Явление вождей

Все правительство вместе с президентом Сталиным пришло встречать их. Было произнесено огромное количество речей, здравниц и поздравлений. И не было в этот день человека в России, который не гордился силой и мощью своего государства, уверенно идущего вперед, от одной цели к другой, под руководством Иосифа Виссарионовича Сталина.

Документы того времени.

Из сообщений газеты Известия, раздел светской хроники, вечерний выпуск от 18 августа 1928 года.

Сегодня в Москве состоялось открытие Литературного института при Союзе писателей России. В его открытии приняли участие всемирно известный писатель Алексей Максимович Горький по чьей инициативе он и был создан. Со стороны правительства присутствовал Председатель Совета министров России Вячеслав Михайлович Молотов, а также голова Москвы, Петр Васильевич Сухомлинов.

Согласно уставу института в нем имеются три отделения: писательского (творческого), вузовского для подготовки литературоведов и литературных критиков и научно-исследовательский с аспирантурой. Директором института назначен Гавриил Федосеев.

Во вступительном слове Максим Горький подчеркнул, что создание Литературного института является большим шагом вперед в плане просветительской работы среди населения России, а также в создании нового человека. Главным критерием существования которого будет не потребительское «мое», а общечеловеческое «наше».

Из сообщений газеты Известия, раздел правительственная хроника от 22 августа 1928 года.

Вчера, 21 августа в Париже, министром иностранных дел России был подписан пакт об отказе решения спорных вопросов между мировыми державами военным путем. Этот пакт был разработан и предложен мировому сообществу к подписанию премьер-министром Французской Республики Аристидом Брианом. Кроме России и Франции пакт подписали Соединенные Штаты Америки, Великобритания, Германия, Италия, Бельгия, Канада, Австралия, Новая Зеландия, ЮАС, Ирландия, Индия, Польша, Чехословакия, Югославия и Япония. По общему мнению подписантов подписание пакта является залогом многолетнего мирного сосуществования главных мировых держав.

Из сообщений газеты Известия, раздел светской хроники, вечерний выпуск от 30 августа 1928 года.

В связи с началом работы в Москве 1-го съезда российской кинематографии, а также с принятым на нем решении о проведении в 1929 году Московского кинофестиваля, Правительство Российской Республики постановила об объявлении 27 августа Днем кинематографии.

Глава XVI. Москва осенняя.

Для одних осень – это печальная пора прощания с летом, для других – наступление короткого, но незабываемого время года. Как писал классик наступало «пышное природы увядание», бурно окрашивавшее зеленые леса России в царственный багрец и золото, и с его правотой было трудно поспорить.

Издревле эти цвета ассоциировались исключительно с победой, и осень этого года действительно была победоносной для второго российского президента. Катастрофа дирижабля «Россия» вместо национальной трагедии и позором обернулась национальным триумфом и в первую очередь триумфом президента Сталина.

Торжественная встреча академика Обручева и его спутников, вместе с героями летчиками подняла президента на такую высоту, что все выступления его конкурентов по предвыборной гонке были подобны детскому лепету. Все их планы, декларации, программы и предложения о том как следует обустроить Россию. Как сделать так чтобы простым гражданам жилось хорошо и красиво, чтобы у них была твердая уверенность в завтрашнем дне, оказались малозначимыми на фоне успешной деятельности президента Сталина.

Все эти умные разговоры были интересны для бурно обсуждавшей их части интеллигенции и тех представителей высшего общества которые не приняли «новый курс» развития страны провозглашенный президентом. Все они в один голос твердили, что этот путь ведет Россию в никуда, к полному развалу экономики и распаду страны. В подтверждение правильности этих слов приводились всевозможные выкладки, многостраничные объяснения и пояснения и даже красиво оформленные диаграммы.

Однако находя понимание у десятка тысяч и даже может быть сотни тысяч человек, они были совсем не интересны миллионам рабочим, крестьянам и той интеллигенции, что считала своим главным приоритетом свободу развития и служение на благо Отечеству. Слушая выступления президента они прекрасно понимали зачем нужны преобразования заложенные в «новом курсе» и куда он в конечном результате приведет страну. И обладая избирательным правом согласно Конституции, они собирались принять участие в выборах и поддержать президента.

К осени 1928 года за спиной Сталина были не только громкое покорение Северного полюса, трансарктические перелеты и спасение экспедиции академика Обручева. За годы его короткого правления началось массовое строительство по всей территории страны не только фабрик и заводов, но и школ, больниц, детских садов и библиотек. Открывались новые институты и училища различной профессиональной ориентации, всевозможные курсы направленные на освоение новых профессий. Правительство тратило огромные деньги на то, чтобы побороть неграмотность, сделать образование и здравоохранение полностью бесплатным.

Одновременно с этих шло в ускоренном темпе развитие новых дорог и проводилась реконструкция старых. Ежегодно увеличивалось протяжение железнодорожных путей, причем не только в европейской половине страны, но и в её азиатской части. Развивалось судоходство по главным водным артерия страны, создавались государственные артели по вылову морской и речной рыбы продукция которых целиком шла на внутренний рынок.

Открывались новые месторождения угля и металлов и разрабатывались прежние, организовывались прииски и на их базе создавались перерабатывающие комбинаты. Конечно, всего этого было мало, но видя конкретные дела люди твердо, верили, что на их месте через четыре «будет город сад».

Самым наглядным подтверждением того, что слова правительства не расходятся с делом стали тепловые электростанции, созданные за короткий срок в большей части в европейской половине России. Этому способствовало простата их конструкции, быстрая постройка, а также наличие в стране больших запасам торфа и угля. Благодаря этому дешевое электричество пришло не только в малые города республики, но и в большинство её сел и деревень.

«Лампочка Сталина», как прозвали процесс электрификации крестьяне, уверенно зажигалась по всем необъятным просторам России от севера до юга, с запада и до востока. Каждый месяц руководители регионов докладывали в столицу о своих успехах в электрификации России, прекрасно зная, что этот вопрос находится «на карандаше» у самого президента. Решению этого вопроса глава страны предавал большую важность и значение. В случаях производственных и иных объективных трудностях этого процесса у той или иной области, Сталин всегда стремился помочь им как можно быстрее вырваться из «темного мрака». Наставляя руководителям областей, он говорил: «- Если у вас, что-то не получается, не успеваете или не можете, говорите об этом прямо и открыто. Мы постараемся помочь вам в этом непростом и нелегком деле. Ведь первый раз пытаемся «зажечь» всю Россию».

Однако не всегда слова первого человека в государстве находили отклик среди губернаторов и тех, кто отвечал за программу электрификации страны. Были случаи, когда стремясь скрыть свою некомпетентность и неумение работать быстро и эффективно, они шли по старой, проверенной дорожке. Занимаясь враньем, приписками и откровенным очковтирательством, когда цифры торжественных докладов существенно расходились с реальными цифрами.

Способ довольно действенный, но как оказалось малоэффективный. Предвидя такую возможность, Сталин кроме докладов губернаторов и контрольных комиссий, завел ещё и сеть личных осведомителей. Именно эта третья, никому не подконтрольная сила позволяла президенту иметь достоверную информацию о положении дел в той или иной отрасли производства в частности и в стране в целом.

Патологически не вынося вранья, а уж тем более столь откровенного и на таком уровне, президент жестоко карал обманщиков. Нет, их не сажали в тюрьмы и не публично расстреливали, как это делал в Китае «борец за демократию» Чан Кайши. Просто они теряли доверие президента, а вместе с ним, зачастую и свои высокие должности.

За неполные девять месяцев, своих постов лишились шесть губернаторов, десять их замов и председателей контрольных комиссий. Одномоментно против допустивших сознательное искажение фактов чиновников начинались проверки, которые очень часто завершались уголовными делами, с реальными сроками или конфискацией имущества в пользу государства.

Электричество вместе с МТС и колхозами, а также школы и больницы существенно изменили, жизнь российского села. Впервые за все время его существования крестьяне получили реальную поддержку со стороны государства, почувствовали себя не только подлинными хозяевами своей земли. Благодаря этому коллективная форма ведения сельского хозяйства уверенно набирала силу, увеличивая с каждым кварталом число своих сторонников на селе.

Никогда прежде бедняки и середняки на равных не конкурировали с кулаками, которых государство ставило в строгие законные рамки. Нанимая рабочих для обработки земли, хозяин должен был обеспечить его не только едой и местом проживания, но регулярно платить ему заработок, а в случае болезни работника оплачивать его лечение. В случае смерти или травмы на производстве, хозяин должен был выплачивать пособие его семье за потерю кормильца.

Кроме электрификации страны, на особом контроле президента было и радиовещание России. Он прекрасно понимал, что при нынешних ценах не каждый житель города, а уж тем более села не может позволить себе купить такую роскошь как радиоприемник. Поэтому, Сталин пошел иным путем, не желая упускать такую отличную возможность прямого общения с народом посредство радио.

- Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе – гласит восточная мудрость, которой руководствовался президент при решении этой проблемы. Не имея возможность подарить каждому жителю России по радиоприемнику, Сталин решил провести в каждый дом проводное радио. Реализация идеи стоило больших денег, но у неё было два больших преимущества. Во-первых, благодаря радио создавался эффект личного общения, что для человека той эпохи было почти что чудом. Во-вторых, выступавший по радио оратор мог быть одномоментно слышан почти по всей стране.

