А Б М или С метлой на упыря

Глава 9

ГЛАВА 9

Проснулась в кровати, в своей комнате. Вокруг темнота и только свет от луны проникает в окошко. И все бы ничего, если бы надо мной не нависал муженек. Наконец — то вспомнил о том, что весь день меня не кормил? Это я так думала, а на самом деле, походу пришли поужинать мной!

В глазах Эврона темнота, лицо бледнее обычного, медленно склоняется ко мне для поцелуя? Я даже расслабилась и приготовилась получать удовольствие от своего первого поцелуя, пока не увидела как сквозь приоткрытые губы появляются белоснежные клыки толщиной с мой палец!

Визжала я от души и во всю мощь своих легких, Эврон даже с кровати упал, то ли от неожиданности, то ли его звуковой волной снесло. Как только мое тело получило свободу, вскочила с кровати, схватила первое, что мне под руку попалось и принялась самозабвенно лупасить то чудовище, которое прикинулось моим мужем. Била без остановки, понимая, что если дам клыкастому очухаться, то он быстро меня скрутит.

Не знаю сколько это продолжалось, только в какой — то момент я отвлеклась на появившегося рядом со мной Зорка, о клыкастый, не будь дураком, воспользовался моей заминкой и быстренько сквызнул в коридор.

— Сильнааа, — с улыбкой посмотрел Зорк на меня, а затем выглянул за дверь. — Отлупить упыря метлой, — покосился он на мое верное орудие, которое я все еще сжимала в руках. — Ректор даже дверь за собой не закрыл.

— Ректор? — переспросила, все еще не желая верить в то, что собственный муж только что пытался меня прибить.

— Не надо придумывать того, чего нет, — покачал головой Зорк, видя меня насквозь. — Это действительно был ректор и его проклятие. С ним такое бывает, — пожал он плечами. — То нормальный мужик, то слетает с катушек, бегает по академии и пугает всех своими клыками. Он по этому всех учеников и разогнал, боялся однажды не сдержаться и кого — нибудь выпить.

— Он пытался меня убить, — прошептала, только сейчас осознав, что находилась на волосок от гибели.

— Детка, выдохни, — фыркнул Зорк, присаживаясь рядом. — Во-первых — он бы тебя не убил, его бы молнии быстрей поджарили, во вторых — ему всего — то и нужна была твоя кровь, в третьих — это был не ректор, а тьма, которая взяла над ним верх. Просто ее надо кормить, хоть иногда, а ректор у нас мужик упертый и в какие — то моменты глупый.

— А если подробнее и с самого начала? — просительно посмотрела на Зорка и мой желудок решил меня поддержать, издав жалобное завывание.

— К чему сей интерес? — уставился на меня Зорк.

— К тому, что брак у нас нерасторжимый, и всю жизнь бегать от мужа упыря, мне как — то не улыбается! Надо что — то делать!

— Ясно, — скривился дракон. — Будем спасать еще одного болезного, — пробурчал недовольно, но потом повеселел. — Этот хотя бы твою энергию жрать не будет!

Кому что, а Зорку пожрать!

Кстати, о пожрать…

— Кушать что — то хочется, — состроила я жалобную моську.

— Пошли, — поманил меня за собой, вылетая в коридор.

— Куда? — покрепче сжала метлу и только потом последовала за драконом.

— Добывать тебе еду! Раз умеешь варить зелья, значит и суп себе сделать в состоянии, — выдал, скрываясь за ближайшим углом.

Пройдя путаными коридорами, оказались в столовой и через нее попали на огромную, грязную кухню, в которой лишь дальний угол был относительно чистым.

— Ужас, — только и выдохнула.

— Атмосферненько, скажи же? — просиял Зорк улыбкой, но увидев, что я не разделяю его веселья, добавил: — Он тут уже десять лет, зачем ему вычищать всю академию, когда он тут один? На уборку прорва сил нужна, а их из ректора тянет академия, учеников то он разогнал.

