Глава 16

ДАРМ'РИСС

Бесконечный сон боли закончился. Я унял остаточные судороги, криво — как настоящий темный эльф старых времен — ухмыльнулся. Пытки — ха! Нашел чем испугать.

Скупщик мог завладеть моим телом, заставить выполнять его приказу — к этому меня обязывал договор. Ну уж мой язык и мысли были ему неподвластны — и поэтому он уже целую вечность (так мне казалось) пытался заставить меня выговорить слово "Хозяин". Ага, сейчас, шнурки поглажу только…

Тьма, где я таких выражений нахватался?

В любом случае, то, что я могу ему хоть в чем-то противостоять, как-то подбадривает.

— Вставай, — один из рабов Скупщика пнул меня под ребра.

Ну, встал. Что дальше?

Представ перед Скупщиком, я еще раз стукнулся лбом об стенку (не дождешься!), а потом выслушал свой первый приказ. Он был прост.

— Убей того, на кого укажет этот маг. Видишь ауру?

Кивнул, стараясь лишний раз не открывать рот. Значит, в Мидгард. Может. Найдется способ сбежать?

Ладно, что я себя глупостями тешу…

Взял Раоки, которые принес слуга. Личный убийца на службе демона. Дальше опуститься уже невозможно…


Став тенью, я перенесся в Мидгард, на подозрительно знакомую улочку. Прага? Я даже улыбнулся помимо воли — по этой улице полгода назад мы шли с Лаэли, а потом устроили битву снежками…

— Демон? — бесцветный склизкий голос. Ах, ну да, я сейчас в облике расплывчатой тени.

Это маг, чей приказ я должен был исполнить — невысокий, жилистый, с вздернутым носом и блеклыми глазами.

— Ты должен убить.

— Спасибо, я в курсе. Кого? — меня это начинало даже веселить… до тех пор, пока я не услышал имя.

— Его зовут Владлен. Старый маг, сильный. Владелец гостиницы "Изумрудная Скрижаль". Ну, чего ты ждешь?

В памяти пронесся добродушный чародей с внешностью благородного офицера, травяной настой и… нет, я не собираюсь делать это.

Я тебя предупреждал…

Я отступил на шаг. Убежать?.. Не тут-то было. До зубовного скрежета, напрягая каждую клеточку тела — но оно двигалось помимо моей воли. Таков сила Договора.

Рубины в навершии Раоков потухли, клинки окрасились темной кровью. Будто в трансе, я смотрел на тело мага, нелепо раскинувшее руки на полу его комнаты. Напротив было зеркало — я не отражался в нём, но мне казалось, что на моем месте сейчас стоит дхаэроу древних времен — чудовище с горящими алыми глазами; ноздри трепещут, ощущая запах смерти… Или я такой и есть?

Нет! Отвращение шевельнулось внутри. Я бы бросил клинки, если мог — но руки сжались так, что кожа на костяшках натянулась и посерела.

Мен привлекло движение на полу — тело Владлена преображалось. Что за?..

Мгновение спустя предо мной стоял готовый к прыжку тигр с человеческими глазами. Оборотень.

— У кошки девять жизней, — рыкнул тигр. — Сразимся еще раз?

А вот черта-с-два! — радостно завопил Иззмир. Даррис, поступай в лучших традициях демонов — тебе приказали убить, а сколько раз — не говорили. Валим!

А я-то думал, что моё альтер-эго — интеллигентный честный мальчик. М-да.

Воля Скупщика властно выдернула меня на план Хеля. Слуга принял Раоки, но я едва мог позволить себе расслабиться. Хорошо, сейчас повезло. А в другой раз, кого прикажут мне убить?..

— Если ты будешь так же хорошо выполнять мои приказы, я разрешу называть себя просто Лорд, — сказал Скупщик.

— Я его не выполнял. То есть — не я…

Чертов ошейник, жжет кожу, душит.

Скупщик довольно рассмеялся.

— Ты сломаешься, Кенррет, никуда не денешься. Ты ведь любишь отнимать жизни.

Люблю ли я? Я замер. Возможно, когда-то, это было своего рода спортом, но сейчас — нет. Я понял цену жизни.

— Только один вопрос. Как вы думаете, скоро ли тот маг, чей приказ я выполнил… он скоро закроет Договор и продаст свою душу?

