Долг человечества

Глава 18

Сказать, конечно, гораздо проще, чем сделать. А чтобы собрать душ… я и в прошлой-то жизни всегда прибегал к наемному труду и платил длинные деньги за то, чтобы в моей квартире был ремонт, да и с компонентами было сильно проще. Что поделать, условия современной жизни, когда всё пересчитываешь на деньги — в том числе, свой труд и приходишь к тому, что лучше заплатить специалисту, потратив время на работу головой, чем делать всё самому, без определённого результата. А так, делаешь заказ из интернет магазина, договариваешься о времени доставки и установки, и уже через несколько часов можно мыться.

Здесь все иначе. Я бы выразился сейчас крепче, чем нужно, но воздержусь. Пора обрисовать фронт работ. А для того, чтобы выполнить затеянное, сначала нужно проработать план. И для этого я наконец сделал то, что давно хотел — мне нужен органайзер моих планов и работ. Ежедневник.

Открыв меню магазина достижений, я стал прокручивать его, неопределенно размышляя где-то в отдалении сознания о том, как же задуманное реализовать. Добравшись до вкладки «прочее», я принялся высматривать искомое уже внимательно, не отвлекаясь на поток мыслей. Было не по себе от мысли, что в магазине может не оказаться настолько простой вещи, как какой-нибудь блокнот, ну или просто бумага на худой конец.

Долистав почти до самого конца, я испытал облегчение.

(Книга в твердом переплете (пусто))

Стоимость меня удивила. Целых три очка, когда как надежный инструмент вроде лопаты и пилы обходились всего в единицу. Удивительно. Хотя в производстве книга несоразмерно сложнее, чем шанцевый инвентарь. Что еще меня немного расстроило — моя торговая скидка нивелировалась округлением в большую сторону, так что я ее не ощутил вот совсем никак. Преимущество Зи'ира будет более очевидным, когда суммы, потраченные одним платежом, будут выше. А десять процентов экономии — это десять процентов экономии.

Но, несмотря на стоимость, мне действительно нужно что-то, чтобы вести записи, потому я незамедлительно сфокусировал зрение на кнопке «купить».

В моих руках, разворачиваясь из куба, быстро материализовалась невзрачная книга с твердым деревянным переплетом. Страницы были желтоватые, прошитые чем-то грубым у ребра, а письменных принадлежностей в комплекте не шло. Но это не беда, ведь тушь я смогу сделать себе сам.

— Кать, пока не ушла. — Окликнул я девушку.

— Что, начальник, захотел услышать события вчерашнего? — Улыбнулась она.

— Нет, дай кинжал на минутку. — Отмахнулся я от ее назойливого желания погрузить меня в свои ночные приключения. Эх, Боря-Боря…

— Ты же не собрался делать что-то противозаконное? — С наигранной опаской она протянула мне оружие рукоятью вперед, удерживая клинок тонкими пальчиками за кончик острия.

— Куда мне, я самый законопослушный человек, которого ты только встречала. — Усмехнулся я и нож принял.

Достав из инвентаря одно из крепких перьев, я зачистил будущую пишущую часть, с самой твердой части пястной кости, а также слегка оголил от шерстистого и неаккуратного покрова место, за которое я перо планировал удерживать.

Само по себе перо уже было достаточно твердым, немудрено, ведь вынуто оно из удивительно жуткой мутировавшей твари. Но обработку какую-никакую провести я обязан, чтобы оно прослужило мне подольше. Тем более, я знал, как это сделать.

Вернув нож владелице, я поблагодарил ее, поднялся и с деловитым видом огляделся. Мне нужна была небольшая емкость, и я знал, где ее найти. Прогулявшись до склада, я обратил внимание, что Антон уже начал перетаскивать заготовленные мной ранее заостренные палки к краям нашего поселения, но о формировании линии обороны пока говорить рано, это всего лишь робкая попытка подготовиться к чему-то, что нас ждет.

