Госпожа чародейка (СИ)

ГЛАВА 7

Дорф, Кетль

Два года назад

Служба магического контроля зачищала нечисть в окрестностях Дорфа почти неделю.

Староста Фурр рассказал мне тогда, что за это время сигналки, которые я вплела в защитный купол деревни, срабатывали четыре раза. То есть мутировавшие твари четыре раза пытались проникнуть в Дорф. Я могла собой гордиться – ни одна из этих попыток не увенчалась успехом.

Пастухи тоже были довольны моей работой. Правда, высказывали опасения, как бы твари теперь не ушли на их высокогорные пастбища. Ведь через несколько месяцев будет тепло, и туда снова переселится половина деревни.

Я же тогда подумала, что буду решать проблемы по мере их поступления, и оставила вопрос с пастбищами до весны.

Инцидент с мутировавшей вайлей и неслабая вероятность встретить у деревенской околицы еще кого-нибудь большого, зубастого и ядовитого заставили меня о многом задуматься и переосмыслить свое поведение. Так что в Дорф я приходила теперь, имея в волосах длинную серебряную заколку-спицу, а на поясе ножны с кинжалом.

По правде говоря, первое время, пока возле деревни еще работали люди из магконтроля, за пределы поместья господина Дорна я выходила вооруженная буквально до зубов. Кроме заколки и кинжала носила пистолет с разрывными серебряными пулями (ужасно тяжелая и неудобная вещь!), легкий зачарованный меч и флакон с жидким дымом.

Мой наставник, узнав какой арсенал я таскаю с собой, покрутил пальцем у виска и предложил зачаровать для меня еще и алебарду. Для полного комплекта.

Так продолжалось до тех пор, пока мне снова не заявили о похищении – на этот раз домашних птиц. Конечно же, я сразу подумала о нечисти.

Вдруг нашлось-таки в моем щите слабое место, и через него в деревню опять влезла какая-нибудь дрянь? Полностью быть уверенной в своем творении я не могла, ведь мой научный руководитель так и не удосужился окинуть мою работу своим профессиональным взглядом.

И вот явилась я тогда в полной своей амуниции в курятник. И поймала в нем хорька. Самого обыкновенного левантийского горного хорька. Стыдно было до невозможности. Причем, в большей степени перед самой собой. Это ж надо было так опростоволоситься!

Да и селяне хороши! И страх, и стыд потеряли. Попытались бы сначала сами разобраться – капкан, например, поставили б, или еще что-нибудь в этом роде. Так ведь нет. Теперь чуть что чародейку зовут. Может, мне еще и коз вместо них пасти? Или огороды от птиц охранять?

Примерно так я пастухам и сказала. После того, как продемонстрировала пойманного хорька. Селяне смутились и долго извинялись за ложную тревогу.

Собственно, этот случай всех нас отрезвил. Я сузила свой боекомплект до двух деталей, а особо впечатлительные жители Дорфа перестали искать в каждом шорохе угрозу.

В общем, стажировка моя проходила активно и, вопреки ожиданиям, совсем не скучно.

Зато, когда я, наконец, вошла в ритм новой жизни и с максимальной рациональностью научилась планировать свое время, чтобы в неделю оставались один-два дня на отдых, на меня временами стала накатывать тоска.

В свободное время я копалась в своем садике, читала книги, самостоятельно готовила себе еду, общалась с родными и с университетскими друзьями через информпорталы. Но этого мне было мало.

Ужасно не хватало живых человеческих разговоров, шумных обедов и чаепитий. По сути, я все время была одна. Среди деревенских друзей так и не завела – селяне по-прежнему меня немного опасались. С мастером мы все так же виделись дважды в неделю и общались исключительно по делу.

Порой мне становилось так тошно, что хотелось плакать. Тогда я заваривала себе чаю и начинала мечтать о том, как здорово было бы сходить в кино или на свидание, потанцевать в клубе или пройтись по магазинам.

Все-таки мне, родившейся и выросшей в городе, однообразная деревенская жизнь была не по вкусу. Если б не работа с жителями Дорфа и задания наставника, я бы, наверное, сошла тут с ума.

