Сакс Ромер Возвращение доктора Фу Манчи

ГЛАВА I ПОЛУНОЧНЫЕ ВЫЗОВЫ

— Когда вы в последний раз слышали о Найланде Смите? — спросил гость.

И моя рука, потянувшаяся было за сифоном, замерла.

— Месяца два назад. Насколько я знаю, он не любитель писать письма.

— Здесь замешана женщина или что-то другое?

— Скорее, что-то иное… Он не любит распространяться о своих делах, поэтому мои сведения крайне скудны…

Я поставил перед преподобным Элтемом виски с содовой и подвинул к нему коробку с табаком. Благородные черты священнослужителя ничем не выдавали его жесткого характера. Его прекрасные, но, увы, поредевшие и поседевшие на висках волосы были нежны и шелковисты, и вообще он выглядел типичным британским священником, хотя в Китае стяжал себе славу «воинствующего миссионера», полностью оправдав этот титул. В частности, он был одним из тех, кто способствовал подавлению Наньянского восстания.

— Знаете, — начал он проповедническим голосом, яростно набивая свою старую трубку табаком, — я никогда не переставал удивляться…

— Чему?

— …этому проклятому китайцу. Но после того, как мы обнаружили тайник под сгоревшим особняком на Далвич-Виллидж, я уже ничему не удивлюсь.

Он зажег трубку и направился к камину, чтобы бросить туда спичку. Потрясающая, чисто британская аккуратность.

— Понимаете, — продолжал пастор, стоя у каминной решетки, — невозможно судить с достоверностью, жив или мертв доктор Фу Манчи. Но, Петри, когда я представляю себе его огромный интеллект, его потрясающий талант, я… — Преподобный Дж. Д. Элтем явно с трудом подбирал слова: — Если он выжил, моей обязанностью будет…

— Ну-ну? — заметил я с невольной улыбкой, облокотившись на стол.

— Если этот сатанинский гений не погиб, миру на земле грозит ежеминутная опасность.

Мой собеседник был крайне возбужден. Он резко двигал нижней челюстью, щелкал пальцами в подтверждение своим словам — согласитесь, несколько неожиданный темперамент, скрывающийся под сутаной.

— Доктор, мы должны поехать в Китай! — воскликнул он, и глаза его засияли восторгом борьбы. — Разве вы можете чувствовать себя спокойно, зная, что он жив?! Неужели вас не страшат ночные телефонные звонки? Вспомните, как вы озирались на каждую тень, выискивая характерный взгляд зеленых глаз. А между тем, что делают сейчас его банды убийц — бирманские душители и всякая прочая шушера?..

Он надолго замолчал, задумчиво отхлебнув из стакана.

— Вы, — сказал он нерешительно, — искали Найланда Смита в Египте?

Я утвердительно кивнул.

— Опровергайте меня, если я не прав, — продолжал он, — но у меня такое впечатление, что на самом деле вы искали девушку. И зовут ее Карамани. Не так ли?

— Да, но мы так и не смогли найти ее следов.

— И тем не менее вас это очень увлекло.

— Ну, до тех пор, пока я не понял, что потерял ее навсегда.

— Я не видел эту самую Карамани, но и по вашим, и по другим отзывам она необычайно…

— Она поразительно красива. — Тут я вскочил, чтобы прекратить этот разговор.

Элтем бросил на меня сочувственный взгляд. Он кое-что знал о наших с Найландом Смитом поисках этой черноглазой восточной девушки, внесшей столько романтики в мою прозаическую холостяцкую жизнь. Он знал, как трепетно я к ней отношусь и как ненавижу этого дьявола — китайского доктора, который был ее хозяином.

Между тем Элтем яростно топтал мой ковер, его трубка непрестанно попыхивала, и чем-то его облик мне сейчас напоминал Найланда Смита. Конечно, между этим раскрасневшимся священником с его обманчиво-мягкой внешностью и иссушенным бирманским солнцем бронзовотелым уполномоченным британского правительства со стальным взглядом было мало общего. Однако в манерах «пастора Дэна» было что-то такое, что отдаленно напоминало мне Смита в те моменты, когда я становился невольным участником связанных с ним драматических событий.

По-моему, мы с Элтемом думали об одном и том же, потому что оба пришли к мысли о докторе Фу Манчи. У меня было такое впечатление, будто я снова слышу голос Смита: «Вообразите человека — высокого, худого, узкоплечего и с кошачьими повадками, с бритым черепом, шекспировским лбом и сатанинским выражением лица. Наделите его всеми возможными восточными хитростями плюс незаурядным интеллектом, прибавьте солидное образование — и вот перед вами доктор Фу Манчи, живое воплощение легендарной „Желтой Погибели“.

