Временщик

Глава 14

Беда, как известно, не приходит одна. Если прорвёт трубу в ванной, то обязательно окажется и сорванным вентиль для перекрытия воды. Или деньги на телефоне закончатся. Или у аварийки, которая всё же выехала, лопнет шина. Что называется, закон Мёрфи и «еврейское везение» в действии.

Вот и сейчас так получилось. Едва я увидел Видящего, то сразу сделал единственную правильную вещь.

?

Шагнул вправо и спрятался за голое дерево. В принципе, оно достаточно широкое, да и сумерки сейчас. Единственное но — идёт Видящий в мою сторону. И, кстати, не только он один.

С противоположной стороны улицы, с трудом переставляя ноги, через дорогу направился профессор. Находился он в крайней степени подпития. Но это ладно. Самое ужасное, он заметил меня и явно намеревался поговорить за жизнь. Да уж, Штирлиц никогда не был так близок к провалу.

Петр Сергеевич на подходе уже даже вскинул руки. И даже открыл рот, чтобы поприветствовать. Я вытянул кисть, и, ведомый какой-то внутренней уверенностью, в своих силах, применил Отвод глаз.

Навык Мистицизма повышен до первого уровня.

Профессор запнулся, словно потерял точку опоры. Поводил вокруг мутным взором и, увидев новую цель, направился к Видящему.

— Прошу прощения, молодой человек. Вынужден обратиться к вам волею судеб.

— Чего? — удивился Видящий.

— Проклятьем, ик, старух-мойр, соткавших свою нить…

О, профессора понесло. Я выглянул. Игрок стоял полубоком. На его губах застыла насмешливая улыбка. А перед ним, красуясь в красноречии, блистал (иначе и не скажешь) Петр Сергеевич. С греческой мифологии профессор перескочил на римскую. Я знал, что в запасе у него ещё египетская, британско-норманская и скандинавская. Поэтому дослушивать, куда заведёт обращение нашей дворовой звезды не стал.

Оглянулся ещё раз. Я оказался ровно посередине дома. Вперёд мне путь заказан. Значит, надо двигаться обратно. И делать это по возможности очень быстро. Видно, патрулирование Видящему не очень нравилось, потому что он переключил всё своё внимание на профессора, снисходительно похохатывая над особо изящными перлами. Пора…

Бросился прямо по газону, если можно назвать таковым наш российский чернозём у тротуара, петляя между деревьев, как полоумный заяц. И только секунды через две услышал позади голос Видящего.

— Э!.. Стой!

Ага, обязательно. Ещё бы сказал, что стрелять будет. Этого я, кстати, тоже боялся. Противник мог бомбануть магией, мог достать пистолет — кто их знает. Но нет. Уже заскакивая за угол дома, боковым зрением заметил, как Игрок бежит за мной по тротуару.

И тут я замер. Чего делать-то? Место тут глухое, прямо магазин, слева тот самый котлован. Машины хоть и мелькают, но никто не остановится. Драки на районе дело привычное. Кому охота свой живот подставлять? Рвать к котловану? Так можно с таким же успехом прямо сейчас встать на коленки и кричать: «Дяденька, не убивайте».

Внутри родилась некая хорошая злость. То, что наши предки называли «удаль молодецкая». Видящий сейчас ожидает, что его добыча будет убегать, а он догонять. Можно внести небольшой сюрприз в этот план. Я вжался в стену, весь обратившись в слух. Вот топот ботинок раздался совсем рядом. Румяная отъетая морда преследователя оказалась прямо перед глазами. На!

Удар вышел неплохим, противник даже потерял равновесие. Но не совсем таким, как я ожидал. Ну ничего, у нас есть ещё попытки.

?

В этот раз бил сильно и с локтя. Даже показалось, что услышал хруст.

Навык Рукопашного боя повышен до шестого уровня.

Видящий упал и вставать не торопился. Я на всякий случай потрогал его пульс. Живой. Да и сообщений мне никаких больше не было, значит оклемается.

Я взял руки в ноги и помчал домой. Только на этот раз через двор. Влетел в подъезд, захлопнул за собой дверь, услышал, как щёлкнул магнит и чуть не сполз по стене вниз. Колени дрожали, по рукам бегали мурашки. Вычислили. Нашли… Или всё же нет?

Какова вероятность, что Видящие будут прогуливаться именно возле моего дома? Невысокая. С другой стороны, причём тут моё место жительства. Может они попросту нашли котлован, где навечно упокоился хорул? Вполне возможен и такой вариант.

