Дом Мой или Шанс №2

Часть 1 РОЖДЕННЫЙ

ПРОЕКТ ВОЗРОЖДЕНИЕ.

КНИГА ПЕРВАЯ

ДОМ МОЙ или ШАНС №2.

АННОТАЦИЯ.

(Обычный) парень по имени Алекс, приходит в себя в странном и непонятном мире. Удивительный и прекрасный, этот мир поначалу поражает своим великолепием, но спустя время Алекс понимает, что окружающая его жизнь не может быть сутью всего. Получив в самом начале пути, определенные способности, обретая с каждым днем новых друзей и соратников, таких же попаданцев, он сталкивается с величайшей тайной. Что изберет этот парень? Потонет ли в сладких убаюкивающих волнах вечного кайфа, или заглянет за картину? А вдруг там спрятан сейф, где создатели его нового мира приготовили таким как он нечто удивительное и поистине грандиозное?

Чистая любовь, дружба и предательство, глубокие переживания главного героя и размышления о смысле бытия, удивительные приключения и невероятный финал, делают биографию Алекса Белова-Некоего, по-настоящему захватывающей. Возможно потому, эта история заинтересует даже тех, кто считает фантастику чем-то нерациональным, пустым и ненужным.

В романе, автор вместе со своими героями пытается найти ответы на многие вопросы, что веками не дают покоя человечеству.

Ведь что ждет нас там за горизонтом, было, и, увы, остается, величайшей тайной, всех времен и народов.

ПРОЛОГ

Мы нашли! Мы нашли ее! Мы нашли нашу Землю! Эге-гей!! Здорово-то как! На корабле, стоял ужасный и в тоже время такой долгожданный переполох. Наконец-то. Сколько лет. Сколько долгих, долгих лет, мы искали ее. Нашу родную, милую планету. Наш общий дом. Нашу колыбель. Откуда все мы родом. Откуда все и началось. Девчонки бросались мне на шею, с громкими воплями и сияющими глазами. Я, пожалуй, лет … уже не видел свою команду в таком возбужденном состоянии. Все радовались как малые дети. И меня, как я не старался сохранить лицо, тоже затянуло это неудержимое веселье. Мы ликовали больше пяти часов, пока техник не сообщила, что по неизвестной причине полностью отказал блок хроноускорителя. Из-за какой-то неизвестной пока проблемы, мы будем вынуждены ограничиться только данной временной точкой. И заглянуть в то время, когда мы все здесь родились и жили, никак не получится.

— Да что за… — в сердцах стукнул я по подлокотнику капитанского кресла. После долгих процедур аналитического модуля, техник подтвердила, что прыжки во времени в этой части вселенной невозможны. Причиной всему являлась некая измененная константа, о которой наш искин вообще ничего не знает. Все попытки найти решение проблемы остались без результата, от чего все разом приуныли. Когда мы вынырнули в этой части космоса, никто не обратил внимания на отключившийся экран хроноускорителя. Лишь после утихшей суматохи, дежурившая в этот день за пультом Сьюзи, заметила сей казус. Поначалу она списала все на проблему с мониторингом, а провозившись с тестами часа два, заподозрила неладное. Вот теперь, мы и решали сообща, что дальше будем делать. Когда наш разведывательный бот, отделившись от корабля, направил свой острый как у борзой нос к земле, у меня от чего-то засосало под ложечкой. Нет, это не были перегрузки, гравикомпенсаторы прекрасно справлялись, просто вид раскинувшейся внизу, хоть и плохо узнаваемой, но такой родной земли, будоражил душу, заставляя сердце биться чаще. Корабль сделал несколько витков вокруг планеты. Мы сели, где-то в районе восточной Европы, на огромный холм с плоской вершиной, надели защитные комплекты, а когда ступили на каменистую землю, я все понял. Здесь, в этом временном отрезке, куда мы попали, был еще самый настоящий Мезозой. Лес выглядел странно. Длинные голые стволы с пучками жестких листьев, гигантские зонты кипарисов, огромные папоротники. На память сразу пришли зубастые твари этого периода. Словно в подтверждении, где-то в отдалении раздался страшный, леденящий душу рев. Дул холодный ветер, неся с собой странные, будоражащие запахи нашего и в тоже время такого чужого мира.

— Кто это? – испуганно спросила стоявшая рядом со мной Милли.

— Если это то, что я думаю, нам лучше здесь долго не задерживаться! — задумчиво ответил я, - Будьте предельно внимательны! – и активировав антиграв, по пологой дуге заскользил над джунглями. Совет корабля заседал целых три дня. А когда, наконец, все уже здорово вымотались, находясь длительное время в режиме мозгового штурма, как-то само собой пришло решение. Затем, корабль на долгие месяцы погрузился в тишину. Все члены команды, вдруг стали задумчивыми и страшно рассеянными, так что порой и ложкой мимо рта промахивались за обедом. Все творили. Причем каждый хотел, как можно точнее изложить задуманное. А когда, наконец, все труды были окончены и отредактированы, пришла пора разбрасывать камни. И вот, двадцать камней, двадцать эталонов кубического метра, скрывающих в своих недрах запечатанные послания, были аккуратно спрятаны почти на всех материках земли. Каждый из членов команды, к большой, довольно подробной исторической справке, приложил так же и свое жизнеописание. Возможно, потомкам будет интересно узнать, кем были эти посещавшие миллионы лет назад землю «инопланетяне». Свое послание, я решил оставить на месте моего родного города. И пусть он будет построен лишь спустя многие тысячи лет, компьютер корабля мог, приблизительно с точностью в сто километров определить его будущее местоположение. Уж больно у нас на Урале места примечательные, ни с чем не спутаешь.

