось.

— Это не так работает.

Девочка поднимала свои солнцезащитные очки до тех пор, пока они не улеглись на полотенце на её голове.

— Кто так сказал?

Он не знал, что на это ответить.

— Так говорят все.

— Не Алекс.

— Что?

— Алекс сказал, что я могу быть кем пожелаю. Что никто и никогда не сможет указывать мне, что делать, если я этого сама не захочу. Что я могу выбрать своё собственное имя. Так я его и выбрала.

— А как же твоя мама?

— Что ты имеешь в виду?

— Какое имя тебе дала она?

Арт закатила глаза.

— Такое, которое ты не сможешь выговорить, уж поверь мне в этом.

Это… Нейта не устраивало.

— Но почему…

Она ухмыльнулась.

— Ты знаешь «Звёздные войны»?

— Все знают «Звёздные войны».

— Ладно, замечательно. Значит ты знаешь, что есть этот парень, Дарт Вейдер.

— Знаю.

— Он вроде как наполовину машина, наполовину человек и носит красный…

— Я знаю, кто он!

— Ну, он мне нравится.

— Он тебе нравится, — медленно сказал Нейт. — Почему?

Она пожала плечами.

— Потому что он был плохим, но на самом деле он был хорошим. А ещё он умеет душить людей одним взмахом руки. Конечно, вся вселенная «Звёздных войн» немного нереалистична, потому что на самом деле всё не так, как… — Она оборвала себя. Склонила голову набок, изучая Нейта. Её полотенце съехало. — В любом случае. Дарт Вейдер.

— И Артемида.

— Она являлась богиней охоты. И дикой природы. Она была покровительницей девочек.

— И тебе это нравится.

Арт кивнула.

— Больше, чем что-либо ещё. Как ты думаешь, они были реальными?

— Я не… ты спрашиваешь меня, думаю ли я, что древнегреческие божества реальны?

— Да.

— Нет. Нет, я не думаю, что древнегреческие божества реальны.

— Это очень плохо.

Она откинулась на спинку дивана и снова открыла книгу.

Нейт не был уверен, как они дошли до этого.

В душе всё ещё лилась вода.

Получится ли у него?

— Арт, послушай.

— Слушаю.

— Мне нужно, чтобы ты была со мной предельно откровенной.

— Я могу это сделать, Нейт.

— Хорошо. Это хорошо. Не могла бы ты взглянуть на меня, пожалуйста?

— Я могу выполнять несколько функций одновременно. Я на самом деле очень в этом хороша. А Нед Бэннон собирается…

— Ради меня. Пожалуйста.

Девочка испустила самый долгий раздражённый вздох, но захлопнула книжку и посмотрела на него.

— Спасибо. Итак. Мне нужно, чтобы ты подумала над своим ответом. Ладно? Хорошенько подумала. Ты можешь сделать это для меня?

— Конечно.

— Алекс тебя похитил? Он причиняет тебе вред? Тебе нужно, чтобы я помог тебе от него сбежать?

Она не ответила.

— Арт?

Она пялилась на него.

Нейт наклонился вперёд.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

— Я показываю тебе, что хорошенько думаю, как ты меня и просил. Когда ты хорошенько о чём-то думаешь, ты не отвечаешь сразу.

— Это…

— Ладно, закончила думать. Нет. Алекс не причиняет мне вреда. Мне не нужно от него сбегать. Он мой Алекс. На Земле нет никого, с кем бы я хотела ещё быть.

Нейт не знал, говорит ли она правду или это какая-то форма стокгольмского синдрома. Ему нужно было докапываться дальше.

— Он когда-нибудь делал тебе больно?

Девочка покосилась на него.

— Не умышленно. Однажды он слишком сильно схватил меня за запястье, но это было только потому, что мы бежали очень быстро, и он не знал, что сжимает чересчур крепко. Мои ноги не такие длинные, как его.

Нейт почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

— От чего вы бежали?

— От людей.

— Каких людей?

— С оружием.

— Типа… полиции?

— Нет.

Его поразила страшная мысль.

— Вы в бегах от мафии?

Арт весело рассмеялась.

— О, Нейт. Ты мне нравишься. Я так рада, что мы решили вломиться в твою хижину. Ты такой чудно́й.

— Что происходит?

Нейт подскочил.

