ГЛАВА 53

Когда Тави стремглав мчался вниз по лестнице, он подумал, что Гай поступал правильно, заставляя его бегать по ступенькам из-за всяких мелочей. Однако если ему придется бежать вниз еще раз, это будет уж слишком.

Ему осталось несколько дюжин ярдов, когда Тави увидел восковых пауков.

— Китаи! — отчаянно закричал он. — Китаи, хранители! Посмотри!

Он услышал звук бьющегося стекла и вбежал в покои Гая.

Очевидно, Китаи вовремя услышала предупреждение Тави, поскольку она подбежала к шкафу, где хранилось спиртное Первого лорда, и начала хватать бутылки столетнего вина и швырять их с удивительной точностью в приближающихся восковых пауков. К тому моменту, когда ноги Тави коснулись пола, три паука валялись на спине, получив точные удары бутылкой. Но уже в следующий миг двое пауков упали на неподвижное тело Макса, а еще три устремились к маэстро Киллиану.

Китаи издала боевой клич и, вытаскивая из-за пояса оба меча, прыгнула вперед, чтобы защитить Киллиана. Тави бросился к Максу и схватил лежащий рядом с ним меч — клинок Гая, которым пользовался Макс. Один из пауков уже собрался укусить Макса. Тави взмахнул мечом, еще не успев удобно схватить рукоять, и потому удар пришелся плоской частью клинка. Однако паука отшвырнуло в сторону, а второго Тави отбросил ударом ноги.

— Что происходит? — слабым голосом спросил Киллиан. — Тави?

— Восковые пауки! — закричал Тави. — Вам нужно перейти в покои для медитации!

Китаи вонзила один из своих клинков в паука. Тот рванулся в сторону, и Китаи не удержала рукоять. Второго Китаи ударила ногой, но третий успел укусить маэстро за окровавленное плечо.

Киллиан закричал.

Китаи схватила паука и попыталась оторвать его от маэстро. Однако тот вцепился крепко, и всякий раз, когда Китаи дергала его, Киллиан кричал от боли.

Тави сделал два быстрых шага к Киллиану и криком предупредил Китаи. Она тут же бросила паука и откатилась в сторону. Тави ударил острым, как бритва, клинком Гая, и рассек паука пополам.

— Бросай бутылки! — крикнул Тави и опустился на колени, чтобы помочь старику.

Киллиан отшвырнул тело рассеченного паука, и Тави увидел следы укуса на плече Киллиана. Оно уже начало распухать. Желто-зеленая жидкость сочилась из ранок. Яд.

Тави прикусил губу и распахнул дверь во внутренние покои. Схватив маэстро за ворот, он потащил его внутрь. Старик закричал от боли, разом потеряв всякое достоинство, и Тави стиснул зубы. Когда они оказались внутри, Тави услышал, как в приемной бьется стекло, и выскочил обратно.

Прижавшись спиной к шкафу со спиртным, Китаи метнула тяжелую бутылку в одного из пауков, оказавшихся рядом с Максом, отбросив его далеко в сторону. Другой прыгнул на Китаи, она схватила очередную бутылку и как дубинкой прикончила его в воздухе.

— Сдерживай их возле двери! — закричал Тави, схватил Макса за ворот и потянул.

Его друг весил в два раза больше, чем Киллиан, однако Тави сумел сдвинуть его с места. Ему пришлось напрячь все силы, но ему помогли тренировки с маэстро, да и жар битвы заставлял кровь быстрее бежать по жилам.

Паук прыгнул на Макса, и Тави неловко ударил его мечом Первого лорда. К ужасу Тави, паук схватил челюстями лезвие и ловко взбежал по клинку к его руке.

Однако паук не стал кусать Тави. Перескочив на другое плечо, он устремился к Максу. Тави успел перехватить его в воздухе и подбросить — и тут же темно-зеленая бутылка врезалась в паука.

— Быстрее! — закричала Китаи. — У меня кончаются бутылки!

Тави подхватил Макса и потащил его внутрь с криком:

— Перед дверью, быстрее!

Стекло обрушилось на пол, а Тави уже затаскивал Макса за дверь внутренних покоев.

— Алеранец! — закричала Китаи.

— Давай сюда! — рявкнул Тави и побежал к двери.

Китаи метнулась через прихожую, на бегу подхватив свой брошенный меч. Еще два паука сбежали по лестнице и вместе с полудюжиной оставшихся устремились к Китаи.

— Осторожно! — закричал Тави.

И вновь Китаи начала двигаться прежде, чем он смолк, — она метнулась в сторону, но поскользнулась на разлитом вине и упала на одно колено.

Два паука упали на нее и начали кусать. Она взвыла от ужаса и ярости и начала отрывать их, но у нее ничего не получилось. Китаи попыталась встать и вновь поскользнулась.

На нее упал третий паук.

И четвертый.

Они ее убивали.

Облако ярости окутало Тави — никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Все вокруг приобрело алый оттенок, ярость, подобно молнии, пронзила все его тело. Тави прыгнул вперед, меч Первого лорда уже не казался ему слишком тяжелым. Первый же его удар рассек пополам одного паука и отбросил в сторону второго.

Затем он пронзил третьего насквозь и ударом ноги сбил его с лезвия меча. Последнего паука он убил таким же способом, схватил девушку за талию и швырнул ее внутрь.

Оставшиеся пауки, издавая пронзительный свист, устремились за ними. Тави схватил со стены светильник и швырнул его на политый вином пол перед дверью. С тихим шипением вспыхнуло пламя, поглощая оставшихся пауков. Они продолжали свистеть, бессмысленно петляя по прихожей. Один из них, видимо случайно, перепрыгнул через порог. Тави сбил его на пол и прикончил ударом меча. Во все стороны полетели зеленые брызги. И дверь сама захлопнулась под своим весом.