Наверху послышались шаги — кто-то спускался. Я постарался придать себе максимально беззаботный вид и пошёл навстречу. Оказалось, что это Витя, муж Машки. С ним, несмотря на ещё больший разрыв в возрасте, у меня были нормальные неформальные отношения.

— О, Серёга, привет. А я думал ты дома.

— Почему? — сразу напрягся я.

— Ну у тебя там музыка играет.

— А… так я в магазин выбегал, — я посмотрел на свои пустые руки и добавил, — за сигаретами.

— Меня вот тоже отправили, — весело сказал Витя, словно вся цель его жизни была в походах за покупками и направился вниз.

Я же вытащил нож и стал медленно подниматься. Музыка, говоришь, играет. Может уже и дома ждут. С одной стороны — надо сразу было рвать когти. Это было бы благоразумнее. Вот только снаружи Видящий. И он, скорее всего, уже очухался. С другой, это на минуточку мой дом. Другого нет. И если кто-то забрался, надо вежливо попросить его пройти на выход, ускоряя пинками.

Остановился возле двери, тихонечко подёргал ручку — заперто. Музыка и вправду играла. Только не разобрать, что именно. Хм, странно все это как-то. Достал ключи так тихо, как только смог, открыл замок, толкнул дверь.

— Но что-то кони мне попались привередливые. И дожить не успел, мне допеть не успеть… — услышал я в прихожей.

Нет, конечно, к Владимиру Семёновичу я относился уважительно. Однако не очень надеялся сегодня его услышать. Медленно, не снимая ботинок, заглянул в зал. И чуть не расхохотался. Картина маслом, не сказать иначе.

На собранном диване, закинув ногу на ногу, сидел Лапоть. Правой рукой он делал некие дирижерские пассы, а левой держался за лоб. И даже подпевал. Точнее, открывал рот и попадал в слова.

Я, уже не таясь, зашёл в комнату. Одна из половиц подо мной скрипнула и домовой так подпрыгнул, что чуть не оказался на люстре.

— Хозяин, ты чего? — спросил он, уставившись на нож.

— Музыку слишком громко слушаешь. Соседи жалуются. Вот, просили поговорить, — пошутил я, убирая клинок.

Подошел к работающему ноутбуку. В открытой вкладке было набрано словосочетание «душевная музыка».

— Ты компом пользоваться умеешь?

— Прошлый хозяин научил. До того как…

— Ну договаривай.

— До того, как кампюхтер водой не залил. Нечаянно.

— Ну ещё бы, у тебя по-другому не бывает.

Прошёлся по квартире, проверяя, не разрушил ли что-нибудь ещё тайфун по имени Лапоть. Нет, на удивление всё оказалось в порядке. Окно вставлено, двести рублей на тумбочке. Оказалось, что домовой ещё сторговался с бригадой. На плите сводил с ума запахами бефстроганов. Даже руки мыть не стал. Наложил себе восхитительные, мелко нарезанные кусочки мяса и под протестующий вопль Лаптя, мол, соус должен быть тёплым, принялся есть.

Домовой смотрел на меня с некоторым страхом. Так глядят на голодающих детей Африки, которым прислали гуманитарную помощь. Я даже бровью не повёл. Поэтому Лаптю не оставалось ничего кроме как отвернуться и заварить чай. Кстати, а что если покачать новую способность… Я протянул руку в сторону стоящего ко мне спиной домового и применил Отвод глаз.

— Балуешься, хозяин? — не поворачиваясь, спросил Лапоть.

М-да уж. Зато выяснили, что навык Мистицизма у подопечного гораздо выше моего. Оставшуюся часть дня я провёл, занимаясь всякой фигнёй. Поиграл в третьих героев, сделал несколько подходов на отжимание в тщетной надежде повысить Атлетику, порастягивался. Хотел ещё поднять Иллюзии за счёт Света, но вовремя спохватился, что снаружи это может выглядеть заметно. Пришлось идти в туалет.

Зрелище это было странное. Полуголый, в трусах и плаще, со светящейся рукой. Как говорила моя мама, без штанов, но в шляпе. И успеха особого не принесло. За полчаса, слив всю ману, не добился ровным счётом ничего. Может дело в полезности применяемого заклинания? В общем, спать лёг в дурном расположении духа, ожидая серьёзного разговора с Охотником.

Утреннее солнце встретило меня на кухне, поедающего нежнейшие вафли домашнего приготовления. Сегодня мало того, что не проспал, так и сны были обычные — ничем не запоминающиеся. Почитал на всякий случай городские новости, но не заметил ничего необычного, и в назначенное время поднялся к Охотнику.