При учете того, что газеты, особенно периферийные, несколько запаздывали с подачей информацией, радио в этом деле шло на шаг впереди печатной прессы. А если добавить сюда поголовную неграмотность населения России, то радио шло впереди газет на целых три шага. Опережая по популярности даже такие зрелищные и массовые мероприятия как кино и цирк.

Во всех кинотеатрах страны, перед началом показа фильма, зрителям демонстрировался короткий киножурнал российской хроники. Их выпуски подготавливали большие мастера своего дела, и они пользовались большой популярностью у простого населения.

Что касается самих фильмов, то равно как и программы цирковых представлений клоунов, они проходили утверждения в специальных культурных комитетах. При этом главный упор культурной цензуры делался не на запрет критики политики президента и правительства, а на соблюдения моральной этики и семейных ценностей.

Относительно защиты интересов последних, президент проявлял пристальное внимание и особую щепетильность. Провозгласив в своей программе семью как базовую составляющую российского общества и всей страны, Сталин неизменно выступал за всестороннюю сохранность и защиту семейных ценностей.

- Как маленькая клетка является основной составляющей человеческого организма, так и семья является главной ячейкой всего нашего общества и от того как правильно она функционирует, зависит уровень социального здоровья нашего государства. Сегодня появилось очень опасное течение, утверждающие, что институт семьи это замшелый анахронизм. Что в нем нет никакой необходимости при свободных отношениях между мужчиной и женщиной. Не могу согласиться с подобным утверждением и считаю его крайне глупым и опасным. Апеллируя к высоким понятиям любви, эти представители грубо подменяют их низкой похотью.

Провозглашая это чувство главным мерилом и ценностью в отношениях мужчины и женщины, они полностью забывают о детях - главной общечеловеческой ценности. Может ли в неполноценной семье вырасти полноценный в духовном плане ребенок? Очень и очень в этом сомневаюсь. Для его всестороннего развития необходима ежеминутная любовь матери и поддержка отца и это непреложный закон бытия.

У нас много конфессиональная страна. На просторах нашей необъятной родины живут христиане и мусульмане, иудеи и буддисты и ни в одной из этих религий нет одобрения свободным отношениям между мужчиной и женщиной. Везде в них присутствует институт семьи и ничего другого.

Выступая таким в защиту семьи, Сталин также предъявлял претензии и к ней.

- В школах и училищах, мы стремимся научить нашу молодежь всем передовым премудростям науки и техники, а вместе с ними привить ей добрые и вечные морально-духовные ценности. Однако все усилия учителей могут оказаться напрасными, если в школе им будут говорить одна, а дома они будут видеть другое. Только совместная работа семьи и школы позволят вырастить грамотного и высоконравственного человека.

Высоко превознося обучающие способности школы, президент нисколько не кривил душой и не выдавал желаемое за действительное. Взяв самое лучшее из огромного наследия императорского образования, и несколько дополнив его последними педагогическими наработками, министерство образования явило миру самую лучшую школьную программу на этот момент.

Президент самым внимательным образом её изучил и после консультации с рядом академиков и профессоров, а также известными педагогами страны, утвердил её, вместе с едиными образцами учебных пособий. Вместе с традиционной арифметикой и правописанием, в программе имелась алгебра и геометрия, химия и физика, география и биология, астрономия, история и литература. Два последних предмета имели свои разновидности в виде русской истории и литературы, а также иностранной истории и литературы. Кроме русского языка изучались ещё два иностранных языка на выбор (английский, французский, немецкий и испанский). В больших городах, где это было возможным, к этому неизменно добавлялась латынь и древнегреческий язык.

Учитывая многонациональность России, в местах компактного проживания людей не титульной нации, образование велось либо на местном языке, либо совместно с русским языком.

В связи с тем, что церковь была отделена от государства, изучение Закона божьего в школах было исключено из общешкольной программы, однако полного разрыва государства и церкви не произошло. Изучение религии было возможно факультативно в старших классах, при изъявлении желания учеников и их родителей.

Выступая хранителем семейных ценностей, президент имел свои далеко идущие планы. Учитывая, что по результатам последней войны потери России превышали один миллион человек погибших, умерших от ран и пропавших без вести, страна нуждалась в их скором замещении. С этой целью президентом было подписано два закона.

Первый запрещал проведение абортов, за исключением тех случаев, когда были медицинские показания. При этом, необходимость его проведения определял не единолично врач, а специальная медицинская комиссия. Аборты проводились исключительно в условиях стационаров, а проведение подобной операции на дому строго преследовалось в рамках закона и расценивалось как уголовное преступление.

Второй закон подразумевал оказания государственной помощи многодетным семьям. Под этим понятием понимались семьи, имевшие трех и больше детей. Им полагалась дополнительная выплата со стороны государства, приоритет при получении мест в ясли и детские сады и прочие коммунально-бытовые привилегии. В первую очередь получения жилья в городе или помощи при постройке собственного дома.

Строительство нового жилья и расселение людей из бараков, было выделено в особую государственную программу. Невиданное прежде в стране дело воплощалось в жизнь на радость простым гражданам и на зависть злопыхателям.

Конечно, дело шло не так быстро как того всем хотелось, но оно шло и шло повсеместно по всей стране. Почти в каждом городе Российской Республики ускоренными темпами проводилось строительство жилья. Сдавались новые дома в три, пять и даже семь этажей, а там, где это можно было сделать, проводилось уплотнение жилого фонда.

В первую очередь в пользу государства изымались все доходные дома, куда в первую очередь вселялись рабочие фабрик и заводов, а также простые труженики. Вместе с этим уплотнялись многокомнатные квартиры, в которых проживала одна семья. За бывшими хозяевами оставалось 50 % жилой площади, остальное передавалось новым жильцам.

Учитывая социальные особенности, в такие квартиры в первую очередь заселялись врачи, учителя и прочие представители интеллигентности. В случае если владелец квартиры не хотел проходить процесс уплотнения, он обязан был выплатить государству отступную сумму, согласно заключению оценочной комиссии.

Стоит ли говорить, что подобная политика увеличивала число недоброжелателей в отношении президента России, но число его сторонников возрастало в разы с геометрической прогрессией.

За три недели до проведения выборов президент Сталин встретился в Кремле с главой Русской Православной церкви патриархом Московским и всея Руси Сергием, сменившим на этом посту умершего год назад патриарха Тихона.

Данная встреча была важна для обеих глав страны и церкви. Встречаясь с патриархом, Сталин намеривался заручиться дополнительной поддержкой со стороны простых мирян, что было грамотным и весьма разумным ходом предвыборной кампании.

Что касается патриарха, то ему также было важно поднять свой статус, как главы церкви. При избрании нового патриарха митрополит Сергий получил небольшое большинство над митрополитом Петром, также претендовавшим на этот высокий пост.

Во время беседы президент и патриарх обсудили положение дел Русской Православной церкви в Польше, которая подвергалась систематическим гонениям со стороны польских властей. Президент пообещал всестороннюю поддержку и помощь представителям церкви со стороны государства. Так в частности, представитель России в Лиге наций добился осуждения действия польских властей по закрытию православных храмов на территории ряда воеводств и передачи церковного имущества иным церковным концессиям.

Особое внимание в ходе беседы было уделено состоянию дел русской миссии в Иерусалиме, а также на всей территории Палестины. Патриарх особо поблагодарил президента за помощь и заботу со стороны государства российским паломникам желающим посетить Святые места. Были обсуждены также контакты Русской Православной церкви с Константинопольским и Антиохийским патриархатом, чьё местопребывание престола находилось на территории Российской Республики, а также с Александрийской патриархией.

Отдельно, патриарх Сергий поблагодарил представителей российского консульства в Австралии и Южно-Африканского Союза, помогающих представителям православной церкви в этих странах по открытию православных приходов среди проживающих там русских эмигрантов. По решению Синода было принято решение о награждении работников консульств орденами Русской Православной церкви.

Касаясь отношения церкви и государства на территории России, то Сергий высоко оценил деятельность Сталина на посту президента страны. По словам патриарха, вся его действия по преобразованию России расцениваются им как попытку построения «царства божьей справедливости на земле».

В свою очередь, президент поблагодарил патриарха Сергия за ту помощь, что оказала церковь государству в преодолении голода недавних лет, возникшего по вине засухи и длительных дождей в ряде регионов страны. Также, Сталин порадовался пониманию со стороны блюстителя патриаршего престола в вопросе конфискации монастырских земель и их закрытия в ряде мест, по решению местной власти. При этом он специально подчеркнул, что монастыри на острове Валаам и Соловецких островах были и останутся церковной собственностью и не о каком закрытии не может быть и речи.

В качестве компенсации за утрату земель и зданий, решением Правительства церковь полностью освобождалась от налога на торговлю свечами и прочими предметами церковной утвари. Кроме этого, оплата всех коммунальных услуг зданий ей принадлежавших, должна была проводиться не как с юридических лиц, а как с фактического лица.

Говоря о коммунальных услугах, необходимо заметить, что в отличие от всех стран Европы, в России они были низкими благодаря тому, что государство взяло на себя все затраты по их компенсации. Градировка тарифов менялась в соответствии с тремя географическими поясами установленными правительством. При этом разница между Крайним Севером, северным поясом и местами, к нему приравненными и поясом проживания остальных граждан не превышала двух рублей с учетом высоких «северных» зарплат. Тарифы по всей стране устанавливались решением Правительством сроком на пять лет и не могли самовольно изменяться ни местными властями.