Зорк продолжал говорить, а у меня все больше пухла голова, в итоге, я не выдержала. Остановила поток его речи, попросила показать где здесь продукты, а когда засунула в рот кусок моркови и принялась за готовку, дала отмашку к началу рассказа.

— Эта академия стоит тут столько, сколько я себя помню. Еще будучи совсем мальчишкой, слушал истории про то, как один герцог из рода Астринских, начал брать в ученики ребят. Сначала одного, потом второго, а со временем к нему стали приводить детей и даже хотели платить за их обучение. В те времена туго было с обучением, умеешь читать по слогам и можешь написать свое имя, уже хорошо! В общем, брал герцог детей в ученики, брал и в один прекрасный момент понял, что их слишком много и он один не справляется. Вот с тех пор и появилась эта академия. Не сразу она стала такой, лишь спустя столетия. Умирал герцог Астринский и его дело продолжал его потомок. И все было хорошо, пока в один, не очень прекрасный момент, Девон Астринский не решил жениться на ведьме. Рисана была дивно хороша, черные волосы, зеленые глаза, бледная кожа, а фигура… — мечтательно протянул Зорк и увидев мой красноречивый взгляд, извиняюще улыбнулся. — Первый год у новоиспеченной семьи Астринских все было хорошо, Девон жил делами академии, Рисана пыталась его отсюда вытащить. В какой — то момент их мелкие скандалы перешли в серьезные ссоры. Во время такой ссоры, Рисана и прокляла своего мужа. Не помню точно все проклятие, но оно сводилось к тому, что раз ему так важна эта академия, то он теперь будет к ней привязан навечно и не сможет переступить за ее порог. И ректор действительно не смог выйти из академии, что ни делал, ничего не помогало. Шли месяцы, Рисана в академии не появлялась, только, как — то ночью, проснулся ректор от жуткой боли в груди, рвался из академии, да только выйти не смог. В ту ночь Рисана умерла рожая ректору сына и если бы не ее проклятие, ректор смог бы ей помочь, ведьминская сила признала бы его, но случилось то, что случилось. Эврона, сына Девона, воспитывали родственники со стороны жены, ректор так ни разу не увидел сына, Рисана позаботилась об этом будучи еще беременной. Шли года, маленький Эврон рос ненавидя отца за то, что тот убил его мать, предпочел ей академию. Уж не знаю как так получилось, но Эврон вырос и каким — то образом узнал правду. Примчался тогда сюда, а наш ректор был уже на последнем издыхании, слишком много из него тянула сил привязка к академии. Эврон тогда неделю просидел в библиотеке, каждый день просил у отца прощение и за себя и за мать, а в одно утро, взял и провел ритуал, забрав привязку на себя. Привязка с девона перекинулась на Эврона, вот только силы из Девона так и продолжали утекать и в итоге, его забрал Доунс Астринский, отец Девона и дед Эврона. Все надеялся его вылечить и помочь внуку, а потом взял и пропал. Тем временем, проклятие на Эврона подействовало несколько иначе чем на его отца. Уж не знаю что за ритуал он провел, но силы привязка из Эврона не сосала, наоборот, наградила его тьмой, но он ее не принял и теперь, она медленно его убивает.

— Что будет если он примет силу? — обернулась к смотрящему в потолок Зорку.

— Я точно не уверен, но склоняюсь к мысли о том, что он станет существом похожим на вампиров. Судя по его клыкам, кровь ему будет необходима, но, скорее всего не в таких больших количествах как вампирам. А в остальном можно лишь гадать, — развел он руками. — Тьма, что внутри него дама капризная и переменчивая, может как наградить, так и уничтожить. Ему бы с ней подружиться, а он ее все больше злит, вот она его и наказывает потерей сил.

— Откуда ты вообще все это знаешь? — присела рядом с Зорком, впиваясь зубами в наскоро сделанный бутерброд.

