Счастливчик. Кастелламмарская война

Глава 13

До десяти вечера мы с Адонисом успели посетить четыре борделя. Тот самый «Версаль», который до этого выбрал под свою деловую резиденцию Вито, «Парадиз» в Гринвич-Виллидж, «Мулен-Руж» на Бауэри и еще один, у которого даже не было названия, и он находился в переулке за Чайнатауном.

Везде происходило одно и то же: я знакомил Джо с мадам, объяснял, что теперь он будет вести дела вместо Вито, отвечал на вопросы и успокаивал тех, кто нервничал.

Мадам приняли новость спокойно. Им было все равно, кому платить, лишь бы их защищали от полиции и буйных клиентов. А вот девчонки явно обрадовались, и тут было чему. Джо улыбался им, юморил как только мог, некоторым даже ручки целовал. Он все-таки красавчик. И когда мы уходили из очередного борделя, половина из них смотрела на него влюбленными глазами.

Я так понял, что они боялись Вито, да и это заметно было, когда я так же возил его по своим заведениям чуть больше трех недель назад. Джо будет другим: мягче, обходительнее. Это хорошо для бизнеса с одной стороны, а с другой… Я знаю, что на самом деле он такой же безжалостный и жесткий парень, как и я, так что у него никто не забалует. И я уверен, что бордели станут приносить только больше денег.

К десяти я уже валился с ног, все-таки день выдался длинный: прием просителей, потом по делам мотался, дальше — четыре борделя. Хотелось уже добраться до кровати, лечь и уснуть, выпив перед этим бокальчик чего-нибудь горячительного. Тот же ром подошел бы идеально, а бутылка у меня осталась еще, мы не все развезли по барам.

Еще сильнее хотелось заехать к Гэй, да только вот это было бы неосторожно. Светить ее убежище было нельзя, а за мной следят. Определенно, пусть мне и удалось скинуть преследователя.

С Джо мы расстались у последнего борделя, он поймал такси и уехал к себе, а я пошел к машине, которую оставил в переулке неподалеку. Завел двигатель, выехал на улицу и двинулся в сторону отеля. Не того, в котором ночевал вчера, я еще по телефону забронировал номер в другом, севернее, ближе к Гарлему.

Ехать пришлось через центр Манхэттена. Ночной Нью-Йорк был красив: огни реклам, фонари, освещенные витрины. Я с детства это любил еще в Москве, пусть у меня и не было особой возможности гулять по ночам. Дела, все время дела. И вот сейчас опять то же самое.

Людей на улице стало меньше, но город все еще жил, это все-таки центр. Я свернул на Бродвей, проехал несколько кварталов и тут заметил еще один черный Форд Модель А, который ехал двумя автомобилями позади.

Номер? Нет, номер другой, да только манера вождения все та же: держится на расстоянии, не отстает, но и не приближается. И до меня дошло: он же едет за мной от самого Чайнатауна.

Понятно. Значит, они снова нашли меня, знали, что я поеду по борделям, это секретом не было. Да и Джо наверняка рассказал своим знакомым о том, что я буду передавать ему дела. Может, даже у каждого ждали, если у них несколько машин.

Но в любом случае, это уже начинало меня бесить. Какого хрена им вдруг понадобилось?

Я проехал еще немного без особой цели, сворачивая то направо, то налево, просто чтобы убедиться, что прав. Форд следовал за мной, как привязанный, они, кажется, даже не скрывались особо. Либо не умели, либо не считали нужным.

Хватит. Пора с этим кончать.

Я резко свернул на боковую улицу, проехал еще полквартала и припарковался прямо у телефонной будки, заодно перекрыв доступ к пожарному гидранту. Плевать, сейчас не до штрафов, если докопается полицейский, то просто суну ему пятерку.

Вышел из машины, огляделся. Улица была полупустой, как по мне — так идеальное место для нападения, свидетелей не будет. Вот сейчас и проверим, что они там задумали.

Левую руку я засунул в карман, нащупал рукоять револьвера и взвел курок, приготовив его к стрельбе.

Когда я подходил к будке, мне уже хотелось, чтобы эти ублюдки напали. Адреналин играл в крови, да и я попросту умудрился накрутить себя самого, вот и все. Ну, давайте, попробуйте, суки.

Форд появился из-за угла, медленно проехал мимо меня и остановился метрах в тридцати дальше по улице. Двигатель заглушили, но из машины никто не вышел.