За две недели до проведения выборов назначенных на воскресенье, Сталин обратился к населению с предвыборной речью по радио. Из-за того, что радиоточки имелись в основном в европейской части России, на юге Сибири и Приморье, а также территории КВЖД, речь президента смогли услышать только они. Остальные, преимущественно южные регионы страны, такие как Кавказ, Закавказье, Средняя Азия, Пронтида и Анатолия ознакомились с ней на страницах региональных газет или специального приложения к ним. Оно было отпечатано на местных типографиях согласно переданным по телеграфу образцам.

Все это не помешало другим кандидатам на пост президента, на следующий день обрушить на Сталина шквал обвинений и упреков в том, что в борьбе с ними он самым беспардонным образом использует громадный ресурс государственного аппарата. Упрек был вполне справедливым, но у президента имелся сильный контраргумент. Никто из его конкурентов по предвыборной гонке не рассматривал радио как возможность обращения, к избирателям. Делая основной упор своей пропаганды в первую очередь на периодические печатные издания. Сталин был своеобразным новатором в этом деле и никто не был виноват в том, что эта блестящая мысль пришла только в его голову, а не всем остальным.

Отдельным объектом нападок противников президента в последние месяцы избирательной кампании был председатель Избирательного комитета Сергей Миронович Киров. Способный и талантливый организатор, за год он отладил действия избирательных комиссий на всем протяжении России от Бреста и до Владивостока, Мурманска и Александретты. Лично объехав всю страну и назначив в каждом регионе и области специальных представителей, Киров добился того, что подсчеты избирательных бюллетеней должны были быть проведены и переданы в Москву в течение двух суток с момента закрытия избирательных участков.

Если работа областных и краевых избиркомов Кирова удовлетворяла, и у него не было серьезных претензий, главой местных избирательных комиссий назначался уроженец этих мест. Если у Сергея Мироновича возникали сомнения в способности края или области провести данную работу, то он присылал на пост председателя человека со стороны. Это человек мог быть уроженцем Москвы, либо из других мест, в деловых способностях которого, Киров не сомневался.

Все это вызывало раздражение у соперников Сталина в борьбе за пост президента и вместо благодарности за блестящую организаторскую работу, Сергей Миронович слышал от них только упреки различного толка. От того, что все его приготовления – это «потемкинские деревни», до того, что результат выборов уже известен заранее. Самые грязные клеветники приписывали Кирову изречение, которое он никогда не говорил: - Не важно, как проголосуют на выборах, главное как сосчитают.

Оно переходило из уст в уста, и представляла собой определенную опасность, способную оттянуть у президента голоса. Другим вопросом вокруг, которого в жарких дискуссиях было сломано немало копий, являлся вопрос о судьях.

Демократическо-либеральные представители российского общества выступали за полную независимость судов от власти. Ради этого они были готовы предоставить им высокую зарплату и полную неприкосновенность, как от правоохранительных органов, так и от законодательных представителей. Дела в отношении судей мог рассматривать только Верховный суд и пересмотру вынесенное им решение не подлежало.

- Только так мы сможем создать полностью объективный и беспристрастный суд в нашей многострадальной стране, где веками царил произвол и насилие! – с пафосом, подобно шаманской мантре восклицали господа демократы и либералы, готовые биться за свои убеждения до последней капли крови соседа.

Президент был готов поддержать подобные привилегии судебному аппарату, с одной только маленькой оговоркой. Согласно его проекту судьи должны были не назначаться, а избираться по месту своей службы, раз пять лет. Как это делалось в Европе и Америке.

- Если судья пользуется доверием и уважением у народа, ему не страшны никакие выборы. Народ всегда поддержит такого судью и окажет ему свое доверие. Если у него есть тайные грехи или он излишне сурово применяет данную ему власть в отношении простых людей, то было бы глупо и опасно оставлять такого человека на посту судьи и заменить его более достойным кандидатом. И пусть этот выбор сделает сам народ – говорил им в ответ Сталин и у его оппонентов не находилось достойного контраргумента. Все, что они могли делать, так пускаться в пространное разглагольствование и закатывать глаза.

В день выборов, в Москве был светлый солнечный день. Его не испортил даже минутный дождь, что как чертик из коробочки вылетел неизвестно откуда и, сделав свое черное дело, неизвестно куда пропал.

Из многочисленных репродукторов лилась радостная бравурная музыка, специально подобранная и написанная к этим выборам. Возле каждого избирательного участка была организованная торговля мороженым, лимонадом и различными пирожными, что подобно магниту притягивало к себе москвичей и гостей столицы. Всюду царила подлинно праздничная обстановка, которую не могли испортить наряды полиции, что чинно и важно вели наблюдение за соблюдением порядка.

Наталья и Алексей Покровские проголосовали на избирательном участке, созданном на первом этаже их дома. Наталья Николаевна успешно руководила отделом по связям правительства с представителями бывшей императорской семьи Романовых. Алексей Михайлович продолжал учебу в Академии Генерального Штаба, за время которой он два раза отправлялся в краткосрочные командировки в Берлин и Харбин. Его также привлекали как специалиста во время российско-тайских переговоров, которые завершились подписание большого двухстороннего договора.

Все было прекрасно, тем более что в семье ожидалось пополнение. Утверждение убеленного сединами специалиста из правительственной больнице, что у госпожи Покровской будет двойня, позволяло Наталья Николаевне говорить о том, что их семья полностью выполняет программу президента по увеличению рождаемости страны.

Весь день и вся ночь в избирательных штабах прошли в напряжении. Поступающие сообщения из разных концов страны не давали общей картины результатов голосования и только к средине следующего дня, стало ясно, что действующий президент сохранил свой пост. Согласно предварительным результатам за него проголосовало около 65 процентов, принявших участия в выборах человек.

Окончательные результаты были обнародованы Избирательным комитетом в пятницу, а 30 сентября в День Надежды, Веры и Любви и матери их Софьи, президент Сталин в Кремле принес присягу на верность народу.

Документы того времени.

Из официального заключения Центрального избирательного комитета от 23 сентября 1928 года.

Согласно подсчету всех протоколов избирательных комитетов Российской Республики победу на выборах президента России 1928 года одержал Иосиф Виссарионович Сталин, получивший 63,7 % голосов.

Председатель Центрального избирательного комитета России Киров С.М.

Выписка из договора, подписанного между Россией и Королевством Таиланд о дружбе и сотрудничестве 11 сентября 1928 года.

14. Разрешить российским военно-морским кораблям заход в порты Королевства Таиланд Бангкок и Паттайя, а также пребывания в них сроком до 30 дней с возможным его продлением до 45 дней в случае необходимости. Для осуществления контроля за деятельностью кораблей и членов их команды создается совместная комиссия. Королевство Таиланд оставляет за собой право сократить время пребывания российских военных кораблей в своих портах до стандартного международного срока пребывания в 48 часов, в случае если посчитает это нужным без объяснения причин.

Выписка из указа президента России Сталина И.В. от 4 октября 1928 года.

Учитывая пожелания специальной комиссии Русского Географического общества, а также исходя из государственной целесообразности, и руководствуясь желанием восстановить историческую справедливость, президент Российской Республики постановил о переименовании следующих городов входящих в её состав.

1. Город Дерпт в город Юрьев.

2. Город Кенигсберг в город Кролевец.

3. Город Пиллау в город Балтийск.

4. Город Стамбул в город Константинополь.

5. Город Трабзон в город Трапезунд.

6. Город Диярбакыр в город Амиду.

7. Город Шанлыурфа в город Эдессу.

Президент России Сталин И. В. Москва. Кремль.

Выписка из решения заседания Государственного Совета от 4 октября 1928 года.

Пункт 4. Учитывая нынешнее военно-политическое положение в мире и Европе, а также тот факт, что соседние с западной границей Российской Республики государства Польша и Румыния проводят в отношении нас исключительно агрессивную и реваншистскую политику, дать поручение Генеральному Штабу разработать план защиты государственной границы путем создания вдоль неё линии оборонительных укреплений. Срок представления плана защиты государственной границы определить до средины декабря. Срок начала строительства оборонительных сооружений – март – апрель 1929 года.

Президент России Сталин И.В.

Глава XVII. Кризис, кризис, кризис.

Понедельник 22 октября 1928 года, вошедший в историю деловой Америки как «черный понедельник» на нью-йоркской фондовой бирже начался вполне обычно. Вялое трение между «быками» и «медведями» в первые часы работы биржи не сулило ничего страшного обитателям этой финансовой цитадели. Кто-то что-то продавал, кто-то покупал, одним словом обычное начало трудовой недели.

Даже поступившие в конце прошлой недели сообщения из Европы о том, что на Лондонской бирже произошло снижение курса американских ценных бумаг, не вызывали у представителей Уолл-стрит никакого опасения.

Мало ли, кто там по ту сторону Атлантики пыхтит и пыжится. Все золото Европы находится в подвалах американских банков и значит, все их усилии обречены на полный провал. Максимум, что могут сделать эти англичане и французы – это несколько уронить курс доллара по отношениям к своим, малообеспеченным золотом валютам. Чтобы потом, сделав шаг назад, он с легкостью отыграл бы утраченное преимущество. Таков был главный закон мировой экономики, и перепрыгнуть через него, было невозможно.

Так считали американцы, так считали европейцы и азиаты, но нашлись смельчаки посмевшие усомниться в незыблемости этих истин. Ближе к полудню телеграфные ленты сообщили, что сначала в Лондоне, а затем в Париже началась продажа акций американских предприятий и банков, под предлогом их ненадежности.

