А Б М или С метлой на упыря

Глава 2

ГЛАВА 2

Мы с господином Доу, уже больше часа тряслись в открытой повозке, а если быть точной и не преувеличивать, то ехали мы с максимально возможным комфортом, чего не скажешь о тех встречных, которых мы обгоняли по дороге, ведь в их повозки были запряжены обычные лошади.

Когда с самого раннего утра к дверям дома в котором мы с учителем жили вот уже неделю, подъехала открытая, облегченная повозка, я не поверила своим глазам. В нее были впряжены не просто две белоснежные лошади, а самые настоящие легендарные скакуны! Пытаясь как следует рассмотреть их рог и крылья, я едва не вывалилась из окна, было бы не смертельно, всего — то второй этаж, но приятного все же мало.

Пища от восторга, я подхватила подол, чтобы он не путался в ногах, и быстрее ветра понеслась вниз. Настоящие, крылатые, полу разумные, элитные скакуны. Да шанс взглянуть на них одним глазком и то выпадает крайне редко, а если я потороплюсь, то смогу их даже погладить, естественно, если они мне позволят!

— Рината! — осуждающе воскликнул учитель, поймав меня прямо у входных дверей.

До вожделенной цели осталось совсем немного, но на моем пути стоял человек, которого я просто обожала и боготворила. Я не могла проигнорировать его оклик, но, как же мне сейчас хотелось быть по ту сторону дверей!

— Господин Доу, там такое! — восторженно выдохнула и вновь уставилась на закрытую дверь. — Они прекрасны!

— Я знаю, Рината, — немного смягчился учитель. — Скакуны прекрасны, но даже они не стоят того, чтобы ради них юная девушка выскакивала на улицу в одной спальной сорочке! — под конец фразы, голос учителя уже звенел осуждением. — Марш наверх переодеваться, никуда они не денутся, нам на них еще до академии добираться!

Поняв, что действительно сглупила, развернулась и бегом кинулась в свою комнату. И правда, что — то я погорячилась, если бы учитель меня не остановил, то я бы опозорила не только себя но и господина Доу. Примерно на середине лестницы, до меня дошло, что я и перед ним предстала в неподобающем виде и так вдруг стало стыдно! Я обещала его не подводить, а сама едва не… Прав видимо был отец, толку, что мне двадцать пять, веду себя хуже младенца.

Добежав до комнаты, привела себя в порядок и как бы мне не хотелось сделать все быстрее, я останавливала сама себя. Сначала для того, чтобы подобрать дорожное платье, не слишком маркое, но и не слишком простое, я ведь еду поступать в академию! Затем, у самых дверей, я вдруг вспомнила, что с тех пор как покинула родовой замок, лишилась всех слуг. Нет, господин Доу мне предлагал и личную служанку и компаньонку, но я отказалась, и так доставляла старику слишком много проблем.

Пришлось вернуться и самой собирать все вещи, которые успела распаковать за неделю проживания в этом маленьком особняке. Я даже попыталась сама вытащить чемоданы, но стоило только вытолкать мой багаж в коридор, как учитель, щелкнул пальцами и легко подхватил все мои вещи магией, да еще и посмотрел на меня взглядом: «Не таскай тяжести, когда рядом с тобой мужчина!»

Я же провожала каждое действие учителя восхищенным взглядом, раньше он не позволял себе сильно магичить в моем присутствии, но с тех пор как мы поженились и переехали сюда, я каждый день видела, как господин Доу применяет магию в бытовой жизни и не переставала восхищаться его умениями.

Я тоже хочу уметь так же! Только бытовая магия меня не привлекает именно по этому я и еду поступать в Академию Боевой Магии. Учитель сказал, что это одна из самых лучших академий и что когда — то, в этой академии ректорами были сначала его сын, а затем и внук. Мне жутко хотелось расспросить господина Доу о его сыне и внуке, хотелось задать тысячу вопросов об академии и хотелось бежать, чтобы посмотреть на скакунов. Но я пообещала себе вести себя прилично, а это значит, что нельзя лезть человеку в душу, нельзя заваливать его вопросами и нельзя носиться так, чтоб юбки задирались выше колен! Всегда ненавидела этикет.

Учитель шел к выходу, хитро косясь на меня, а я держалась изо всех сил. Раз решила стать взрослой, значит и вести себя надо соответственно, но как же хочется сорваться на бег, со всего маху распахнуть дверь, сбежать по ступеням и зарыться пальцами в белоснежную, шелковистую гриву!

