Ангельский переполох

Глава 20

Дэйвон…

Отключился. Просто вырубило! Очнулся только, когда меня кто-то тряс за плечо. Я стоял на крыше особняка, а внизу — бушующая лава.

— Да остановись же ты! — кричала Ангелина, подпинывая меня по голени ножкой, и лупя кулачком по спине и рукам.

Что за…

— Брат! Не поступай так со мной! Я совершил ошибку! Каюсь! Клянусь!!!

Сфокусировал взгляд на своей вытянутой руке. В ней оказалась нога…

Опустил взгляд. С ногой шло и тело.

Ещё ниже… Голова. Молоха.

Что за чёрт?

— Да что б тебя! — голос Ангелины злой и уставший. — Немедленно отпусти каку! — едва не закричала.

— Что? — переспросил я.

— Тьфу ты! Брата отпусти, я сказала!

— Отпустить? — переспросил, не веря в сказанное, и глянул вниз.

— НЕТ! — закричал висящий вниз головой Молох. — Не отпускай! Асмодей, я больше так не буду! — взмолился мелкий. — Отец! Отец, ну сделай же что-нибудь!

— Ты идиот? — голос отца прозвучал из-за спины. — Я его боюсь!

Да что здесь происходит?

Нахмурился, повернулся всем телом, продолжая мелкого держать за ногу и уставился на Ангелину с отцом.

— Вы что, свихнулись? — спросил я спокойным голосом.

А Молох уже руками крышу нащупал и пытался от меня отцепиться.

— Это мы-то свихнулись? — уперев руки в бока, спросил мой Ангел. — Да это у тебя крышу повело!

— Асмодей, — позвал отец. — Слушай, ну погорячился твой младшенький. Что же, его теперь в кипящую лаву выкидывать? Оставь парня, вдруг ещё пригодится?!

— Да вы спятили! — резюмировал я, и разжал пальцы.

Мелкий тут же рухнул и соскочив с места, бросился в сторону отца, прячась за его спиной.

— Вали от меня, идиот! — возмутился отец, отталкивая мелкого.

— Идите уже отсюда, — сказал я, глядя на Ангела.

Вот она совсем ненормальная. Она же Ангел! Так какого чёрта на крышу полезла? А если упадёт?

— И этого с собой заберите, — сказал, кивком указывая на брата.

Тяжело вздохнув, опустился на край крыши и свесил ноги.

Что на самом деле произошло? И почему меня вырубило?

Так, нужно вспоминать. Причём срочно.

— Дэйвон, а может мы вместе вернёмся, а? — спросила Ангелина, кладя руки на мои плечи и начиная их разминать.

— Иди, пока не случилось чего.

— Только с тобой, — стала настаивать.

— Оставь этого идиота здесь, — пискнул мелкий.

Неужели в его голосе страх? Это что-то новенькое.

— Не умолкнешь, я сама тебя с этой крыши скину, — прошипела Ангелина.

Ого, она может быть такой грозной? И кстати, на месте мелкого я бы медлить не стал. Ведь неизвестно, что этому милому Ангелочку в её бедовую голову взбредёт.

— Дэйвон, ну что ты как маленький, а? Давай вместе пойдём?! А то вдруг, меня опять в чьи-то невесты припишут? Ой! — сказала и замерла, а у меня снова в глазах потемнело. — Дэйвон, ты это… слушай, а давай ты меня просто домой вернёшь, а?

Медленно обернулся.

Взгляд такой невинный-невинный, носом шмыгнула и кончиком туфельки по крыше так шарк-шарк.

— Повтори, — прохрипел я, сдерживая внезапно вспыхнувшую ярость.

И на кого я злюсь, дьявол меня побери? На себя? На неё? Или на этого призрачного жениха? Да ему в пору только посочувствовать!

— Домой меня, говорю, верни! — повторил Ангел.

— Вот кто тебя сюда выдернул из дома, тот пусть обратно и доставляет, — сказал, поднимаясь.

Тут же вспомнился зал с душами, который Ангелина ранее разнести успела, и на сердце как-то даже полегчало. Да-а-а, отец из Молоха всю душу вытрясет и в одну из своих сфер поместит, если он не решит проблему в самое ближайшее время. А я помогать не стану. Пусть поймёт, какую он ошибку совершил. Прочувствует, так сказать!

— То есть ты больше не обижаешься? — с недоверием спросил Молох.

— На придурков не обижаются. Это — грех! — проронил с усмешкой и взял Ангела под руку, чтобы не упала (точно вам говорю), покрепче прижал к себе, и переместился в столовую.

— А здесь что произошло? — шокировано выдохнул вопрос.

Я оказался в полностью разрушенном помещении.

Стол выгоревшим островком стоит в центре. Часть стены в подпалинах, другая и вовсе по кирпичикам разворочена. А рядом с выходом, призрачный цербер смотрит на нас алыми глазами.

— Ты питомца-то своего обратно отошли, — произнёс отец, вместе с Молохом вернувшись в остатки столовой.

— Питомца, — повторил, сглотнув.

— И вообще, это мой дом! Какого дьявола ты здесь свои порядки наводишь? — взревел он.

— Не ругайся, — поморщился я, присматриваясь к церберу.

Тот стоит и только головой из стороны в сторону водит, присматривается. Втянул призрачным носом воздух, и тявкнул…

— Боже, — взвизгнула Ангелина, и затряслась, прячась за мою спину.

А мне может и самому страшно?

— Дэйв, очень тебя прошу, верни пёсика обратно, — простонала Ангел. — Я их жуть как боюсь.

— Да вы… — не нашёлся с ответом.

— И вообще, как ты мифический персонаж в моё царство привёл? — возмутился отец.

— Я… я никого не приводил, — опешил я. А цербер, разобрав звук моего голоса вильнул хвостом и побежал в мою сторону.

Я замер. Перед глазами вся жизнь промелькнула и…

— Тяв! — гавкнул цербер, и виляя хвостом, подставил сразу три головы под мою, уже сформировавшую адское пламя, ладонь.