Подобное сообщение вызвало у многих брокеров Уолл-стрита откровенную усмешку. Они искренне хотели посмотреть в лицо тому человеку, что отважился на этот безумный шаг. За время существования нью-йоркской биржи были прецеденты, когда некоторые смельчаки начинали играть на понижение, с тем, чтобы потом скопом скупить подешевевшие акции.

Иногда это им удавалось, но зачастую все это заканчивалось предсказуемым крахом. У нарушителей спокойствия кончались акции и деньги и они либо пускали себе пулю в лоб, либо пускались в бега. И то и другое было плачевно, ибо жить в постоянном страхе перед ищущими тебя по всему свету кредиторами, страшная душевная пытка.

Поэтому, американцы с интересом стали ждать, как долго продлиться эта авантюрная игра на понижение? День, два, три? Насколько крепок финансовый тыл этих смельчаков в Лондоне и Париже?

С единичными бунтарями всегда легче справиться. Гораздо труднее, когда их сразу несколько и весьма трудно, когда их число начинает расти от часа к часу. Именно с третьим вариантом и пришлось столкнуться американцам, когда время подошло к обеденной отметке. Число лиц желающих избавиться от американских ценных бумаг возросло, и цены на них, естественно, уверенно поползи вниз.

Хуже всего было то, что к Парижу и Лондону присоединились биржи Берлина, Рима, Мадрида и Цюриха. Цены там снижались не так быстро как во Франции и Англии, но снижались и это, создавало опасный прецедент.

К огромной радости американцев европейские биржи вскоре закрылись, нанеся курсу американских бумаг не столь большой урон, как на него рассчитывали его организаторы. Золотой запас Соединенных Штатов уверенно поддержал несколько просевший доллар.

- Завтра все будет хорошо, - говорили «быки», - наши старшие братья англичане могут, сколько угодно тратить свои запасы наших активов. Все знают соотношение золота наших банков и банков Лондона и Парижа вместе взятых.

- Все это так, однако, если их поддержат у нас, будет туго, – отвечали им настороженные «медведи», - авантюристы есть всегда.

- Мелкие авантюристы – да, но среди крупных держателей нет идиотов, готовых пилить сук, на котором мы все сидим – парировали быки, но как показало время, такие люди были.

Едва только биржа начала работу и поступили сообщение о продолжении снижения курса американских акций, их стали продавать и в самом центре Уолл-стрита. При этом они продавались не десятками и сотнями, а сразу тысячами и тут биржу затрясло. Сотни людей кинулись к телефонным трубкам, чтобы известить держателей акций о падении курса и спросить, что им делать.

По оценкам специалистов, подобные действия были обусловлены желанием тех или иных финансовых групп получить свою выгоду от сложившейся на бирже ситуации. Они решили сыграть в банальную игру на понижение, чтобы затем скупить акции тех, кто напуганный их падением поспешит сбыть их с рук. Славные американские финансисты вступили в эту игру в полной уверенности в том, что у них все под контролем. Что они только чуть-чуть приоткроют крышку кувшина и в нужный момент вернут её на место.

Им ли не знать, как это делается, если подобное действие они время от времени проворачивали.

- Все отлажено и проверенно. Немного тряхнет и только. Зато всем будет хорошо от этого небольшого кровопускания – считали финансисты решившие поддержать авантюру своих заокеанских коллег. Тем более что основные издержки этого процесса целиком ложились на плечи англичан и примкнувших к ним французов.

На бумаге и джентльменском соглашении все было просто и понятно, однако на практике возникли некоторые шероховатости. Потом, англичане валили все на французов, те на итальянцев и швейцарцев, но у знатоков из Нью-Йорка оставалось твердое убеждение, что это коварные англичане подбросили в топку несколько лишних лопат уголька. Отчего давление в котле возросло и полностью сорвало его крышу.

Утром третьего дня на лондонской бирже произошел массивный выброс американских акций. И вместо того, чтобы медленно и сползать к заранее оговоренной отметке, цены стремительно рухнули вниз. Рухнули так, что впервые за многое время британский фунт стерлинг стал стоить больше доллара.

Это не могло не сказаться на общем положении всех европейских рынков. Благодаря тому, что все они были связаны друг с другом посредством телеграфа, падение американских акций напоминало собой падение домино и это не замедлило сказаться на самом американском рынке.

Когда начались очередные торги на нью-йоркской бирже, европейское падение было в самом разгаре. Вместе с американскими ценными бумагами началось падение британских, французских акций но, правда не в таком объеме и не так стремительно. Положение было откровенно опасное, но желание получить свои пресловутые «триста процентов прибыли» толкнуло игравших на понижение американцев продолжить эту игру, свято веря в то, что у них все под контролем.

Положа руку на сердце с этим было трудно не согласиться. Золотой запас страны позволял финансовым рынкам США пережить и эту бурю с Атлантики, но беда пришла с Западного побережья.

Не осталась в стороне от этих событий и Азия. Медленно, на третий день, но падение американских акций произошло на биржах Токио, Шанхая и Гонконга. Азиатские страны имели относительно малую силу в общем мировом раскладе, но именно они оказались той соломинкой, что переломила хребет библейскому верблюду.

Видя, как стремительно развиваются события на западе и востоке земного шара, Большие семьи Нью-Йорка собрались на экстренные совещания. Соберись они все вместе, возможно им бы удалось выработать единую стратегию и не только справиться с происками «старшего» британского брата, но и жестоко наказать его. За то, что он посмел играть на чужом поле и по своим правилам, ставя под угрозу благосостояние Америки.

Однако каждое из семейств действовало сугубо из своих местечковых интересов и это обернулось трагедией для всей страны, всего американского народа.

Никто уже не узнает, у кого из олигархов с Уолл-стрит первого сдали нервы и, боясь опоздать, он бросился спасать свои капиталы. Пока цены на акции не упали так низко, что из них уже не возможно было получить двойной выгоды.

У каждой акции, что так хорошо заполонили внутренний и внешний рынок Америки имелся пресловутый пункт, предоставляющий потребовать от его держателя полностью погасить его стоимость. Трудно сказать, когда создатели этой коварной ловушки собирались приводить её в действие. Возможно через год, возможно через два, но звезды сложились так, что это случилось в конце 1928 года.

Это судьбоносное решение было принято вечером 25 октября и утром следующего дня к многочисленным держателям акций по почте поступили требования о немедленном погашении задолжности.

Стоит ли говорить, что эти требования были настоящим шоком для простых американцев. Они и так для покупки как можно большего числа акций продали, или заложили свое имущество; дома, земли, автомобили и даже будущий урожай со своих полей.

По мере поступления требований, все больше и больше американцев осознавали, в каком ужасном положении они оказались. Что столь блистательный, казалось пришедший к ним на долгие и долгие годы «золотой век», стал стремительно гаснуть. Грозя утянуть их из мира благополучия на самое темное дно человеческого бытия.

Весь трагизм создавшегося положения заключался в том, что задолжность перед учредителями ценных бумаг нужно было погасить либо в течение трех дней, либо одной недели. В самом лучшем случае должникам предоставлялась месячная отсрочка, но таких счастливцев в масштабах страны было откровенно мало.

В первую очередь новые требования жестко ударили по представителям простого народа. Фермеры, рабочие, мелкие клерки и все те, кто по уровню своих заработков не мог называться средним классом. По получению по почте «писем счастья» они дружно отправлялись в банк в надежде получить заем или ссуду и тем самым спасти себя от внезапного бедствия.

Сотни и тысячи людей в больших и малых городах принялись осаждать двери банков, но все их чаяние и надежды разбивались вдребезги. Банки малых городов при всем своем желании не могли одномоментно выдать нужные им ссуды и кредиты. Имеющиеся в них запас наличности не был рассчитан на столь массовый запрос со стороны населения. Дело доходило до того, что разъяренные американцы пытались штурмом взять банки, владельцы которых были вынуждены обратиться за помощью к полиции.

Иногда это помогало и прибывшие на защиту банков полисмены разгоняли людскую толпу резиновыми дубинками, но были и такие случаи, когда им не удавалось этого сделать. Когда под натиском озверелой толпы они бежали с «поля боя» и «победители» принимались громить несговорчивых клерков и директоров банков.

Очень много оказавшихся в ловушке фермеров не получив кредита в своих малых городах, устремились в столицы штатов стремясь добыть деньги там, но и там их ждал отказ. Местное население было в точно таком же положении, что и они и денег на всех не хватало. Единственным отличием в этом случае было то, что городские банки смогли продержаться чуть дольше, чем их «младшие» братья в глубинке.

В разлившейся по стране эпидемии по закрытия банков, банки Северо-Востока Америки были подобно гранитным утесам в разбушевавшемся море и в первую очередь банки Нью-Йорка. И дело было не только в том, что в этом городе Америки находились самые главные банки США. Здесь находилось основной филиал Федеральной Резервной Службы, которая согласно американским законам имела эксклюзивное право печатать доллары.

Многие американцы полагали, что стоит только ФРС запустить печатный станок, как проблема с наличностью в банках разом разрешиться. Шаг был вполне логичным и разумным, но тогда вся иезуитская хитрость с акциями сразу улетучивалась в трубу. Люди залезли бы в новые кабальные долги, но при этом оставались бы собственниками своего имущества, а этого большой капитал допустить никак не мог. Правило «триста процентов прибыли» никто и никогда не отменял, и Америка шагнула в клокочущую бездну неизвестности.