Единственной отдушиной для меня стали редкие вылазки в большой мир через личный портал господина Дорна. Мастер, как и обещал, раз в три-четыре месяца предлагал посетить вместе с ним тот или иной город, в котором у него были какие-то свои дела.

Происходило это так. В назначенный день, после завтрака мы встречались возле двери, ведущей в подвал, спускались вниз и через голубоватую воронку портала перемещались в телепортационный зал нужного господину Дорну населенного пункта.

После этого мы расходились в разные стороны, и встречались только вечером, когда наступала пора возвращаться обратно.

Чем занимался весь этот день мастер, я не знала – не спрашивала, а сам он никогда ничего о своих делах не рассказывал.

От каждой вылазки я старалась получить максимум удовольствия. Как и мечтала за чашкой чая, ходила в кино или на выставки, заглядывала в магазины (правда больше в продуктовые, потому как в Дорфе ассортимент товаров был весьма ограничен), просто гуляла по городу и смотрела на суетящихся людей. А однажды даже попала на ярмарку.

В такие дни я чувствовала себя почти счастливой. Вечером, когда мы возвращались в горы, думала о том, что однажды моя практика закончится, и я вернусь в город навсегда. Буду снова вести привычную жизнь. Надену красивое платье и туфельки на каблуках. Пойду с подругами в кафе. При свете фонарей буду целоваться с каким-нибудь красивым парнем…

А утром снова были заботы, зелья и пастухи. Очарованье вчерашнего дня гасло, и приходила грусть.

Так продолжалось до начала лета. А летом в моей жизни внезапно от этой самой грусти появилось лекарство. И звали его Алекс.

***

Мы познакомились во время моей утренней пробежки.

С тех пор, как получила пульсаром по ноге во время первого занятия с Эриком Дорном, я бегала каждый день. В любую погоду, по четыре километра – от дома мастера до деревни и обратно. Просто в моем саду для пробежек места мало, а до Дорфа ведет удобная почти ровная дорога.

В тот день утро было божественным – солнечным, с ясным безоблачным небом. Я, хоть и встала рано, отлично выспалась и находилась в прекрасном настроении. Натянула футболку, спортивные штаны, кроссовки, заплела волосы в косу и поскакала на улицу.

До Дорфа добежала легко и как-то очень быстро, а когда повернула назад, вдруг услышала за своей спиной незнакомый приятный голос:

- Доброе утро!

Я обернулась. Позади меня, улыбаясь, стоял незнакомый светловолосый парень лет двадцати пяти. Обычный, ни капли магии. Зато высокий, широкоплечий, подтянутый. В спортивном костюме и кроссовках.

- Доброе, - ответила я.

- Не возражаешь против компании?

Он махнул рукой в сторону дороги.

- Нет, - пожала плечами. – Места много.

В сторону поместья мастера мы побежали вдвоем.

- Меня зовут Алекс, - представился мой внезапный попутчик.

- Лорелея, - ответила я.

Светлые брови молодого человека удивленно взлетели вверх.

- Ты явно не из местных, - сказал он.

- Ты тоже.

- Да, я приехал в гости к тете. Хадиза Лурр – может, знаешь ее?

О! Так это один из далеких племянников нашей кружевницы.

- Конечно, знаю.

- Я тут уже два дня, с воскресенья, - продолжал Алекс. – Со всеми перезнакомился, а такую красивую, спортивную девушку с редким именем вижу в первый раз.

- Какая грубая лесть, - я с усмешкой закатила глаза.

- Что поделать, я – неотесанный мужлан, - притворно вздохнул парень. – Зато всегда говорю правду. Так откуда ты, прекрасная девушка?

- Издалека, - ответила честно. – А тут я стажируюсь.

- О! И чем же занимаешься?

- Да всем понемножку. Отвары варю, бумажки заполняю, с людьми общаюсь. А ты?..

- А я скромный синоптик из пригорода Синерии.

