Архонт на каникулах (книга 1)

Глава 23 Прыжок в прошлое

Телефон, с которого только что разговаривал с Азазелем, перестал ловить связь, а значит, не он первым бросил трубку, сработали глушилки, не дающие установить контакт с командованием. Вероятно, демон не успел мне передать всю нужную информацию. Выхожу на улицу, дабы еще раз попробовать набрать императора, Долгорукова или Румянцева, но связь полностью легла, и, скорее всего, надолго. Это означало лишь одно, война началась без предупреждения, и сейчас начнется атака.

Я стоял на улице, где мимо проносились машины, куда-то спешили люди, совершенно не предполагая, что им осталось жить всего ничего. Почему я не рванул обратно в кинотеатр, чтобы спасти Леру и людей? Все это будет бессмысленно. От ядерной атаки просто так не убежишь, но петлю я врубил, по привычке. Остался стоять на месте и наблюдать за происходящим. Была небольшая вероятность, что российские ПВО справятся с атакой с воздуха, но почему-то не верилось в это. Конфликт раздувают давно, ища повод развязать войну. А это значит, что враги подготовились тщательно, возможно, подрыв будет,но не с воздуха. У меня были сейчас все шансы увидеть собственными глазами начало конца этого мира. Мне необходимо было его увидеть, чтобы избавиться от иллюзий того, что смог предотвратить катастрофу заранее. Чтобы больше не был так наивен и беспечен. Посмотрел на часы, дабы зафиксировать время начало апокалипсиса.

Мое гребанное предчувствие не обмануло меня. На столицу Санкт-Петербург было сброшено три ядерных бомбы, но не с воздуха, а подорваны прямо в центре, с земли. Три ядерных взрыва уловили мои глаза по поднимающимся столбам, но уже через секунду меня смело и разорвало на множество частей ударной волной. Дома складывались, как спичечные коробки. Люди, машины, деревья уничтожались безвозвратно. Все это я видел, уже будучи мертвым. Наблюдал собственным сознанием хрономага, подмечая точные места эпицентров взрывов, обреченно созерцая три разрастающиеся шапки ядерных грибов. Петля времени уже никак не поможет спасти людей, не стал и пытаться. И это не единственная, скорее всего, атака на столицу. Все большие крупные города точно так же, скорее всего, атакованы ублюдочными французами. Необходимо вернуться в прошлое и поднапрячь Азазеля, размотать клубок затевающегося заговора. Он в этом профессионал. Пусть отыщет трусливые уши провокатора и устранит его заблаговременно. А я постараюсь всеми способами упредить эту войну, не дать ей окончательно развернуться.

Оглянувшись на свое прошлое, выбрал подходящий момент очередного моего убийства, отмотал время назад. Это было далеко не последнее покушение на меня, это я помнил точно. Но оно было самым простым, дабы его избежать и вернуться назад. Это было подлое покушение в школе, исподтишка. Даже моя охрана проморгала паренька, подкравшегося ко мне сзади в столовой академии. Получил удар ножом со стороны спины, когда стоял в раздаточной очереди, чтобы перекусить. Это была медленная, самка арахнида, смерть и болезненная. Кинжал задел важные органы, смерть была неизбежной, но наступить она должна была только через десять минут. Я помню, когда лежал в луже крови, сразу врубил заморозку времени зачем-то, хотя мог на минуту откатить время и избежать такой болезненной кончины. Тогда я решил, что это хороший способ, чтобы возвращаться назад. Как только сознание окончательно покидает бренное тело, заморозка автоматически заканчивается, я снова вселяюсь в тело и отматываю время назад. До предательского удара теперь у меня секунд сорок, не больше. Я резко разворачиваюсь, встречаюсь глазами со своим убийцей и неожиданно бью ребром подноса по шее, выворачивая ему руку. Нож летит в сторону, отшвыриваю ногой подальше. Ко мне подбегают охранники и скручивают в бараний рог убийцу, уводя его для расследования и допроса. Я снова жив. Рад, что выбрал этот момент для смерти и возможности вернуться, пулей лечу к своему куратору, забыв о других планах на сегодня. Мне важно увидеть Леру снова живой, осознаю всю боль предстоящей утраты.