- Плати! – холодно требовали владельцы акций у своих несостоявшихся компаньонов.

- Плати! – грозно требовали банки у своих вчерашних почтенных клиентов, а сегодня несостоятельных должников.

- Надо платить! – властно изрекали судьи в ответ на мольбы простых людей об отсрочке выплат по долгам, и судебные пристава лихо описывали имущество должника, выставляя его и его семью на улицу в том, что было на них. Град слез вперемешку с негодованием сопровождал их действия, но ничто это не могло остановить работу безжалостной машины американского правосудия. Америка страна закона, лишения крова в которой было делом обыденным и привычным.

О том, сколько американских семей лишилось крова и превратилось в нищих и бродяг, статистика Соединенных Штатов скромно умалчивает. Равно как и о том числе самоубийств, что подобно эпидемии прокатились по стране от одного побережья до другого, от Великих озер до берегов Рио-Гранде. Эти страшные цифры навсегда канули в Лето как малоинтересные и малоинформативные.

Дав основному населению Америки, обрасти «жирком» большой капитал одним махом срезал его под видом перераспределения собственности. Конечно, этот процесс произошел не за одну ночь и один день, и не по всей территории Америки одномоментно. Сначала под удар попали фермерские штаты Айова, Иллинойс, Индиана, Мичиган, Канзас, Небраска и Оклахома. Затем настал черед теплого юга, горных штатов, бурно растущей Калифорнии с Западным побережьем в придачу.

Последними стали штаты Восточного побережья вместе с Новой Англией, во главе с Нью-Йорком. Весь этот процесс растянулся почти на шесть месяцев, в течение которых Америку лихорадило как тифозного больного. Все ждали наступления долгожданного момента, когда затянувшийся процесс банкротства населения, наконец, закончится. Положение в стране стабилизируется и можно будет передохнуть в этом кошмарном беге, однако ничего этого не произошло. Спасительный свет в конце туннеля так и не забрезжил.

Умные головы среднего класса, также пострадавшие от процесса перераспределения собственности справедливо полагали, что отобрав у народа его собственность, новые её владельцы позволят американцам вновь приступить к созданию собственного благополучия. Подобный план у сильных мира сего действительно имелся, но в этом пункте произошла трагическая осечка. Увлекшись погоней за прибылями, капиталисты не только выпотрошили свою рабочую силу, что называется «до кости». Они подорвали способность простых американцев наращивать на своих костях «мясо».

На фоне массового разорения возникла безработица, которая разлилась по стране больше и куда стремительнее, чем «эпидемия» самоубийств. Число безработных среди американцев возрастало в арифметической прогрессии в течение нескольких дней или недели, а не месяца или квартала как того ожидали сотворивший этот хаос капитал.

Приоткрыв крышку кувшина, они думали, что смогут контролировать этот процесс и в нужный момент сумеют его остановить. Однако планируя его, господа планировщики не учли многих мелких составляющих из-за чего все пошло не так, как ожидалось. Безработица слишком быстро обрела силу и когда, большой капитал попытался её обуздать, привычными для себя средствами они оказались бессильными перед ней и джинн хаоса вырвался на свободу.

Безработица нанесла сильнейший удар по внутреннему рынку потребления. Лишенные средства к существованию люди не могли покупать производимые фабриками и заводами товары и продукцию, а лишенные наличности банки не могли дать денег привыкшим жить в долг американцам.

Потом, в другое время и при других правителях, наученные горьким опытом, при возникновении схожих ситуациях, американские власти быстро справлялись с возникшим кризисом. ФРС запускало печатный станок, банки выдавали кредиты на сверхльготных условиях и худо-бедно, Америка справлялась с очередным финансовым кризисом.

Однако в нынешних условиях, все было иначе. Совершив передел собственности в стране, и сумев сохранить от лап кризиса свои миллионы, Большие семьи затаились, желая разобраться в том, что они натворили.

И тут вновь проявилась звериная сущность капитала. На первом месте у Больших семей стоял вопрос, как удержать полученное и при этом не потерять имеющееся. Думая в первую очередь только о себе, они сознательно обрекали на голодное существование миллионы и миллионы простых американцев. Переложив все бремя ответственности на плечи федеральных властей, Большие семьи не желали поступиться хотя бы чем-то, чтобы страна окончательно не рухнула в пропасть Великой депрессии.

Получив под свой контроль продовольственный рынок Америки, они не сделали ничего для облегчения простых людей. Не имея возможность купить продукты по установленным капиталом ценам, американцы умирали от голода возле набитых всевозможной едой витрин магазинов. Когда же выставленные на продажу продукты стали портится или склады с сахаром, мукой, соей, кукурузой от прошлого урожая так и остались, доверху набитыми мешками, капитал следующий шаг.

Он был чудовищен по своему характеру, но вполне логичен и предсказуем для воротил большого бизнеса. Не желая допустить падения цен на продовольствие, которого было в стране в избытке, его владельцы предпочли его уничтожить.

Груженые сахаром, мукой и прочей сельскохозяйственной продукцией корабли и баржи просто топились в море, реках или озерах. В случае если уничтожение судна не входило в планы капитала, продукты просто выбрасывались за борт.

Сотни и тысячи литров подсолнечного масла утилизировалось самым различным образом. Начиная от выливания на землю или в воду, заканчивая сжиганием в специальных бочках и чанах. Большому капиталу было все равно, лишь бы удержать цены на масло на выгодном для них уровне.

Не отставали от них производители молока, владельцы кур, индеек, свинины и прочей крупнорогатой живности. Молоко безжалостно выливалось из фляг и цистерн, так как даже переработка его не вписывалось в ценовые рамки, что нарисовали властители жизни.

Тысячи тон курятины, индейки, свиные туши и коровьи окорока, были отправлены в огонь в качестве дорогого и необычного топлива. С этой целью были построены специальные печи, в которых все эти припасы способные спасти от голодной смерти сотни людских жизней сжигались.

По аналогичной схеме действовал капиталисты, в собственности которых находились предприятия легкой промышленности. Выпущенный на их предприятиях товар уничтожался, ради стабильности цен на внутреннем рынке.

Хуже всего приходилось владельцам заводов и фабрик, занятых выпуском грузовиков и автомобилей, станков и проката, паровозов и пароходов, и всего остального. Производство их было трудоемким и владельцы не могли позволить себе такой роскоши как уничтожение продукции. Как следствие этого, производство сокращалось, заводы и фабрики закрывались и выброшенные за ворота люди, автоматически пополняли ряды безработных.

Возникал замкнутый круг, который увеличивался и увеличивался по количеству втянутых в его орбиту людей с каждым новым месяцем депрессии поразившей Америку.

Доллар по своей покупательной способности по отношению к фунту и всяким там франкам значительно просел, что позволяло томии и джерри с полным правом горделиво задирать свой нос. Казалось, что вернулись благополучные времена для Владычицы морей, но и здесь все было не так-то просто.

Охваченные желанием вставить палку в колесо американской колесницы, представители «золотого поколения» лондонского Сити слишком увлеклись и также как и их американские собратья не до конца просчитали все возможные нюансы.

За десять лет глобальной гегемонии на финансовом рынке американский доллар вместе со своими товарами занял большой сектор мировой экономики. Из-за этого, обрушение американского сектора привело к большим проблемам во всех остальных секторах. Вопреки прогнозам и выкладкам господина Гизи и компании, европейцы и в первую очередь англичане с французами не смогли быстро и полностью нивелировать схлопывание американского сегмента. Благодаря ресурсам, поступающим к ним из заморских колоний, Лондон и Париж сумели устоять, но вот какой ценой.

Мировой финансовый кризис в первую очередь по британской промышленности и капиталу. Ударил так сильно, что британский премьер Болдуин, планировавший на 1929 год устроить на границах с Россией ряд новых вооруженных конфликтов был вынужден отказаться от этих намерений.

Не хватило денег на выплату курдам в Ираке и арабам в Палестине для организации новых нападений на территорию русских секторов в бывшем турецком наследии. Не было возможности поддержать звонкой монетой реваншистские настроения поляков и румын для разжигания новых конфликты на границах с Россией. Более того, в королевской казне не оказалось средств даже для демонстративного похода британской эскадры в Балтийское море, к Борнхольму, Вестерплатте и Аландским островам.

- На данный момент я не вижу такой острой необходимости, - решительно заявил Первый лорд адмиралтейства. - Русские ведут себя на Балтике тихо и походы к нашим берегам не предпринимают.

В другое время, министры бы дружно осудили столь непатриотичное поведение министра, но в этот дружно промолчали. Ведь главная причина, побудившая его произнести эти слова, была скудность казны, даже на нужды флота, столь любимого детища британского обывателя.

Не обошли стороной невзгоды и Францию. Не имея возможность тратить деньги на поддержания мира и спокойствия на берегах Нигера, Париж был вынужден обратиться за помощью к России. Вызвав к себе на набережную Кэ д,Орсе российского посла, Аристид Бриан предложил его совершить взаимовыгодный обмен. Франция передавала под контроль России часть территории Французского Судана в районе границы с российским протекторатом Того, в обмен на устранение Махно.

- Черт с ними, пусть подавятся этим клочком пустыни! Лишь бы в наших колониях не стало бы этого каторжника и наступило спокойствие – гневно восклицал министр по делам колоний де Риволь и кабинет поддержал его. Уж слишком был опасен прецедент для власти белого человека в Африке возникший на берегах Нигера.