Пока шел к складу, задумался — мы довольно крепко окапываемся здесь, все дальше отодвигая перспективу куда-либо переезжать. Но вчерашняя моя мысль о том, что количество человек на полигоне ограничено, натолкнуло меня на еще одну идею — есть ли какие-то ограничения? Я имею ввиду радиус этого полигона. Может, сто километров? Двести? Если больше, то мы вряд ли вообще когда-нибудь найдем тут других инициированных. Это и хорошо и плохо одновременно. Хорошо — то, что даст больше шансов безопасно пережить два месяца, а плохо — то, что при проблемах с теми же греллинами, если они начнут регулярно нападать большими стаями, нам никто не поможет. Не будет потенциальных союзников.

Не заметив, как быстро я разжился глиняным горшком, пришлось отбросить пространные размышления и вернуться к текущей задаче. Набрав воды из кадки под нашим дождевым дренажом, я вернулся к костру, и примерно в соотношении — две воды одна зола — сделал раствор. И поставил его кипятиться.

Вспомнив, что мне нужно еще и отцедить получившийся на огне щелок, вновь вернулся на склад — там тряпья достаточно. Пришлось оторвать краешек одной из никому ненужных мантий, грязных настолько, что её проще было выкинуть. Но главное, что его хватит, чтобы отделить одно от другого.

Несколькими минутами позже я добыл первый компонент. Дальше будет проще. В отсаженную импровизированную марлю я переложил получившийся пенящийся комок, закопал в нем перо и поставил греться на огонь. Не слишком близко, чтобы его не сжечь, но достаточно, чтобы температура заставила реакции пройти как следует.

Осталось еще два действия, и для одного из них мой новый навык просто незаменим. Я вынул из костра хорошо сохранившийся прочный уголь, пришлось поддевать его палкой, и дал ему остыть. Сильный жар почти довел его до состояния каменного угля, но все же недостаточно. Когда смог взять его в руку так, чтобы не обжечься, тотчас применил на куске угля разложение.

Получившуюся угольную пыль я смешал с водой в уже ненужном мне горшочке, и получил свою первую тушь! А значит, мне теперь есть, чем писать. Делать чернила сложнее, и я терялся в догадках, где я найду тут подходящую кору, чтобы ее выварить. Да и с камедью или железными опилками могут быть большие проблемы. Так что тушь — сгодится. Но для того, чтобы получившаяся смесь была стабильной, пришлось добавить немного жирной смолы, которую зачем-то собирали греллины. Таковая у нас тоже имелась.

Тем временем, перо прокалилось в щелоке, оставалось только крепко засушить пишущую часть пера, и можно писать. Вокруг костра земля нагрелась очень сильно, а учитывая, что почва тут глинистая, то температура и вовсе отличная. Так что, найдя подходящее место и расчистив его, я поставил перо сушиться.

Теперь только ждать, и чтобы не терять времени зря, решил прикинуть, что еще можно сделать для лагеря полезного. В чем наша нужда? С этим вопросом я решил пройтись по лагерю и задать вопросы. Это лучше, чем играть в угадайку.

— Антон, как успехи? — Подошел я к работающему и завел разговор.

— Работаю… — Выдохнул он и разогнулся в спине, отложив палку.

— По поводу тебя и Жени. Учитывая обстановку, чего в лагере не хватает? — Спросил я.

— Ну-у, хороший так-то вопрос. Да всего. Но, если серьезно — получится сделать душ, это будет отлично. — Задумался лучник и почесал своей рукой с четырьмя пальцами голову.

— Понял, это в планах. Помочь надо что-то? — Уточнил я.

— Да нет, примитивная же работа. Вон, Боря встанет, поможет мне.

— Понял. Бывай! — Махнул я ему и двинулся по лагерю дальше.

Катя пожаловалась на отсутствие предметов гигиены для женщин, но согласилась с тем, что в нашем положении это прихоть, и если будет душ, то проблема нивелируется. Варя спала, как впрочем и большую часть дня — вся ее энергия уходила на то, чтобы побороть инфекцию и встать на ноги. Женя, которая сейчас пила воду на свежем воздухе у лазарета, поделилась другой проблемой.

— Марк, спасибо тебе огромное за то, что ты сделал мыло. Это что-то невероятное, я как увидела этот кусочек и как он пенится, чуть не расплакалась. Это… это такое простое, но такое нужное дело, что у меня нет слов. — Ее подбородок задрожал, а глаза стали влажными.