Тави подбежал к ней и задвинул засов, а потом бросился к Китаи.

Она лежала на полу и дрожала. Тави увидел несколько небольших ран, часть из них была покрыта ядом, как у Киллиана. Другие Китаи получила от осколков стекла, когда упала на пол.

— Китаи, ты меня слышишь? — спросил Тави.

Она открыла глаза и едва заметно кивнула.

— Я-яд, — простонала она.

Тави кивнул, и на мгновение его ослепили слезы.

— Да, я вижу. Я не знаю, что делать.

— Сражайся, — едва слышно прошептала она. — Живи. — Казалось, она хотела сказать что-то еще, но ее глаза закатились, и она обмякла.

Однако ее тело продолжало подергиваться.

Между тем Киллиан умудрился сесть, опираясь о пол локтем.

— Тави?

— Мы в покоях для медитации, маэстро, — сказал Тави. — Вас укусил ядовитый паук. Китаи тоже. — Тави принялся отчаянно оглядываться по сторонам, словно что-то могло им помочь. — Я не знаю, что теперь делать.

— Первый лорд? — спросил Киллиан.

Тави проверил койку.

— Он в порядке. Дышит. Паукам не удалось до него добраться.

Киллиан содрогнулся и кивнул.

— Я очень хочу пить. Может быть, это действует яд. Здесь есть вода, Тави?

— Нет, маэстро. Вам лучше прилечь. Расслабьтесь. Постарайтесь беречь силы. Скоро здесь будут гвардейцы.

Старик покачал головой. Тави видел, как пульсирует кровь у него на висках и на лбу.

— Уже поздно, мальчик. Я слишком стар.

— Не говорите так, — возразил Тави. — С вами все будет хорошо.

— Нет. Подойди поближе. Трудно говорить. — Он рукой поманил к себе Тави.

Тави наклонился поближе к маэстро.

— Ты должен знать, — сказал Киллиан, — что я был связан с Каларом. Работал с его агентами.

Тави удивленно уставился на старика:

— Что?

— Это была уловка. Я хотел знать, чего от них ждать. Обманывал их, сообщая ложные сведения. — Он содрогнулся, и из слепых глаз потекли слезы. — Но мне пришлось заплатить цену. Ужасную цену. Чтобы они мне поверили. — Из его горла вырвалось рыдание. — Я допустил ошибку. Мне не следовало так поступать, Тави.

— Я не понимаю, — сказал Тави.

— Ты должен, — прошептал Киллиан. — Шпион. Калара… — Неожиданно Киллиан упал на пол, и его дыхание стало с хрипом вырываться из груди, словно он куда-то бежал. — З-здесь, — выдохнул Киллиан. — Калар. Его главный убийца. Ты дол…

Неожиданно слепые глаза Киллиана широко раскрылись, а тело выгнулось, как лук. Он разинул рот, словно пытался закричать, но не смог произнести ни звука. Его лицо покраснело, а руки пытались ухватиться за пол.

— Маэстро, — позвал Тави.

Его голос дрогнул, и он схватил руку Киллиана, а маэстро с ужасающей силой сжал его ладонь в ответ. Потом его выгнутое тело расслабилось, казалось, жизнь вытекает из него, точно вода из пробитой фляги. Тави положил ему руку на грудь и почувствовал, как затихает быстро бившееся сердце.

Очень скоро оно остановилось.

Тави осторожно положил руку Киллиана на пол, чувствуя, как что-то сжимает ему грудь. Он ощутил полную беспомощность. Старик умер у него на глазах, а он ничем не сумел ему помочь.

Он отвернулся и подошел к Китаи. Она лежала на боку, поджав под себя ноги. Ее глаза были закрыты, дыхание с хрипом вырывалось из груди. Он коснулся ее спины и ощутил, как отчаянно колотится ее сердце. Тави прикусил губу. Ее укусили много раз — гораздо больше, чем маэстро. Она была молодой и сильной, у нее не было серьезных ран, но Тави не знал, повлияет ли это на конечный исход.

Он взял Китаи за руку и заплакал. Слезы капали на мозаичный пол. Каждый удар собственного сердца причинял ему боль. И еще в нем кипела ярость. Если бы он владел магией воды, как тетя Исана. Даже если бы не был столь же сильным магом, как она, он мог бы помочь Китаи. И она бы продержалась до того момента, когда прибудет помощь. Если бы у него были хоть какие-то способности к водяной магии, он мог бы добыть воды для Киллиана.

Но он ничего не умел.

Никогда Тави не чувствовал себя таким бесполезным. Он держал Китаи за руку и сидел рядом. Он обещал ей, что она больше не будет одна. И он останется с ней до конца, чего бы это ему ни стоило, как бы ему ни было больно смотреть, как она умирает. Он способен хотя бы на это.

А потом дверь в покои для медитации сорвалась с петель и рухнула на каменный пол.

Тави поднял голову. Неужели пришли гвардейцы?

Взятый каним переступил через упавшую дверь и обвел налитыми кровью глазами комнату. Каним был ранен, кровь покрывала мех на его груди и бедре. Одно ухо было отрублено, на лице остался след от удара меча, рассекший челюсть до кости и выбивший глаз.

Однако двигался каним так, словно вовсе не ощущал боли. Его взгляд остановился на Максе. А потом на Гае. После коротких колебаний он двинулся к Максу.

Сердце Тави затрепетало от ужаса, и ему вдруг показалось, что он сейчас упадет в обморок. Каним сумел пройти мимо Линялого и Майлса. Из этого следовало, что они почти наверняка мертвы. А стража еще где-то далеко.

Тави остался один.

Загрузка...