Алекс стоял в коридоре, капельки воды стекали по его голой груди, он держался за полотенце, которое, казалось, с трудом обернулось вокруг его талии. Теперь татуировку было видно чётко. Ka-Bar. Орёл. КМП США. Лента со словами «ЛУЧШЕ СМЕРТЬ, ЧЕМ БЕСЧЕСТЬЕ», вьющаяся вокруг птицы и лезвия ножа. Тёмные волосы на груди и животе мужчины кучерявились от влаги. Синяк на боку, который ещё вчера был ярко-синим и насыщенно-фиолетовым, теперь приобрёл лёгкий зеленоватый оттенок и потускнел.

— Нейт только что спросил меня, не в бегах ли мы от мафии, — весело ответила Арт. — Разве он не забавный?

— До истерики, — процедил Алекс, буравя Нейта глазами.

Но Нейт не собирался дать себя запугать. Ни маленькой девочке. Ни мокрому, едва прикрытому мужчине.

— Итак, — заключил он. — Значит, не мафия. Но она рассказала, что это были люди с оружием.

— Она рассказала?

— Конечно, — подтвердила Арт, переворачивая следующую страницу книги. — О, Нед Бэннон. Она чересчур для тебя хороша. Твое сердце слишком жаждет мести. Эй, Алекс. Ты знал, что Нейт смотрел «Звёздные войны»?

— Да неужели, — изрёк Алекс таким тоном, что Нейт был почти уверен, что эти слова означали: «Я — смерть, разрушитель миров».

— Да. Ещё он спросил, похитил ли ты меня.

— Предательница, — пробормотал Нейт.

— И что ты сказала?

Девочка перевела на него взгляд.

— С тебя капает на пол. Почему ты не в одежде? Пытаешься покрасоваться? — Она посмотрела на Нейта, потом снова на Алекса. — По-моему, это работает.

Нейт быстро отвернулся, его лицо пылало.

— Арт, держи рот на замке, — предупредил Алекс. — А ты.

Нейт тяжело сглотнул.

— Ты просто… — Мужчина издал раздражённый звук, прежде чем развернулся на пятках и затопал обратно по коридору. Мгновением позже захлопнулась дверь.

Арт посмотрела на Нейта широко распахнутыми глазами.

— У тебя большие неприятности, — прошептала она.

Ему не нравилась улыбка, играющая на её лице.

Нейт Картрайт не был глупым человеком.

Не был.

Он обладал сильным чувством самосохранения.

Вот почему он сразу же схватил ключи с телефоном и рванул вниз по склону горы настолько быстро, насколько осмелился.

Он смотрел в зеркало заднего вида, уверенный, что увидит Алекса, мчащегося за ним, полуодетого (и зачем его воображению вообще нужно было добавлять эту маленькую деталь?), с направленным в его сторону пистолетом, готовым снести Нейту голову.

Но он не видел ничего, кроме пыли, поднимавшейся позади пикапа, и хижины, которая становилась всё меньше и меньше.

Нейт подождал, пока не доедет до главного шоссе, прежде чем посмотрел на свой телефон.

Сигнал появился. Палочки в углу экрана мерцали, но связь была.

Он съехал на обочину.

Оставил пикап заведённым.

И начал набирать 911.

Он уставился на номер, занеся большой палец на кнопкой «Вызов».

Его сердце колотилось в груди.

Вместо этого Нейт удалил 1, и 1, а затем и 9.

Открыл контакты. Выделил имя, которое искал. Нажал «Вызов».

Раздалось три гудка, прежде чем…

— Алло?

— Здоровяк Эдди?

— Нейт! — произнёс Здоровяк Эдди своим низким голосом. — Не ожидал услышать тебя так скоро. Всё хорошо?

— Да. Нет. Я не знаю.

— Ты в порядке?

— Я в порядке. Это просто… — Что? Это просто… что? — Есть ли… что-нибудь? В новостях?

— В новостях много всякого, — медленно ответил Здоровяк Эдди. — Телевизора в хижине нет, да?

— Ага. Мама, она… это было слишком дорого. И она в любом случае не хотела, чтобы мы смотрели телевизор летом.

— Имеет смысл. Твой голос звучит… Я даже и не знаю, как он звучит. Что-то происходит?

— Девочка. Мужчина.

— Какая девочка? Какой мужчина?

— Есть что-нибудь в новостях? О людях… пропавших без вести? Или что-то наподобие?

— Нет, — сказал Здоровяк Эдди. — По крайней мере, я такого не видел. Я не… подожди-ка секунду. Эйб. Эй, Эйб!

Приглушённое бормотание.

— Ты слышал что-нибудь о пропавшей девочке? Просто… не знаю. Пропавшая девочка. Маленькая, Нейт?

— Да.