— Ничего, я сюда по этому и пришел. Может, еще что-то беспокоит? Какая-то вещь, которую я мог бы сделать совместно с мужиками, чтобы упростить нам жизнь. — Попытался я ее успокоить и перевести разговор в конструктивное русло. И, на удивление, у меня получилось. Девушка собралась, приободрилась, потерла пальцем под правым глазом, смахивая крошечную навернувшуюся слезинку, и поделилась.

— Я ту шкуру, что мы нашли раньше, приспособила, чтобы Варя не мерзла. Тут очень холодно, особенно ночами. А я, из-за того, что постоянно сижу с ней, уже ног не чувствую. К костру выхожу погреться редко, а спать и вовсе тяжело.

— Да-а, это проблема. — Протянул я, осознав, что девушки мучаются и рискуют заболеть. — Я подумаю, как это решить. А пока могу принести в твою больницу один из горячих камней из костровища. Немного тепла он отдаст.

— Это было бы замечательно! — Обрадовалась она.

Что ж, я не стал затягивать и выполнил просьбу нашей целительницы, чей труд сейчас чрезвычайно важен и незаменим. Убедившись, что все работает как надо, я порекомендовал поплотнее закрывать шатер, чтобы не создавать теплообмена с холодом на улице.

— Система отопления… Хм… — Неожиданно для себя проговорил я вслух.

Где-то на границе разума оформилась еще одна идея, но я пока не до конца понимал, как ее воплотить в жизнь.

Боря дрых без задних ног. Храп из его палатки стоял такой, что мне на миг показалось, будто свод шатается. Это первый раз, когда он издает столько звуков в ночи. Может, пообвыкся, и стал спать крепче? Или это Катина заслуга, умотала мужика? Ну да не важно.

Последним я посетил скучающего Диму, который ждал от меня указаний. Не то, чтобы он бездельничал, но работал явно без огонька — готовил обед из клубней, остатков мяса и воды. Что-то вроде похлебки.

— Рассказывай. — Неопределенно сказал я.

— Ну, суп будет, через час. А чего еще?

Я пересказал ему то, что узнал у ребят, и спросил, в чем же его нужда. И, конечно, я не сомневался, что он ответит.

— Меня вторые сутки не покидает идея из собранных ягод наделать дикого вина.

Мое лицо красноречиво ответило, что я обо всем этом думаю.

— Погоди ты кривиться! Спирт — это не только нажраться, это же еще и очень, ну… полезная же штука! Что там, дезинфекция, что еще, я не знаю?

Я кивнул. Этиловый спирт и впрямь штука нужная.

— Ты предлагаешь мне наварить бухла? — Уточнил я.

— Я и сам могу. У меня дед был знатный винокур, я кое-что помню. — Горделиво подбоченился воин.

— Где ж ты дрожжи возьмешь? Сусло из чего будешь делать? Из ягод, которые мягко слабят, не прерывая сна? Ты же понимаешь, что намереваешься сделать концентрат слабительного? — Я едва сдерживал смех.

— Ничего ты не понимаешь! — Возмутился парень. — Я сам все сделаю, единственное, в чем мне может понадобиться помощь, это сделать какую-нибудь трубку, чтобы перегнать между бойлерами пары.

— Хорошо, но это пока не самая близкая по плану задача. — Хмыкнул я и решил не уничтожать мечту парня напиться.

— Класс! Так, ну и когда мы приступаем к постройке бани?

— Душа. — Уточнил я. — Суп твой скоро готов будет, поедим и начнем.

После обеда, который получился на удивление сносным, каждый вернулся к своей работе. Даже Варю удалось накормить — и в целом она чувствовала себя лучше. Со слов Жени — еще пару дней и она встанет на ноги, но сильно рассчитывать на нее не приходится в ближайшие дни.

Борис, почуяв аромат мяса, выполз из шатра, и словно очнувшийся ото спячки медведь с заспанной рожей поковылял к чану. А я ел и думал. Этот чан — единственная большая посуда. В него уместится литров пятьдесят воды. Этого вполне может хватит в качестве резервуара. Но где же тогда готовить еду?