- Да ладно, - я даже на мгновенье остановилась. – Синоптик?!

- Ну, вообще правильно моя профессия называется – метеоролог.

- Ничего себе!

Алекс самодовольно улыбнулся. Наверняка на его специальность все девушки реагируют именно так.

Дальше мы уже не бежали, а просто неторопливо шагали по дороге.

Хм. А он, скорее всего, не врет. В пригороде столицы действительно есть крупный метеорологический центр.

- А разве делами погоды занимаются не волшебники?

- Волшебники занимаются, - согласился Алекс. – Стихийники, в основном воздушники. Но их у нас примерно треть, а остальные – мы, обычные люди.

- И ты сюда приехал именно в гости или по работе?

- В гости, - снова улыбнулся парень. – Никогда не был в Дорфе. И давно не видел тетушку. Она у меня замечательная.

- Это точно, - я улыбнулась в ответ.

- А ты бегаешь здесь каждое утро, Лорелея?

- Ага.

- А живешь не в Дорфе?

- Нет. Но в деревне бываю часто.

- Правда? – обрадовался Алекс. – И сегодня придешь?

- Приду, - я остановилась у небольшой развилки. – Спасибо за компанию, Алекс. Мне – туда.

- Ладно, - он кивнул. – До встречи, Лорелея.

***

Встретились мы через три часа, когда я, приняв душ и позавтракав, явилась в Дорф. Большая часть пастухов вместе со своими стадами уже ушли на высокогорные пастбища, а те, которые остались в деревне вдруг озаботились обновлением сигнальных заклинаний на своих домах и хозяйственных постройках. Так что работы у меня было полно.

Я выходила со двора Войтеров, когда заметила стайку местных девушек, которые, стояли неподалеку и преувеличенно громко разговаривали, время от времени заливаясь смехом. Тоже преувеличенно громким.

Причина столь веселого поведения обнаружилась за низеньким соседним забором - Алекс, в джинсах и старой футболке-безрукавке ремонтировал кухонное окно тетушки Хадизы.

Девушки, как бы невзначай, время от времени бросали на него быстрые взгляды, после чего начинали смеяться еще громче и веселее. Я и сама невольно залюбовалась своим новым знакомым. Движения точные и уверенные, взгляд сосредоточенный, тяжелые инструменты в его руках будто и не грюкают, а поют. Сама мужественность и надежность. Вот тебе и метеоролог.

Словно почувствовав мой взгляд, Алекс обернулся. А увидев меня, широко улыбнулся и помахал рукой. Я помахала в ответ. Девушки все, как одна, перестали смеяться и внимательно уставились на меня уже привычным настороженным взглядом.

- Привет тебе еще раз, речная дева, - крикнул парень, откладывая инструменты и подходя к забору.

- Почему речная дева? – удивилась я, тоже делая шаг к ограде.

- Я целое утро думал – чем же меня зацепило твое имя? – Алекс облокотился на забор и чуть наклонился ко мне. - Вроде редкое, и в то же время знакомое. А потом вспомнил. Сказка такая есть, про деву Лорелею. Она была русалкой и жила в широкой реке, а лунными ночами выплывала на поверхность, садилась на прибрежную скалу, расчесывала свои длинные золотые волосы и пела песни о любви. Знаешь эту сказку?

- Нет, - засмеялась я.

- Эта русалка была очень красивой и опасной. Если ее песню слышал мужчина, он тут же влюблялся в Лорелею, забывал обо всем на свете и нырял в реку, чтобы быть ближе к любимой. И погибал. Вот так.

- С ума сойти.

- Ага, красивая и печальная история. Так ты все-таки пришла, Лорелея.

Я фыркнула.

- Я же говорила, что приду. У меня тут дела.

- Серьезные?

- Конечно.

- И надолго?

- Как пойдет. А что?

- Здравствуйте, госпожа чародейка!

Мы с Алексом синхронно вздрогнули и посмотрели в сторону – со стороны заднего двора к нам подходила хозяйка дома.

- Здравствуйте, тетушка Хадиза.