— был у меня друг, орк. В его племени шаманы частенько подселяли тьму к желающим стать сильнее, только не всегда все выходило гладко. А тьма ректора очень похожа на ту, которую подселяли. Скорее всего, проклятие обратилось тьмой и если бы Эврон ее принял, то оно перестало бы убивать нашего старого ректора, я даже и не знаю, жив ли он сейчас.

— Жив, относительно здоров и даже избавлен от проклятия, — выдала, не задумываясь.

— Говоришь так уверенно, будто сама приложила руку к его чудесному исцелению, — подался дракон вперед.

— Может и приложила, — фыркнула, все еще помня о том, что Зорк был уверен в том, что ничего у меня не выйдет с его оживлением.

— Вот теперь я пожалуй поверю в то, что ты спасешь всех в этой академии, — задумчиво протянул Зорк.

— Ты мне зубы не заговаривай, — расправилась я с одним бутербродом и принялась за второй. — Расскажи лучше, что надо делать, чтобы мой муж принял тьму и как мне с ней договориться? Как понимаю, она не воспринимается как болезнь и никакими средствами ее не вылечить?

— Правильно понимаешь, — кивнул Зорк. — Ректор тьму не примет, хотя бы по тому, что ему надо будет договориться и с ней и с тобой.

— Я то тут причем? — воскликнула возмущенно.

— Мало договориться с тьмой, ее надо принять и кормить, — показательно провел своим призрачным пальцем по моей шее.

Меня всю передернуло, пожалуй, к таким подвигам я пока не готова.

Дожевывала второй бутерброд в тишине, каждый из нас думал о своем, но лично я, косилась на пустую тарелку и раздумывала, не сделать ли бутербродов про запас? Кто знает эту рожу упыринную, вернусь в комнату, а он опять меня запрет. В итоге, пришла к выводу, что бутерброды про запас это не выход, надо идти к ректору и договариваться. Скажу ему, что больше не буду пытаться сбежать, я ж не совсем безмозглая, умею вовремя остановиться и понять, какую стену своим лбом прошибу, а об какую и лоб расшибу.

Об этом я и сказала Зорку, когда он спросил зачем я пошла на преподавательский этаж и эта зараза язвительная поначалу фыркал, а после и откровенно заржал.

— Тормоза у тебя явно не в порядке, — летел он слетом и мерзко подхихикивал. — Иначе, ты бы после первого раза поняла, что не надо соваться к воротам.

— Просто я должна была убедиться в том, что испробовала все способы покинуть эту богом забытую дыру.

— Угу, — прогундел дракон за моей спиной, — и чтобы понять это, тебе понадобилось разрушить ворота, снести несколько метров стены, с корнем вырвать магическую калитку и перепахать своей тушкой все близ лежащие клумбы.

— Я не специально, — смутилась от масштабности разрушений, а потом подумала: «Какого собственно черта? Они сами виноваты!» — Не надо было меня запирать в четырех стенах, тогда я бы их не рушила!

— Справедливо, — в коем — то веке поддакнул мне призрак. — Но так считаю только я и ты, ректору и древней магии плевать на наше мнение, именно по этому, после посещения ректора мы идем в библиотеку и учим тебя бытовой магии. У тебя есть шанс покинуть эту академию. Единственный шанс! — припечатал, увидев, что я собираюсь возмутиться.

— Язык не поворачивается назвать эту дыру академией, — высказалась и от души забарабанила в дверь с золотой табличкой, которая сообщала, что именно тут проживает ректор.

— Когда — то, это было прекрасное место в котором обучали не только бытовой магии, — принялся ностальгировать драконий принц и так хорошо у него получалось рассказывать, что я без особого труда представила светлые коридоры, огромные классные комнаты, магически огороженные тренировочные полигоны и толпы учащихся.

Тряхнула головой и принялась стучать с новой силой до тех пор пока…

— Вообще — то, как жена ректора ты можешь входить к нему без стука, — как бы между прочим пропел Зорк и как только я нажала на дверную ручку, исчез со словами: — Ну, не буду мешать вашему разговору!