Она сидит за своим столом, разбирая какие-то ведомости, и не сразу замечает меня. Подхожу к ней, любуясь длинными платиновыми волосами, спадающими каскадом на плечи. Рассматриваю ее сосредоточенное и немного уставшее лицо, голубые, как небо глаза, которые она поднимает, и удивленно смотрит на меня.

— Ларик, ты бежал, что ли? Что-то случилось? — в голосе слышится тревога.

— Случилось. Ты сегодня случилась, — подхожу к ней и со спины крепко обнимаю хрупкие плечи девушки. Закапываюсь лицом в приятно пахнущие волосы, вдыхая аромат любимой женщины.

Только теперь я понимаю, почему многие хрономаги сходят с ума время от времени. Есть у нас одно искушение, возвращаться в прошлое, в самые счастливые моменты к своим любимым, проживая их снова и снова по-разному до тех пор, пока не теряем их окончательно. И вот в таких реальностях архонты надолго зависают. Для них там проходят годы, и они едут крышей, отказываясь возвращаться в реальность. За ними отряжают мага времени, который отправляет тех на перерождение. Ему приходится уговорить хрономага сделать это по доброй воле, ведь убить нас невозможно. Это та еще миссия, которую мне один раз пришлось выполнить.

Сейчас почувствовал, что такая участь и меня может ожидать, если не разрулю ситуацию. Ощутил хрупкость времени и бесценность драгоценных моментов. Понимая, что война может начаться с большой вероятностью, не хочу больше сдерживать своих порывов и чувств, контролируя себя. Все это мне сейчас кажется неважным. Разворачиваю девушку к себе и нежно целую в губы, она поддается, прикрывая глаза. Потом встаю, подхожу к двери и закрываю на ключ, не хочу, чтобы кто-то ворвался. Лера смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Но я больше не намерен оттягивать момент близости на неизвестный срок. Опять, по привычке, врубил петлю на всякий случай, чтобы никто не помешал. Она догадалась, о чем я задумал, и нежно улыбнулась, явно давно ждала этого.

Продолжаем целоваться, постепенно освобождаясь от одежды. Сдвигаю со стола все папки с документами на край, чтобы не мешались, и сажаю на него девушку. Ласкаю груди сквозь тонкую ткань бюстгальтера. Вижу, как твердеют соски, а с губ срывается легкий стон. Освобождаюсь от нижней части туалета, лаская Леру рукой между ног. Она выгибается дугой, раздвигая их шире. Я не в силах больше сдерживаться, вхожу медленно, понимая, что передо мной еще девочка. Она сама двигается навстречу и тихонечко стонет. Делаю один быстрый рывок тазом, прорывая девственную плеву. Не хочу растягивать боль. Лера вскрикивает, но снова впивается в мои губы. Начинаю медленно двигаться, растягивая неподатливое лоно, впервые вобравшее в себя мужчину. Скорость становится быстрее, стоны стараюсь прикрыть губами, рукой массирую клитор, отчего девушка извивается подо мной, словно змея. В один момент ее накрывает оргазмом, она кричит, уткнувшись в мою грудь, чтобы приглушить стон. Финиширую следом, закатывая глаза от удовольствия. Мы еще какое-то время наслаждаемся друг другом, а потом я осознаю, что натворил. На столе кровь, залившая документы. Я не воспользовался средством контрацепции, отчего девушка может забеременеть. А вот становиться отцом я не планировал, зная, что придется рано или поздно уйти. Да еще и первый раз для девушки не должен быть в учительской на столе. Лера недостойна такого первого раза. Я его организую на высшем уровне, чтобы он оставил после себя приятное послевкусие, а сейчас просто сворачиваю петлю. Снова стою за спиной девушки, вдыхаю аромат ее волос.

— Ларик, ты бежал, что ли? Что-то случилось? — снова она задает свой вопрос.

— Соскучился, очень. Может, сходим вечером в кино? — я обещал девушке, но обещание так и не выполнил. А до войны еще два с половиной месяца, успею всех предупредить кого надо.