Странно. Очень странно.

Если бы хотели убить, то сейчас и напали бы. Если бы хотели схватить, то тем более — свидетелей-то нет. А они просто следят. Зачем им это надо?

Я дошел до телефонной будки, вошел внутрь и закрыл за собой дверь, снял трубку, поднес к уху. Стекло мутное, но силуэт машины все равно было видно. Никто из нее не выходил.

Ладно. У меня в голове уже сложился план, что делать, как заставить их действовать. Для этого придется сделать кое-что самому.

Хорошо, что мелочь я с собой захватил, мне из двадцать первого века таскать монетки было непривычным — они у нас вышли из употребления. И даже когда платишь наличными, проще сдачу не брать, чем таскать это железо у себя. А так все на картах.

Но тут, увы, монетки — это неотъемлемая часть жизни. Сигаретные автоматы, таксофоны, мальчишки чистильщики обуви и газетчики. Если дашь купюру в доллар, то на тебя как на идиота посмотрят.

Бросив монетку в щель, я набрал номер квартиры, где прятались Гэй и Роуз. Послышался протяжный гудок, после чего настороженный голос Винни:

— Алло?

— Это я, Чарли, — сказал я. — Нужно встретиться, срочно.

— Босс? — спросил Винни. — Что-то случилось?

— Потом объясню…

Я прикинул место, куда можно было бы заманить своих преследователей. Оно должно быть публичным, но оттуда должно быть легко уйти в случае нападения. А еще оно должно работать сейчас, хотя бы до полуночи.

— Знаешь ресторан «Сан-Дженнаро» на Мотт-стрит? — вытащил я из памяти подходящее заведение.

— Знаю, — ответил Винни.

— Будь там через полчаса.

— Босс, — он чуть замялся. — Тут мисс Орлова для тебя суп сварила. Боржч, как ты просил. Уже остыл почти, она расстроится, если ты не приедешь.

Черт. Я же сам просил сварить мне борщ, еще и того лавочника напряг, чтобы собрал мне корзину. Наверное, весь день готовила, ждала меня. А я даже позвонить не мог, чтобы предупредить…

Ладно, у меня дела. Мы это обговорили уже.

— Не до супа сейчас, Винни, — сказал я. — Передай ей, что приеду завтра. А сейчас бросай все и езжай в ресторан. Это важно.

— Понял, босс. Буду через полчаса.

Я посмотрел через стекло на машину, увидел, как из окна вылетел окурок и разлетелся во все стороны искрами, ударившись об асфальт. Забрал свои три цента сдачи, вытащил еще одну монету, сунул в щель. Набрал другой номер. Оставалось надеяться, что он уже дома.

— Сигел у телефона, — послышался резкий недовольный голос Багси. Разбудил что ли? Или оторвал от важных дел?

— Бенни, это Лаки, — сказал я. — Нужна твоя помощь.

— Сейчас? — спросил он. — Я занят немного. С женщиной.

— Бросай свою женщину и приезжай в «Сан-Дженнаро» на Мотт-стрит. Примерно через полчаса.

— Что случилось? — все-таки спросил он.

— За мной целый день следят. Хочу узнать, кто и зачем. Нужна ваша помощь.

Наступила пауза, которая продлилась секунд пятнадцать, после чего Багси хмыкнул:

— Следят, говоришь? Это мне нравится, люблю такие дела. Буду.

Он повесил трубку.

Все, двоих хватит, тем более, что Багси наверняка приедет обвешанный стволами.

На самом деле план был очень прост: мне надо было заманить преследователей в ресторан, а потом попытаться взять их. Для этого нужно было сымитировать важную встречу. И вот если на нее приезжает охранник и Багси, да еще и мы встречаемся посреди ночи, то это однозначно означало, что дело важное. И можно попробовать подслушать.

Мне все же не давало покоя, кто бы это мог быть. Люди Массерии? Или Маранцано?

Я вышел из будки, достал из внутреннего кармана пачку сигарет, прикурил. Постоял немного на пустынной улице, просто чтобы потянуть время и лишний раз спровоцировать преследователей. Не повелись.

Добил сигарету, вернулся к своей машине, сел за руль. Завел двигатель, развернулся и поехал в сторону Маленькой Италии. Когда собирался повернуть, увидел, что Форд тронулся и снова поехал за мной.

Ничего, ребята. Скоро мы с вами поговорим.

