Космический замуж. Невинная для неуязвимых

25. Дешифровка Ки

Алина

— Состояние пациента стабилизировано, — сообщает Рорк.

— Альтор, помоги, — бросает Теринн. — Нужно переложить твоего аларина на платформу восстановления.

Они вместе с Альтором перегружают Рэя на медицинскую койку у стены. Из потолка опускаются новые манипуляторы, ставят капельницы и приклеивают датчики.

— Восстановление пациента займёт предположительно десять часов, — рапортует ИИ.

Мне хочется расплакаться от облегчения, но я не позволяю себе эмоции. Пока нет.

— Что с роботами? — Теринн кивает на моих питомцев.

Я втягиваю воздух.

— Я выявила в них неисправности. — Я рассказываю всё с начала.

Теринн смотрит с настоящим вниманием и, когда я завершаю рассказ, выдыхает сквозь сжатые губы.

— В моей лаборатории есть всё, что нужно, — произносит он сосредоточенно. — Я занимаюсь медицинскими роботами, но принципиально архитектура у них общая. Пойдём.

Я жестом зову роботов с собой, и мы покидаем медблок.

Лаборатория Теринна — огромный зал, будто высеченный в самом сердце кристальной горы. Где-то наверху гудят энергетические струи. По центру — два диагностических стола. Питание к ним идёт через кристаллические каналы.

Теринн активирует панели на диагностическом столе, протягивает провода к Орфею и Ки. На голограммах вспыхивают диаграммы и схемы. Для модулей памяти Ки он сразу запускает процесс дешифрации.

— Так… — произносит он. — У твоих друзей серьёзные повреждения. У малышки — сектора с преднамеренной криптозащитой. Это не заводской шифр. А вот у второго…

Он хмурится. Я холодею.

— Прошивка изменена не дилетантом. Это инженерный уровень. Вернуть систему невозможно.

Орфей фыркнул бы, если бы мог. Я кусаю губу.

— И как же… починить Орфея? — спрашиваю дрожащим голосом.

Теринн поворачивает голову, глаза холодные, но в них появляется азарт. Он достаёт коммуникатор, совершает вызов.

— Привет, дружище Зиндар. Давненько не слышались. Слушай, у тебя на свалке случаем не завалялись останки робота серии OR1500-LX? — Теринн ждёт, ответа, а я затаиваю дыхание и скрещиваю пальцы. — О, отлично. Именно голову и торс я и ищу. Привезёшь? Жду.

Он поворачивается ко мне.

— Через пару часов у нас будет образец робота, из которого…

— Можно будет сделать дистрибутив прошивки, — догадываюсь я, — и ядро располагается в голове и груди, соединённое шиной.

— Какая ты умница, — довольно произносит Теринн, просматривая логи дешифрации Ки. — Альтор не ошибся, взяв тебя в жёны.

— Я всё ещё тут, — бурчит мой муж из-за спины. — И планы у нас на Алину куда больше, чем просто на Шарин.

Теринн поднимает голову от экрана.

— Ты говоришь про ритуал? — спрашивает он.

— Как только Алина будет готова, — отвечает Альтор.

Я перестаю понимать, о чём они и настораживаюсь.

— К чему? — я смотрю на него с недоверием.

Он не выглядит виноватым, как человек, который что-то скрыл. Напротив, взгляд у Альтора уверенный и тёплый. Он собирается мне ответить, но его прерывает сигнал диагностического стола.

— Доступ к закрытым секторам открыт, — сообщает Рорк. — Обнаружены нестандартные архивы. Метаданные помечены как оперативные.

Теринн резко выпрямляется.

— Ну давай посмотрим, что там за архивы, — произносит Теринн и выводит на голоэкран содержимое зашифрованных секторов.

Архив открывается, и на диске обнаруживается файл с названием «Операция: День насекомых». Я холодею. Это было скрыто. Что за грязный секрет мы только что откопали?