— Да, вроде… ладно. Верно. Верно. Я сейчас подойду, старый ты пердун. — Здоровяк Эдди вздохнул. — Ничего такого, Нейт. Почему ты спрашиваешь? Ты что-то видел?

Мысли в голове Нейта пронеслись со скоростью молнии.

— Нет, просто… мужчину и девочку у озера. У меня возникло странное предчувствие, понимаешь?

Здоровяк Эдди хмыкнул.

— Да, конечно. Нельзя игнорировать свою интуицию, верно? Особенно тебе. Ты, наверное, знаешь получше других. Ты уверен, что это не кто-то их тех, кто остановился в одном из соседних домиков? То, что сейчас межсезонье, не означает, что некоторые из них не сдаются.

— Знаю. Я…

Здоровяк Эдди понизил голос.

— Может быть, ты стал свидетелем чего-то нехорошего? Я могу позвонить шерифу, если хочешь. Думаю, Григс сейчас на смене, если тебе нужно, чтобы я…

— Нет, — поспешно отказался Нейт. — Нет. Шериф не нужен. Я, наверное, просто слишком остро реагирую. Устал, понимаешь?

— Конечно, — произнёс Здоровяк Эдди. — И пребывание там в первый раз после произошедшего, вероятно, навевает всевозможные воспоминания. Это тяжело. Я знаю.

— Всё нормально, — сказал Нейт, закрывая глаза.

— Раз ты в этом уверен.

— Ага.

— Воду подключил?

Нейт вздохнул.

— Ага. Рабочий заявился ни свет ни заря.

Здоровяк Эдди рассмеялся.

— Джимми ничего не делает ни свет ни заря.

— Нет. Не Джимми. Его звали Рэнди.

— Ну вот те на. А я уж думал, что знаю всех. Но это хорошо. Нейт, устраивайся поудобнее, ладно? И если что-то ещё случится, позвони мне, договорились? Это может быть пустяк, но…

— Ага. Я позвоню. Спасибо, Здоровяк Эдди. Извини, что тебя побеспокоил.

— Ты меня не побеспокоил, дружище. Будь осторожнее.

— Пока.

Телефон пропищал Нейту в ухо.

Он постучал им по лбу.

Розленд был маленьким городком. Там все друг дружку знали. Это факт жизни в провинциальных городках. Но это не означало, что те двое приехали из Розленда. Они могли явиться откуда угодно. Нейт должен был назвать Здоровяку Эдди имя. Не Артемида Дарт Вейдер. Нет. Оно наверняка было ненастоящим. Но Алекс Дельгадо? Оно могло быть…

Его осенила идея.

Внезапно.

Нейт снова пролистал контакты в своём телефоне.

Он посмотрел на часы.

Было только десять утра.

Это означало, что на восточном побережье был час.

Он нашёл имя, которое искал.

Нейт нажал «Вызов».

Прозвучал один гудок.

Раздался голос:

— Дэвис слушает.

— Рут. Это я.

Пауза. Затем недоверчиво:

— Нейт?

— Ага.

— Святое, блять, дерьмо. Ты хоть представляешь, сколько сообщений я тебе оставила? Чёртов мудак, ты… подожди секунду. Клянусь богом, если ты повесишь трубку, я тебя прикончу. — Рут Дэвис заглушила звуки на своём конце провода. Он слышал из трубки едва различимые шумы, самым громким среди которых был низкий и прокуренный скрежет её голоса. Нейт закрыл глаза, представляя, как она сидит в отделе новостей, вокруг неё снуют люди, а столы с толстыми компьютерными мониторами стоят заваленные бумагами и файлами. При мысли обо всём этом он почувствовал острую боль в груди. У него были такие потрясённо вытаращенные глаза, когда он в первый раз вошёл в отдел новостей, направляясь на собеседование на стажировку, за которую ему не заплатили бы ни цента, но на которую он хотел попасть больше всего на свете.

Рут была там уже тогда.

Она работала там десятилетиями. Это была матёрая старая баба, которая до сих пор пользовалась пишущей машинкой и причитала о минувших временах, когда она могла непрерывно курить прямо за своим столом, а не спускаться во двор на чёртовом лифте. Если спросить, никто не мог бы точно сказать, как называлась должность Рут, но она занималась всем понемножку и была более чем готова помочь, если бы её попросили — лишь бы ты ей нравился. И нравился, возможно, было бы слишком сильным словом. Если бы Рут Дэвис терпела твоё существование, то, по всей вероятности, ты смог бы добиться чего-то стоящего. Если бы она тебя невзлюбила, то, скорее всего, через полгода ты работал бы где-то в другом месте. Никто не связывался с Рут. Один парень пытался пожаловаться на неё начальству. Через три дня его уволили.