— Беги уже неугомонное создание, — по доброму улыбнулся мне учитель. — Наслаждайся беззаботной юностью, успеешь еще стать взрослой.

И я, нет, не кинулась бежать, сначала я повернулась и порывисто обняла учителя, в который раз пожалев о том, что не он мой отец. От неожиданности моих действий, господин Доу потерял концентрацию и все мои четыре чемодана полетели на пол. Но и теперь я не побежала, а подобрав юбки, пошла быстрым шагом… очень быстрым… Правда по дороге покосилась на ярко желтый чемодан с надписью большими буквами: «ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ!!!» Из него ничего не бежало, не шел дым, он не взорвался, а значит, падение моим зельям никак не навредило.

Они прекрасны!

Это единственная мысль, которая крутилась в моей голове все время, что я стояла напротив элитных скакунов и не могла отвести от них взгляда. Белоснежные до такой степени, что начинало резать глаза, если долго на них смотреть. Всегда идеально расчесанная, очень длинная грива, даже я со своими косами позавидовала. Длинный, гладкий и очень острый рог посреди широкого лба. Длинные, стройные, но очень сильные ноги. Хвост под стать гриве, гладкий, волосок к волоску и что самое удивительное, даже та часть хвоста, что немного касалась земли, всегда была белоснежной, ни грамма грязи или пыли. Воистину магические создания!

А про белоснежные, крылья, можно говорить часами и только с восторгом. Сейчас они были сложены и плотно прижаты к бокам, а так хотелось, пощупать их перышки. Впрочем, я слишком увлеклась разглядыванием, забыв о том, что эти магические создания полу разумны. И сейчас они стоят напротив меня, неотрывно смотря своими огромными, голубыми глазами в которых плескалась доля сомнения в моем психическом состоянии.

— Простите. Простите меня, пожалуйста, — обратилась к двум статным красавцам, извиняясь за свое слишком пристальное внимание. — Просто вы такие потрясающие, а я всегда мечтала… — замолчала, захлебнувшись собственным восторгом. — Ууххх, — выдохнула, помахав на себя руками. — Я все еще не верю.

— Рината, нам уже пора, — окликнул меня учитель, который успел не только дойти до повозки, он уже загрузил мои вещи и терпеливо стоял рядом, дожидаясь меня, чтобы помочь сесть внутрь нашего очень комфортного транспортного средства. И комфорт создавала вовсе не хорошая повозка, а эти прекрасные создания, которые способны провезти своих пассажиров по самому жуткому бездорожью, так, что ни одной кочки не почувствуешь. Про езду с магическими скакунами говорили так: «Будто плывешь по воздуху, даже не качнет лишний раз!» А еще говорили, что их можно не только запрягать в повозки, но и сесть верхом, и тогда они взлетают на своих огромных белых крыльях. Но никто этого не видел.

— Рината! — вновь окликнул меня учитель и я, очнувшись, резко отдернула руку, которой уже почти коснулась носа скакуна.

— Ой, простите, я не специально! — извинилась опять, но на этот раз мне стало действительно стыдно. А если бы мне кто — то незнакомый начал тыкать рукой в лицо?! — Я не хотела. Правда — правда. Вернее хотела, но не без вашего разрешения. Ох, мне пора, а то учитель потом всю дорогу будет сверлить меня осуждающим взглядом, — зачем — то решила рассказать об этом, скакунам и знаете, они оценили! Вот я больше чем уверенна, что фыркали они не просто так, это они тихонько смеялись.

Посмотрела на господина Доу извиняющимся взглядом и поспешила к нему, но когда я обходила магических скакунов сбоку, почувствовала, как бархатный нос коснулся моей руки. Замерла, недоверчиво смотря на скакуна, а он фыркнул и уже не стесняясь, боднул меня своей головой, явно подставляясь под мои руки.

С трепетом, дрожащими пальцами погладила шелковую гриву, гладкую, сильную шею, широкий лоб. А в конце, мою щеку слегка пощекотали губами.

— Она уже больше двадцати лет никого к себе не подпускала, — грустно улыбнулся учитель и все же утащил меня подальше от этих дивных созданий. — С тех пор, как умерла моя жена, Снежинка была очень одинока. Теперь она твой самый преданный друг.

— Я… — меня сейчас переполняли столько разных чувств и эмоций, что я не только говорить, я мыслить ясно не могла.