Впервые пожалела, что я не ведьма и не могу кинуть в след ему какое — нибудь пакостное проклятие. Немного побурчала и затаив дыхание, нажала на ручку. Дверь открылась с тихим щелчком и я попала в просторную комнату, судя по не большому столу и стоящим у стен диванам, попала я в приемную. Сейчас эта комната выглядела удручающе: разбросанные всюду листы бумаги, слой пыли на мебели, засохшие растения в больших горшках и только протоптанная в пыли дорожка, указывала на некую обитаемость данного помещения.

— Ректор!? — позвала довольно громко, но мне так никто и не ответил.

Делать нечего, пошла протоптанным путем к другой двери, для порядка даже постучалась и только после этого открыла дверь. Вот теперь я попала в кабинет ректора и был он просто оргомен. Высокие стеллажи с книгами и папками, массивный стол, такое же массивное кресло и напротив него еще три поменьше, явно для посетителей. Вся комната хоть и была покрыта пылью, но ее слой был совсем тонок, а значит, в своем кабинете муж поддерживает чистоту.

— Ректор! — снова позвала. — Эврон! — решила сменить тактику, быть может на свое имя этот упырь отзовется.

Вокруг меня была все такая же тишина и едва заметная дорожка в пыли, ведущая к новой двери. Пошла по ней, по дороге, взяла какую — то палку прислоненную к стене, круглая, темно серого цвета, с вырезанными на ней узорами. Повертела ее в руках, прикидывая вес и осталась довольной, вот теперь мне было не страшно идти в логово упыря.

— Эвр! — заголосила во всю мощь легких. — Я иду к тебе!

Только после предупреждения, тихонько толкнула очередную дверь и оказалась в совершенно чистой гостиной. И опять Эврона в ней не было, зато была еще одна дверь.

— Ну должен же он хоть за какой — то из них отыскаться! — взвыла и с криком: — Дорогой! Я здесь! — едва ли не вынесла с ноги дверь.

На этот раз я оказалась в спальне и она снова была пустой.

— Да он издевается! Взвыла не своим голосом и резко обернулась на шум с боку. А там, медленно, очень медленно, открывалась очередная дверь!

— Да сколько же их тут! — прорычала и мне в ответ достался точно такой же рык.

Дверь резко распахнулась и на ее пороге оказался упырь!

— Ужин, — просипел он, держась руками за оба косяка и скаля на меня зубы, после чего резко качнулся в мою сторону, а я так испугалась, что не подумав, кинула в него подобранную мной палку.

Ужином я становиться не хотела.

— … забыл принести, — договорил балахонистый аккурат тогда, когда ему прилетело палкой.

Грохот был знатный, а фиолетовая вспышка ослепила меня на какое — то время.

— Я не хотела, — тихонько прошептала, пытаясь проморгаться и увидеть хоть что — нибудь кроме тумана перед глазами.

— Ему твои извинения не помогут, — послышался знакомый голос, а спустя несколько минут я уже смогла разглядеть как призрачный склонился над распластанным телом моего мужа.

— Как он там? — спросила от чего — то шепотом.

— Не боись! — сверкнул Зорк своей улыбкой. — Вдовой тебе быть пока не светит, — и только я выдохнула, как он добавил: — Но мужика откровенно жаль.

— Я думала, что он меня сожрать хочет! — искренне возмутилась и даже чувство вины куда — то спряталось.

— Подумаешь, немного бы надкусал, — издевательски фыркнул Зорк. — Хотя и не скажешь вот так сразу, что лучше, отхватить магическим посохом или загнуться от несварения.

— Оживлю! — пообещала дракону от всей души.

— Знаю, — не растерялся этот шут гороховый, — ты меня любишь!

