Академия Изгоев. Наследие

Глава четвёртая, в которой Амали делает выбор и сталкивается с его последствиями

Особняк некроманта всё больше напоминал Амали крепость – очевидно, окна он не особенно любил, и все они были закрыты либо ставнями, либо тяжёлыми шторами. По коридорам гуляли сквозняки, комнаты оказались заставлены массивной тёмных оттенков мебелью, причём большинство предметов обстановки почему-то были накрыты белыми чехлами.

В конце концов, Элль пришла к выводу, что Синклер либо живёт здесь не постоянно, либо собирается куда-то надолго уехать.

Дом она исследовала, только чтобы не сидеть на месте. Ввиду изолированности особняка и запертых ворот, мешать Амали никто не стал, не боясь, что она сбежит. Сам некромант больше с ней не говорил – одна из горничных прервала ужин сообщением о каком-то срочном звонке.

Элль дёрнула на себя последнюю дверь на втором этаже и, убедившись, что та заперта, поняла, что исследовала весь дом. От нечего делать, она вернулась в комнату, где оставила свою одежду, и вытащила из рюкзака свою пачку сигарет. Платье она попыталась снять ещё час назад, но поняла, что развязать все эти тесёмки может только тот, кто завязал, а лишний раз общаться с вампиршей не хотелось.

Достав сигарету, Амали щёлкнула зажигалкой и грустно улыбнулась. Зажигалку подарил ей на День Рождения Штефан, и при взгляде на вспыхнувший огонёк Элль стало не по себе. Синклер ясно дал понять, что Штефан у него. Но где именно, и что она должна сделать, чтобы его отпустили?

Амали вздохнула, закурила и выдохнула в воздух струйку дыма. Ноги в дорогих, но жутко неудобных туфлях ныли, хотя, казалось бы, за семь лет сплошных каблуков в пансионе, можно было бы носить даже обувь с подошвой из гвоздей.

- Не думаю, что Виктору это понравится, - прокомментировали от двери. Элль резко обернулась и увидела Валерию. Гадать, как она подошла так тихо, не приходилось. Амали никогда прежде не встречалась с существом другого вида и готова была даже поверить, что вампирша умеет ходить сквозь стены.

- Ну так иди пожалуйся ему, - буркнула Элль, перебравшись с кровати на подоконник.

Валерия молча разглядывала её, и Амали тоже начала сверлить её взглядом в ответ. В учебниках вампиры выглядели болезненно-бледными, но кожа Валерии была белоснежно-фарфоровой, как у дорогой куклы, которая стояла на тумбочке у её соседки по спальне. Вкупе с абсолютно белыми волосами и чёрным деловым костюмом, она казалась сошедшей с монохромной фотографии.

- Чего ты тут стоишь? – не выдержав, спросила Элль спустя минут пять.

- Поверь, рыжик, мне тоже не особенно приятно из правой руки Виктора стать нянькой для наглой малолетки, - заверила её Валерия.

- Что он собирается со мной сделать, ты знаешь? – откровенность собеседницы невольно подкупала, и Амали даже не заметила, как перешла на «ты».

- А ты сама не знаешь? Что за договор с ним заключили твои родители? – ярко-зелёные глаза Валерии насмешливо сверкнули.

- Знаю, - равнодушно ответила Амали. Договор её не пугал – выполнять его она не собиралась. Главное было – найти Штефана, поэтому она уточнила:

- А мой брат?

- Я же сказала, ничего с ним не случится, - поморщившись, бросила вампирша. Очевидно, говорить об этом ей либо не хотелось, либо не разрешалось.

- А со мной что будет? Я ведь несовершеннолетняя? Я не могу сейчас… ну… - Амали спрыгнула с подоконника и негромко выругалась, когда завязки напомнили о себе, ещё сильнее сдавливая кожу, - слушай, ты не могла бы?..

- Ладно, - Валерия совершенно по-детски хихикнула и наконец оторвалась от стены.

Справилась с застёжками она за пару минут, заодно и вытащив из причёски все шпильки, хотя из-за лака выглядели волосы всё равно неприглядной слипшейся рыжей массой.