Я приехал в ресторан первым, но еды заказывать не стал. Только кофе, причем попросил оставить у меня на столе кофейник, а заодно попросил принести пепельницу. Достал из кармана пачку сигарет, сунул одну в зубы, закурил. Отпил кофе. Горький и горячий, пережженный, я бы сказал, и аромата особого нет. Просто горячий напиток.

У них ведь и в мое время так принято — варят с утра кофейник, а потом подогревают его весь день на маленьком огне. И пьют. Если слишком крепкий, то разбавляют водой. Оттуда и американо.

Но кофеин в нем был, а больше ничего не требовалось. Глаза слипались, очень уж спать хотелось, но имелось и понимание того, что сегодня уже не придется.

Посетителей в ресторане было не очень много, все-таки будний день, а я сел недалеко от входа, лицом к нему, чтобы все видеть. Но при этом не так, чтобы меня самого было видно из окна. Расчет не на это.

Минут через десять дверь открылась, и в помещение вошел Винни. Он осмотрелся, увидел меня, двинулся в мою сторону. Я кивнул — ему ведь, очевидно, требовалось разрешение сесть за стол. Он сел, и я сразу же подтолкнул ему кофейник и чашку.

— Пей, — сказал. — Спать сегодня, подозреваю, уже не придется.

— Так что случилось-то? — спросил он, сделал глоток, поморщился. Кофе уже остыл, и был не очень-то вкусным, очевидно. Я и сам пил его через силу.

— За мной следят, — ответил я. — Весь день, еще от самого клуба. Кому-то что-то от меня понадобилось. А нам надо выяснить, что именно. Пушка с собой?

— Да, — кивнул он.

— Тогда ждем, — ответил я. — Сейчас еще Бен должен приехать. Не оборачивайся, не смотри в окно. Просто жди.

Винни явно возбудился — его напрягла эта тема со слежкой, да и то, что я его вытащил. Но послушался меня и сидел тихо.

Долго ждать не пришлось. Еще минут через пять появился Сигел. Тоже в дорогом костюме, но одет небрежно: шляпа набекрень, галстук приспущен, верхняя пуговица рубашки расстегнута.

Но в любом случае, он — это главная часть провокации. Багси — это уже серьезная фигура, так что подслушать наш разговор можно попробовать. Он вошел, двинулся ко мне, протянул руку.

— Чарли, если ты вытащил меня зря, то я обижусь, — то ли серьезно, то ли в шутку сказал Багси. — Ты бы видел, какие сиськи были у этой шиксы…

Шикса — значит, не еврейка. Багси никогда не скрывал, что предпочтет рыжую или блондинку ирландку любой еврейской девушке. Для него это было как трофей, доказательство, что он уже не просто парень из Нижнего Ист-Сайда, а настоящий американец.

Я молча налил кофе в еще одну чашку и протянул ему.

— Садись, — сказал. — Надо поговорить.

В этот момент дверь ресторана открылась еще раз, и внутрь вошел парень лет двадцати, одетый в достаточно дорогие костюм и пальто. Его лицо показалось мне смутно знакомым… Видел, но один раз, может быть, два, но как зовут — не помню.

Я выдохнул. Значит все-таки человек Массерии. Или все же нет?

Надо поговорить с ним. Но просто подойти нельзя, он может поднять шум, начать кричать. Да и в целом, поговорить лучше в более приватной обстановке. Желательно вывезти его куда-нибудь, да и вообще.

Парень сел за столик через пару от наших, начал листать меню. Он, очевидно, собирался подслушать, из-за чего мы тут собирались встретиться.

— Ну в общем-то, я и так собирался с тобой связаться, — сказал Багси. — Тут одно дело появилось, верное.

— Говори тише, — я поморщился, было видно, что парень навострил уши.

Я старался больше не смотреть на него, пусть думает, что я его не заметил. Парень — просто дилетант, настоящий соглядатай подслушал бы нас так, что мы его и не заметили бы. Впрочем, откуда другим взяться в мафии? Вот в прошлом, которое на самом деле будущее, у меня такие были. Работали они четко.

Надо бы и в этой жизни обзавестись подобными. Подобные кадры наверняка можно взять у частных детективов. Вот с ними мне связи бы и наладить, благо Лански много кого знает.

Ладно, этим позже займемся.

— Так, что за верняк? — спросил я.