- Познакомились с моим племянником? Я смотрю, он вам уже пытается забить голову какой-то ерундой. Алекс, не приставай к госпоже чародейке, у нее, небось, работы по горло.

Глаза молодого человека сверкнули.

- Так ты волшебница? – удивленно спросил он.

- Ага, - кивнула я.

- Слушай… Это, получается, к месту я сказочку про Лорелею-то вспомнил!

Я засмеялась. Его спокойная реакция мне очень понравилась.

- Ты сказала, что проходишь здесь стажировку.

- Так и есть. Стажируюсь у Эрика Дорна. Слышал о таком волшебнике?

- Еще бы, - присвистнул Алекс. – Самый великий и ужасный маг всех времен и народов. Он ведь живет тут неподалеку.

- Точно. Он меня учит, а я вместо него помогаю местным жителям.

- Госпожа чародейка, может, зайдете в дом? - нерешительно вмешалась Хадиза.

- Нет, спасибо, - улыбнулась я. – У меня действительно еще есть дела.

- А куда ты направишься сейчас? – поинтересовался ее племянник.

- Туда, - я неопределенно махнула рукой в сторону. – Меня почти в каждом доме ждут.

- Ты не будешь против, если я через пару минут к тебе присоединюсь? Никогда не видел, как работает не стихийный волшебник.

- Да пожалуйста.

Когда я уходила, тетушка Хадиза проводила меня хитрым взглядом. А деревенские девицы – сердитым.

Алекс нагнал меня у дома Лукаса и Динары. Умывшийся, причесанный и переодетый. О! Мой новый знакомый явно хотел мне понравиться. Приятно, очень. И слава богам! Весь год тосковала без мужского внимания, а тут такой красивый светловолосый подарок.

Моей работе Алекс не мешал. Тихонько стоял в стороне, пока я обновляла чары и беседовала с клиентами. А когда мы выходили за ворота, начинал рассказывать всякую веселую смешную чепуху. Его совершенно не смущало ни то, что я - магичка, ни то, что познакомились мы всего несколько часов назад. И я была дико ему за это благодарна. Именно такого живого, непринужденного общения мне очень не хватало весь этот длинный суетной год.

Когда все сигналки были обновлены, я засобиралась обратно. Алекс попытался было пригласить меня на обед, заявив, что его тетя всегда рада гостям, но я отказалась. Хадиза, как и все жители Дорфа, относилась ко мне с некой опаской, поэтому напрягать ее лишний раз не хотелось.

- Давай я хотя бы провожу тебя до дома, - предложил парень.

- Давай, - согласилась я. – Только, извини, пригласить тебя к себе я не могу. Защитный купол мастера не пропустит.

- Ничего страшно, - махнул Алекс рукой.

И мы пошли к поместью. Всю дорогу болтали и смеялись, будто познакомились не сегодня, а давным-давно. Он рассказывал мне последние столичные новости, потом про свою работу в метеоцентре и что-то о перистых облаках.

Мы расстались на все той же маленькой развилке. Махнув на прощание рукой, я пошла в сторону поместья господина Дорна, чувствуя себя как никогда веселой и беззаботной.

***

На следующее я утро проснулась в отличном настроении и чуть позже обычного, поэтому на пробежку собиралась в спешке. Сегодня был четверг, а значит в 9.30 у меня в библиотеке рандеву с господином Дорном.

Когда я добралась до развилки, оказалось что меня там уже ждет Алекс. С большой головастой ромашкой в руке.

- Доброе утро, - сказал он и сунул ромашку прямо мне под нос. – Смотри, какого гиганта я нашел. Нравится? Это тебе.

Ромашка действительно была необычная. Очень крупная и красивая – с голубыми прожилками на нежных лепестках и с розовыми крапинками в желтой сердцевине.

Я взяла цветок в руку, не представляя, куда теперь его девать. Вряд ли с ним будет удобно бегать.

- Лучше сделать так, - Алекс забрал у меня свой подарок и ловко прикрепил его к моим волосам, собранным на затылке в пучок. – Ну что, вперед?