Больше всех из европейских держав от проведения «Большой скачок» пострадала Германия. Полностью завязанная на финансовой и политической помощи от Вашингтона, она оказалась в положении брошенной любовницы. Уровень инфляции, снизившийся на фоне американских денежных вливаний и приостановки выплаты репараций, теперь вновь подскочил до заоблачных высот. Вновь и без того нестойкий фундамент Веймарской республики зашатался и опасно накренился. Вновь нависла угроза закрытия заводов и фабрик страны, что грозило обернуться усилением популярности немецких коммунистов. Чьи лозунги были просты и весьма популярны для разоренных рабочих и крестьян.

И тут вновь не упустили своей выгоды русские, которые меньше других европейцев пострадали от кризиса. Благодаря тому, что вся продукция страны шла в первую очередь на внутренний рынок, Россия не почувствовала сильного удара от «Большого скачка». Кроме внутреннего потребителя, русские направляли часть своей продукции и сырья на рынки Турции, Ирана. Монголии, Китая и даже Таиланда.

Имея в своем кармане хороший запас валюты и благодаря падению курса марки, они, как и восемь лет назад, принялись скупать германские патенты производства, инженерные кадры, станки, продукцию заводов, а иногда и сами заводы. Англичанам и американцам стоило огромных трудов обуздать их аппетиты в Рейнском регионе. Только путем распространения лживых слухов, что русские намерены вывести часть заводов Дюссельдорфа, Дортмунда и Эссена, британцы спровоцировали выступления рабочих этих градообразующих предприятий. С криками «Немецкие заводы должны служить немцам, а не русским» люди заполонили улицы и площади рейнских городов и разошлись только тогда, когда власти им пообещали не продавать заводы посланцам Москвы.

Впрочем, не везде успех сопутствовала англосаксам. Как не старались англичане, русские купили контрольный пакет акций ряда заводов Золингена, Штутгарта, Иены, Гамбурга, и Магдебурга. Борьба за Германию между Востоком и Западом обострилась с новой силой.

Документы того времени.

Выписка из постановления Государственного Совета от 19 ноября 1928 года.

Учредить звание Героя России как высшую государственную награду для военных и гражданских лиц с вручением Почетной Грамоты от Президента России и медали Золотая Звезда Героя.

Присвоит звание Героя России летчикам принимавшим участие в спасении экспедиции академика Обручева и в торжественной обстановке вручить им Почетные Грамоты и медали Золотая Звезда Героев России. Список награждаемых лиц прилагается.

Наградить орденом Святого князя Владимира равноапостольного 1 степени академика Обручева В.А. за мужество и отвагу, проявленную при проведении географической экспедиции в Тибет. Наградить орденами Личного Мужества участников тибетской экспедиции. Список награждаемых лиц прилагается.

Наградить профессора Петербургского университета Басова В.П. орденом Личного мужества 1 степени за мужество и самоотверженное исполнение своего долга при проведении российской этнографической экспедиции в Бразилию. Наградить орденом Личного Мужества участников российской этнографической экспедиции в Бразилию. Список награждаемых лиц прилагается.

Наградить орденом Боевого знамени генерал-майора Котовского Г.И. за отличное выполнение обязанностей губернатора российского протектората Того.

Президент России Сталин И.В.

Глава XVIII. И вторые будут первыми.

Накануне парламентских выборов в Германии, лидер НСДАП Адольф Гитлер не имел ни минуты покоя. Пользуясь щедрыми вливаниями немецких промышленников и банкиров, он колесил по всей стране со средины сентября, спеша охватить за оставшийся месяц её восточные, западные, южные и северные земли.

В каждом из частей Германии у него были гауляйтеры ответственные за агитацию и пропаганду в них идей национал-социалистической партии. Получив солидные суммы, они теми или иными способами, начиная от плакатной агитации до благотворительного обеда с пивом и сосисками, доводили до сознания простых немцев основы учения коричневого движения.

Цветовое обозначение национал-социализма пошло от форменных рубашек штурмовых отрядов партии, который был выбран лично фюрером, что позаимствовал понравившуюся ему идею у самого Бенито Муссолини. Желая показать народу и заезжим иностранцам многочисленность сторонников фашистского движения, дуче приказал на очередном партийном празднике в Риме одеть членов своих боевых отрядов сквадристов в рубашки черного цвета. Отчего острословы немедленно окрестили итальянских фашистов – «чернорубашечниками».

Из-за ограниченного числа членов и сторонников НСДАП в подчинении Гитлера было всего пять гауляйтеров – земельных руководителей партии. На востоке Германии в Позен-Пруссии и Бранденбурге предвыборной агитацией руководил Герман Геринг, на юге в Баварии и Швабии партийными делами занимался Георг Штрассер. Север Германии с Гамбургом и Бременом был отдан Рудольфу Гессу, а западные рейнские провинции отошли к Эрнсту Рему. Что касается столицы Германии, то в Берлине всем заправлял Йозеф Геббельс, главный редактор нацисткой газеты «Фелькишер Беобахтер».

Каждый из них проповедовал свой подход и свои методы агитации исходя из нравов и обычаев, царивших в землях и приехавший к ним Гитлер, был вынужден учитывать эти факторы.

Легче всего общаться ему было с баварцами, которые приходились Гитлеру почти что земляками. Из Мюнхена он ушел на войну добровольцем, сюда же он пришел после окончания войны с твердым убеждением, что его предали. Гитлер как никто другой понимал менталитет баварцев, их нужды и чаяния.

Приехав сначала в Нюрнберг, а затем в Мюнхен он неизменно требовал, чтобы перед его встречами с народом проводились бесплатное угощение пивом и сосисками.

- С пивом баварцы лучше понимают идеи национал-социализма, - говорил фюрер своим соратникам. – Они очень быстро определяют кто им друг, а кто враг и кто виноват в их нынешнем бедственном положении. И они как никто другой умеют ценить храбрость тех, кто пролили за их идеалы свою кровь.

Напоив и накормив толпу бюргеров, Гитлер начинал свои выступления как равный среди равных. Стоя на трибуне или даже пивной бочке, он как бы размышлял о бедственном положении страны и её народа, задавал вопросы и давал ответы. При этом он делал это в такой форме, что окружавшие его люди как бы сами задавали вопросы и были полностью согласны с озвученными ответами.

Ловкий оратор, Гитлер умело переводил свою речь от простого разговора до агрессивного монолога. Слова его были простыми и понятными для людей, а предлагаемые им меры выхода из создавшегося положения логичными и разумными. Заведенная фюрером толпа буквально ревела от возбуждения и в этот момент, Гитлер чувствовал себя настоящим цезарем посреди людского моря.

Совсем по-другому вел себя фюрер в землях Пруссии. Военные аристократы с откровенным холодком воспринимали выступления Гитлера перед ними. Для них он навсегда оставался ефрейтором, по непонятной прихоти судьбы попавшим в большую политику. Куда с большей охотой и доверием они слушали выступления Геринга, который для них был своим в отличие от залетного австрийца.

Единственным ключиком, с чей помощью фюрер смог добиться определенной благосклонности прусаков, были идеи реваншизма. Желание вернуть себе утраченные поместья Восточной Пруссии и Позени было идеей фикс у пруссаков, густым слоем осевших вдоль восточной границы Германии. Слушая выступление Гитлера, они сдержанно кивали ему, соглашаясь, что они жертва, но восторга и радости подобно баварцам они оратору не выказывали. Жители восточных земель были готовы подумать над словами оратора, но окончательного решения принять не спешили. Пока фюрер не подходил под образ мессии, что мог повести их в новый восточный поход за справедливостью.

Нечто подобное было и в рейнских провинциях. Простые рабочие Рура, по которым особенно больно били все скачки кризисов и инфляции, с охотой слушали слова Гитлера о справедливости и необходимости возрождения Германии. Дополнительным стимулом к этому была утрата Саара и наличие оккупационной зоны по обе стороны от Рейна. И пусть официально она носила название демилитаризованной зоны, факт оставался фактом. Немецкие земли, де-юре входившие в состав Веймарской республики и жившие по немецким законам, фактически находились под внешним управлением. На их территории квартировали французские войска, была военная жандармерия и в любой момент они могли быть заняты французской регулярной армией, если Парижу, что-то не понравится в поведении немецких властей.

В отличие от простого населения, аристократы и промышленники слушали выступления с откровенным нисхождением. Те, кто знал, на чьи деньги ведет он свою предвыборную кампанию, смотрели на него так, словно проверяли, достаточно ли эффективно были потрачены выделенные ими деньги. Те же, кто не был задействован в этой игре, видели в нем забавного политикана, на миг поднявшегося на гребни мутной волны, чтобы затем исчезнуть без следа.

Сам Гитлер это тоже прекрасно чувствовал и в откровении с Ремом говорил, что выступая перед промышленниками, он мечет бисер перед зажравшимися свиньями. Однако при этом, фюрер прекрасно понимал, что этим людям обязан очень многим. Без их поддержки он не мог хвастливо заверять людей, что за его спиной стоят миллионы. Независимо от того какие это были миллионы. Миллионы марок или людей.

Север, в особенности Гамбург, где были особенно сильны позиции коммунистов Тельмана и примкнувшего к ним Димитрова, вождь нацистов был особенно осторожен. Здешний электорат мог съесть бесплатные сосиски и выпить пиво, но остаться при своих убеждениях. Поэтому здесь фюрер был подобен лису, который хитро стелил.