В очередной раз открыв вкладку магазина, я убедился, что посуды там нет. Никакой, кроме фляг и кувшинов, которые, зараза, исчезают после исчерпания в последнем воды. Заморочиться с глиной, чтобы сначала сплести корзину нужной формы, а затем запечь ее в глине? Слишком муторно. К тому же, на что нам такая огромная кастрюля, если мы ее и на треть не заполняем?

Когда с пищей было покончено и у чана показалось дно, я сообщил людям, что он мне нужен для воплощения моей идеи. Конечно, все знали, какая перспектива маячит у них на горизонте, и оттого никто не был против, чтобы я экспроприировал посудину в пользование на нужды лагеря. Женя вызвалась его вымыть хорошенько, сославшись на то, что ей жизненно необходимо немного движения. Тем более, Варя уже почти в порядке.

Мне подумалось, что надо будет навестить раненную дуреху, быть может, и ее незавидную участь мне удастся как-то облегчить. Но сейчас работа.

Антон забрал Борю на постройку частокола, Дима прибрался на нашей импровизированной кухне, а я принялся писать.

Нужен какой-то дренаж для наполнения резервуара, отвод воды, чтобы под ногами не сформировалось болото, так же нужна приватность помывочной. Записав эти мысли, я оглядел лагерь.

У нас оставались несколько неиспользуемых шатров, и один из них подходил под мою задачу идеально — он находился прямо под массивным деревом, и в метре над крышей висела очень крепкая параллельная ветвь. Это может сработать.

— Дим, пойдем. — Позвал я скучающего воина, и тот поспешил за мной.

Оглядев конструкцию, я прикинул, с какой стороны к этой кобыле подступиться. Мою просьбу принести чан помощник охотно выполнил, а я принялся к измерениям на глазок. Без измерительных инструментов было тяжело стопроцентно угадать, но думаю, если в одной из стен шатра будет небольшой зазор, мне это простят.

Вынув каменный нож из инвентаря, я вырезал кусок кожи, обтянул внатяг по рейкам, по форме дна нашего котла. Вместе с Димой мы примерились, и вышло хорошо — чан своим дном оставался полностью внутри шатра, в двадцати сантиметрах над землей, а его открытая часть была на воздухе. Это хорошо.

Попросив у Кати лопату, Дима выкопал небольшое углубление для будущего нагрева котла. Дно получившейся ямы мы заложили найденными в округе камнями. Дым мы планировали отводить так же, как это было и до нас — через небольшое отверстие в потолке, допущенное греллинами как раз для этой задачи.

Затем мне пришлось прибегнуть к своему новому навыку и помощи Кати. Я разрушал соединительные ткани в растениях, которые мы нарвали ранее и сочли пока бесполезными, чтобы получилась зеленая масса из углеводов, дубильных веществ и эфирных масел. Из этой массы отлично скатывались и сохраняли форму тоненькие веревочки, которые я, впоследствии, накрепко фиксировал с помощью своего инвентаря. Ведь веревок нам нужно много, а в шесть рук мы управились буквально за час.

Когда было готово шесть мотков по три метра каждая, чан мы с Димой зафиксировали в том вырезанном участке. Сделали эдакую подвесную треногу, которую еще предстояло наполнить водой.

У меня было беспокойство о том, что самодельные скатанные веревки могут не выдержать пятидесяти литров, но я пока отмел это, закладывая дополнительную прочность и перестраховываясь — прямо под подвесной чан мы расставили камней, которые слегка снизят нагрузку на ветку и веревки.

Вышло очень хорошо, и я объявил, что полдела сделано, а не прошло и трех часов. Даже световой день еще не закончился, и я намеревался доделать свою конструкцию к концу суток. Наши успехи воодушевляли и остальных, и обитатели лагеря все чаще приходили к нам поглазеть

— Так. Я не поняла. — Подошла к нам Катя. — Мы что, в этом котле будем мыться? Будем варить суп из человеков? А залезать туда как? Верёвки же мешать будут. Что-то странная выходит конструкция. Дикарство, ей богу.