— Думаю… — демон положил подбородок на скрещенные пальцы рук, — очень скоро.

Я кивнул.

— Рад слышать.

Можно задуматься: Владлен, владелец "Скрижали", имел темное прошлое. Кто знает, сколько смертей на его счету? Возможно, он это заслужил.

А если нет? — влез любопытный Иззмир.

Погоди, ты не дослушал. Возможно, он это заслужил. Но… но, кажется, я не имею права судить, кто чего заслуживает. Лишь боги обладают таким правом — или даже они не могут судить…


ЛАЭЛИ

Я дожидалась однокурсников, пролистывая "Локетологию для начинающих", которую удобно устроила на спине Алхаста. Эльф жмурился на солнце и только что не мурлыкал.

Ребята — кто с ухмылочками, кто ласково, кто с беспокойством — приветствовали меня. Но среди знакомых лиц не было одного.

— А где Морфей?

Инелен и Габриель переглянулись.

— Тебе не сказали? Он уже третий день не выходит из комнаты.

— Почему?

Вампир пожал плечами.

— Депрессия.

Оставив "Локетологию" делать тайский массаж светлому эльфу, я поторопилась к альву. Час от часу не легче.

— Входите.

— Морфей?

Альв вытянулся на кровати. Его равнодушный взгляд был устремлен в потолок. На звук голоса он даже не повернул голову.

— Морфей, что с тобой? Почему ты не выходишь из комнаты?

Крылатый раздумывал над ответом, пока я со страхом смотрела на его изменившееся лицо. Как маска. Хаос внутри меня бил панику — Небытие властно захватывало тело магика.

— Не выхожу, — наконец ответил Морфей.

Этого было достаточно — я просочилась сквозь перекрытия, больно шлепнулась о пол первого этажа башни, едва успев погасить скорость заклинанием левитации. Отряхнулась, побежала к главному корпусу, распугивая ежегодный парад призраков. Хватит с меня, хватит всего этого!


Переводя дух, я прижала ладонь к груди. Спортом надо заниматься. Вернувшись в более-менее адекватное состояние, постучала в дверь кабинете ректора.

— Да, Лаэли. Что-то случилось?

Ким, как всегда, клевал носом за столом, заваленным бумагами. Вик сидел на диванчике напротив, нанимаясь любимым делом — строя кислые рожи. Но мне было мало дела до него.

— Профессор Ким, один из студентов моего курса очень болен.

— Ну почему же вы обращаетесь ко мне, а не к профессору Вику? — декан поднял брови.

— Я уже обращалась к профессору.

Вик приоткрыл рот. Я поняла, что, елси дам ему заговорить — вечер пропадет почем зря, поэтому собралась с духом и выпалила:

— Небытие. Его коснулась Бездна.

Вик фыркнул, встал с диванчика. Задержался на секунду.

— Где?

— Третья комната, Морфей — он альв.

Ким тоже приподнялся из-за стола, невозмутимо почесал нос.

— И как же его угораздило перейти дорогу Бездне? Лаэли, вообще-то магикам не полагается такое знать. Не хочешь мне еще кое-что рассказать?

Да, это был серьезный вопрос. Дара сейчас нет — и придется решать самой. А если решение будет неправильным, что тогда? С другой стороны, маги, даже такие могучие, как наши преподаватели, не смогут помочь.

Ах, до чего сложно. Дар, чертов эльф, где тебя носит…

— Нет, профессор.

— Что ж… как хочешь.

— Профессор, у меня к вам есть еще один вопрос. Как добыть философский камень?

Неожиданно? Ой, да ла-адно. Ведь Гарольд — крылатый Страж Зеркала из верхнего мира, написал об этом в своем предсмертном письме. Что оно было предсмертное — в этом убедился Алхаст, найдя в воздушном замке лишь пустую раму. Осталось только три Зеркала. Время поджимает.

Ким похлопал ладонью по столешнице.

— Что-то рано я встал. Зачем тебе философский камень, Лаэли? Или тоже умолчишь?

— Умолчу. Но, поверьте — это нужно… очень нужно.

— Кхм. Дети, дети… что ж вы себе всё неприятности ищете? — Ким сощурился, глядя в сторону. — Кто твой куратор, Ринальдо?

Кивнула. Именно этот ненормальный.