— Посиди, успокойся, — помог мне забраться в повозку учитель. — Уложи все в своей голове, потом я отвечу на твои вопросы.

Мне действительно было что обдумать. Чуть больше чем за неделю, моя жизнь, слишком часто, делала очень крутые повороты.

Ожидание свадьбы с любимым человеком, день венчания. Я тогда была так счастлива, что готова была обнять весь мир. Думала, осуществилась одна моя мечта и до второй осталось совсем не много.

Счастье было не долгим и сменилось болью, разочарованием и крушением всех моих надежд. Меня предали самые близкие и любимые люди. А быть может, никто меня и не предавал, быть может, это я слишком слепа и наивна? Ведь не могли же они всю жизнь быть хорошими и измениться в один момент!

Любовь слепа и зла… Вот по этому я и не жалею, что пошла к учителю и стала женой старика. Напротив, я рада этому факту и тому, что в мужья мне достался столь достойный человек. Если честно, в том свадебном ритуале, я ничего не поняла. Господин Доу постоянно что — то бубнил, потом порезал нам ладони, смешал нашу кровь и нарисовал ей два браслета, почему — то, оба на мне, по одному на каждую руку. Почему он не нарисовал один браслет на своем запястье, а второй на моем, я спросить не успела.

— Ну вот и все, теперь ты часть семьи Астринских.

Это все, что успел произнести учитель. Едва он договорил, как дверь классной комнаты выбило, и если бы не щит, которым господин Доу нас прикрыл, то лично меня размазало бы по стеночке, той самой, выбитой дверью.

В дверях стояли разозленные отец и Роберт. Они что — то гневно кричали и размахивали руками, но почему — то, звук до меня не доходил. Зато дошло то, насколько же сильно я, своими действиями, подставила под удар учителя. Да, у него есть опыт и магия, но против него двое не слабых магов с поддержкой своих древних и богатых родов.

Тогда — то я и поняла, что ничего еще не закончено и закончится явно не в нашу с учителем пользу. Сейчас господина Доу убьют, а затем, выдадут его вдову замуж и хорошо, если мне дадут выдержать хотя бы минимальный срок траура.

Пока я себя накручивала, господин Доу снял со своего пальца массивный перстень, который я почему — то никогда не замечала за все время обучения. Красивый, дорогой и явно древний.

— Иди в свою лабораторию и жди меня там, — шепнул едва слышно и надев кольцо мне на палец, открыл переход, в который легонечко меня подтолкнул. — Все будет хорошо, за меня не переживай, — подмигнул мне учитель.

— Их двое, еще и охрана… — вцепилась я в своего спасителя.

— И я всем им не по зубам, — широко мне улыбнулся. — Верь мне, — попросил и указал пальцем на переход.

Решила с ним не спорить, быстро шагнула куда послал меня учитель и лихорадочно принялась собирать нужные мне пузырьки. Специально выискивала самые убойные, так как не собиралась оставлять учителя наедине с МОИМИ проблемами.

Взяв нож, обрезала по колено пышный подол платья, оборвала широкие, полупрозрачные рукава, нацепила на себя пояс с множеством кармашков заполненных зельями, набрала бутыльков в руки и решительно развернулась к дверям, возле которых стоял невозмутимый господин Доу.

— И куда же вы, юная леди, собрались? — спросил с лукавой улыбкой.

— Вас спасать, — тихо проговорила и шумно выдохнув, принялась аккуратно расставила на столе все бутыльки с ядовитым газом, которые были в моих руках, а потом подумала немного и достала разъедающую кислоту, которую запихала в довольно открытое декольте, из прически тоже вытащила несколько взрывоопасных зелий.

— Пояс тоже можешь снимать, — хмыкнул учитель и в его глазах я заметила одобрение и гордость? — Я все уладил с твоими родственниками и бывшим женихом. Претензий к нам больше нет и ты можешь собираться не спеша.

Я тогда пыталась задавать ему вопросы, но он сидел и только загадочно улыбался. Выбесил знатно, но так ни на один вопрос и не ответил. Дальше, я собирала свои вещи молча, лишь пыхтела недовольно и раз учитель сказал мне не торопиться, а над душой не стояли папенька с Робом, то я решила забрать все, что принадлежало мне. От самой простой шпильки, до дорогих драгоценностей, от домашних туалетов, до бальных, ну и конечно же не забыла про зелья и ингредиенты, забрала даже обычную ромашку! Потом подумала, уточнила у господина Доу, разрешено ли мне будет иметь собственную лабораторию, и получив утвердительный ответ, со счастливой моськой, сгребла все тарелочки, колбочки, горелки, ступки… все в общем.