Минут пять мы бежали молча.

- Чем ты сегодня будешь заниматься? – заговорил Алекс.

- У меня занятие у мастера, - ответила я. – А в пятницу прием. Так что на завтра нужно собрать зелья, бумаги кое-какие заполнить. Дел полно, как и всегда. А что?

- Хотел пригласить тебя на прогулку.

- Осторожнее, Алекс, - засмеялась я. – Я могу подумать, что ты собираешься приударить за мной.

- А что в этом такого? – удивился парень. – А! Ты, наверное, замужем?

- Нет.

- У тебя есть официальный жених?

- Нет.

- Парень?

- Тоже нет.

- Значит, правила магической стажировки запрещают личную жизнь?

- Нет, конечно.

- Тогда не понимаю в чем проблема. Я тоже не женат, и девушки у меня нет. К тому же, я ничего такого не предлагаю, просто зову погулять.

И снова мы не бежали, а шагали по дороге.

- Алекс, да я и не против. Просто ты такой… прямолинейный.

- Ты забыла? Я же неотесанный честный мужлан.

Я фыркнула.

- Лея, у меня нет никаких задних мыслей – серьезно сказал Алекс. – Мне очень нравится с тобой общаться. Ты отличаешься и от местных девушек, и от прочих моих знакомых. С тобой тепло. И весело. Не сочти за комплемент.

- Да-да, я помню, ты прямой и грубый.

Алекс улыбнулся, я улыбнулась в ответ.

Весь оставшийся путь мы снова болтали и смеялись, поэтому утренняя пробежка затянулась. Когда я спохватилась и рысью бросилась к дому, времени до занятия в библиотеке оставалось уже немного. Позавтракать и принять душ не успевала, поэтому я просто умылась, обтерлась влажным полотенцем, сменила спортивный костюм на платье и отправилась к мастеру.

Он уже ждал меня, сидел за столом и листал какой-то очередной талмуд по магии.

- Доброе утро, мастер, - я поставила перед ним коробочку с образцами зелий, приготовленных по его заданию.

Дорн кивнул, подвинул ко мне книгу и начал внимательно рассматривать мою работу. С некоторых флаконов он снимал крышки и нюхал налитую в них жидкость, некоторые просто рассматривал на свету. Минут десять мы молчали.

- Ты молодец, Лорелея, - наконец сказал наставник. – Ошибок нет. Так. Схемы воздушных колебаний выучила?

- Да.

- Изобрази. Нет, не на бумаге. Рисуй прямо в воздухе. Если все сделаешь правильно, сегодня покажу, как с их помощью стабилизировать мобильные мини-порталы.

Ух ты! Значит, мне не придется почти каждый день топать четыре километра до Дорфа и обратно. Конечно, вряд ли сумею выстроить портал на большое расстояние, не настолько я пока сильна. Ну хоть на километр будет меньше шагать, и то дело.

Я встала со стула, повернулась к мастеру спиной и принялась чертить в воздухе магические знаки.

- Какой милый цветок у тебя в волосах, - вдруг сказал Эрик Дорн.

Цветок?.. Я вздрогнула, сбилась, а начерченные знаки сразу же исчезли.

Ах да, я же не вынула из пучка ромашку Алекса.

- Да, милый, - ответила, потрогав ромашку пальцем.

- Где ты его взяла?

- Знакомый подарил, - ответила я.

- Знакомый? – удивленно переспросил господин Дорн. – Какой еще знакомый?

- Очень хороший, - пожала я плечами. – А что не так с этой ромашкой?

Мастер встал со своего места и подошел ко мне.

- Это не ромашка, Лорелея. Это стратиберия.

Да ладно?!

Я осторожно вынула цветок из волос и внимательно в него всмотрелась.

Я много раз видела стратиберию на картинке в учебнике по магическим растениям, но вживую – никогда. Да ее вживую вообще мало кто видел. Она была интересна и ценна тем, что при добавлении в любое снадобье, увеличивала его свойства – целебные или магические, в несколько раз.