Главным коньком его выступлений было то, что он заверял слушателей в отсутствии серьезных разногласий между идеями коммунизма и национал-социализма. И те и другие выступали за социальную справедливость для людей независимо от их происхождения. Оба выступали за сильную и свободную Германию во главе, которой стоял бы сильный вождь. И даже лозунг нацистов: один народ, один вождь, одно государство был ясен и понятен трудящимся севера.

- Из социал-демократа никогда не получится хороший национал-социалист, - убежденно заверял Гесса фюрер, обсуждая предвыборную тактику, - а вот из коммунистов это сделать очень легко. Главное заставить их слушать себя, сплотить их вокруг себя ради высокой цели, указать им пути их достижения и тогда они пойдут за тобой без раздумья.

В этих словах была своя доля истины и тем Гитлеру была интереснее борьба за умы и души немецкого пролетариата. Но при всем его незаурядном таланте оратора и демагога, успех в выступлениях ему не всегда сопутствовал. По большому счету человек с усиками энергично размахивающий руками и говоривший, в общем, правильные слова был для рабочих Киля, Гамбурга и Бремена чужим, «залетным» оратором. Выросший в Гамбурге лидер немецких коммунистов был им ближе и понятен и потому при всем своем умении работать с массами, Гитлер собрал здесь малый процент голосов.

Пятым направлением агитационной работы нацистов был Берлин. Столица Германии занимала особое место в распределении сил в предвыборной борьбе и здесь, не покладая рук трудился Йозеф Геббельс. По своей одержимости и напористости этот человек превосходил всех остальных гауляйтеров вместе взятых. С почти фанатичной настойчивостью Геббельс принялся создавать в Берлине нацистской партии. Благодаря его усилиям в столице были не только руководители районов – крайсляйтеры, но даже штютцпунктляйтеры и блокляйтеры.

В стремлении увеличить число сторонников национал-социалистов в Берлине, Геббельс без раздумья и смущения принимал в ряды всех, кто только изъявлял такое желание. Не брезговал гауляйтер Берлина даже откровенными маргинальными отбросами общества, такими как сутенеры и алкоголики. Главное, чтобы у них были крепкие кулаки и желание подраться с коммунистами и социал-демократами.

Драки между сторонниками этих партий стали неотъемлемой частью жизни берлинских кварталов. Набить противнику морду, сорвать митинг в их поддержку или активно противостоять расклеиванию агитационных листовок – именно этим в основном и занимались нацисты Геббельса и штурмовики Рема.

Больше всего денег из партийной кассы города Берлина шло на выплату штрафов выписанных властями руководству НСДАП. Местные власти откровенно недолюбливали нацистов, считая их вместе с коммунистами главной угрозой респектабельной жизни немецкой столицы, и стремились при каждом удобном случае осадить драчунов.

Штрафы и аресты несколько сдерживали активность сторонников Тельмана, а вот Геббельс нисколько не страшился их, зная о том, сколько находится денег на счетах партии.

- Оглядываясь на правильность и порядок, мы никогда не станем первыми в этом городе! – гневно восклицал гауляйтер в ответ на упреки партийных казначеев. - Привыкший ползать, никогда не взлетит! А мы должны взлететь, и взлетим, невзирая, на все ваши попытки подрезать партии крылья!

В своем стремлении победить коммунистов, Геббельс применял самую разнообразную тактику. Так он наотрез отказался делить со своими противниками районы Берлина на зоны влияния.

- Весь Берлин должен быть нашим и ничьим иным! – грозно изрекал хромоногий вождь и назначал очередные сборища или марши нацистов в тех районах, где превалировало влияние коммунистических идей.

- Только таким образом мы сможем укрепиться в них, а затем вырвать их из рук коммунистов! Ничто не должно остановить нас в этой священной борьбе, поколебать нашу решимость и уверенность в окончательной победе! – напутствовал он штурмовиков и те шли в бой с таким настроем как будто он был последним и самым решающим.

Что касается иной публики, жаждущей приподняться над грешной суетой, то для них у Геббельса были свои «калачи, да плюшки».

В эру слабой власти, кризисов и падения нравов, всегда и везде поднимают голову различные потомственные маги, предсказатели, хироманты и прочие оккультисты. Время, когда у человека нет твердой уверенности в завтрашнем дне – это их время. Ибо под разным соусом и различными ухищрениями они дают измученному и разуверившемуся человеку главное – надежду на лучшую жизнь. Именно это он ищет в океане хаоса и море неуверенности и хватается за неё как тонущий человек за спасательный круг.

Конечно, до откровенного уличного балагана с чревовещанием и прочими фокусами доктор Геббельс не опустился, а вот предсказателей менталистов он с удовольствием привлекал к работе. Главное было заставить людей поверить, что стоящий перед ними человек наделен сверхъестественными способностями. Что он способен видеть прошлое и будущее и любезно рассказать о нем собравшимся вокруг него зрителям.

Заплатив определенную сумму денег, Геббельс привлек на свою сторону Иоганна Зельтера, довольно талантливого человека, называвшего себя парапсихологом. Прилично приодев его, дав положительную рекомендацию и нужные сведения, гауляйтер Берлина направил его по разным салонам для демонстрации своих оккультных способностей.

Зельтер оказался неплохим исполнителем его замыслов. Хороший актер и незаурядный психолог, он имел успех, как у простых обывателей, так и у представителей богему. Выступая перед почтеннейшей публикой и изумляя их своими необычайными способностями, Зельтер не забывал о своей тайной задаче. Не было случая, чтобы во время выступления его не попросили предсказать итоги грядущих выборов в рейхстаг.

В этих случаях предсказатель изображал лицом напряженную работу своих скрытых способностей, а затем низким голосом объявлял, что срок окончания страданий Германии от парламентских раздоров и разногласий ещё не пришел. Ни одна из партий не получит полноты власти и способность вывести страну из её нынешнего положения, однако ждать осталось уже недолго.

- В этом году национал-социалисты обретут точку опоры в парламенте, опираясь на которую они смогут перевернуть мир – вещал новоявленный пророк, и люди охотно внимали ему. При этом сам Геббельс ничем не рисковал. Мало ли что видит во мгле грядущего господин Зельтер. Никто не говорил, что его слова стопроцентная истина, равно как никто не заставлял зрителей ему верить. Каждый волен в своем выборе, как духовном, так и в политических пристрастиях.

Не будь у Гитлера финансовой подпитки со стороны промышленников и банкиров, вряд ли бы нацисты смогли пройти в рейхстаг, а если бы и прошли то с одним, двумя местами. Деньги же, позволяли фюреру энергично передвигаться по стране на автомобиле и в железнодорожном экспрессе. Посетив один город, выступив на митинге и пожав руки избирателям, он тут же мчался в другом направлении, твердо зная, что быстрота залог успеха.

Его личный секретарь только и успевал, что зачеркивать в рабочем журнале города, где побывал Гитлер в своем предвыборном марафоне. Все эти нескончаемые переезды неизменно сказывались на здоровье фюрера. Видя его активность, недруги Гитлера с нетерпением ждали, когда он не выдержит заданного напряжения и свалится без сил, однако этого не произошло. Выжатый как лимон, в самый последний момент Адольф вдруг обретал второе дыхание и вместо измученного и усталого человека, перед избирателями представал полный сил и энергии человек готовый говорить с ними сколько угодно. При этом постоянно улыбаться и демонстрировать твердую уверенность и неиссякаемый оптимизм в грядущей победе.

По итогам выборов, национал-социалисты получили 16 мест в парламенте, что для начинающей партии было хорошим результатом.

- Мы громко заявили о себе и своих идеях и простые немцы с радостью поддержали нас! Теперь наша задача убедить в этом остальную часть Германии, стать первой партией в рейхстаге и взять власть в свои руки! – объявил Гитлер своим близким соратникам, когда стала ясна окончательная расстановка сил в парламенте. - Коммунистов мы уничтожим, социал-демократы будут вынуждены подчиниться нам, а если не захотят это сделать, то разделят участь коммунистов.

Герман Геринг получивший пост главы парламентской фракции и вместе с тем государственное содержание был нескончаемо рад. Наконец-то к нему пришла не только известность и военная слава, но и высокое звание сенатора, которое мог получить не каждый. Благодаря своему новому положению к концу года он смог полностью рассчитаться с опостылевшими ему кредиторами и начать новую жизнь. Единственным черным облаком было на его белоснежном мундире успеха, была смерть любимой жены. Карин успела узнать об успехе мужа, но вот выйти в свет женой сенатора рейхстага, ей было не суждено.

Полон новых надежд и ожиданий был и Эрнст Рем. Не сильно веря в успех партии на выборах в рейхстаг, он предусмотрительно обзавелся запасным вариантом. Бывшему вояке предложили место в армии одной из южноамериканских стран. Вербовщики обещали ему неплохой гонорар, однако теперь ни о каком перемещении в заокеанский юг не могло быть и речи. У вождя штурмовиков появились далеко идущие планы на дальнейшую жизнь.

Были свои планы у братьев Штрассеров, Гесса и других соратников фюрера, каждый из них видел себя, если не серым кардиналом Гитлера, но уж точно фигурой равной ему по силе и влиянию. Один только Геббельс из нацистских вождей был искренне предан фюреру. Ведь только с ним колченогий пропагандист мог бы подняться на вершину власти и оттуда диктовать миру свои мировоззренческие идеи.