- Фу. Вы всегда так над собой издеваетесь ради того, чтобы вилкой в каше поковыряться? – проворчала Элль, и Валерия рассмеялась.

- Знаешь, я думала, в твоём интернате учили манерам.

- Ну извини, что не сделала реверанс перед человеком, который похитил моего брата, - с долей вызова бросила Амали.

- Разве не ты сбежала из школы? Разве не ты собиралась уехать вместе со своим Стефаном?

- Штефаном, - буркнула Элль.

- Да без разницы, - отмахнулась вампирша, - говоря языком для чайников: ты первая начала. Тебе нужно было просто учиться. Подумаешь, другая школа. Тоже мне, беда.

- И где она, эта школа? В другом городе? В другой области? – не осталась в долгу Амали.

- В столице. В Нирасе. Без толку делать школы для полукровок там, где сроду кроме людей никого не было, - пояснила Валерия.

- Я не хочу туда. Все говорят, там ужасно, - пробормотала Элль, стянув наконец неудобное платье и надев привычную майку.

- Там неспокойно, особенно теперь. Но в Академии с тобой ничего не случится.

- В Академии?.. Так?.. Так вы хотите меня туда отправить?

- Тебе ещё почти два года учиться. Что ж ещё с тобой делать?

- А Штефан?

- Спроси у Виктора. Но только когда у него будет хорошее настроение, - посоветовала Валерия, - и сходи в душ, с лаком я правда перестаралась.

***

Амали вошла в ванную с намерением смыть с себя всю грязь, что собрала по дороге, а также сделать свои волосы чуть менее похожими на слипшийся комок паутины.

Однако едва открыв дверь, она поняла, что помыться ей сегодня не светит.

Ванная, просторная, даже слишком большая, явно превосходящая размерами общую душевую в пансионе, тщательно собрала в себе все следы запустения: вода из крана текла еле-еле, к тому же с явным коричневатым оттенком ржавчины. Из окна немилосердно дуло, холод мраморного пола чувствовался даже подошвами кед.

Амали наскоро помыла голову, наклонившись над ванной и воспользовавшись единственным найденным на полке шампунем, и выпрямилась, намереваясь как можно скорее выйти обратно в более-менее тёплую спальню. Мысль о том, как сбежать из этого дома, и так не покидавшая Элль ни на минуту, вспыхнула с новой силой.

Под подошвой что-то хрустнуло, и Амали с омерзением отпрыгнула. На полу распластался крупный таракан, грязной жёлто-серой кляксой испачкав белоснежный мрамор.

Неожиданный импульс заставил Элль опуститься на корточки. С мокрых волос на пол капала вода, и девушка стянула их в тугой узел на затылке.

Таракан был очевидно и безнадёжно мёртв, и Амали пришло в голову, что, возможно, новообретённая сила как-то поможет ей если не сбежать, то хотя бы как-то определиться с тем, что она может делать.

Элль вытянула руку над дохлым насекомым. Она совершенно не могла воспроизвести в голове, о чём думала, когда помогла миссис Йонаш. Даже не помнила, какие испытывала чувства – только испуг от того, что на её глазах задыхается человек. И желание помочь.

Подумав, Амали сосредоточилась на мысли, что хочет оживить этого таракана, хотя в первую же секунду фыркнула от смеха. Тараканов она не боялась – разве что в детстве, но жизнь в интернате, где девчонки развлекали себя только тем, что прикалывались друг над другом и заключали пари разной степени безумия, постепенно научила справляться со страхами. А если не справляться, то подавлять, прятать далеко в голову.

Тараканьи останки совершенно не внушали никакого сочувствия, и Элль с досадой выдохнула.

- Тупой таракан, а ну оживай, чтобы я тебя ещё раз раздавила, - прошипела она уже просто в шутку, но тут ладонь, всё ещё вытянутая над полом, еле-еле замерцала.

Прошло десять секунд, пятнадцать. Рука начала уставать, но Амали всё ещё, затаив дыхание, смотрела на насекомое.