В принципе, этот цветок мог вырасти где угодно – хоть в ухоженном саду, хоть в лесной чаще, хоть здесь в горах. Главными условиями его появления были магия (много магии!) и теплое время года. Что ж, все вполне логично. Осенью проснулся новый волшебный источник, земля впитала вырвавшуюся магию, а летом расцвели стратиберии. Несколько кустов. Алекс ведь показал, где сорвал для меня «ромашку». Самое смешное, что эти цветы появились совсем рядом, вдоль дороги от поместья Дорна до деревни пастухов.

- Мастер, а это точно стратиберия? – спросила я. – Они же обычно голубые, а у этой лепестки почти белые.

- Стратиберии бывают разные, - рассматривая «ромашку» вместе со мной, ответил господин Дорн. – От совсем белых до темно-фиолетовых. Главное их отличие от обычных цветов – розовые крапинки в желтой сердцевине. Так что – да, это точно стратиберия.

Чародей оторвал взгляд от цветка и внимательно посмотрел на меня.

- Волшебные растения цветут всего сутки, Лорелея. Если ты узнаешь у своего знакомого, где он взял эту стратиберию и принесешь мне сегодня букетик таких цветов, я освобожу тебя от домашнего задания до следующего четверга.

Боги! Да я вам их охапку принесу, мастер!

В это воскресенье в Дорфе намечался большой праздник с народными гуляниями, угощением и танцами, и Алекс пригласил меня повеселиться вместе с остальными. Поэтому свободное время было бы весьма и весьма кстати.

Задерживать меня господин Дорн не стал – видимо, возможность разжиться стратибериями была настолько заманчивой, что технику построения порталов он решил отложить на следующий раз.

Ползать вдоль дороги в одиночку мне показалось неинтересным, поэтому для начала я заскочила в деревню за Алексом – пригласил гулять, так пусть гуляет.

Мое появление у дома тетушки Хадизы вызвало волну негодования у местных девушек, которые, бросив повседневные дела, то и дело пробегали мимо забора кружевницы. Племянник Хадизы опять что-то мастерил во дворе. Время от времени он отрывался от работы и о чем-то весело переговаривался с деревенскими красавицами. Увидев меня, Алекс заулыбался, а когда услышал предложение прогуляться прямо сейчас, тут же оставил работу («нет-нет, это пустяки, закончу позже») и пошел вместе со мной.

Почему-то подумалось, что теперь по деревне пролетит слух, будто я приворожила этого красивого городского парня. А уж когда вместе появимся на празднике…

До обеда мы собрали девять стратиберий – три куста по три цветка в каждом – все, что смогли отыскать в траве, что росла вдоль дороги. Десятую, подаренную Алексом, «ромашку» я оставила себе. Все-таки это подарок. Знала бы я, как этот подарок мне пригодится в дальнейшем…

***

Пятница оказалась куда напряженнее четверга. Прием, к которому я, как и всегда, готовилась почти всю неделю, прошел быстро – минут за тридцать. Собственно столько времени мне понадобилось, чтобы раздать селянам снадобья. А потом в мой кабинетик валилась целая толпа пастухов, явно только что вернувшихся с высокогорных пастбищ.

- Госпожа чародейка, выручайте, - с порога заявил господин Войтер, который вошел самым первым. – Чего боялись, то и случилось – на наше третье пастбище пробралась нечисть.

Твою ж!..

- Крупная?

- Не, мелкая. Мы даже знаем какая – грыги.

- Уверены?

- Ну да. С понедельника стали замечать, что три козы по утрам без молока стоят. Забеспокоились, поставили наблюдателей. Вот они-то их и увидели. Приходят, значит, ближе к утру грыги, голов пять, сосут молоко и уходят.

Ну да, это вид нечисти молоко уважает. И мясо тоже.

- А мы-то уже ученые, знаем, что эти твари просто так не уйдут. Недельку коз подоят, а потом начнут их жрать. Решили не ждать, пока они задерут чью-нибудь животину, вот и обратились к вам. Мы их сами прогоним, вам беспокоиться не нужно, только дайте нам какого-нибудь вонючего зелья.