— Садись и делай «бабочку», — вместо приветствия выдал он.

Вот и поговорили. Выглядел дядя Коля сердито и не скрывал этого. Ходил взад-вперёд, делая вид, что занимается чем-то важным. На деле лишь перекладывал предметы с места на место.

— Рассказывай, — сказал он наконец, усевшись передо мной.

Мне, в принципе, скрывать было нечего. Поэтому я и поделился своим вечерним приключением, опустив момент поездки в Гороховец. Охотник выслушал спокойно, не перебивая, лишь изредка качая головой.

— Гроссмейстер ордена прислал сюда Магистра Оливерио. Вообще он курирует Западную Европу, но Магистр Велимир отправился в Мехилос для каких-то переговоров. С Оливерио прибыло около трёх десятков Видящих. Как я понял, в большинстве своем эмпаты. Но достаточно сильные. Место убийство хорула они нашли за час.

— То есть, и меня могут взять в любой момент?

— Тут всё сложнее. Ты не успел наследить, не считая сломанного носа Видящего. Чего удивляешься? Да, ты ему нос сломал.

— А можно поподробнее?

— Отталкиваться от информационной матрицы хорула легко — их в Отстойнике нет. Важно лишь настроиться на правильный канал. Поручения на место убийства хорула, кстати, больше нет. Понимаешь? То-то же. А вот с тобой труднее. Ты человек… по крайней мере, на большую часть, как и я. Как и большинство Игроков в этом мире.

— Ну здорово. Получается, можно просто отсидеться?

— Да, именно так мы и поступим. Недельку будешь безвылазно дома, а потом переправим тебя в Пургатор к моему другу. Сейчас это делать нельзя, время плохое.

— Только в общину вход заказан.

— Она не единственное место, где есть врата и Вратарь. Ладно, теперь вставай.

И больше даже слова не сказал, начав стандартно. Сначала рукопашка, потом бой на ножах. Первые подняли на единичку, вторые на двойку.

Оставшуюся часть дня я провёл максимально бесполезно. И, если раньше об этом даже бы не задумывался, то теперь безделье напрягало. В домашних, тепличных условиях нельзя качать навыки, соответственно, невозможно повысить уровень. Да и, если честно, переделал за первый день всё, чем можно было заняться — поиграл, посмотрел сериалы, вечером даже включил телевизор и стал откровенно тупеть под федеральные передачи.

Единственное, что понял абсолютно точно — я тухну. Как рыба, пролежавшая весь день на жарком солнце. Просидеть дома целую неделю — это просто немыслимо. Вдобавок ночью опять приснился дурацкий сон. Та же самая тьма и трое впереди. Только в этот раз я стою, а они как раз идут. Проснулся от толчков и тревожного вида Лаптя. Снова проспал как убитый.

Потопал на тренировку, в результате которой моё настроение упало ниже плинтуса. Ни одного поднятого навыка. Может дело в моём настрое, может как раз в той самой «привычке тела». И Охотник был гораздо злее, чем обычно, в конце тренировки заметив, что я «варёный».

Довольный как удав был только Лапоть. Ещё бы, хозяин дома, за хозяином можно ухаживать. Вот только ещё несколько дней и я превращусь в ходячие бока. Продуктов недели на полторы. В любом случае, продолжаться так дальше не могло. Окончательный гвоздь в гроб моей тяги к воле вбила Юля. От неё пришло незамысловатое сообщение: «Ну что, передумал?».

Я тихонечко накинул плащ, чтобы домовой не шумел и выскользнул в подъезд. Постоял некоторое время на лестничном пролёте, разглядывая двор в замызганное окно. Дети играют у горки, подростки курят и тихонечко матерятся на дальней разваленной скамеечке, у немножко незаконно поставленных гаражей мужики ремонтируют Ниву. Одни обыватели и ни одного игрока. Эх, был бы верующим, перекрестился.

Вышел из подъезда, только направился не к улице, а дворами, вокруг школы. От нервяков жутко хотелось курить. Даже вытащил сигарету, помял её в пальцах, понюхал. Представил, как хорошо бывает при первой затяжке. А потом сломал и выбросил. Ни фига подобного, я сильнее.

Вышел на остановку с другой стороны. Постоял, огляделся. И тут никого. Да не может быть, чтобы Видящие решили, что бомба дважды в одну воронку не падает и никого здесь не оставили. Может, конечно, все трутся вокруг котлована. Но тогда бы я заметил кого-нибудь возле дома. Странно всё это.