Спустя минуту или две она сдалась и убрала ладонь – свечение, и так очень слабое и заметное, только если смотреть от него чуть в сторону, окончательно пропало. Амали закатила глаза и, обернувшись, вздрогнула от неожиданности.

Виктор стоял, прислонившись к косяку, и с явным интересом наблюдал за происходящим.

- И часто вы за девушками в ванной подглядываете? – чтобы смягчить неловкость, буркнула Элль. Она понимала, что некромант прекрасно видел её провалившуюся попытку, и злилась, что у неё так ничего и не вышло.

- Твоя сила очень мощная для полукровки. Вернее, я бы даже не назвал тебя полукровкой, но до некроманта тебе всё равно не дотянуть, - усмехнувшись её выпаду, сказал Синклер и неторопливо прошёл вперёд, присев перед дохлым тараканом.

- Полукровки не могут оживлять, только исцелять, - без долгих предисловий пояснил он и легко провёл рукой над самым трупиком. Послышалось шуршание, что-то вспыхнуло нестерпимо-зелёным светом, и Элль невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела целого и невредимого таракана, перебирающего длинными усиками.

Она поражённо выдохнула, поняв, что то, чего она не достигла за пять минут, Виктор добился за секунду и при этом даже не слишком концентрировался.

Живой таракан, отчего-то не спешивший скрыться под обоями или в щели у пола, завораживал. Ещё минуту назад он был настолько мёртвым, насколько только возможно. Он был просто пятном на полу.

А теперь спокойно сидит, рыжий и наглый, шевелит усищами и уже предвкушает, наверное, как залезет под холодильник.

- Это прекрасно, - прошептала Амали, глядя на воскрешённое на её глазах существо.

Синклер фыркнул и одним движением ботинка размазал насекомое по полу.

- Извини. Не люблю тараканов.

***

Элль сушила волосы принесённым Валерией феном и смотрела окно, на стремительно темнеющее небо. Сама вампирша устроилась на кровати, разглядывая школьный дневник, который Амали забыла выложить из рюкзака, когда уходила из школы.

- «Залепила жевачку в волосы однокласснице»? – насмешливо процитировала Валерия, - «дралась на уроке», «напугала соседок по комнате»? Да ты криминальный элемент.

- Она первая начала, - рассеянно отозвалась Амали, пытаясь расчесать особенно спутанную прядь волос.

- Которая из них? Все? – ехидно уточнила вампирша.

Элль промолчала. Закат не внушал ей положительных эмоций – ночью действовать, конечно, легче – вряд ли Валерия останется ночевать с ней, и можно будет поискать пути для побега. Но блуждать ночью по сплошному лесу, где нет ни одного человеческого жилья на несколько километров? Плюс, существовал ещё и риск наткнуться на бункер каких-нибудь оборотней. Элль точно не помнила, ожидается ли сегодня полнолуние, поэтому – с её-то везением – риск был велик.

Мысль о риске заставила задуматься о некроманте. Как легко он распоряжался жизнью – конечно, это был всего лишь таракан, но Виктор его фактически вернул из мёртвых и сам тут же снова уничтожил.

Сказать, что это бесчеловечно, было глупо – в конечном счёте, наверняка у некромантов практикуются другие моральные ценности.

- Валерия? – позвала она, несколько неожиданно даже для себя самой.

- Чего? – не отрываясь от дневника, спросила та.

- А сколько ему лет?

- Кому? Виктору?

- Ну да.

- Не знаю. Люди привязаны к годам, а мы нет. Не исключено, что он и сам не знает. Когда-нибудь и ты перестанешь считать.

- Когда-нибудь?

- Полукровки тоже живут дольше людей, ты не знала?

- Я вообще ничего не знаю о полукровках, - задумавшись, поняла Амали, - о них в приличном обществе не принято говорить.

- Узнаешь обо всём в Академии, - отмахнулась Валерия, переворачивая страницу, - «столкнула одноклассницу с лестницы»?

- Она сама упала, - буркнула Элль, отключив фен, и, подумав, уточнила, - там невысоко было.