Естественно, этот визит Элтема — человека, причастного к трагедии двухлетней давности, сильно испортил мне настроение. А кроме того, он вдруг сказал:

— Я хотел бы снова увидеться со Смитом. Очень жаль, если этот человек бесследно исчез в Бирме. Похоже, эта страна — вообще роковая для всех достойных людей. Кстати, он не был женат?

— Нет, и, судя по всему, теперь уже никогда не женится.

— А мне показалось, что вы намекнули об этом.

— Ничего не знаю. Найланд Смит не из тех людей, чтобы об этом распространяться.

— Может быть, может быть… А вы знаете, доктор, я тоже не люблю откровенничать. — Было такое впечатление, что он хотел что-то сказать и мучительно не решался. — Возможно, вы должны были бы… У меня есть в Китае некий корреспондент…

— Да? — Я почувствовал, что мой интерес к собеседнику стремительно возрастает.

— Я бы не хотел возбуждать тщетные надежды, будить пустые страхи, но… Доктор, — внезапно он, как девушка, залился краской, — я был не прав, ввязавшись в этот разговор. Возможно, если б я знал больше… Вы не могли бы на какое-то время забыть то, что я вам сказал?

И тут зазвонил телефон.

— Алло! — воскликнул Элтем. — Нет, это не доктор!

Я почувствовал, что он обрадовался этому звонку, прервавшему наш разговор.

— Однако, — заметил он, — сейчас уже час ночи.

Я взял у него трубку.

— Это доктор Петри? — спросил женский голос.

— Да, кто говорит?

— Миссис Хьюит почувствовала себя очень плохо. Не могли бы вы тотчас же прибыть к нам?

— Разумеется, — ответил я, памятуя, что миссис Хьюит не только весьма достойная дама, но и богатая пациентка, — я буду у вас через четверть часа.

На том конце провода раздались короткие гудки.

— Что-нибудь срочное? — спросил Элтем, выбивая свою трубку.

— Похоже…

— Не сочтите за назойливость, но я хотел бы отправиться вместе с вами. Тем более что после нашего разговора мне вряд ли удастся заснуть.

— Согласен.

Через три минуты мы шагали по ночной пустынной улице. Легкий туман в лунном свете чем-то напоминал вуаль, небрежно накинутую на деревья, когда мы в полном молчании огибали пруд Монд. Присутствие Элтема и наш с ним недавний разговор мысленно все время возвращали меня к Фу Манчи и тем злодействам, которые он совершил, будучи в Англии. И я почувствовал, что мне сейчас просто необходим Найланд Смит. Кажется, Элтем переживал нечто подобное.

Мне стоило немалого труда встряхнуться и выйти из этого состояния и то лишь тогда, когда мы почти подошли к дому моей пациентки.

— Я, пожалуй, вернусь домой, — сказал Элтем. — Надеюсь, что вы ненадолго.

— Пожалуй, — коротко ответил я, поднимаясь по ступеням.

Меня несколько озадачило то обстоятельство, что в доме не видно было света, хотя спальня хозяйки находилась на первом этаже и выходила окнами на фасад. Минуты три или четыре я безрезультатно стучал и звонил, пока наконец мне не открыла сонная, едва одетая служанка Она воззрилась на меня с изумлением.

— Миссис Хьюит вызывала врача?

Девушка продолжала таращиться:

— Нет, сэр, моя хозяйка крепко спит.

— Но мне кто-то звонил от вас, — продолжал я настаивать с явно неуместной раздражительностью.

— Во всяком случае, не от нас. У нас и телефона-то нет.

Некоторое время мы довольно тупо изучали друг друга. Затем я круто повернулся и сбежал по ступеням к воротам. Улица была совершенно пуста. Дома зияли темными окнами. Что означал этот таинственный вызов? Не мог же я в самом деле ошибиться, неправильно расслышав имя своей пациентки. Его повторили дважды. И все же звонок был не из дома миссис Хьюит, теперь это было ясно. Когда-то я отнесся бы к этому эпизоду как к провозвестнику близкого несчастья, однако в тот вечер я был более склонен считать его чьей-то глупой шуткой.

Где-то на полпути к дому ко мне стремительно подошел Элтем.

— Доктор, сегодня вы буквально нарасхват. Едва я вернулся, как прибежала некая молодая особа и, узнав, куда вы направились, бросилась за вами.