— Посажу в клетку! — продолжила вдохновенно вещать. — И буду в тебя тыкать…

— Ножами? — подозрительно уставился на меня призрак, видимо поняв, что хватанул лишка.

— Вилкой! — выдала со злобной усмешкой. — Будет больно, но помереть не получится!

Зорк уставился на меня как на чудовище и даже отплыл немного назад.

— Стоять! — скомандовала, все еще не остыв. — Хватай его, и укладывай на кровать! Буду его лечить.

— Может не надо? — с надеждой посмотрел на меня. — Я просто увене, что ему и здесь хорошо.

— Неси! — указала рукой на стоящую рядом со мной кровать.

— Прости мужик, я сделал все, что смог, — едва слышно прошептал Зорк со скорбным видом.

Я только закатила глаза на очередное позерство драконьего принца, ибо сказать что — то, означало вступить в новый спор с обязательными издевками, а мне мужа надо вылечить. Внутри непривычно ворочалось чувство вины. Пострадал Эврон не за что, хотя… это именно он довел меня до столь нервного состояния и покормить забыл, и запер в комнате, и вообще, во всем виноват только он. Но все равно его жалко, особенно такого бледного, неподвижно лежащего на кровати, куда его без особой осторожности, сгрузил Зорк, за что получил от меня недовольный взгляд.

— Что?! — возмутился почти что искренне. — Я чтоб его с комфортом устроить знаешь сколько силы своей потратил? Вон, смотри, стал полупрозрачным! Мне срочно нужна подпитка!

— Ты и был прозрачным, — заметила, стягивая с Эврона балахон. — Так что брысь отсюда и принеси мне мой пояс с зельями, пока я окончательно столовую не прикрыла.

Зорк попытался было надавить на жалость своим несчастным взглядом, но понял, что я не обращаю на него внимание и ушел куда послали, прямо через стену.

Я же принялась за работу. Пыльный балахон полетел на пол, следом за ним сапоги. Рубашку и штаны я трогать не стала, он мне хоть и муж, но столь тесного знакомства с его телом я не желала, хватало и того, что я находила привлекательным его суровое лицо.

«Не хватало еще расплыться перед ним лужицей»! — фыркнула моя гордость.

«И что, всю жизнь от него бегать»? — проснулся здравый смысл.

«Пусть он за нами побегает, пусть докажет, что достоин»! — встрепенулась азартность.

«Он красивый», — томно пропела симпатия и тут же замолчала.

Я решила, что это к лучшему, пусть дальше так же молчит, а еще лучше, пусть спрячется подальше, ибо мне не до романов — учиться надо!

Сбегала в ванную комнату, именно оттуда выходил Эврон, когда я его палкой огрела. С трудом перебралась через кучу осыпавшихся кирпичей и штукатурки, оттолкнула в сторону то, что осталось от двери и набрав в железный, слегка покореженный таз воды, пошла обратно, по пути прихватив несколько полотенец.

Пыхтя и костеря все на свете, добралась до своего муженька. Зорк еще не вернулся и я, исключительно для того, чтобы себя хоть чем — то занять, принялась обтирать лицо, грудь, шею и руки Эврона, от грязи. Медленно скользила полотенцем по крепкому, слегка худощавому телу, стирая белесую пыль с бронзовой кожи. И настолько увлеклась, что едва не подпрыгнула от громкого:

— А вот и я!

Зорк влетел в комнату сквозь ту же стену, через которую вылетел отсюда некоторое время назад. Счастливо сверкая улыбкой подлетел ко мне и протянул мне пустую руку, после чего ойкнул и обратно вылетел в стену. Я же с замиранием сердца ждала этого долбодракона! Это ж надо додуматься, пролететь через стену, когда у тебя в руках вполне материальный пояс с моими зельями! Не дай боги хоть что — то разобьется… Всерьез задумалась над побегом из преподавательской башни. Если разобьется взрывное, то мне не жить, как и Эврону. А впрочем, убежать я все равно не успею, а если умру, то буду отыгрываться на Зорке всю свою посмертную жизнь!