Валерия расхохоталась и отложила дневник на тумбочку.

- Ладно, мне отлучиться надо. Не шастай по дому, тут по ночам всякое бывает.

- А ты куда? – придав лицу совершенно невинное выражение праздного любопытства, осведомилась Элль, - на людей охотиться?

- На людей охотиться запрещено, рыжик. Побольше учебников читай и поменьше одноклассников с лестницы толкай.

- А куда тогда вампиры ходят по ночам?

- А люди по ночам никуда не ходят? – уже с долей раздражения парировала Валерия, - много будешь знать, жить станет неинтересно.

Не попрощавшись, вампирша вышла, и Амали приступила к выполнению своей затеи. Она подскочила к окну и с силой дёрнула щеколду. О пластиковых окнах в этом месте явно не слышали, и рама поддалась только после третьего ощутимого рывка, со скрипом и треском.

Внизу было тихо, стрекотали какие-то насекомые, лес поскрипывал стволами деревьев и шелестел массивными кронами.

Прохладный воздух ворвался в комнату, и Элль достала из рюкзака кофту.

Впрочем, открыть окно – ещё не значило сбежать.

Амали высунулась наружу и прислушалась. Действовать надо было быстро – наверняка Валерия уже спускается. Повезёт, если она задержится, к примеру, чтобы переодеться. Но наверняка узнать это было невозможно, и поэтому Элль торопливо прищурилась, рассматривая стену на предмет выступов.

Опыт побегов из пансиона у Амали был более чем богатый, и она, осмотрев наружную стену и не обнаружив там ничего, за что можно было бы зацепиться, не стала отчаиваться.

Элль кинулась в ванную, распахнула створки и с радостью увидела кусок какой-то массивной лепнины. Ни секунды не раздумывая, девушка бросилась в спальню, запихала все вещи обратно в рюкзачок и, повесив его на плечи, вылезла из окна.

Оторвать руки от подоконника оказалось непросто – ветер снаружи дул с нешуточной силой, и Амали сильно рисковала сорваться и упасть прямо в какие-то колючие кусты.

Однако глаза, привыкнув к темноте, нашарили метрах в десяти, у самого угла, какое-то растение, покрывающее стену. Кажется, плющ – на территории пансиона стояла беседка, увитая им по самую крышу.

По этим зарослям можно было спуститься, хотя существовала опасность, что в один момент что-то оторвётся, и она просто упадёт. Но думать об опасностях Амали себе не позволила. Прижавшись к стене, она пробиралась по стене несколько минут, пока не нащупала что-то мягкое – кажется, тот самый плющ.

Элль набрала в грудь побольше воздуха и оторвала от широкого края лепнины одну ногу.

Ветер тут же засвистел в ушах ещё сильнее, словно намеренно стремясь сбросить девушку со стены. Она испуганно выдохнула и вцепилась в стену плюща. Под маленькими листиками обнаружились ветки, и Амали, стараясь держаться за них как можно крепче, начала спускаться.

Плющ возмущённо заскрипел, явно не привыкнув к такому обращению, и послышался треск. Элль лихорадочно нашарила ногой ещё что-то, похожее на опору, и начала карабкаться вниз с головокружительной скоростью, торопясь оказаться там, где её жизнь не будет зависеть от хлипкого скопления листиков и веточек.

Последний метр до земли она преодолела, просто спрыгнув и больно ударившись о землю ступнями.

Забывая даже дышать, Амали бросилась вперёд, к виднеющейся метрах в пятидесяти ограде. Продравшись сквозь заросли каких-то колючих кустов, рукой задев листья крапивы и окончательно сбив дыхание, Элль преодолела расстояние до забора и взялась за прутья, чтобы перелезть.

Сила, с которой её отбросило от ограды, заставила Амали прокатиться по земле и содрать кожу на локтях и ладонях.

- Ауч, - недоумённо и слегка растерянно уронила она, потирая ушибленное плечо.