— Шульц собрался закупить крупную партию оружия у береговой охраны. Мне об этом сказал один знакомый солдатик. Я закинул удочку, можно ли перекупить — он сказал, что без проблем. Если дадим им на двадцать процентов больше, то они могут перепутать место доставки и привезти его прямо к нам.

Об этом следовало подумать. Шульц готовился к войне, это сразу стало понятно, иначе зачем еще ему оружие? Вопрос только в том, собрался ли он сунуть нос в наши дела, или это все сюрприз для Квинни?

Не знаю даже. Но тут есть варианты, что и как провернуть. Так что вполне можно заняться этим. Нужно только подумать немного, прикинуть, что и как.

— Узнай больше, — решил я. — Это того стоит. Если в действительности хорошее оружие, то можем рискнуть, деньги у нас есть.

— Никакого риска, — тут же сказал Бенни. — Все будет шито-крыто. Просто перекупили сделку, джентльмен сделал предложение больше, его партнеры согласились.

— Он все равно будет недоволен, — сказал я. — Поднимет шум, что мы перехватываем его сделки.

— Да кому какое дело до чувств этого шмука? — поморщился Бенни. — Плевать вообще.

Он был готов броситься в это дело очертя голову. Мне же подобного не хотелось, все-таки Шульц — серьезный человек, на его стороне бойцов столько же примерно, сколько и у меня. Мне не хватало только влезть в еще одну полномасштабную войну.

Несмотря на то, что в войну между Массерией и Маранцано мы влезать не собирались. Вернее как, я-то в ней уже по горло увяз, но парней от этого хотелось оградить. Верные люди — это самый большой ресурс, который только может быть у человека моего положения.

— Все равно, разведай все, как следует, — сказал я. — Если имеет смысл, если там действительно серьезное оружие, то перехватим груз.

— Можно и не платить… — заметил Багси. — Просто дождаться, пока оружие передадут парням Шульца, а потом налететь всем вместе и забрать все бесплатно. За небольшую долю мои знакомые солдатики сдадут мне место.

— Нет, — я сразу же покачал головой. — Если мы просто перекупим груз, то Шульц предъявит мне за это, но в открытую войну не полезет. Если же полезем в открытую, устроим резню… Нам этого не нужно.

— Да я ж только предложил, — пожал плечами Багси. — Ты — босс, так что решать в любом случае тебе.

Парень продолжал слушать, я видел это краем глаза. Может быть, он и мог что-то понять, в ресторане достаточно тихо. Да, Массерия не мог бы предъявить нам ничего за это, все-таки подобные дела его не касаются. Но если об этом узнает сам Голландец…

Мне в голову пришел план.

— Возмутись чем-нибудь, — сказал я.

— Чего? — не понял Багси.

— Возмутись, громко, чтобы на тебя все обратили внимание. Доверься мне.

Сигел втянул в себя побольше воздуха. Я улыбнулся ему, а он вдруг закричал:

— Что ты вообще себе позволяешь, Лаки? Как ты можешь о таком говорить? Кто я тебе, мальчик на побегушках?

Головы всех, кто был в ресторане, сразу же повернулись в нашу сторону. Я же поднялся из-за стола, махнул головой в сторону туалета и проговорил:

— Пошли, обсудим это в более приватной обстановке. Заодно и отлить надо, кофе здесь ни к черту.

Винни посмотрел на меня, и я кивнул, мол, пойдешь с нами. Он тоже встал.

Я повернулся и двинулся к туалету, открыл дверь, пропуская внутрь Багси и Винни, они вошли. Убедившись, что ни у писсуаров, ни у кабинок никого нет, я встал у двери, поднял палец к губам, показывая, чтобы парни не шумели. А сам прислушался.

Шаги. Да, шаги, идет сюда. И наверняка будет делать вид, что ждет своей очереди. Так…

Я запустил руку в карман и нащупал кастет. Как знал, взял с собой еще и его. Стилет — это чтобы наверняка, но чтобы вырубить кого-то на время, кастет будет лучше.

Шаги остановились совсем близко. Я вдохнул, выдохнул — то, что будет дальше, окажется достаточно рискованным.

А потом рывком открыл дверь, увидел перед собой того самого парня, что следил за мной, заметил его расширившиеся глаза. Резким движением затащил его в туалет, а потом ударил кастетом по затылку. Глаза закрылись, и парень стал заваливаться, но я подхватил его, не давая упасть.