— Вот, успел, — влетел Зорк, на этот раз в распахнувшееся окно и дрожащей рукой протянул мне пояс с зельями. — Все целое, — доверительно сообщил мне шепотом. — Ни единой царапинки!

— Молодец, — похвалила, без огонька в голосе и взяв пояс, разложила его в ногах у своего пациента.

Заострять внимание на промахе Зорка, который едва не стоил нам всем жизни, не стала, он и так перепугался и понял, насколько был безответственным.

Для начала, нашла пустой бутылек, открыла и поставила на край развернутого пояса, после чего начала доставать пузырьки и отливала из них по несколько капель в пустой. За основу взяла мое восстанавливающее, всего несколько капель, оно его не спасет от тьмы, но добавит сил его изможденному телу и почти пустому резерву. Для усиления эффекта, капнула снотворного и успокоительного, пусть выспится спокойно и проснется полным сил! Вспомнила о его нервозности и добавила еще несколько капель успокоительного, после чего, зажала пальцами нос Эврона и когда он широко раскрыл рот от нехватки воздуха, быстро влила в него все, что намешала. Эврон странно булькнул, закашлялся, а после и вовсе захрипел.

Я все это время стояла и пыталась понять, что сделала не так, ведь отчетливо помнила как однажды папенька вызывал лекаря маменьке, та была в глубоком обмороке и доктор именно таким образом вливал в нее лекарство. Правда он еще зачем — то сжимал одной рукой ее горло, но у него была большая рука, а у меня рука маленькая, зато шея у Эврона большая, широкая и уже вся красная, как и лицо. Решительно положила обе руки мужу на горло и что есть силы сдавила, от чего лицо Эврона стало синеть, а его ноги странно подергивались.

— Решила стать вдовой? — раздался женский голос за моей спиной. — В принципе, я тебя понимаю, — мелодично пропела девушка с интересом уставившись на корчившегося на кровати ректора.

Я от неожиданности даже выпустила из рук широкую шею и отошла подальше от девушки, краем зрения отметив, что Эврон еще немного подергался, а затем затих, посветлел и начал нормально дышать. Я все еще не понимала логики, как можно задышать от удушения!?

— Ничего не понимаю, — нахмурилась, посмотрев на незнакомую, рыжую, слегка пухлую девушку. — Ты кто такая? — уставилась на нее с подозрением.

— Скетелла, твой верный страж, — улыбнулась, показав свои маленькие клычки. — Ты называла меня Скелетинкой, — добила она меня окончательно.

— Она вампир, — зашептал мне на ухо Зорк. — Но ты можешь ее не бояться, тебя она не съест.

— А тебя? — обернулась я к дракону, нависшему над моим плечом.

— Меня тоже, — выдал он с умильной улыбкой, подумав, что я о нем переживаю.

— Жаль, — выдохнула вполне искренне, на что призрак на меня обиделся.

— Так, для сведения, — фыркнул он и принял высокомерный вид. — Душить ректора было не обязательно, достаточно просто погладить горло, чтобы вызвать глотательный рефлекс! — выдал и демонстративно уплыл в стену.

— И давно ты так, — обернулась к девушке, указав рукой на ее тело.

— Как только смогла ходить, направилась к тебе, по дороге как раз кожа наросла, — пожала она плечами. — Правда Илланий на меня все твое зелье извел, — повинилась, настороженно глядя на меня. — Так необычно, — погладила руками свои плечи. — Уже забыла, как быть живой. Спасибо, — прошептала немного растерянно.

В моей голове пока что не было ни одной связной мысли. Я не могла понять что чувствую, но угрозы от Скетеллы не ощущала, по этому, взяла за руку растерянную девушку, замотанную в штору и потянула ее за собой. Сначала поищем для нее одежду, затем пойдем на кухню, будем готовить еду, нас теперь трое живых, а поваров тут нет.