Ярослава
Мои мысли к началу декабря окончательно спутались. Нет, волшебные предметы давались на удивление легко. Мне было очень интересно обучаться магии, и нагнать и даже обогнать некоторых сокурсников не составило особого труда.
Проблема крылась в другом.
Некит, в которого я случайно поместила магию горганы, не отступал от меня ни на шаг. Он, как влюблённый и упёртый сокол, следовал за мной попятам, приятно удивляя, даря неожиданные подарки и делая приятные сюрпризы. Периодически это безумно нравилось, в другие моменты – сводило с ума.
В отрицательном смысле, увы.
От его поцелуев забывала обо всём. Но, как только поцелуй заканчивался, понимала, что не хочу продолжения. Не хотела переступать последнюю границу, которую поставила сама.
Вяцлав оказался прав со своим предсказанием: между мной и Некитом возникла взаимная симпатия. Но насколько сильная? Достаточно ли сильная, чтобы симпатия превратилась в любовь?
С Вяцлавом, на удивление, мы в итоге поладили. Нашли общий язык и больше не ссорились по пустякам. Нашла его очень интересным собеседником.
И когда я оставалась одна, меня мучал один и тот же вопрос. Почему я по-прежнему с каждым разом всё больше думала о Вяцлаве, жаждала остаться наедине именно с ним?
Лина была права: в ночь посвящения я видела его лицо.
Созидание уже тогда знало, что я влюблюсь в этого мужчину, несмотря ни на что. Несмотря на линии вероятностей, или как они назывались. Несмотря на то, что нам нельзя. Несмотря на то, как скотски он повёл себя в первую встречу. Вопреки всему.
Жалела, что слишком быстро наверстала упущенное, и теперь в частых встречах с наставником не нуждалась. Наши совместные занятия, короткие встречи сократились до раза в неделю. Вяцлав держался холодно, отстранённо, пряча все эмоции, а я не была сильна в эмпатии. Он был закрытой книгой, недоступной для чтения, тайной, которую невозможно было разгадать.
Мне не хватало общения с ним. Чувства к нему, как я убедила себя, прошли. Мы же всё по-взрослому обсудили, и пришли к выводу, что лучше дружить. Но его по-прежнему не хватало, как одного из сильных наркотических средств.
Смешно.
Уже подумывала согласиться на дополнительный курс изучения магии, но по-прежнему чего-то боялась.
Каролина посоветовала холодный душ, чтобы остудить свои мысли. Она видела и понимала, что со мной творилось, даже лучше меня. Была ли это врождённая эмпатия, или она просто была способной девушкой, я не знала.
По счастливому совпадению душевая была полностью пуста, и я смогла остаться наедине с мыслями, что терзали меня больше месяца.
Вспомнила шутку Лины, что в этой душевой занималось любовью не одно поколение волшебников и намекнула на очень горячее свидание с Некитом, как бы проверяя мою реакцию.
Печально улыбнулась: мне не хотелось. Так и не смогла понять: вообще или с моим парнем. Чувствовала себя бесконечно грязной.
Приятная вода лилась на тело, стекая вниз, согревая, но не облегчая страдания. Мысли и желания вновь уходили совершенно не в ту сторону. Лёгкий шорох, раздавшийся в соседней комнате, заставил вздрогнуть.
– Кто там? – крикнула я.
Очень не хотелось разделять тишину и покой с кем-то ещё. Но душевая была общей для всех девушек. Пришлось смириться.
Ответом послужило невразумительное мычание. Выключив воду, я, обмотавшись полотенцем, вышла в предбанник. И еле сдержала крик, потому что увидела почти что призрака. Увидела того, кого не ожидала увидеть.
Передо мной предстал Вяцлав собственной персоной. Он удивлённо уставился на меня. И по взгляду почувствовала, как он мысленно сдирает с меня лёгкую накидку, которая почти ничего не скрывала…