Бодрой походкой направился к кафешке дяди Заура. Поздоровался и к удивлению хозяина взял просто кофе. Дрянной, быстрорастворимый, в котором из натуральных компонентов была лишь вода. Но не сидеть же с пустыми руками. Достал телефон и набрал Юле. Она ответила почти сразу. Договорились встретиться через полчаса в «Дубках». В парке, зимой… А не корл ли она? Прикинул, ехать относительно недалеко. Успею допить кофе.

— Слышь, малёк, третьим будешь?

Малёк? Ах да, для обывателей я худой паренек, который не выглядит на свои годы. Существенный минус кафешки дяди Заура в том, что здесь не было дресс-кода. Поэтому публика была разношёрстной.

— Нет, спасибо.

— Чё ты, ёп твою мать, давай, а?

Как жаль, что нельзя его просто заставить исчезнуть. Хотя… можно сделать ровно наоборот. Я вытянул руку и применил Отвод глаз.

Навык Мистицизма повышен до второго уровня.

Несостоявшийся собутыльник ещё секунды три тупо пялился на меня, потом развернулся и сел за соседний столик. Красота. Будь у меня чуть меньше совести, да воспитание другое — ударился бы в воры. С таким заклинанием больше ничего и не надо. Лишь бы на камеры не попасть.

Допил кофе и вышел на улицу. Опять же, соблюдая все меры предосторожности. Но Видящие словно решили меня потроллить. Дождался автобуса и доехал до парка. На остановке забежал в магазинчик и взял коробку Рафаэлло. У памятника Горькому был минут за десять до назначенного времени.

Юля появилась с пунктуальностью английской королевы. Нет, всё-таки не почудилось мне в темноте. Настоящая красавица.

— Привет.

— Привет. Цветы вроде как не по погоде, поэтому вот, — протянул я ей.

— О, с жиром на попе, мои любимые, — улыбнулась она.

— Ну тебе можно ещё упаковок двадцать таких съесть.

Девушка зарделась как маков цвет, да и я невольно смутился от своего корявого комплимента. Хотел было откатить время, но потом подумал — что я, в конце концов, так не справлюсь?

— Ну и место ты выбрала.

— А что? Я тут часто гуляю.

— Не боишься?

— А чего бояться? У меня зелёный пояс по тхэквондо.

Выяснилось ещё много чего интересного. К примеру, училась она в Промышленно-технологическом техникуме на социальное обеспечение, точнее доучивалась. Жила с родителями. К суду и браку не привлекалась. В общем, спортсменка, комсомолка и далее по списку.

— Ты вся дрожишь, — заметил я.

— Да нет, нормально.

— Ты будешь считать меня банальным и скучным, но прогулке на свежем воздухе мы предпочтем тёплое помещение.

— Я никуда не поеду, — замотала головой Юля.

— Да не повезу я никуда тебя насиловать. Мы в кино.

Бодрым шагом вышли из парка. Одновременно с этим на ходу заказал такси. Каких-то две минуты и вот мы уже в тёплом салоне, ещё десять и стоим в кинотеатре «Россия». Шла откровенная бурда, но мне, если честно, было плевать, на что идти. Купил билеты, провёл в бар, чуть ли не силой заставляя взять что-нибудь. И ударил подбородком грудь, когда Юля выбрала соленый попкорн. Святые оладушки, да не бывает таких совпадений. Взяли два ведра соленого, колу и забурились внутрь.

Меня не покидали мысли про Видящих, хорула, ту ситуацию, в которую я попал. Но одновременно с этим рядом с Юлей было как-то спокойно и хорошо. Будто сто лет её знаю. Фильм оправдал все ожидания, оказавшись проходной лабудой. Тупой боевик с тремя плоскими шутками и восемнадцатью туалетными. Но даже это не испортило настроение.

— Я такси нам вызову, — сказал я в фойе.

— Давай на автобусе, — предложила Юля и опустила глаза, — так подольше.

Стоило ли что-нибудь говорить ещё? Хотя, наверное, да. Перед самым подъездом девушка остановилась.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что угадал моё имя.

Поцеловала в щёку и вспорхнула в подъезд. Я распахнул плащ от переполняющего грудь жара и потопал к остановке. Ну уж нет, проклятые Видящие. Хрен у вас что получится. Тем более, что я вроде придумал кое-какой план. Достал телефон и нашёл в записной книжке нужное имя.

— Лиций, друг мой, привет. Мне нужна твоя помощь.