— Я сообщу ему и передам кое-какие книги. Только знай — тебе не удастся добыть камень. Ингредиенты, сила, опыт… Но я не отговариваю.

Неловко поблагодарила профессора.

— А теперь — давай догоним Кима. Кроме тебя, кто-нибудь еще знает, что твоего однокурсника настигла Бездна Гинунгагап?

— Сессен, Эрик… И Алхаст. Но он не однокурсник, — зачем-то пояснила. Мысли начинали путаться — зря я рассказала! Или не зря?.. Не понимаю.

Как мне все это надоело. Мы с Даром совершили ошибку — не надо было вмешивать никого из друзей. За Зеркала отвечаем только мы.


ДАРМ'РИСС

Желание сбежать — единственное, что поддерживало меня в эти бесконечные часы. Дни? Годы? Не знаю. Запретил мыслям возвращаться к прошлому — чтобы не жалеть об утерянном. Со мной остался только Иззмир и яростная жажда свободы. Я выполнял приказы — и выполнял хорошо. Сознание закрывалось, предоставляя телу право действовать.

Не знаю, хочу ли я вернуть себе свою душу, после того, как её омыли потоки чужой — иногда невинной — крови?..


Очередной приказ. Машинально отряхнул клинки, последовал за слугой — он отвел меня не в мою каморку, а в соседнюю, побольше размером. Двухместный люкс, понимаете ли. Не обращая внимания на нового соседа, прошел к матрасу, брошенному у стены. Еще один раб — еще одна сломанная душа. Что-то не тянет на разговоры.

Фигура шевельнулась.

— Дхаэроу? — раздался голос, который помимо воли вызвал воспоминания и эмоции. Я замер.

— Дроу, — я напрягся, ожидая, пока собеседник подойдет ближе. "Дхаэроу" — значит, он из древних времен, когда мы еще поклонялись Паучихе. Он может и не знать слова "дроу".

— Отступник? — его голос остался равнодушным. — Я не помню твоего лица.

Его глаза — цвета спелой вишни — приблизились, он внимательно изучал меня.

— Золотые глаза. Но ты не Иззмир. И не Ксани, — мужчина хмыкнул, отступая на шаг.

Теперь была моя очередь рассматривать его жесткое лицо с острым подбородком, циничную неправильную улыбку — один угол рта выше другого. Кого-то напоминает. Будто я видел его уже тысячу раз…

— Тебя зовут… Мертель?

Не верю своим глазам. Великий воин, основатель нового королевства дроу — здесь?

— Верно, — мягкий, пружинистый шаг. — Но я тебя не знаю, златоглазый. Кто ты?

Я поморщился.

— Всё как в дурацком романе. Знаешь, я твой внук, Дарм'рисс Кенррет. То есть — прапраправнук. Двоюродный. Обнимемся и будем рыдать друг у друга на плече?

Он хрипло хохотнул, приблизился.

— Значит, там, в Срединном мире, немало лет прошло. А идиоты, заключающие контракты со Скупщиками, всё еще остались. Значит, внучок, ты потомок Иззмира?

— Вроде того. Мертель — позвольте называть вас по имени?

— Ну не дедушкой же. Ты хочешь узнать, как я сюда попал.

Передо мной стоит легенда — а я спокоен, как осиновый кол.

— А ты хочешь узнать, как изменилось молодое королевство дроу. И что поделывают ллоты.

— Конечно — особенно если учесть, что я не знаю, кто такие ллоты, — Мертель снова косо ухмыльнулся, и я понял, что скульпторы, делавшие его статую для Города Мира, сильно польстили воину.

Он мне нравился, определенно.

— Ллоты — те, кого вы называли дхаэроу. Последователи Ллос. Их загнали в подземелья, а мы, дроу, пытаемся строить свою жизнь согласно новым правилам.

— Ты не слишком оптимистичен, внучек, а? Отвечу на твой незаданный вопрос — я здесь потому, что был крайне неумелым магом. Один единственный приказ — помочь в защите Города Мира — и моя душа стала платой. Ради чего пожертвовал ею ты?

— Как бы объяснить, — я замялся, чувствуя себя неловко. — Надо было спасти одну жизнь… Но от неё зависит многое в Игге.

— От неё, — протянул красноглазый эльф, а потом неожиданно подмигнул — Хорошенькая?