— А почему бы и нет? Давно не была в кинотеатре, — она с удовольствием соглашается. Целую ее в макушку и стараюсь быстро ретироваться в коридор. Сердце готово выпрыгнуть из груди. Мне жутко стыдно, но и очень сладостно. Лера меня любит и хочет, а это очень многое для меня значит.

Сделаю все возможное и невозможное, но не позволю сдохнуть этой планете, пока на ней существует моя любимая. Вот сейчас, вспомнив взрыв, снова сильно разозлился. На уроки мне не нужно, все, что скажут у меня уже давно в голове. Иду на выход из академии, за мной плетутся потерявшие меня охранники. Срочно надо переговорить с Азазелем и обсудить с ним, как поймать диверсанта…

Лера после ухода Ларика из кабинета, не могла долгое время собрать мозги в кучку. Она только что разбирала бумаги, но вот пришел этот парнишка с безумно горящими глазами, и она снова потеряла голову от нахлынувших чувств. «Да что это со мной? Он всего лишь пригласил в кино?», — Лера ощутила, как бешено стучит сердце, внизу разгорается пожар, на своих губах ощутила вкус его губ, отчего у нее вырвался невольный стон. Думать сейчас о чем-то важном была не в силах. Она плотно сжала ноги, стараясь утихомирить разбушевавшуюся страсть. «Если я каждый раз так буду на него реагировать, то долго не протяну, и сама его изнасилую», — рассмеялась куратор собственным мыслям…

Поговорил с Азазелем о возможном развязывании войны в ближайшее время, путем нападения на царскую особу, скорее всего, принцессу Франции. Попросил распутать интриги, затевающиеся кем-то против России. Намекнул, что всему этому миру придет хана, и он не успеет дождаться открытия первых порталов, если не уберет с пути интригана. На это Азазель сильно рассвирепел, сказал, что не позволит никому стоять между ним и будущей свободой. Я ему верю, он из-под земли достанет зачинщика и оторвет ему не особо важное, например, голову, в которой отсутствуют мозги. Намекнул присмотреть за Вильсеном, очень чванливым и злопамятным премьером министра Великобритании. Россия ему в пособничестве недавно отказала, поэтому за ним следует понаблюдать более пристально. У демона в Европе много шпионов, тех, кто входил в масонские ложи, они с удовольствием послужат ради благого дела.

После разговора договариваюсь с командованием и императором о встрече, сообщаю, что есть серьезное пророчество. Ну, раз меня окрестили пророком, почему бы ему не соответствовать. Пришлось прокатиться в бронированном автомобиле к дворцу.

— Говорят, что у тебя серьезные новости? — хмурым взглядом встречает меня Долгорукий. Императора еще нет, он на приеме, но скоро должен присоединиться. Прохожу и спокойно усаживаюсь в свободное кресло.

— Все верно, Михаил Гаврилович, новости прямо глобального масштаба, — начинаю создавать серьезную атмосферу. От того, поверят ли мне, многое может зависеть. Тут прибывает министр обороны Румянцев и пожимает мне руку.

— Добрый день, Петр Афанасьевич, сожалею, что оторвал вас от дел, но новости касаются безопасности России, — он сразу же становится весьма серьезным, занимая кресло напротив.

Пока болтаем о том, о сем, об учебе, об отряде Михаила, который он собирается набрать в будущем, ждем императора. Через тридцать минут Алексей III возвращается со встречи и кивает всем присутствующим в комнате. Сейчас здесь мы только вчетвером, без аналитиков и секретарей.

— Рассказывай, что там увидел, предзнаменование важное? — покрутил рукой в воздухе император.

— Важное. Через два с половиной месяца будет нападение на Россию со стороны Франции, развяжется ядерная война. На Санкт-Петербург сбросят, то здесь взорвут прямо в столице три ядерные боеголовки, все умрут, — хотел посмотреть реакцию людей, в чьей власти не допустить подобного.

— Ты уверен, что это не будет атакой с воздуха? — сразу понял в чем дело Долгорукий.

— Сам стоял, как сейчас перед вами, видел, как все начнется, — обозначил число и время нападения.