А вот когда слуги, все мои вещи сгрузили у выхода из замка, я растерялась. Их было так много, что и за три раза на самой большой повозке не увезешь. Я была в печали. Ровно до того момента, как учитель в несколько пасов уменьшил все до игрушечных размеров, а затем потребовал четыре чемодана, в которые все уложил одним пасом руки. Тогда то и появилась на желтом чемодане надпись: «Опасно для жизни», как потом пояснил учитель, в него он сложил все, что связанно с моей лабораторией, заодно и спросил про разрешение на данную деятельность. Я же только плечами пожала, чего не было, того не было. Папенька бы удавился мне достать это разрешение, все время отмахивался моей безопасностью, теперь я понимаю, что боялся он совсем не этого, ему просто покорная овца нужна была.

Порадовалась тому, что оборудовала лабораторию тайно. Нашла потайные ходы, несколько скрытых комнат и устроила себе то, о чем всегда мечтала. Было тяжело, но я справилась, а про разрешение я не переживала, даже если бы моя не легальная деятельность вскрылась, папенька в два счета мог отмазать меня. С его то деньгами и связями!

— Сделаем, — весомо бросил учитель и сделал едва заметное движение, после которого слуги бросились грузить мои чемоданы в подъехавшую повозку.

И знаете? Господин Доу мне не соврал. На следующий день, с самого утра мы отправились за разрешением. Первый тревожный звоночек раздался в моей голове тогда, когда зайдя в управление по магическим делам, мы не встали в привычные очереди, а сразу же направились по лестнице вверх, до нужного нам кабинета. Я все ждала, когда же охранная магия нас вышвырнет, но этого не случилось, окончательно успокоилась и насторожилась, когда все встреченные нами работники магОтдела, здоровались с господином Доу, еще и кланялись!

Да в этом управлении даже отец с Робертом и те стояли в очереди, а работники перед ними даже головы не склонили! С подозрением посмотрела на учителя, но тот мне лишь подмигнул. Про возникшие вопросы я потом сама забыла, ровно в тот момент, когда учитель вручил мне бумагу с самыми сильными охранками и была она на мое имя!

Всю дорогу до дома учителя, в который мы заселились вчера, поздно ночью, я шла улыбаясь и прижимала к своей груди заветное разрешение. Это ж теперь можно начать делать зелья совсем другого уровня! Я знала их множество, многие уже давно доработала в своей голове, вот только на практике делать ничего не могла, так как эти зелья относились к разряду мало опасных и могли взрываться. Теперь же у меня есть разрешение с самым высоким допуском. Теперь я могу делать все, что захочу и мне за это ничего не будет!

Все дело в том, что это не простое разрешение, а с очень сильной магической составляющей. Стоит такое разрешение приложить к стене лаборатории и шепнуть слово активатор, как вся лаборатория становится защищенным местом, в котором я не обожгусь кислотой, не надышусь вредными парами и не взорвусь, если сделаю что — то не так. Не будет страдать и само помещение, а вот оборудование и ингредиенты очень даже пострадают в случае неудачи. Учитель мне объяснил это тем, что надо как — то учить криворуких зельеваров. Они защищены, помещение защищено, а если бы еще и все остальное не портилось и не взрывалось, то не было бы смысла в аккуратности.

Я с ним была полностью согласна и мне жутко не терпелось приступить к изготовлению всех зелий и желательно сразу. Но зайдя в комнату и активировав разрешение, я вдруг поняла, что должна рассказать учителю о своем изобретенном зелье восстановления. И когда господин Доу принес мне мой чемодан, я ему обо всем рассказала. Если честно, думала, он погладит меня по головке и отправит варить зелья дальше, или вообще пошлет. Но учитель прищурился, закатал рукава на своей рубашке и попросил мое зелье.

Не раздумывая ни минуты, нашла флакон в котором плескалась ядовито желтая жидкость, подала ее учителю, попутно объяснив, что пробовала зелье на старых и покалеченных грызунах, им помогало. Один раз даже на сильно поранившейся собаке попробовала, раны затянулись за час, шерсть нарастала около двадцати минут, полностью пришла в себя через три часа. Так же повинилась в том, что подлила как — то зелье особенно противной маминой подруге, которая вечно старалась меня задеть побольнее. Эта подруга потом весь месяц хвасталась своими грязевыми масками, которые прямо на глазах возвращали ей молодость.