Я дипломатично булькнул нечто неразборчивое.


Время до следующего приказа — ночь или день, не знаю — мы провели за разговорами. То, что Мертель провел в рабстве у Скупщика более тысячи лет, не обнадеживало. Несмотря на показную браваду, он отчаялся — и согласен был на смерть. Но даже погибнуть без повеления Скупщика мы не могли.

Ладно, посоревнуемся.

Мой задор заставил дроу покачать головой.

— Ты еще не сломался. Дарм'рисс, у меня к тебе есть немного странный вопрос. Раз ты Архимаг, может, ты слышал о Зеркале в скале? Оно необычное.

— Мать моя Паучиха… — я схватился за голову. — Так ты — его Страж? Хоть бы записочку оставил…

— Так, — он встревожился, сел ровно. — Оно трескается?

— По правде говоря, возможно, уже треснуло. На Иггдрасиле осталось четыре Зеркала, в общей сложности, Стражи мертвы, мир катится в Хель… Весело живем. А ты тут прохлаждаешься.

Воин покачал головой.

— Чтобы разрушить Зеркало — или восстановить его, в Мидгарде должен быть Страж. Но как я мог передать эту должность другому магу, если из рабства Скупщика не возвращаются?

Какое-то время мы молчали, предаваясь тягостным размышлениям о судьбах мира.

— Дарм'рисс, у тебя остались в Срединном мире близкие?

— Сомневаюсь, что их можно так назвать. Но они — искусные маги.

— Это хорошо. Мальчик, я хочу тебе кое-что рассказать, маленький секрет. Когда тебе отдадут приказ в Срединном мире, не торопись выполнять его: у тебя будет минут пять, прежде чем Скупщик начнет волноваться.

— И что мне делать в эти пять минут?

— Что хочешь — учитывая, что мы бесплотны. Можешь навестить своих искусных магов. Но они не смогут тебя почуять.

— Ты уверен? — я насторожился, почуяв дуновение ветерка свободы — как в пещере, лучик света, проникающий через узкую расселину.

— Не знаю. Ксани… — он тихо вздохнул, — не почуяла. А она была ближе всех. Жена, как никак — и неплохая колдунья при этом. Больше мне не для чего было возвращаться в королевство дроу — поэтому я не пользовался этой уловкой. Но ты можешь рискнуть. Надежда умирает последней…

— Сказала Вера, и застрелила Любовь, — закончил я, ухмыляясь.


ЛАЭЛИ

Прихватив с собой блокнот для записи, кинжал и — на всякий случай — полную аптечку лекарственный зелий — я направлялась на занятие со своим куратором, профессором Ринальдо. Он мог встретить меня градом ледяных сил или громким храпом, так что нужно быть готовой ко всему.

Даже к тому, чтобы увидеть ректора.

— Здравствуйте, профессор Ким, профессор Ринальдо, — подумала и присела в реверансе. — Подвиньтесь, пожалуйста.

Ректор послушно сдвинулся в сторону, освобождая для меня место на низкой деревянной скамье.

— Лаэли, у меня для тебя новости.

— Плохие? — деловито спросила я.

— С какой стороны посмотреть. С точки зрения тысячелетнего мага — ничего особенного… Морфей умрет.

Я задержала дыхание, потом выдохнула. По шее пробежали холодные мурашки.

— Неужели нет способа помочь ему?

— Сожалею. Опасность Небытия — оно отнимает у существа три компонента жизни: Любовь, Веру, и — самое главное — Надежду. Существо просто не хочет жить, постепенно угасает. Прими это.

Кивнула — с трудом, но к мысли о смерти привыкаешь, она уже не кажется страшной. Смерть избавляет от страданий.

— А там — после смерти — Небытие поглотит его душу полностью?

— Небытие гложет тела, а не души, — уверенно ответил эльф. — Лаэли, сегодня вечером, после занятий с профессором Ринальдо, зайди к Морфею в больничное крыло. Сокурсники уже попрощаются с ним к тому времени, а к ночи мальчика заберут родные. После он уйдет.

Снова кивнула. Любые слова будут лишними.

Шорох одежд — Ким встал, кивнул нам и направился к двери. Вид у него был по-прежнему рассеянный и сонный.