— Хорошо, твои наводки и прогнозы еще ни разу не давали сбоя. Не верить тебе нельзя, а значит будем предпринимать предупреждающие меры, — высказался император, так как только он может принимать настолько важные решения. — Есть понимания, чего это лягушатники расшалятся?

— Есть. Будет провокация на нашего посла, неважно кем он будет. Все заранее подстроят, улики подделают, убьют на приеме в Версальском дворце наследную принцессу, — эти сведения, конечно же, трудно списать на пророчество, поэтому дополняю, — эти новости о строящемся заговоре мне рогатая птичка принесла в клювике.

— А кто его планирует? Может, уберем провокатора? — вклинивается князь Долгоруков. — Это самый бескровный путь.

— Мы можем отрубить хвост ящерице, и упустить того, кто за этим стоит. Могут и план Б продумать. Это так себе вариант, — понимаю, что и Азазель может не добраться до головы.

— Верно мыслишь, надо сообразить предупреждающий удар, который отобьет всю охоту нападать, — поддержал меня император. — Может, вдарим по ядерным державам нашим радиочастотным вооружением? Что думаете, министр вооружения? — обратился он к Румянцеву.

— Должно охладить пыл нападать на нас у идиотов. Вот только боеголовки доставят непосредственно в город, а это весьма чревато, — почесал лысую голову министр обороны.

— Если дадите карту, нарисую точки атаки. Возможно, мы сохраним столицу, но не факт, что в других больших городах не произойдет нечто подобное. Еще и глушилки, скорее всего, установят, связи не будет. Я сейчас вспомнил, что в своем видении стоял с телефоном, но не мог связаться с вами, — Долгоруков достал карту столицы. Я указал эпицентры взрывов, ведь видел их, когда уже умер сверху.

— Будем работать во всех направлениях. Сегодня же направим дополнительных шпионов за всеми вышестоящими чинами, разбудим скрытые резервы, — серьезно отнесся император к угрозе. Есть такие шпионы, которые входят в ближайший круг, но их не используют до определенного момента, чтобы не выявили раньше времени засланцев.

Выходя из кабинета совещаний, подумал, что мы все еще чего-то не учитываем. И все предпринятые нами меры могут и не сработать, если не предусмотрим все нюансы. Я был настолько в шоке от развязанной войны в прошлый раз, что не догадался отмотать будущее, дабы посмотреть, сколько городов подвергнутся нападению.

— Когда у меня следующее покушение? — все удавшиеся попытки я хорошо запомнил, так что осталось ждать не так долго. Через пару дней должны взорвать машину, будет больно, но надо посмотреть будущее более внимательнее. Сейчас уже расслабляться нельзя, события разворачиваются не по моему сценарию, а по чужому злому умыслу. Стараюсь на время выбросить тяжелые мысли из головы, ведь меня ждет обещанное свидание с Лерой, но это очень сложно сделать.

Когда забираю вечером девушку из ее особняка, гоню от себя мысли, но они возвращаются, словно банные листы, прилипшие к моей голове.

— Ты сегодня какой-то сильно напряженный, — замечает она мое тревожное состояние.

— Лер, не хочу нам портить просмотр кино своими навязчивыми мыслями, так что не обращай внимание, — постарался успокоиться, делая глубокий вдох и выдох.

— Вот и расскажи все сейчас, а то никакого удовольствия от фильма не получишь, — она подталкивает к разговору.

— Назревает конфликт России с Францией, а может, и не только. Возможно, скоро начнется серьезная война. У меня к тебе просьба, — она серьезно посмотрела на меня, кивнув, — надо пустить слух среди аристократов, чтобы они начали запасаться продовольствием и вооружением.

— Все так серьезно? Если надо, то сделаю, знаю, как это можно провернуть без проблем, — вот за это мне и нравилась Лера, что быстро принимала решения.

— Если мы с императором и военными облажаемся в ближайшем будущем еще раз, то очень даже будет все серьезно, — не стал принижать степень опасности.

— В смысле еще раз? Что ты этим только что хотел сказать? — я увидел, как у Леры глаза стали по пять рублей в темноте салона автомобиля.

— Упс, проговорился, — отматываю время на пятнадцать секунд назад…