В Америке в отличие от Европы выборы президента были вполне предсказуемыми. Тридцатый президент США хотя и имел формальное право баллотироваться на следующий срок, но следуя негласной традиции занимать Белый дом не больше двух сроков, объявил о завершении своей политической карьеры.

Новым кандидатом в президенты от Республиканской партии был выдвинут министер торговли США Герберт Гувер. В его политическом багаже была удачная борьба с последствиями катастрофического наводнения на Миссисипи, а также ассоциация с благополучными годами экономического бума в Америке. Для попавших в тиски надвигающегося кризиса простых американцев Гувер казался лучшей кандидатурой на роль спасителя страны.

У его соперника от демократической партии Альфреда Смита предвыборные дела обстояли не так блестяще. Он выступал за сохранение крайне непопулярного в стране «сухого закона» приносившего баснословные доходы нью-йоркской мафии на «черном рынке». Именно эта позиция Смита и его длительное пребывание на посту губернатора штата Нью-Йорк, позволили его недоброжелателей утверждать о его связи с мафией.

Этому также способствовал тот факт, что Смит был католиком, и белые англо-говорящие протестанты воспринимали как откровенный вызов их религиозным устоям. К своему сожалению Смит не смог мягко нивелировать факт своего католического вероисповедания. На встречах с избирателями на вопрос о религии, он неизменно заявлял, что горд, быть католиком и никогда бы поменял «мессу ради Парижа».

- Воспринимайте меня, таким как я, есть, с моими деловыми и политическими достоинствами и верой в господа Бога. Одно от другого неотделимо – говорил Смит и как результат этих слов, по стране прокатилась массовые антикатолические выступления.

Стремясь заработать очки среди потерпевших от начавшегося кризиса людей, Смит высказал мысль, что возможно государству придется вмешаться в деятельность трестов и корпораций. Услышав эти высказывания соперника, Гувер моментально ухватился за них. На встрече с деловыми кругами Нью-Йорка, ловко извратив смысл слова Смита, он представил их как намерение ограничить свободу капитала.

Умело напомнив, что Смит выходец из семьи ирландских эмигрантов и свою трудовую деятельность начинал в рабочих слоях, миллионер Гувер сумел пошатнуть доверие финансовых и деловых кругов Нью-Йорка к своему сопернику. Многие из них сразу вспомнили поговорку про волка, что постоянно смотрит в сторону леса и отказали в поддержке Смиту.

Под лозунгом «Сохраним то, что имеем» республиканцы одержали свою очередную победу за Белый дом и тридцать первым президентом стал Герберт Гувер. Проигравший выборы Смит был полон уверенности, что через четыре года он сможет одержать реванш, но судьба сулила ему иное. За его спиной возник новый игрок на внутриполитическом поле Америки - Франклин Рузвельт.

Если следовать логике вещей, то его следовало бы считать больше старым, чем новым политическим деятелем. Пройдя хорошую школу в правительстве президента Вильсона и проявив характер при баллотировании на пост вице-президента в президентской кампании 1920 года, он имел все шансы добиться желаемого на следующих выборах, но проблемы со здоровьем заставили его отойти от политики.

Привычка доказывать всем и во всем свою независимость сыграло с Франклином злую шутку. Закаливая организм, он купался в воде в холодное время года и как результат получил воспаление спинного мозга. Только вовремя оказанная медицинская помощь спасла Рузвельта от пребывания в инвалидном кресле, однако понадобились долгие четыре года, чтобы нивелировать последствия легкомысленного купания.

Грамотно подобранные курсы реабилитации и неукротимое желание к выздоровлению позволили политику самостоятельно ходить, но только вместе с тростью, ставшей его неизменным атрибутом. Осенью 1926 года Рузвельт был избран в конгресс США от штата Нью-Йорк, а через два года стал баллотироваться на место губернатора штата Нью-Йорка, которое ему столь любезно уступил Альфред Смит.

Многие недоброжелатели политика в этой избирательной гонке, делали главный упор своей контрпропаганды на состоянии здоровья своего противника и жестоко проиграли. Поднимаясь на трибуну или подходя к ней, Рузвельт с таким непринужденным видом отставлял в сторону свою трость, что трудно было догадаться, чего стоили ему эти движения.

Перед избирателями всегда представал всегда внешне подтянутый, энергичный человек, чья продуманная и грамотная речь убеждала людей – этот парень знает, откуда растут ноги у проблемы и как с ней справиться. Открытость во взгляде, улыбчивость и в меру и к месту проявленный юмор, добавляли кандидату в губернаторы дополнительные очки в сравнении с его соперниками по предвыборной гонке.

Ещё одним дополнительным фактором, сыгравшим в пользу Рузвельта, было участие в его избирательной команде жены Элеоноры. Она всегда была рядом с мужем на всех митингах и выступлениях и это, очень импонировало простым американцам. Они хорошо умели видеть искренность чувств в отношениях между четой Рузвельт, в противовес парадности иных претендентов.

Франклин Рузвельт искренне любил свою жену, хотя и имел романы на стороне. Причины, побуждавшие его это делать, были до банальности просты. Воспитанная своей теткой в строгом пуританизме Элеонора не могла переступить через определенные табу в близких отношениях, и молодой муж очень страдал от этого.

Впрочем, эта щербинка не помешало Рузвельту с блеском одержать победу на губернаторских выборах. Триумфально вернувшись в большую политику, Франклин заставил старое лобби демократической партии считаться с ним. Поздравляя Рузвельта с победой, многие партийные функционеры предчувствовали, что на следующих президентских выборах амбиции сорока шестилетнего политика не ограничатся постом вице-президента.

- Орел почувствовал свою силу и готов распустить крылья – говорили они друг другу в кулуарах и выражали сочувствие Смиту. - Этот еврейский мальчик даст фору нашему ирландцу.

Иосиф Сталин внимательно следил за событиями в Европе и Америке. Как и многие политические деятели, он не придавал большого значения Гитлеру во внутренних делах Веймарской республики. Слишком мал и мелок был нацистский фюрер по сравнению с остальными фигурами политического Олимпа Германии, однако по достоинству оценить его литературное творение. Генерал Щукин приказал доставить в Москву и перевести на русский язык «Майн Кампф».

- Реваншист – коротко прокомментировал книгу Сталин в разговоре с премьером. - Очень опасный, реваншист.

- Именно поэтому американцы и вкладывают в него деньги. Чтобы в нужный момент, он выскочил как черт из коробки и вытащил из огня для них каштаны.

- Возможно и так, но только не в ближайшее время. Сейчас они заняты сохранением своих капиталов.

- Да, сейчас у господ империалистов не самое лучшее время. Мировой кризис стремительно разрастается и вряд ли скоро закончится. Похоже, что в своих играх они сами себя переиграли – хитро улыбнулся премьер.

- Знаешь, что самое необычное в этой истории, Вяче?

- Что?

- То, что главную роль в раскрытии их намерений сыграли не дипломаты, а наши спецслужбы, ГРУ и ГПУ. И это не первый случай.

- Считаешь, что век привычной высокой дипломатии закончился?

- Не закончился, конечно, но тенденция к этому имеется и это надо учитывать. У каждого человека, есть свои слабые стороны, а у политика тем более. И если раньше ими можно было в определенной мере пренебречь, то теперь благодаря спецслужбам они становятся опасным оружием – говорить это, Сталин имел веские основания. Утром он ознакомился с документами на молодого американского политика, которые ему предоставил Дзержинский.

- Если это появится в прессе, то на его карьере можно будет поставить крест – уверено заявил председатель ГПУ.

- Хорошо, пусть лежат – коротко произнес Сталин и закурил папиросу. - Может и пригодятся.

Подходило к концу третье десятилетие двадцатого века. Века обрушившего за короткий срок четыре мировые монархии, перекроившего всю карту мира и это было только началом.

Пережив саму ужасную войну в мире, многие простые европейцы были уверены, что подобное уже никогда не сможет повториться. Однако многие помнили слова маршала Фоша произнесенные им при подписании мирного договора в Версале.

- Это всего лишь передышка на двадцать лет. Потом все повторится снова – его словам не верили, от них отмахивались, но были те, кто был полностью согласен с маршалом.

- В мире не стабильности – хмуро говорили скептики, раскрывая газеты, чьи передовицы напоминали собой сводки боевых действий и были правы. Новая мировая война ещё не стояла на пороге Европы, но уже подняла голову и её приход, был делом времени.

Документы того времени.

Из закрытого постановления Государственного совета России от 5 декабря 1928 года.

За отличную работу наградить начальника аналитического отдела ГПУ полковника Артемьева орденом Святого Владимира II степени с мечами.

Президент Сталин И.В.

Из светской хроники британской газеты «Морнинг Брайтон» от 24 декабря 1929 года.

Управление полиции города Брайтона сообщает о завершении расследования гибели 18 декабря этого года в автомобильной аварии двух лондонских финансистов мистера Мозеса Гизи и Хабекука Стоуна. Согласно заключению экспертов осмотревших автомобиль и тела погибших причина аварии не соблюдение скоростного режима на автотрассе в холодную погоду. Из-за выпавшего накануне аварии снега сидевший за рулем автомобиля мистер Мозес Гизи не справился с управлением машины, в результате чего она опрокинулась в кювет.

Отпевание погибшим джентльменов состоялось в церкви святого Павла города Брайтона в присутствии родных и близких погибших.

Конец третьей части.