Я пила чай. Ивар смотрел на меня неотрывно, отчего делалось особенно неловко. Наверное, я мешаю ему работу работать, вот и ждёт, когда перестану растягивать чаепитие. Неизвестно, что ожидает в особом отделе. Ещё один сюприз мои нервы могут не выдержать.
— Тот, кто боится, всегда проигрывает. Запомни, Ника, страх оглупляет. Он заставляет совершать опрометчивые поступки. Дыши, наблюдай и не паникуй. Ты стала частью Проциона. Предстоит свыкнуться с особенностями нового для тебя места.
— Я всё понимаю, но... — Искала оправдание своему поведению, которое трудно назвать адекватным. Я впала в шок и никак не могла из него выйти. — Нет, ничего.
— Идём, я займу твой мозг и ему некогда будет выдумывать страшилки. Зря не съела торт. Силы нужны. Откуда им взяться, когда ты почти ничего не ешь? Передумала? — Кивнул он на десерт прежде, чем встать.
— Нет. Мне не хочется, спасибо. — Поднялась и я.
В особый отдел пускали лишь тех, у кого есть допуск. Ивар глава безопасности Проциона, наверняка для него все двери открыты. Но и он имел такую карточку, которая прикладывалась к считывающему устройству и лишь тогда дверь отпиралась. Мою он всучил мне в руку и велел тоже приложить — так я попала внутрь.
Никак не ожидала, что мы окажемся лишь вдвоём в огромном помещении с кучей столов, стульев и техники. Мой вопросительный взгляд был пойман. Ивар усадил меня и сел напротив так, что наши колени соприкасались. Отодвинуться не позволил.
— А где все? — Спросила, только бы не находиться в звенящей тишине.
— Сегодня никого не будет. Я покажу тебе кое-что.
Передо мной легли папки, а в них листы. Ивар дал задание прочить содержимое одной из папок. В ней лежали личные дела. Как мужчина пояснил, все эти оборотни работали в отделе до его назначения, но временно были отстранены до особого распоряжении.
Ивар рассказал об утечке информации. Удивительно, что при таком чутье, которым обладают оборотни, никто так и не сумел вычислить того, кто сливал другой стороне сведения не подлежащие разглашению. Забавно, что мне поведали совершенно секретное просто так в обычном разговоре, не опасаясь за последствия.
— Я ничего в этом не смыслю. Ни в технологиях, ни в оборотнях. Совсем не понимаю, зачем вы привлекли меня к работе здесь? Прощё было бы отправить продавать мороженое или раздавать листовки. Я нигде не училась... — Пояснила я. Дарвин заблуждается, если думает, что из меня выйдет толк.
— Ты молоденькая. Только закончила школу. И учиться тебе конечно же надо. Но я предлагаю тебе практический опыт. Погрузишься в работу и не заметишь как освоишься. А потом, кто знает, может, понравится заниматься тем же, чем занимаюсь я. Тогда и с выбором учебного заведения проще будет. Мне бы не хотелось с тобой расставаться на долгие часы. — Кажется, о последней фразе Ивар пожалел. Было видно, как он притормозил себя.
— Так, что я должна делать?
— Почитай. Сделай свои пометки. И присмотрись. Со всеми ними ты рано или поздно познакомишься. Я хочу услышать о твоём впечатлении о каждом. Сближаться не нужно. Наблюдай со стороны. Мы с тобой посетим пару мест, где пересечёмся с вот этими девушками. Кого-то я вызову сам. Но лучше всё же приглядываться в неформальной обстановке. Я не могу допустить, чтобы в отделе работал крот. Мы отвечаем за безопасность Проциона и предатели нам не нужны.
— У вас глаз намётан. Всё равно не пойму, какой с меня толк!
— А вдруг замылен? И потом, в твоей компании мне гораздо приятнее будет посещать рестораны и выставки. Эти оборотницы, любят такие места.
Моя жизнь, не то, чтобы наполнилась новым смыслом, но на короткий срок появилась хоть какая-то цель. Сначала неохотно, а после всё больше увлекаясь, я изучала чужие жизни. Сухое изложение на бумаге, не мешало делать выводы и представлять, дополняя образы тех, кого никогда не встречала.
К каждому делу прикреплена фотокарточка. Эффектные молодые женщины. Зачем им заниматься шпионажем мне не понять. Тем более, они ведь тоже жительницы Проциона. Коренные. Наверное, им очень хорошо заплатили за предательство или имелись другие причины сменить сторону. Кстати об этом...
— Ивар?
— Мм-м? — Оторвался он от экрана, в который пялился довольно продолжительное время.
— Кому сливали сведения? Разве они нужны людям? Вы живёте обособленно. Сами по себе. — Уставилась я на оборотня.
— Вряд ли людям, но не исключаю и такого варианта. Человек вполне может выступать посредником, а конечным заказчиком Адара. — Пояснил он.
— Погодите, то есть... Адарцы тоже не люди? — Просипела я, окончательно теряя связь с реальностью. Туда въезд свободен. Если бы они обращались в волков, непременно пошли бы слухи!
— Тоже. Оборотни. Отношения у нас враждебные. И предвосхищая твой вопрос, люди видят только ту часть, на которую их пускают. — Ещё раз перевернул мой привычный мир Дарвин.
Следующие несколько часов я штудировала досье. Кажется, Ивар просто хотел занять меня и, чтобы я нигде не слонялась. Поручать новичку нечто ответственное никто бы не стал. Но я была благодарна за то, что сумела отвлечься от мрачных мыслей.
Когда моего плеча коснулись мужские пальцы, я запрокинула голову. Ивар с высоты своего роста глядел на меня. Я чувствовала себя мышкой, угодившей в мышеловку. Не управляла своей жизнью. Ею правили другие и в данную минуту этот оборотень.
— Откладывай бумажки. Поехали домой.