Ангельский переполох

Глава 28

Дэйвон…

Осознание произошедшего сводило с ума.

Места найти себе не мог уже который день.

В попытках всё исправить, приложил немало сил, чтобы попасть на небеса. Но всё оказалось напрасно.

Не рождённый в Небесных Чертогах не может подняться туда. Это незыблемое правило.

Но я его нарушил.

Мне было абсолютно плевать.

Жгучая боль пронзала всё тело. В венах застывала кровь. Но я летел туда, куда не имел права.

Я — демон. Причём Высший демон. И моё проникновение в Светлую обитель могло бы означать только войну между светом и тьмой.

Со всех сторон в меня летели ангельские стрелы. Виртуозно обходил их стороной. Вступал в бой, и игнорируя раны с трудом добрался до врат.

Силы заканчивались, но я не мог остановиться. Не имел на это право.

У врат меня встретил защитник.

— Чужа-а-а-ак, — протянул он.

Защитник возвышался надо мной. И склонив голову к плечу, с интересом рассматривал. — Зачем пришёл сюда? Желаешь рискнуть, устроив кровопролитие?

— Нет, — выдохнул я, едва держась на ногах.

— Здесь тебе не место, — пророкотал гигант. — Возвращайся к себе и никогда не приходи вновь.

— Мне нужно закончить дело, — заявил я.

— И какое же? — губы защитника растянулись в презрительной ухмылке.

— Для тебя это не важно, — произнёс, сдерживая ярость. — Пропусти.

— Я не могу этого сделать, — сказал тот. — Я охраняю Светлую обитель от таких, как ты!

— Я не причиню Небесам вред! — заявил я. — Обещаю.

— И что же стоят слова Высшего демона в обители Светлых? — спросил с усмешкой.

Прав, Дьявол подери. Но ни в этот раз.

— Готов сложить свою голову на Небесный алтарь, если солгу.

Он посмотрел на меня более пристально. Взгляд пронизывал насквозь.

— И что же, интересно мне знать, случилось в подземном мире, раз Высший стремится попасть на Небеса?

— Это… не… твоё… дело, — прошипел я.

— Так и быть, — произнёс защитник с усмешкой. — Но учти, ты не встретишь никого.

— Что?

— Ты можешь проникнуть туда, но ни один житель Небес не откроется твоему взгляду! И помни, что твоя голова на Светлом алтаре!

Врата передо мной распахнулись, словно от дуновения ветра, и в глаза ударил оглушительно яркий свет.

Зажмурился. В какой-то момент даже подумал, что рухну на колени, но я удержался.

— А ты силён, — фыркнул защитник и больше не обращал на меня внимания.

Сделал несколько шагов и ступил на землю.

Солнечный свет, нестерпимо яркий обжигал. Он пронизывал насквозь моё тело десятками тысяч раскалённых игл.

Я медленно вышел на плато, раскинувшееся передо мной и осмотрелся.

Яркая зелень травы, и синяя морская гладь.

Всюду цвели бутоны невиданных мною ранее цветов, плоды на деревьях источали аромат, который кружил голову.

Я шёл вперёд, осматриваясь по сторонам. И не мог заметить ни единой живой души.

Неужели всё это зря?

Чувство беспомощности навалилось на меня, и колени подогнулись.

Как я могу всё исправить?

Воспоминания о случившемся давили на меня, заставляли мою душу биться в агонии.

— Ты не найдёшь здесь ответы на свои вопросы, демон, — за спиной раздался мелодичный голос архангела, и я обернулся.

— Покажись, — прохрипел я.

Глотку обжигало от нестерпимой боли.

— Бессмысленно надеяться на чудо, потому что чудес не бывает, — продолжил он, и передо мной появилось слабое очертание мужской фигуры, облачённой в широкую золотистую мантию. — Ты — демон, и наша Обитель не сможет тебе помочь.

— Мне нужны только двое ангелов. Только они.

— Не сможешь с ними поговорить, — пророкотал архангел. — Это защита Небес.

— Но как мне исправить содеянное? — спросил я.