— Поразительно! — вырвалось у меня недоверчиво. — Как будто в городе нет других докторов для экстренных вызовов.

— Видимо, она хотела сэкономить время, учитывая, что вы уже одеты и на улице, — объяснил Элтем. — И дом ее где-то поблизости.

Должно быть, мой вид говорил о том, что я плохо понимаю происходящее. Что это — еще одна попытка неизвестного мне шутника?

— Меня уже один раз одурачили, — заметил я. — Тот телефонный звонок обернулся розыгрышем…

— Но на этот раз, — горячо возразил Элтем, — я чувствую, что все серьезно. Бедная девушка была в ужасном волнении. Ее хозяин сломал ногу и находится в совершенно беспомощном состоянии. Его адрес: Ректори Гроув, 280.

— Где эта девушка? — спросил я с раздражением.

— Она убежала, как только назвала свой адрес.

— Это служанка?

— Скорее всего. Я думаю, француженка. Правда, она была так закутана, что я практически не смог ее разглядеть. Мне чертовски жаль, что над вами так глупо кто-то подшутил, но на этот раз, по-моему, все серьезно. Бедняжка едва не рыдала. Поначалу она приняла меня за вас…

— Да, — заметил я мрачно, — пожалуй, действительно придется идти. Сломана нога, вы говорите? Но тогда придется возвращаться домой за хирургическими инструментами.

— Дорогой Петри! — горячо воскликнул Элтем. — Вы и без инструментов как-нибудь сможете облегчить страдания несчастного. А я тем временем вам их принесу прямо туда, на Ректори Гроув.

— С вашей стороны это будет весьма любезно…

Элтем протянул мне руку:

— Просто, как и вы, Петри, я не могу оставаться равнодушным к призыву о помощи.

Мне ничего не оставалось, как покориться его напору и лишь объяснить, где лежат мои инструменты.

Однако, не пройдя и трехсот шагов, я опять вернулся к мысли о том, что, видимо, кто-то решил этой ночью здорово меня разыграть. В самом деле, какая-то непонятно откуда взявшаяся посреди ночи юная француженка, судя по всему, мгновенно обворожившая моего друга Элтема, превратила его в горячего ходатая по ее делам. И тут внезапно я окончательно утвердился в своих подозрениях, вспомнив, что на Ректори Гроув никогда не было дома под номером 280. Я буквально застыл на месте и стал оглядываться по сторонам. Вокруг не было ни души. Даже полицейского. Только лампа раскачивалась над перекрестком.

Внутри меня нарастало беспокойство и ожидание чего-то нехорошего.

Легкий ветерок тронул листву над головой и наполнил молчание ночи таинственным шепотом. В голове мелькнул проблеск догадки, но ощущение неумолимо надвигающейся опасности становилось все более тягостным. Наконец я опрометью бросился обратно к своему дому, стараясь догнать Элтема.

Какое-то время я еще надеялся услышать впереди его шаги. Но лишь ночной трамвай прогрохотал как раз в тот момент, когда я достиг центральной улицы. И тут я заметил в своих окнах свет. Электричество горело даже в прихожей.

Стоило мне вставить ключ в замок, как дверь тут же распахнула экономка.

— Доктор, вас ожидает какой-то джентльмен, — начала было она, но я вихрем промчался мимо нее и взлетел по лестнице в свой кабинет.

У моего письменного стола стоял высокий худощавый человек с бронзовым загаром на изможденном лице. Его стальные глаза были устремлены на меня. Сердце мое подпрыгнуло и замерло.

Это был Найланд Смит!

— Смит! — вскричал я. — Клянусь Богом, я безумно рад вас видеть.

Он крепко сжал мою руку и посмотрел испытующе, однако радости в его взгляде я не уловил. С момента нашего последнего расставания он поседел и похудел еще больше.

Я спросил:

— Где Элтем?

Услышав мой вопрос, Смит отшатнулся, как от удара.

— Элтем? — внезапно он перешел на шепот. — А он разве здесь?

— Мы расстались с ним на улице минут десять назад…

Услышав это, Смит с яростью ударил кулаком правой руки по ладони левой, и глаза его загорелись бешенством.

— Проклятье, Петри, мне, должно быть, на роду написано все время опаздывать!

Так в мгновение ока подтвердились мои самые худшие предположения. Я почувствовал дрожь в ногах.

— Смит, уж не думаете ли вы…

— Именно, Петри. — Его голос словно провалился куда-то в пустоту. — Фу Манчи снова здесь, и как бы Элтем, помоги ему Боже, не стал его первой жертвой!

Загрузка...