Часть 2 УДАР ИЗ ПРОШЛОГО

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

Удар из прошлого.

7

     Следующие несколько недель, стали для меня самыми тяжелыми за все время пребывания здесь в доме.  Меня терзали, в прямом и переносном смысле, мучили, не давая покоя ни днем, ни ночью, образы из моей прежней жизни. Глядя в зеркало на свою осунувшуюся физиономию, я подозревал какую-то серьезную болезнь.

   Однако тогда, в первый день, ничего казалось, не предвещало.  

   В то самое, первое после инициации утро, я пришел в себя в своей новой спальне, в прекрасном расположении духа. Вскочив с постели, с бодрым, всепобеждающим настроем любознательного, вертлявого щенка, сделав легкую разминку, искупавшись в бассейне, и вообще, чувствуя себя великолепно, играючи прибрал постель, разбросанные тут и там вещи, после чего казалось, был готов к делам серьезным и свершениям великим.  Такой настрой, продержался у меня до самого вечера. Заглянувшие ко мне на завтрак Шерри, Роман с Эрикой, Диной и Холи, сидя за роскошно сервированным столом, удивленно посматривали в мою сторону, всячески пытаясь скрыть свое недоумение. Однако актерами они были никудышными.  Я сразу заметил все их переглядывания, и не удержавшись спросил моего наставника, как бы невзначай затащив его после завтрака в свой кабинет.  Чего это они все так на меня зыркают, вроде рога на моей голове еще не выросли, и если ему есть что сказать, то пусть лучше говорит здесь и сейчас. На что, покрасневший аки девица Роман, запинаясь и отводя взгляд, объяснил причину такого их странного поведения.  Оказывается, каждый прошедший инициацию, очень долго и мучительно переваривает все увиденное. А глядя на мою довольную физиономию, можно заподозрить, что я полностью стер свое прошлое, то есть захотел начать жизнь с чистого листа.  И поэтому так хорошо выгляжу.  И как говориться «сглазил». 

   После завтрака, мне захотелось немного прогуляться. Побродив по дому, заглянув на соседние уровни. Побывав внизу в парке, Потолкавшись среди гуляющих. Познакомившись с несколькими патрульными которые находились при исполнении, я вернулся в наш сектор с каким-то странным, болезненным  ощущением. Казалось, будто я сплю, и весь этот мир мне снится. Меня терзало необъяснимое ожидание. Вот-вот, казалось, эти реалистичные глюки растворяться, и я наконец, проснусь. Однако сон и не думал заканчиваться. Пошатавшись без дела по каким-то коридорам и лестницам, я направился к Роману, дабы пригласить его на обед. Шерри видно доставляло истинное удовольствие общение с кухонным модулем, и к обеду она вновь решила меня удивить.  Я был уверен, что наличие за столом определенного количества хороших людей, привносит в обычную трапезу приятный элемент праздника. Но оказалось, мой наставник дежурит внизу, на первом уровне, подменяя кого-то из патрульных.  

   Так что, обедали мы с Шерри вдвоем, в некоей романтической обстановке. Чему способствовали большие свечи, горевшие посредине великолепно сервированного стола, а так же, подсознательное ощущение, изменившегося ко мне отношения этой милой девушки.  Пока мы обедали, а точнее полдничали, время по часам дома было уже послеобеденное, Шерри, как-то странно тихо вела себя, хотя и всячески пыталась изобразить готовность к беседе. А моя интуиция все настойчивее твердила: «После инициации, произошло нечто. Нечто, чего я не могу понять».

 Постепенно мы разговорились. Я расспрашивал Шерри, что она знает о доме, и кто из наших, раньше появился здесь.  На что Шерри коротко объяснила мне устройство их информ - системы. Если новорожденный решил стать патрульным, все его данные изымаются из сети. Поэтому пока наши парни и девушки служат у притория, никто не знает их возраст. Затем, она рассказала довольно забавную историю. Едва появившись в доме, жаждая новых знаний, она приставала с расспросами к первым встречным. И вот однажды, кто-то из аутистов, о которых Шерри, глупая, не ведала еще ничего, угостил ее какой-то пастилкой. По всему, это был один из их способов передачи информации. Пришла она в себя только спустя трое суток.  Оказалось, ее потерявшую сознание подобрали патрульные.  А очнувшись, она поняла, что действительно многое узнала.

  — Странно Ал. Ты не поверишь, но многое из того, что меня интересовало, неожиданно стало понятным. А вот что так и осталось тайной, так это каким образом, обычная конфетка, может так вправлять мозги? И все кого я не спрашивала после, не могли ничего внятно объяснить мне.

  — А ты уверена, что это именно та конфета стала причиной твоего, как это… прозрения что ли? — спросил я озадаченно. Но Шерри, неожиданно тихо проронила:

  — Это было не прозрение.  Это было вроде как книжку прочитать.  Всех подробностей не помнишь, но суть объяснить можешь.  

  И тут, я вспомнил тот не то сон, не то настоящий разговор, и не подумав, ляпнул:

  — А ты что, в той, ну … прошлой жизни, действительно, была незрячей? 

  Этот вопрос, оказался наверное, одной из самых больших бестактностей совершенных мною в доме.  Я и сейчас, спустя столько лет, с трудом сдерживаюсь, чтобы ни обругать себя. Но тогда, произошло нечто такое, из-за чего, о своей неуклюжести я вспомнил гораздо позже. 

  Шерри, распахнув в удивлении свои карие глаза, глянула на меня так, словно в самое сердце. Ощущение было очень странным, даже каким-то потусторонним. Казалось с моим сознанием соприкоснулось нечто чужое, незнакомое, но вместе с тем живое и теплое. Я замер с вилкой у рта, не понимая, что происходит.