То, что вход на территорию некроманта оказался защищён магией, было настолько предсказуемо и логично, что Амали едва не заплакала от досады и злости на себя. Стоило карабкаться по стенам, рисковать свалиться и сломать позвоночник, бегать через эти долбанные колючки, чтобы нарваться на магическую защиту?!

- Грёбанный забор! – вскочив на ноги, крикнула Элль и с силой ударила по прутьям ладонями.

Зелёная вспышка сверкнула в темноте столь ярко, что ещё секунд десять Амали вообще ничего не видела. Придя в себя, она поняла, что держится за забор обеими руками.

Как никогда до этого, даже когда спасла жизнь миссис Йонаш, Элль не радовалась своим приобретённым сверхсилам. Она быстро подтянулась, нашарила ногой горизонтальную перекладину и спустя минуту уже стояла с обратной стороны.

Впрочем, стоять как раз не стоило – наверняка вспышка без внимания не осталась, и Амали рванула в сторону, где призывно сверкал фарами тот самый чёрный автомобиль, что её сюда привёз.

Однако спустя миг она резко остановилась и прижалась к ближайшему стволу.

Дверца машины распахнулась, и Валерия вышла, прижимая к уху мобильник. Очевидно, её пропажу уже заметили, и теперь вампирша никуда не едет.

Амали чертыхнулась. Машину водить она не умела и даже приблизительно не представляла, как.

Поэтому Элль, постоянно озираясь, направилась в противоположную от дома некроманта сторону – ловить попутку.

***

Элль сидела в кабине водителя вместе с дружелюбным словоохотливым дальнобойщиком. То, что кто-то вообще подобрал её, при этом не приняв за проститутку и согласившись довезти до самой N19, было настоящей удачей.

Весёлый водитель, средних лет мужчина с густой бородой и задорным блеском в глазах, вывалил на Амали просто тонну информации о своей жене, детях, работе и различной правдивости случаях из жизни. Сейчас он как раз рассказывал что-то о грузе сырого мяса для N5, откуда и возвращался в Нирас.

Однако Элль слушала в полуха, всматриваясь в дорогу и опасаясь увидеть там ту чёрную машину или кого-то, кто её ищет. Дом некроманта они уже проехали – с проезжей части его было почти незаметно в темноте.

Впереди появилась голосующая фигура, и водитель добродушно проворчал:

- Эк вас сегодня развелось. Ну, как говорится, вместе-то оно всяко веселее.

Амали его мнения не разделяла – она присмотрелась к тёмному силуэту, и как только его зацепил свет фар, практически взвизгнула:

- Не останавливайтесь!

Водитель резко вывернул руль, объезжая белокурую фигуру Валерии, и набрал скорость.

- Твоя правда. Тоже кровососов не люблю, - пробормотал мужчина, покосившись на висящий на зеркальце заднего вида кристалл на цепочке. Элль пригляделась и поняла, что он кроваво-красный, хотя до этого был прозрачным.

- Это у вас?.. – начала Амали, вспомнив об устройстве, которым директриса определила, что она полукровка.

- Детектор видов, - с гордостью сообщил дальнобойщик, - достался по дешёвке, хотя стоит, зараза, кучу бабла. Правда, этот бракованный маленько, полукровок не видит, только чистых.

Амали вздохнула с долей облегчения, хотя и так уже поняла, что кристалл на неё отчего-то не реагирует.

- Так красный – это вампиры?

- Угу. Красный – кровососы, жёлтый – оборотни, зелёный – падальщики, некроманты, то бишь. Чёрный – ведьмы, алхимики какого-то мудрёного цвета, синего, с блёстками белыми.

- Круто, - улыбнулась Амали и, не удержавшись спросила, - а вы их всех встречали?

- Да не-е, кровососов пару раз, да оборотней, когда мясо доставлял. А так, здорово выручает. Стоит, бывало, бабка на дороге, ну чисто божий одуванчик. Как поближе подъеду – смотрю, а камешек-то чёрный. Ну я перекрещусь, и по газам… А то, знаешь, слыхал я истории про такие вот трассы. Решишь подвезти по доброте-то душевной, а наутро найдут ­­­– грузовик пустой да труп неподалёку.