И по какой-то причине Нейт ей нравился. Она не просто его терпела, а любила. Конечно, она много раз рвала его в пух и прах, но это было единственной причиной, по которой он стал лучше в том, чем занимался. Рут была к нему сурова, но только потому, что о нём заботилась. По крайней мере, так она говорила.

Она была низенькой, чернокожей, с пышным седым афро и перстнями на всех пальцах, которые менялись каждый день в течение месяца. Нейт часто ломал голову над вопросом, сколько на самом деле у неё украшений, но ему не хотелось рисковать и спрашивать, нарываясь на её гнев

Нейт её обожал.

А ещё он с ней не попрощался, когда его вывела охрана, его скудные пожитки лежали в коробке, а кожа вибрировала, паника в нём кипела ещё только на низкой отметке, потому что это не могло быть правдой, это не могло происходить по-настоящему…

Итак. Нейт ожидал того, что должно было произойти. Ведь с тех пор он не разговаривал с ней несколько недель.

— Нейт, — позвала она, возвращаясь к телефону. Её голос был рычащим и мало чем отличался от голоса Алекса, если начистоту. Конечно, он никогда бы не признался никому из них о том, что об этом думал. У одного был пистолет. Другая носила с собой электрошокер. — Где ты, чёрт возьми?

Он думал соврать. Но вместо этого ответил:

— Орегон.

— Орегон, — плюнула она в трубку. — Орегон. В смысле, штат?

— Я не знал, что есть ещё какие-то Оре…

— Смеешь мне дерзить, малец?

— Нет, мэм.

— Позволь рассказать тебе, как всё будет, — отчеканила она, и Нейт услышал яростный стук её печатной машинки на заднем плане. — Я задам тебе вопросы. Ты ответишь на эти вопросы. И если в какой-то момент я почувствую, что ты не правдив в ответах на заданные вопросы, я найду способ вырвать тебе кишки через жопу. Мы пришли к взаимопониманию?

Он совсем немного по ней скучал.

— Да.

— Хорошо. Итак. Первый вопрос. Почему Орегон?

— У моих родителей был здесь летний коттедж. Они оставили его мне в наследство.

— И когда ты об этом узнал?

— Пару недель назад.

— Где именно в Орегоне?

— Недалеко от Розленда. Рядом с озером Гершель.

— Звучит живописно и совершенно ужасно. Я всё это записываю. Разум уже не тот, что раньше. Не хочу ничего забыть на тот случай, если мне понадобится отправить свою толстую задницу в самолёт, чтобы выследить тебя.

Нейт мудро промолчал.

— Озеро… Гершель. Теперь, поскольку я знаю, чёрт побери, абсолютно всё об Орегоне, могу предположить, что это местечко в какой-то глуши, и ты окружён деревьями, природой, птицами и прочим дерьмом.

— Это… подходящее описание.

Потому что да, прямо в этот самый момент он сидел в глуши, окружённый деревьями.

— Ты подался в хиппи? Решил достичь единения с природой? Вкалываешь на какой-то неведомой конопляной плантации и пытаешься снова найти себя, потому что потерялся?

Он улыбнулся вопреки собственной воле.

— Нет, Рут.

— Ты же знаешь, как я отношусь к хиппи, выращивающим травку.

— Знаю.

— Проклятые уклонисты.

— Ты мне это уже говорила.

И много раз. Даже без какой-либо провокации с его стороны.

— Ты в безопасности?

И почему из великого множества вопросов она выбрала совершенно для неё несвойственный. И тогда он заколебался.

— Да.

Конечно, она это заметила.

— Ты в этом уверен?

— Мне… так кажется. Всё… сложно.

— Ну так упрости.

— Мне нужно, чтобы ты нашла для меня информацию об одном человеке.

— Да?

— Да.

— Ну выкладывай.

— Алекс Дельгадо. Ему… сорок. Морской пехотинец. Может, в отставке. Но знаешь, как говорят, однажды морпех…

— Морпех навеки, — согласилась она. — Пожалуйста, скажи мне, что я не собираюсь заниматься поиском информации о ком-то, кого ты хочешь трахнуть.

— Боже мой.

Рут его проигнорировала.

— Потому что если это так, то должна сказать, что чертовски умно использовать таким образом свои связи. Может быть, это немного предосудительно, но осторожность в подобном вопросе лишней не бывает.

