Заветное желание Его Темнейшества

Глава 12

Следующим утром Августа рано вытащили из постели.

— Он! Это он! — вопил Дирк, тыкая в Августа обгрызенным ногтем.

Сонный Август не мог сообразить кому и что от него надо. Он совершенно вымотался вчера. Восстановиться за ночь он не успел. Непривычное к тренировкам тело ныло. Мышцы пронзило болью, когда ему вывернули назад руки. Под громкие вопли Дирка, Валенс и Нейл вывели Августа из общей спальни.

— Заткнись, Дирк, — поморщившись, бросил ему Валенс, — прибереги голос для префекта.

Дирк послушался и умолк, но далеко не отходил. Август заметил торжествующий вид Дирка и решил, что Рамон таким образом мстит ему за вчерашнее. Драки были запрещены, но Август не беспокоился. Вчера компания была навеселе, а этот проступок карался жестче.

— Что происходит? — на всякий случай решил спросить Август. Нужно было подтвердить свои догадки.

— Иди, — грубо подтолкнул его Нейл, и на вопрос не ответил.

Августа приволокли в одну из кельев восточного крыла, находившихся за казармой. Выход оттуда был только один, через казарму, где всегда был кто-то из стражи и поле для тренировок. Кельи, как им и полагается имели одно крохотное окно, под самым потолком. Его и окном-то было нельзя назвать. Скорее лаз для вороны. Не келья — камера. Перед уходом Валенс задержался у дверей и не оборачиваясь бросил:

— Не ври, префекту, Август.

С лязгом грохнул навесной замок. Ключ в нём повернулся с противным скрежетом. Его давно не использовали. Август остался один.

Храм гудел как переполошённый улей. Рия, беспокойно высматривала Августа. Обычно не отлипавший от неё и проводивший каждую свободную минуту с ней, он вчера даже не объявился. Тётушка Бринна немного успокоила её, сказав, что видела Августа утром. Но и к вечеру Рия Августа не нашла. Занятая с самого утра поисками Августа девушка не обращала внимание на разговоры.

— …убили…

Услышала она отрывок разговора и догнала идущих впереди служительниц.

Женщины в храме, как и везде оставались собой. Они любили посплетничать и пообсуждать окружающих. Всё женщины одинаковы. Кроме жриц. Те уходили от мира, запирались в храме и в своём внутреннем мире, чутко прислушиваясь к голосу богини. Служительницы же жрицами не являлись, они скорее были прислужницами. Выбирали их из тех воспитанниц, кого, на двадцатый день рождения, обошла своим вниманием Айне и которые так и не вышли замуж. Повод для обсуждения сегодня был громкий.

— Кого убили, Ниса? — догнала женщин Рия.

— Ты что, не знаешь? — всплеснула та руками. — Рамона убили. Сегодня ночью. Да говорят избили сначала сильно. Еле узнали его, и то, по одежде.

— Рамона? — переспросила Рия, — а вы Августа не видели?

— Ой, — округлила глаза Ниса, — ты и этого не знаешь?

— Так говорят Август и убил, — перебивая Нису затараторила её собеседница, Нарина. Желая тоже поделиться новостью с ничего не ведающей Рией.

— Какой Август? — Рия недоумённо переводила взгляд с одной женщины на другую.

— Как какой? Можно подумать у нас Августов много, — засмеялась Нарина. И, понизив голос, доверительно прошептала, — говорят сам префект разбираться будет.

Рия остолбенела и перестала отвечать на вопросы. Ниса с Нариной ушли дальше, потеряв к ней интерес. В голове совершенно не укладывалось что Август мог кого-то убить. Нет. Только не он. Он не мог. За все пять лет, что Август был с ней, он не убил даже лягушки. А тут Рамон. Да и за что? Рамон с Августом почти не общались. Август… Надо найти Августа. И Рия побежала к человеку, который знал все новости храма — тётушке Бринне.

— Августа в восточных кельях заперли, а Рамон лежит в мертвецкой. Сильно страшный он… Ох… Как же так…

Рия не стала дожидаться, когда тётушка доохает и, выскочив из кухни, бросилась к казармам. Сердце бухало в груди и в висках, а в голове билась только одна мысль о том, что Август не виноват.

Подходя к казармам Рия сбавила шаг и досадливо поморщилась. У входа, лениво привалившись спиной к стене и вытянув вперёд ноги сидел Валенс. Его она хотела бы видеть в последнюю очередь, и уж тем более, просить о встрече с Августом. Тяжело вздохнув, она направилась к стражу.

— Красавица… — протянул Валенс и растянул губы в довольной улыбке. Впрочем, вставать не стал. Так и остался сидеть, глядя на подходившую Рию, снизу вверх.

— Послушай, Валенс, мне нужно к Августу, — Рия нервно переплела пальцы.

— А я думал, ты ко мне… — разочарованный вздох стража был нарочито громким. Он подтянул длинные ноги и облокотился на них, положил подбородок на сцепленные кисти рук. Хитрая улыбка отразилась в серебряных глазах, — а что мне за это будет?

Рия молчала, у неё не было ответа на провокационный вопрос Валенса. Тот тоже молчал. Ждал, когда Рия поневоле включится в игру. И ждать готов был сколько угодно. Он не собирался упускать выгоду из сложившейся ситуации. Проходили минуты. Красивая, словно нарисованная, бровь Валенса поползла вверх, указывая на то, что молчание затянулось.

— Чего ты хочешь? — не выдержала Рия. Нервы были на пределе. В глазах начинали копиться слёзы. Но плакать перед Валенсом она сейчас не хотела.

— Прямо-таки чего хочу? — улыбка стала шире, а взгляд нескромно прошёлся по фигуре. Рия поежилась. Валенс встал и заложив руки на спину наклонился так, чтобы его глаза были на уровне глаз Рии. Две пары серых глаз смотрели друг на друга. Испуганные темно-серые и холодные льдисто-серебряные. Валенс насмешливо и изучающе смотрел на Рию, наслаждаясь её испугом.

— Не бойся, красавица, я хочу всего лишь поцелуя.

Серебро его глаз скользнуло по лицу девушки и остановилось на её губах. Он выпрямился, кинул быстрый взгляд по сторонам и, неожиданно подхватив Рию за талию, завёл внутрь.

— Прямо сейчас, — прижимаясь всем телом, он придавил Рию к стене.

— Но я ещё не согласилась…

— Ты же хочешь увидеть Августа? Или я ошибаюсь?

Жаркий шёпот обжёг ухо. Рия вздрогнула и уперлась руками в мужские плечи. Он, не обращая внимания на неловкое сопротивление, длинными пальцами приподнял её голову за подбородок. Взгляд Валенса стал серьёзным. Из него пропала язвительность и холод. Появилась тяжесть. Он опутывал, словно цепями, не давая пошевелиться и даже вздохнуть. Как завороженная, Рия смотрела на приближающее лицо Валенса. Медленно. Очень медленно. Касание было лёгким и почти невесомым. Чужие губы оказались ошеломляюще холодными, в отличии от его горячих рук.