— Итак, — Ринальдо потянулся. — Лаэли, ты готова приступить к занятию? Профессор Ким просил передать тебе список ингредиентов для получения философского камня. Практики сегодня, к сожалению, не будет…

Я просмотрела список.

— О половине этих веществ я даже не слышала.

— Это первый вопрос, который мы рассмотрим, — пояснил демон, взлетая в воздух. Под потолком он удобно устроился, закинув ногу на ногу. Карлсон без пропеллера.

— Et bien(1), что мы имеем? Легенду о его создании — о единственной удавшейся попытке. Ты её знаешь?

— Да, — я уже переключилась на учебу, запрятав все проблемы и тревоги в дальний закуток сознания, где о них позаботится Алиса. — Около трех тысяч лет назад пять великих магов задумали создать философский камень, объединив для этого существующие силы.

— И кто же были эти маги?

— Артур — мастер Порядка, морская повелительница Ран, сын Хаоса Ильмаринен. Думаю, он был сосудом Хаоса, — я заметила в скобках. — Владычица Жизни Велла и Темный король Сетх.

Устала держать голову задранной к потолку, поэтому моему зрению были доступны только демократические темно-серые джинсы профессора.

— Что произошло дальше, mon ange?

— Они долго-долго мучались, и, наконец, добыли философский камень. Точнее, его воплощение в Срединном мире — сияющего Дракона Познания. Двое из Магов погибли Остальные, вопреки распространенному мнению, выжили и продолжили управление МУМИ, созданным как раз для того, чтобы юные самоуверенные магики не вздумали повторить такой разрушительный эксперимент как вызов Дракона Познания. Всё…

Я почувствовала острый взгляд Ринальдо. Когда он заговорил, французское грассирующее "р" совершенно пропало — это значило, что профессор был серьезен.

— И всё же ты хочешь повторить этот опыт, не правда ли?

— Не хочу. Но придется, — я подняла голову и как можно упрямее взглянула ему в глаза. Если уж я не уверена в правильности решения, то хотя бы попробую убедить в этом окружающих.


ДАРМ'РИСС

Следующего приказа я ожидал со смешанным чувством отвращения и нетерпения. Убийство — но, вместе с тем, возможность обрести свободу, предотвратить будущие смерти. В этом мире всё имеет свою обратную сторону. Поэтому жизнь — такая сложная штука.

Задание не отличалось оригинальностью: "Убей". В облике тени я отыскал сначала жертву, а потом перенесся в МУМИ. Почему не в Рраен — этот вопрос пришел в голову слишком поздно. Хотя, казалось бы, моя семья там.

Наша комната: кровать Эрика тщательно заправлена (значит, демонесса ночевала у девчонок), у Нулика, как всегда — образцовый бардак. Остановился у двери, прислушался — в восьмигранке тишина. Судя по пасмурному серому небу за окном, сейчас день, всё студенты грызут гранить науки. И зачем я тогда сюда пришел?

На диване мирно сопели Эмма и Червежук, обнявшись. Утомились, бедненькие: портить жизнь магикам — та еще каторга. Осталось от силы три минуты.

Что-то потянуло меня подняться на кухню — быть может, найду там хоть одного прогульщика?

Вопреки здравому смыслу, одна нерадивая студентка всё же восседала на подоконнике, притянув колени к подбородку. Окно было открыто, и капли дождя били её по лицу.

— Лаэли?

Она вздрогнула и обернулась. Услышала?

Соскользнула с подоконника, нерешительная, тихая.

— Даррис? Ты здесь?

— Здесь! — в волнении я подошел ближе, попытался дотронуться до её плеча, но моя рука прошла сквозь неё.

— Не слышу тебя, и не могу даже почувствовать. Совсем поехала крыша, да? — с затаенной надеждой поинтересовалась девчонка. — Нет, ты здесь. Но ты не призрак — значит, жив. Что случилось? Это и есть твои "дела"?

Рыжая ведьма напряженно прислушивалась, потом вздохнула.

— У тебя мало времени. Ты ведь это сказал, да? И ты в большой беде… У тебя мало времени на разговор со мной.

Я этого не говорил. Значит, связь между нами есть — на каком-то ином уровне, недоступном магическому восприятию.