— Ради всего святого, Рут!

— Я должна была спросить. Так ты не хочешь его трахнуть?

— Нет!

— Хмм. Ладно, я отстану. Пока что. Почему я собираюсь искать что-то об этом мужчине?

— Просто… он здесь. В коттедже. И он… другой. С ним что-то не так. И я не могу понять что. С ним девочка. Я думаю, что она его дочь, но…

— Но…

— Не знаю! — выпалил он раздражённо. — Всё в этих двоих слишком мутное. И это меня бесит.

— Значит, вместо того, чтобы спросить, ты берёшь и действуешь у них за спинами, звоня мне с просьбой нарыть для тебя компромат.

— Да. Точно. Именно так.

— Я одобряю, — заявила она. — Но если ты считаешь, что этой маленькой девочке угрожает опасность, тебе нужно позвонить в полицию. Лучше совершить ошибку, поступая правильно. После ты всегда можешь извиниться. Нельзя рисковать, особенно если вовлечены дети.

«Он мой Алекс. На Земле нет никого, с кем бы я хотела ещё быть».

— Не думаю, что она в опасности, — признал Нейт. — Но если это изменится, я сделаю всё, что в моих силах. Обещаю.

— Хорошо. Это займёт несколько дней. Я не могу просто так взять и всё бросить, потому что ты, наконец, решил мне перезвонить.

— Знаю. Мне жаль. Просто… мне пришлось уйти. Я должен был уехать.

— Тут… — Она вздохнула. — Ходят слухи, понимаешь?

— Знаю.

— Они правдивы?

— Зависит от того, что в них говорится, я полагаю.

— Сауна, — произнесла Рут сухим, словно пыль, голосом. — Женатый младший сенатор. Ты используешь его как своего информатора, но при этом с ним трахаешься.

— Хорошо. Тогда слухи правдивы.

Она присвистнула:

— Хитрая собака.

— Это не то, чем я горжусь.

— Да, думаю, что не гордишься. Жена раздобыла фотографии, да?

— Наняла частного сыщика. Я не догадывался, что за нами следят.

— Как долго это продолжалось?

Конечно, она не могла об этом не спросить.

— Три месяца.

— Господи, Нейт.

— Знаю.

— Я бы тоже уволила твою жалкую задницу.

— После того, как выбила бы из меня всё дерьмо.

— Чертовски верно. Тебе повезло, что я не узнала обо всём до твоего отъезда из Вашингтона. Что ты теперь будешь делать?

Нейт пожал плечами, хотя она и не могла его видеть.

— Не знаю. Для того и существует Орегон. Чтобы проветрить голову.

— А теперь ты звонишь мне по поводу большого, плохого морпеха по имени Алекс Дельгадо.

— Всё не так.

— Конечно, малец. Раз ты так говоришь.

— Всё не так.

— Мне срать, если ты лжёшь самому себе. Но не лги мне. Это единственное моё предостережение. Я не буду настаивать, но я такого отношения не заслуживаю, Натаниэль.

Он выдохнул.

— Отлично.

— Я перезвоню тебе, когда смогу.

— Если я не возьму трубку, то это потому, что у меня плохо ловит связь здесь, в горах. Просто оставь мне сообщение, и я тебе перезвоню.

— Как ты перезвонил мне после восьми сообщений, которые я оставила до этого, да?

— Ты знаешь, что ты моя единственная девушка, Рут.

Она фыркнула.

— Не пытайся использовать на мне эту очаровательную чушь, Нейт. Оставь это твоим женатым сенаторам. — Она сделала паузу, обдумывая. — Или твоим морпехам.

— Он не мой…

— Я перезвоню тебе, когда что-нибудь выясню. Но помни, если этой маленькой девочке будет нужна помощь, ты ей поможешь. Не позволяй ничему тебя остановить. Дети — самое дорогое, что есть в этом мире. Им нужен кто-то, кто будет сражаться за них, когда они сами не могут бороться за себя. Ты меня понял?

Лес вокруг него ожил.

— Да, мэм.

— Хорошо. — Её голос смягчился. — Береги себя, ладно?

Глаза Нейта слегка жгло. Он очень по ней скучал.

— Спасибо, Рут. Ты тоже.

Телефон пиликнул ему в ухо.

Нейт просидел на обочине в своём пикапе ещё двадцать минут, прежде чем принял решение. Он развернул автомобиль и направился обратно в гору.

«Чикаго Буллз» — профессиональная баскетбольная команда, базируется в городе Чикаго, штат Иллинойс.