— Как я и сказал ранее, здесь ты не найдёшь ответы на свои вопросы, демон, — произнёс он, и развеялся.

В следующий миг земля под моими ногами вздыбилась и закипела. Раскололась на части, открывая провал. В спину вонзилось копьё из солнечного света, и я полетел вниз.

Боль прошила тело. Не смог сделать и вдоха. Только падал и падал. И невероятное чувство сожаления поселилось в моей груди.

Так вот, значит, что испытывали родители, когда их свергли с небес, — была моя мысль, а потом наступила тьма.

* * * * *

Когда открыл глаза, почувствовал прохладу подземного царства.

Осмотрелся по сторонам и понял, что нахожусь дома.

Всё тело болело, а во рту пустыня.

— Что ты натворил, Асмодей? — из дальнего конца комнаты раздался разъярённый возглас матери. — Как вообще посмел отправиться на Небеса?

— Мне нужно было, — прохрипел я, сползая с постели. — Как я здесь оказался?

— Мы с отцом почувствовали тебя, — сказала, отводя взгляд и поднимаясь из широкого кресла. — Поняли, что произошло и поспешили. Ты был на Земле, раненый и без сознания.

Хмыкнул и осмотрел себя.

— Тебе весело? — взъярилась матушка.

— Ты сказала, что я был ранен, но я не вижу никаких ран, — сказал, не собираясь вступать с ней в словесную перепалку.

— Десятки душ из хранилища отца смогли спасти тебя, — произнесла она.

— Вы питали меня душами?

— А как ещё мы должны были спасти тебя? — возмутилась она. — Только человеческие душу могут вернуть демону силу, — сказала и отвела взгляд.

Она стояла возле моей кровати и смотрела в сторону, а я со всей ясностью понял, что она вспоминает сейчас своё падение с Небес.

Это до сих пор мучает её. Не даёт покоя.

Вот поэтому демоны такие, какие они есть. Озлобленные, мстительные, и разрушающие всё на своём пути. Мы просто не в силах смириться с тем, чего оказались лишены. И теперь эта ненависть стала смыслом наших жизней.

— Как мне найти тех ангелов? — спросил я.

— Хочешь исправить то, что совершил давным-давно? — спросила мама, глядя на меня со смесью боли и сочувствия.

— Хочу, и я это сделаю, — заявил, поднимаясь.

— Послушай, сын, — произнесла мама. — Я понимаю, что ты сейчас готов на всё, чтобы изменить прошлое. Но поверь, это уже невозможно!

— Не говори глупостей, — рыкнул я. — Они должны вернуться к ней!

— Зачем?

— Что?

— Зачем они должны вернуться? Теперь они переродились и ни одного из них ничего не связывает с этой девочкой! Сам подумай, разве она будет счастлива оттого, что в её жизни появятся абсолютно посторонние? Это причинит ей только боль.

— Но они не посторонние!

— Теперь посторонние, Асмодей. И как бы ты не желал обратного, это уже свершилось. Ровно в тот момент, когда они отправились на перерождение. Теперь даже нет гарантии, что те двое снова вместе! Ты представляешь, что будет, когда ты всем заявишь о правде? Ты вынудишь их делать то, чего они не хотят, заставишь следовать тому пути, который они и не помнят вовсе! А она? Ты о ней подумал? Разве она заслужила снова пройти через боль утраты? Потому что, когда она встретит своих родителей и поймёт, что это давно уже не те, что подарили ей жизнь, она снова их лишится, — закончила мама едва слышно.

— Тогда что же мне делать? — закричал я, и пинком отправил стоявший рядом табурет в стену.

— Ты должен оставить всё так, как есть, и не ворошить прошлое. Пусть оно и остаётся в прошлом.

— Но как же… как же боль Ангелины и желание хоть раз снова увидеть своих родителей?

— Она уже давно смирилась с утратой, — произнесла мама. — Не стоит бередить её раны. Ты можешь только быть с ней рядом и помочь принять новую судьбу.

— А если она не простит меня? — спросил, и мысль об этом полоснула не хуже ангельского меча.

— Не волнуйся, Асмодей. Всему своё время.