— Нет, — покачал я головой. Я разогнулся, потянул спину и решил взять передышку, от пары минут ничего не сделается. — Это только для хранения воды. Тут, гляди, — я указал на стенки шатра, — будет дренаж, как тот, что ты нашла.

— Все равно не понимаю. — Запротестовала девушка. — Меня пугает эта штуковина.

— Есть из нее, значит, не страшно, а вот воды набрать, чтобы помыться — моветон? — Подколол Катю я.

— Да ну вас. Я же просто спросила. — Нахмурилась девушка.

— Мы слишком ограничены временем и технологиями. Если ты вообразила себе, что мы тут полноценную душевую строим, то спешу тебя огорчить. Чан нужен только для сбора воды и ее нагрева. Поливаться будешь ковшиком. И прикрытая от любопытных глаз.

— Да я и не против. — Улыбнулась кинжальщица, проигнорировав все что я ей сказал и выделив только финал моей фразы.

— Всё, не мешай, нам нужно продолжать. — Я отослал девушку прочь, заниматься другими делами. А нам, по сути, осталась самая малость.

Мне нужно было еще раз посмотреть, как греллины организовали дренаж. Все оказалось просто — высушенная тонкая кора крепилась веревкой к жердям поперек натянутой под сорок пять градусов шкуры одной из стен. Стекающая по натянутой коже вода попадала в эту закругленную кору и целенаправленно отправлялась выщербленную в камне емкость. Мне этого хватит.

Чтобы не терять время на заготовку похожей коры и ее сушку, я просто демонтировал дренаж со склада, и перенес его к нашей «душевой». Сложность состояла в том, что погода сейчас не дождливая, а просто пасмурная, поэтому проверить эффективность сбора воды помог мне Дима.

— А давай я просто полью на стенку из горшка, там и проверим? — Подкинул он идею, а я удивился, как не сумел разглядеть настолько очевидный вариант. Скорее всего слишком задумался над конструкцией и не успел вовремя переключиться.

— Отлично ты придумал, неси воды. — Сказал я, и воин тотчас отправился наполнять емкость из предыдущего места сбора воды.

Минутой позже мы убедились, что дренаж будет работать хорошо, и котел постепенно будет наполняться. Оставалась самая малость — заложить в душевой весь пол камнями, при этом выкопав небольшой уклон как раз под наш холм — вся вода туда и будет стекать. И, собственно, все — душ будет работать. Вода наполнится из дренажа, огонь под чаном ее нагреет, а одна из мисок станет ковшиком для того, чтобы намочиться. А если дождя не будет, можно будет наносить воды руками.

Я шумно выдохнул, осознав, какой проект реализовал. Меня по настоящему вдохновило то, что я сделал — полноценно работающее и довольно удобное место, где наш человек сможет в уединении смыть с себя очередной тяжелый день. Это дорогого стоит.

Мы с воином довольно сильно устали, потому задачу по перекладываю пола камнями и организацию уклона решили не откладывать. После передышки и ужина, который сегодня делает Антон, мы можем уже и не заставить себя продолжать трудиться.

Кто бы мог подумать, но самым трудным оказалось найти подходящие плоские камни. Я даже пытался применять навык разложения, но всегда получал лишь пыль, а мне нужны плотные, гладкие сланцевые или мраморные породы. В округе таковых не было, потому пришлось камни дробить и расклинивать. Получалось не очень хорошо, но места слома действительно оказывались гладкими, главное под правильным углом подать усилие.

Еще два часа спустя мы откопали много лишней земли, заложили под наклоном камни, перетаскали с десяток литров воды из прошлого водосбора и разожгли под чаном костер. Дым отводился исправно, дренаж работал, пол не намокал, а лишняя вода отводилась вниз под холм.

Идеально!

— Ну. Кто хочет первый в душ? — Крикнул я в толпу и улыбнулся, услышав сразу несколько утвердительных криков. — Девушки вперёд. — Сразу же обозначил я очерёдность. — И не забываем про контроль округи.

Я уже было отошел в сторону, как вспомнил ещё один важный факт.

— И ещё. Подсматривать запрещено. Нечего нам тут мораль разлагать.