- Думаете, сможете прогнать их неприятным запахом? – удивилась я.

- Ну да, - ответили пастухи. – Мы так лет семь назад грыгов уже прогоняли.

Вот ведь святая простота.

- Вам тогда просто очень повезло, - сказала я. – Сильную вонь не переносят детеныши. Собственно, они же ваших коз и доят. А мясо едят их родители. Вот им-то как раз запахи не вредят, зато сильно раздражают. На самом деле, взрослые грыги просто ждут, когда их малыши перестанут нуждаться в молоке. Как только это произойдет, они и начнут поедать ваших животных. А если вы разбрызгаете вонючее зелье…

- То они ждать не станут, и будут у нас большие проблемы, - продолжил господин Войтер. – И что же теперь делать, госпожа чародейка? На другое пастбище переходить не хотелось бы.

- Убрать нечисть можно другим способом, - ответила я. – Причем, лучше это сделать прямо сегодня. Я сейчас схожу за оружием и инструментами, а потом мы все вместе пойдем на охоту.

Пастухи переглянулись и согласно закивали головами.

Собственно, способов избавиться от мелкой нечисти много. Против грыгов самым эффективным всегда был магический капкан - он позволял уничтожить разом всю стаю.

Ритуал создания капкана требовал нескольких часов подготовки, поэтому на пастбище мы с пастухами отправились сразу, как только я собрала все необходимые вещи.

Добирались сравнительно недолго, зато по такой дороге, что я раз десять пожалела, что учиться создавать стабильные мини-порталы буду только на следующей неделе.

На пастбище – большом горном лугу, имелось много травы, коз и целая прорва мест, в которых днем могли прятаться грыги.

Когда пастухи отвели коз в импровизированный загон, я обошла пастбище по периметру, выкладывая зачарованные кристаллы таким образом, чтобы к его середине вели несколько «тропинок». В сумерках, примерно за почаса до пробуждения нечисти, капнула в центр получившейся фигуры пару капель козлиной крови, вылила кружку молока и целый флакон особого зелья, которое специально взяла с собой.

- Теперь будем ждать, - сказала я пастухам, укрываясь вместе с ними защитной сферой.

Ждали не долго. Как только солнце скрылось за горизонтом, по пастбищу разлился нежный аромат.

- Откуда здесь клубника? – удивленно спросил кто-то из пастухов. – Чуете? Клубникой пахнет.

- Я чую запах сена и яблок, - отозвался еще один пастух. – Никакой клубники.

- А мне кажется, пахнет мокрой дорогой, - задумчиво сказал господин Войтер. – Госпожа чародейка, это волшебство?

- Волшебное зелье, - подтвердила я. – Каждый чувствует тот запах, который ему нравится.

Самой мне казалось, что в воздухе пахнет корицей, точнее, булочками с корицей. Теми, что любит печь моя тетя.

- На этот запах придут грыги? – спросил Войтер.

- Да.

- Они тоже чуют что-то особенное?

- Не совсем. Это зелье вызывает обонятельные галлюцинации только у людей. Для нечисти оно просто усиливает уже имеющиеся запахи. В данном случае запах крови и молока.

- Смотрите! – вдруг воскликнул пастух, стоявший рядом с господином Войтером. – Твари пришли.

Я посмотрела влево - в наступившей темноте появились маленькие красные точки глаз. В предвкушении я потерла руки. Ух, сейчас начнется!

Грыги почти беззвучно скользили в середину поляны к источнику сладкого, одуряюще прекрасного запаха - запаха добычи. Один, второй, третий, четвертый… Давайте мои хорошие, давайте! Пятый, шестой, седьмой, восьмой…

Возле центрального кристалла послышался писк. Значит, первые грыги до цели уже добрались. Ну, еще немного. Мы затаили дыхание.

Вспышка света! И громкий оглушающий вой!

- Твою ж ***, - восхитился господин Войтер.

