Фиаско

Пятница, тринадцатое, по старой традиции, принесла миру чёрные вести. Весь мир содрогнулся, как обычно… В далеком Индийском океане на острове Ресиф была цинично провозглашена ТИРАНИЯ! Абсолютно цинично, с полным пренебрежением к нормам международного права и принципам ООН местный правитель объявил себя тираном, и пренебрежительно высказался, что у местных аборигенов останутся только обязанности! Маститые политологи заламывали руки и могли только стонать в объективы телекамер. Генеральный секретарь ООН, опять-таки по привычке, высказал озабоченность. А глава самой демократической страны срочно вызвал к себе советников и силовиков.

Первым делом президент распорядился найти и конфисковать, то есть «заморозить» счета тирана. В конце-то концов, бороться с тиранией лучше всего на деньги диктатора. Во вторых представители ФБР были озадаченны поисками кого-нибудь из аборигенов острова, и желательно посимпатичней. С ним же потом и обниматься придётся перед прицелом камер. Разведчикам и военным было поручено разобраться в рабочем порядке. После этого судьбоносного совета весь цивилизованный мир ушёл на выходные, и только истинные герои либерализма, защитники демократии, то есть журналисты, продолжали бороться.

Весь мир, ну тот, который подключен к всемирной паутине, рыдал, читая в блогах о потерявших человеческий облик подсобниках тирана. Они абсолютно бесчеловечно расправлялись с местными жителями, а те, разумеется, стенали и с надеждой смотрели в океан, ожидая спасения. А первый день новой недели начался с сенсации.

Видный репортёр одной телекомпании в последний раз мазнул помадой по губам и покосился в зеркало. Макияж был идеален. Накрашенные ресницы загадочно прятали блестящие глаза, румяна маскировали легонькие морщинки, помада выгодно показывала манящие губы. И побрился он сегодня утром тоже идеально.

Оглянувшись на катер, чтобы не выпасть из поля зрения объектива репортёр радостно улыбнулся выпавшему из тени пальмы небритому мужику «Хеллоу…» Пока мозг журналиста судорожно вспоминал язык, на котором ответил туземец, тело действовало само. Оно навсегда запомнило эти слова, и то, что обычно бывает за ними. В последний раз тело слышало эти слова в городе Москва, второго августа… Мужик проводил взглядом стремительно удаляющийся катер, почесал голое пузо, что-то буркнул, и вернулся в тень. Пива осталось ещё много.

Журналист получил Путлицеровскую премию и предложения от Голливуда. Киностудии гудели, срочно проводились кастинги на роль подружки главного героя, двадцатидвухлетней блондинки, профессора атомной физики, которую похищают очень плохие диктаторы. Решался вопрос о том, где снимать натуру, и кого приглашать на роль спецназа, «Морских котиков» или группу «Дельта». А читатели с замирающим от ужаса сердцем изучали репортажи в газетах. Так как видеоинформации, даже после монтажа и анимации было мало, пришлось отдать этот жирный кусок газетам. На небольшом острове шумели приклеенными листьями «Тополя», грубо замаскированные под пальмы. Из черной тени толпами выскакивали агенты кэйжиби, размахивающие балалайками и топорами. Восседая на телах прекрасных, но стенающих, туземок, генерал, всё того же кэйжиби, пил водку из самовара, даже не обтерев от крови, руки. Чёрную икру он не ел, ею давились медведи с «калашниковыми» в лапах. Ах, да! Медведи носили на головах неумело намотанные чалмы, но свою звериную сущность, пра-а-ативные, спрятать не могли! Все прогрессивные газет перепечатали этот материал, кроме, конечно, газет Белоруссии, Кубы и Северной Кореи. Так же материал не был распостранен и в Антарктиде, и Международный трибунал в Гааге объявил, что начал расследование о запрете действий четвертой власти в шестой части света.

А вот в правительстве были совсем другие настроения. Ударная группировка наматывала на винты последние мили, а ни денег диктатора ни симпатичных туземцев найти никак не могли. Военные глухо ворчали что, Совет безопасности ООН до сих пор не принял резолюцию о запрете действий тиранской ПВО. Разведчики отмалчивались и кивали на дипломатов, дескать, пусть те сначала выяснят, к какой стране этот остров принадлежит. А уж, потом разведка задействует своего резидента. Президент не выдержал, и, позвонив в ООН, потребовал срочного созыва Совета Безопасности.

Специальный представитель в совбезе ООН печально говорил в трубку специального телефона:

— Нет, сэр. Нет ни единого шанса на установление демократии на острове Ресиф. Да сэр, повторяю, ни единого шанса. Почему? Вот что принёс на совбез этот проклятый русский. Он ехидно говорит, что эти данные передали из посольства России в Республике Сейшельские острова. Читаю: «На острове Ресиф, постоянно проживает, один человек, турист из России, и пять его котов. Из аборигенов, на острове находятся только кокосовые крабы, по латыни — Биргус латро…» Что, сэр? Я бы не советовал. Более распространенное название этих крабов, пальмовые воры. Вы представляете, какие заголовки будут в газетах… Увы сэр, нет ни единого шанса…

Загрузка...