Правда решила промолчать о том, что спустя три месяца, когда так и не дождалась никаких побочных действий, подлила той же подруге зелье медленного облысения. Но по тихому смешку учителя, поняла, что он слишком хорошо меня знает и понял все сам.

— Это слишком дорогой подарок, — серьезно посмотрел на меня учитель.

— Вы помогли абсолютно чужой для вас девушке, это в разы дороже, — не согласилась я с учителем и предложила провести несколько экспериментов вместе. — Так и вы убедитесь в его действенности и я лишний раз перестрахуюсь.

Учитель немного подумал и отказался, упирая на то, что зелья слишком мало, но сдался, когда я вытащила еще три флакона и пообещала, что могу сварить новое, только мне для этого надо очень много ингредиентов и почти год времени.

В тот же вечер он повел меня на прогулку по ночным улицам и мы целенаправленно шли к неблагополучным районам и вскоре, наши поиски увенчались успехом. В ремесленных кварталах мы с учителем наткнулись на почти что растерзанную собаку. Она была очень большой, довольно упитанной и ее черная шерсть блестела от крови. Слишком много на ней было рваных ран.

— Скорее всего его забили собственные хозяева, — покачал головой учитель и не обращая внимания на грозное рычание, разжал псу пасть, а я вылила в нее половину бутылька. — Если очухаешься, приходи, будешь жить у меня.

И на утро, мы нашли черного пса на пороге дома. Он был еще слаб, но следа от ран не осталось. Учитель был мной горд и не скрываясь сказал мне об этом. А к обеду, позвал меня на финальные испытания моего зелья, правда, сразу предупредил, что пойдем мы в лечебницу для малоимущих и лишенцев. Я согласилась пойти, даже не раздумывая.

Впоследствии, конечно, раз десять как минимум, пожалела о своем решении, но отступать не стала, даже когда учитель заметил мое бледное лицо и предложил отправить меня в комнату переходом. К давящей атмосфере привыкла быстрее всего, вскоре практически перестала обращать внимание на запахи и стоны, но гримасы страдания, боли и безнадежности, меня медленно убивали. К страданиям живых существ, привыкнуть невозможно. Радовало только одно, вскоре, полностью или частично, этих людей вылечат.

Я сжав зубы смотрела на этих страдающих и понимала, что могла оказаться на их месте. Ведь почти все здесь находящиеся были лишенцами. Да, не спорю, кто — то сам выбрал свою судьбу не желая обучаться магии, но кого — то заставили так, как хотели заставить меня.

— Не думай об этом, — тихо шепнул мне на ухо учитель и подтолкнул к неприметной двери. — Мы пришли, — улыбнулся мне и открыв дверь, пропустил меня вперед.

В маленькой комнатке находился мужчина в возрасте и три немощных старика. Учитель представил мне мужчину как своего хорошего знакомого и меня сразу же усадили на единственный стул. Оставшееся после лечения пса зелье, я отдала господину Доу, тот передал его хмурому мужчине и уже он сам вливал мое зелье восстановления троим старикам.

— Теперь идем домой и возвращаемся вечером, — приобнял меня за плечи учитель и я обняв его в ответ, уткнулась носом в его грудь, с удовольствием вдыхая едва ощутимый парфюм, который хоть немного перебивал смрад этого места.

А вечером, когда мы вернулись в ту самую комнату, на кроватях сидели три старика и с удовольствием уплетали еду. Уже сейчас было хорошо видно то, насколько им стало лучше, мало того что вылечились, так еще лет десять скинули.

Прежде хмурый мужчина, теперь был не на шутку взволнован и все рвался поговорить со мной, но этот момент я сразу обговорила с учителем. Я согласна была иногда помогать безнадежным больным, но не хотела, чтобы обо мне и о зелье восстановления узнали. Когда я отучусь, то обязательно его запатентую и буду продавать богачам, а на вырученные деньги, буду снова делать зелье и раздавать его беднякам. Но только не сейчас, когда я не способна защитить сама себя.

Когда мы вернулись домой, учитель ходил задумчивый, а я ему не мешала, пусть сам решает, пить зелье или нет. Последние три бутылька остались у меня и я отдам один господину Доу, когда он решится.

Решился он на утро следующего дня, но начал разговор совсем не с того, о чем я думала.