Горячая Линия для дракона

Глава 48

ЛИНИЯ

Очнулась, мягко выныривая их мутного сна. Там я видела черные крылья, увенчанные когтями, карие глаза с золотыми искрами и много огня. Просыпаться вовсе не хотелось.

— Линия, как ты? — голос начальника был полон беспокойства.

— Что… Где… — я попыталась сесть, но сильная рука надавила мне на плечо, вынуждая вернуться в горизонтальное положение.

Открывая глаза, я вовсе не была готов увидеть Рарка. Мужчин сидел рядом и смотрел на меня оценивающе.

— Ты потеряла сознание, — произнес он безэмоционально.

— И потому вы здесь? Всех больных и убогих…

— Ты моя гостья, — его рука все еще оставалась на мне. — Мне стоило предусмотреть, что обилие энергии здесь сыграет с твоей миссией плохую шутку.

— Остальные тоже посчитали вас шикар… — вовремя успела закрыть рот. Или невовремя. Император скривил губы в подобии улыбки, при виде которой я снова открыл рот.

— Другие отреагировали иначе, — Рарк наверняка ощущал, как часто бьется мое сердце. Его палец скользнул на мою шею, в жесте похожим на ласку. — Вряд ли я пережил подобное восхищение от ваших коллег.

— Мне жаль, — промямлила я, борясь с желанием выгнуться, предложив ему больше…

— Ей уже лучше, — вывел меня из забытья голос Мака. — Спасибо, что помогли моей невесте.

— Вы пара? — император продолжал смотреть мне в глаза.

— Да, — ответил начальник, а я гулко сглотнула, поняв, что не смогу солгать.

Когда мужчина встал с диванчика, мне едва удалось остаться на месте. Он оказался выше, хотелось встать рядом и осознать, насколько выше меня самой.

— Я хочу, чтобы вы отдыхали. Можете осматривать мой дом. За пределы выходить стоит с охраной.

— Нам грозит опасность?

— Не хотелось бы, чтобы вы произвели неправильное впечатление, — напомнил о моем поведении Рарк. — Оставьте свои откровения мне.

После этого мужчин вышел. Мы остались с Маком вдвоем. Высший занял место императора, но не показался таким же внушительным.

— Ты меня напугала.

— Не знаю, как вышло…

— Такого больше не повториться, — мое запястье обернул браслет с прозрачными камнями. — Придется перекрыть поток.

— Это практически ошейник! — выкрикнул я, пытаясь сорвать украшение.

— Перестань, — оборвал начинающуюся истерику оборотень. — Ты слишком много черпаешь извне. Ведь должна понимать, что это опасно.

— Сними.

— Нет.

Мы сверлили друг друга тяжелыми взглядами, но Мак не собирался сдаваться. Он был уверен, что прав и мне стоит ограничить приток энергии, делающий меня полноценной. Да. Именно так. Здесь я вспомнила какого это, не ограничивать себя в дыхании, не экономить силы. Пусть поначалу меня опьянила сытость, но я могу и умею себя контролировать.

— Я подам жалобу в Совет.

— Уверяю, в этом нет необходимости, — оборотень жестко усмехнулся. — Ты официально моя невеста и я имею законное право временно ограничивать твою свободу.

— Что за дикость?

— Здесь этот закон действителен. А по инструкции, с которой ты так и не ознакомилась, мы подчиняемся местным правилам.

— Ты пожалеешь…

— Это я уже слышал, — Мак склонился надо мной. — Тебя стоит воспитывать и сдерживать.

Он собрался сказать что-то еще, но мне было плевать. В ограничениях я жила долго, а значит научилась быть сильной.

— До конца нашего контракта осталось четыре года. Продлевать я его не стану.

— И это я уже слышал.

— Ты мысли читать научился?

— Линия, — мужчина встряхнул меня за плечи. — Да очнись ты наконец! Ты ведешь себя как избалованный ребенок. А мы в чужом мире. В чужом.

— Пусти, — признавать его правоту не хотелось.

— У нас миссия. Нам нельзя ее провалить.

Я потупилась, точно зная, что он прав. Вот только браслет, блокирующий силу, горел на коже. Такие надевали подросткам и преступникам. Стоило его расплавить прямо сейчас. Потратить на это половину накопленных сил, смахнуть на пол капли мерзкого металла с потрескавшимися от жара камнями и увидеть шок на лице Мака. Но нельзя. Мне не стоит показывать насколько я сильна и могу управлять своей силой. Это опасно. Ведь тогда Совет решит, что я могу быть опасна. Им нужна иллюзия контроля. Иначе, меня вернут в тот каменный мешок.

— Прости, милая. Я не хотел этого.

— Ты привез эту дрянь с собой. Значит, был готов использовать. И плевать, что мне от этого больно.

— Лини, — пробормотал он, наклонившись к самому моему лицу, — мне самому это не по нутру.

Если он и собирался сделать лучше, то выбрал неверную стратегию. Целовать меня было лишним. Я застыла, забыв, что могу отшвырнуть его подальше и зажмурилась так крепко, что перед глазами образовалась темнота с красноватым отливом.

— Ну перестань со мной бороться, — простонал мужчина, прижимая меня к дивану. — Ведь знаю, что нравлюсь тебе. Между нами все может быть. Все, что ты захочешь. Как захочешь. Я могу быть терпеливым. Но хочу, чтобы ты приняла это.

— Это? — прошептала, пытаясь выбраться из-под тяжелого тела.

— Меня. Нас.

И я попыталась. Секунд пять.