— Тогда слушай, — она быстро заговорила. — Зеркало в Лидии разбито, Страж — тот неприветливый альв — отправил мне письмо. В нем говорилось, что нужно создать философский камень. Ким дал мне список ингредиентов и кое-какие книги, мы с Алхастом пытаемся разобраться. Кажется, Дракон Познания нужен, чтобы восстановить Зеркала. Ты… ты еще здесь?

— Здесь, за твоей спиной. Ты плачешь или это дождь?

Она покачала головой.

— Хорошо, иди, раз тебе пора. Ты сможешь придти еще? Тогда лучше — к Алхасту. Если он сможет услышать тебя или увидеть… всё-таки, вы — лучшие друзья. И, знаешь… мы тебя вытащим из любой ямы — только дай нам знать, из какой именно.

Она говорила это так просто, что громкие слова звучали правдиво, без набившего оскомину пафоса.

Возвращаясь к жертве, я понадеялся, что человеку не вздумается продавать свою душу в обмен на мою — иначе мы так будем "спасать" друг друга до конца мира.


Перед следующим приказом я действительно направился на поиски Алхаста: к сожалению, был день, и эльф строчил что-то в тетради на лекции по теории прорицаний. Я встал за его спиной, любопытствуя, почувствует ли он меня, или его просветленная голова забита исключительно учебой?

— Ку-ку, мой мальчик.

Эльф поднял голову, нахмурился. Потом выскользнул за дверь, целеустремленно направился к лестнице. Я следовал за ним: куда направился самый прилежный студент прямо посреди пары? У окна на лестничном пролете друг остановился.

— Даррис?

— Это я, — я не знал, грустить или смеяться: так потешно выглядел светлый, пытающийся увидеть невидимое. В конце концов, он сдался.

— Лаэли была права: тебе нельзя ни увидеть, ни почуять… Это где-то на другом уровне.

Рассказала, значит. Мне сразу захотелось уйти — но это было глупо. Конечно, она должна была предупредить Алхаста, но мне почему-то хотелось, чтобы больше ни одно существо в мире не могло почувствовать моё присутствие… бред, нерациональный бред.

— Мы подумали: это может быть потому, что ты находишься на другом плане бытия. Например, в Асгарде. Но ты не умер — иначе был бы призраком. Так что с тобой?

— Да к демону меня, лучше скажи, что тут у вас происходит!

Эльф поморщился.

— Кажется, ты чем-то недоволен. Знаешь, — друг посерьезнел, — Морфей умер. Лаэли была у него, я — нет. Она сказала, что альв уходил с облегчением — Небытие отобрало у него волю к жизни. То же самое случится со всеми нами, если не восстановим Зеркала. И перед смертью Морфей попросил вас закончить это дело во что бы то ни стало… но он нас не винил не в чем.

Я выслушал Алхаста почти спокойно: еще одна бессмысленная смерть. Хотя, это зависит только от самого Морфея — считал ли он свой уход в Верхний мир лишенным смысла или нет.


Спустя еще пять приказов Мертель спросил, что я собираюсь делать.

— Искать смерти.

— А как же твои друзья? Они ведь ищут способ помочь тебе.

— Нет. Не хочу подвергать их опасности — пусть живут… им своих дел хватает, — я полюбовался на Раок, который усердно полировал. Просто, чтобы убить время.

— Родные? — продолжал допытываться настырный предок.

— Странно дело, — я отложил клинок. — Никто из них — ни мать, ни отец, ни сестры не могут ощущать меня. О брате и говорить нечего. И вот получается, что для дроу самыми близкими существами оказались светлый эльф и человек? Не поверил бы, если бы мне кто-то другой рассказал.

Воин покрутил головой.

— Хорошо, на себе ты уже ставишь крест. А как же Зеркала?

— Мои друзья пытаются создать философский камень, что бы восстановить их. Говорю же, у ребят своих проблем хватает.

— Ты не прав. Почему бы не дать им возможность помочь тебе?

— Объяснил же — не хочу, чтобы они попали в те же неприятности.

— Судя по тому, что рассказал, об этом эльфе и рыжей девчонке, они вытащат твою душу из рабства, даже если ты будешь сопротивляться изо всех сил.

Я только хмыкнул. Посмотрим. Смерть или свобода — но бездействовать я не собираюсь.


П р и м е ч а н и я:

(1) Et bien — фр. Ну…

Загрузка...