Прямо перед нами посреди горного луга в воздухе зависла огромная светящаяся сеть, в которой испуганно билась вся стая нечисти. Я сняла защитный купол и подошла ближе. Хм, ничего такая стая – особей двенадцать, не меньше. И среди них пять уже достаточно подросших детенышей. Что ж, вовремя мы их поймали. Еще пара дней, и они бы пришли бы не за молоком, а за мясом.

Грыги, на мой взгляд, один из самых отвратительных видов нечисти. Круглые, грязные, мохнатые, жутко вонючие. И с длинными острыми зубами. Зубы у грыгов растут всю жизнь, как у бобров, и им приходится время от времени их стачивать, чтобы не разорвало челюсть. Поэтому свою жертву они сгрызают вместе с костями. Гадость, фу.

- Госпожа чародейка, что с ними теперь делать? – спросил один из пастухов.

- А есть варианты? – поинтересовалась я.

- Да раздавить их, как крыс! – внес кто-то предложение. – Вон их сколько много! Все стадо бы задрали, до последнего козла!

Остальные поддержали идею громкими возгласами.

- Раздавить не получится, - сказала я. – У грыгов очень крепкий череп, и все тело под шерстью покрыто крепкими ороговевшими пластинами. Могу разорвать их пульсарами, но тогда я останусь почти без сил.

- Мы вас до дома на телеге довезем, - пообещал господин Войтер.

Вздохнула и приступила к работе.

Домой меня снова везли в полубессознательном состоянии. Я лежала на охапке пахучего сена, смотрела на звезды и думала о том, что завтрашняя пробежка, видимо, отменяется (да простит меня Алекс!).

А еще мечтала о булочках с корицей, тех самых, по тетиному рецепту. Утром обязательно надо будет их напечь…

***

В субботу проснулась по привычке рано. Долго лежала и рассматривала потолок, потому как вставать было откровенно лень. Судя по возникшему желанию не вылезать из-под одеяла до завтра, ни магические, ни физические силы еще не восстановились. Можно было бы взять себя за шкирку и притащить в лабораторию – там, вроде бы, оставался флакон с тонизирующим составом. Но делать этого я не стала – пусть организм восстанавливается сам, для него это гораздо полезнее, чем подпитка извне.

Из кровати я все-таки выбралась. Потому что очень захотелось кофе и все тех же булок с корицей.

Тетя всегда говорила, что заниматься выпечкой нужно имея хорошее настроение, тогда тесто будет пышнее и румянее. В этом тетушке можно было доверять – ее пироги, торты и печенье получались божественными.

Я приняла душ, надела легкое пестрое платье, расчесала свои рыжие кудри, посмотрела в окно на безоблачное голубое небо и решила, что теперь мое настроение для выпечки вполне годится.

Кухня была залита солнечным светом. Я отворила дверь, ведущую на веранду, и помещение сразу же наполнилось свежим утренним воздухом и гомоном птиц.

Быстро замешала тесто, при помощи магии помогла ему подняться, налепила кренделей, поставила их в свою допотопную духовку.

Теперь кофе. Смолола зерна, вдохнула чудесный аромат, достала джезву, залила кофе водой, поставила вариться.

Через несколько минут я буквально купалась в волнах божественного аромата свежесваренного напитка и зарумянившихся булочек.

Эх… В такие моменты понимаешь, что и жизнь прекрасна, и домашняя кухня лучше ресторанной.

Напевая себе под нос какой-то веселенький мотивчик, я сняла джезву с огня, потом вынула из духовки готовую сдобу. Теперь посыпать ее молотой корицей и – завтрак готов!

Когда булки красиво легли на большое белое блюдо, а обжигающий кофе чуть остыл, мое настроение уже зашкаливало за самую высокую отметку. А если бы здесь вдруг оказался еще и приятный собеседник, то это утро стало бы самым чудесным за все прошедшие месяцы. Я поставила чашку с кофе и тарелку с булочками на поднос, чтобы отнести их на стол, обернулась и застыла.

В дверях моей кухни стоял Эрик Дорн.