Амали вежливо кивала, хотя особенно не вслушивалась. Мысленно она уже была в N19, вот только что именно она там найдёт, думать боялась.

Водитель потянулся и включил радио. По салону разнёсся голос ведущего новостей, и Элль невольно прислушалась, уловив знакомое название.

- …Этим вечером в Нирасе было обнаружено очередное тело. По документам, погибшим оказался двадцатисемилетний Дэвид Уитмор, житель столицы. Мистер Уитмор определён как оборотень-полукровка, что позволяет следствию поставить убийство в ряд с серией преступлений, совершённых в Нирасе в течение последних месяцев…

Амали хотела послушать, что диктор ещё скажет, но водитель, покрутив ползунок, переключился на какую-то лёгкую музыку.

- Подождите, а о чём это он говорил? – спросила Элль, - что за серия преступлений?

- Не слышала? В Нирасе-то маньяк объявился, косит полукровок, как нечего делать, - без особой жалости объяснил дальнобойщик, - весной, кажись, первый труп нашли. А может, и раньше, полукровок-то особо никто не считает. Но тут прямо убийство за убийством, вот и расследуют уже полгода.

Амали сглотнула ком в горле, вспомнив слова Валерии о том, что в столице «неспокойно».

Она хотела ещё что-нибудь узнать, но тут выяснилось, что дальше им с водителем не по пути. Она поблагодарила доброго мужчину за помощь и выпрыгнула из кабины прямо у входа в парк развлечений.

До приюта она добиралась минут пятнадцать – в полной темноте по общине Амали до этого не гуляла, и поэтому разобрать, куда идти, оказалось довольно сложно.

Впереди показались ворота приюта, и Элль ускорила шаг, наощупь пытаясь найти дыру между прутьями забора. Наконец дыра нашлась, и Амали, пытаясь не шуметь, протиснулась на территорию.

Было темно, тихо и безлюдно – тусклый свет горел лишь в паре окон первого этажа: должно быть, в комнате сторожа или вахтёрши. Главное, чтобы этот самый сторож там и сидел, а не обходил территорию.

Амали прикинула, что на часах должно было быть около двух ночи, и приуныла. Вряд ли её попытка достучаться до спальни Штефана останется незамеченной. Но и сидеть ждать утра – тоже не вариант. Скорее всего, Синклер поймёт, куда она направится в первую очередь, и пошлёт сюда кого-нибудь.

Она выдохнула и вылезла из кустов на дорогу, обойдя детский дом и нашарив взглядом окна комнаты Штефа на втором этаже. Она уже наклонилась, чтобы, как обычно, подобрать пару камешков, как наверху открылось окно.

- Эй, ты сестра Штефа? – свистящим шёпотом спросили оттуда.

- Да! – с радостью шепнула в ответ Амали, - он там?!

- Нет! Его ещё днём какие-то люди забрали, - сообщил голос, и Элль резко выдохнула, сжимая кулаки.

- Он просил тебе кое-что сказать.

- Что?! – чуть ли не срываясь на крик, воскликнула Амали.

- Да тихо ты!.. Сказал «Нирас».

- Чего? Нирас? В каком смысле?! Значит, они собирались отвезти его в Нирас?

- Да говорю же, пришли за ним, он даже вещи не взял, только успел мне одно слово сказать, и всё… Всё, вали отсюда, там сторожиха территорию обходит!

Оконная рама с треском захлопнулась, оставив растерянную Амали на неровно подстриженном газоне.

Увидев неподалёку свет фонарика, она опомнилась и выскочила на дорогу, рванув к дыре в заборе. Только перебравшись на другую сторону, она остановилась и задумалась, прикусив губу.

Нирас. Что хотел Штефан этим сказать? Наверняка, что люди Синклера отвезут его туда. Но зачем?

На этот вопрос ответа не было. Элль спустила с плеч рюкзак и, покопавшись, достала свою заначку.

На автобус до столицы, кажется, хватало.

- Все дороги ведут в Нирас, - задумчиво пробормотала она и, сориентировавшись, направилась в сторону автовокзала.