Глава 30

Уроки ЗОТИ, из-за попадания Амбридж в больничное крыло, на некоторое время стали свободными от занятий часами. Все студенты радовались этому так, словно в один день у них случилось Рождество, день рожденья и летние каникулы. Гарри разделял их чувства, так как профессор ЗОТИ была сущим кошмаром. А еще эта передышка была ему очень нужна. Юноша чувствовал, что у Амбридж на него есть какие-то планы, которые она, по всей видимости, планировала осуществить на отработке. Получения отработок с женщиной-жабой Гарри пытался избежать всеми доступными способами. И пока это у него получалось. Но это было пока. Ведь не исключено, что однажды он просто не выдержит, особенно сложно ему было сейчас. Мысли об исчезновении Посланника не давали Гарри никакого покоя. А еще добавилось несколько проблем. Необходимо было сохранять существование кружка по изучению ЗОТИ в тайне и понять, что задумал Малфой. А в том, что этот белобрысый слизеринец что-то затеял, Поттер ни капли не сомневался. Слишком уж часто он исчезал с карты мародеров. Гарри начал следить на ним еще с того дня, как Амбридж попала в больничное крыло. Зачем он это делал? Откровенно пришибленный вид Малфоя в ту ночь заинтересовал гриффиндорца. А еще у него было такое ощущение, что то, что собирается сделать Драко может принести много вреда. Интуиции своей Гарри доверял, потому и следил за «хорьком».

Госпитализация Амбридж не могла длиться вечно и за неделю до рождественских каникул эта женщина-жаба вновь взялась за проведение пародии на уроки по защите от темных искусств. Казалось, после «отдыха» во владениях мадам Помфри, генеральный инспектор Хогвартса стала еще хуже. Теперь на ее занятиях стояла гробовая тишина, а за малейший шорох назначались отработки, либо снимались баллы. Через день после возобновления уроков ЗОТИ Гарри, наконец-то, узнал, что из себя представляют отработки у Амбридж. Он, возвращаясь вечером с кухни, случайно наткнулся на хныкавшего в коридоре первокурсника-хаффлпаффца. Мальчишка баюкал замотанную в мантию руку, ткань которой на вид казалась мокрой. Чуть позже Поттер узнал, что часть мантии, которая как раз прикрывала рану на руке мальчика, была пропитана кровью. Гарри с трудом уговорил первокурсника рассказать ему, что случилось, а потом отвел к Помфри. Вспоминая рассказ мальчишки, гриффиндорец передёргивался от омерзения. Эта женщина-жаба была настоящей садисткой, получающей удовольствие от чужих страданий. С этим нужно было что-то делать? Но вот что?

* * *

Долорес Амбридж была крайне довольна. Сегодня, в последний учебный день перед рождественскими каникулами Гарри Поттер придет к ней на отработку. Женщина ликовала, наконец-то, этот дрянной щенок получит по заслугам. Сегодня он сам опровергнет заявление о возрождении Того-кого-нельзя-называть. Уж она-то об этом позаботится. И тогда фамилия Поттер станет синонимом слова лжец. Об этом узнает весь магический мир и тогда репутация министерства и ее обожаемого Корнелиуса Фаджа будет обелена, а репутация самого Поттера смешана с грязью.

Ах, как же она сегодня позабавится с этим мерзким, полукровным отродьем Поттеров…

Женщина блаженно закатила глаза, представляя себе, как Фадж будет благодарить ее за великолепно сделанную работу. Из мечтаний ее вырвал стук в дверь. Бросив быстрый взгляд на часы, Долорес произнесла:

— Входите, мистер Поттер.

Гарри, кляня себя на чем стоит белый свет, вошел в личный кабинет профессора ЗОТИ. Сегодня он не смог сдержаться и элементарно нахамил Амбридж на уроке. Слишком сильно его задела, рассказанная первокурсником-хаффлпаффцем история. Вот он и не сумел удержать свой язык «на привязи».

— Добрый вечер, — процедил Гарри, закрывая за собой дверь.

— Добрый, мистер Поттер, добрый. Присаживайтесь сюда. Вот вам особое перо и пергамент.

— И что я с этим должен делать? — довольно грубо произнес юноша, начисто игнорируя обращение.

— Писать, мистер Поттер, — расплылась в мерзко-довольной улыбке Амбридж. — Вы будете писать строчки.

На стол перед Гарри легло черное, стальное перо и официального вида пергамент. Поттер прищурился, глядя на орудие пыток. Сейчас он прекрасно знал, что это за перо. Юноша протянул руку и взял его. В тот же момент кабинет ярко осветился и появилась темная фигура с крыльями.

— Гарри, положи эту гадость, — с яростными нотками в голосе произнес Посланник.

— Ты вернулся, — с облегчением выдохнул юноша. — Где ты был?

— Потом, — коротко отозвался демон и шагнул к застывшей Амбридж.

Та с диким ужасом взирала на него, что-то пытаясь сказать или закричать. Ее губы шевелились, но с них не сорвалось ни звука. Демон с плотоядной ухмылкой обошел вокруг женщины, после чего остановился прямо напротив нее.

— Что ты хочешь сделать? — задал Гарри вопрос.

Поттер знал, что демон может сотворить с женщиной такое, от чего даже самые сильные и многое повидавшие люди содрогнуться. Но ему было не жаль Амбридж. Это чудовище безнаказанно издевается над детьми и запугивает их так, чтобы они даже не думали кому-либо об этом рассказать. Это просто чудо, что он тогда смог разговорить того первокурсника, иначе… А что, собственно, было бы иначе. Никакого решения у Гарри пока для этой проблемы не было. Вернее, он не знал, что оно появится в тот момент, когда начнется отработка с женщиной-жабой. Но, во-всяком случае, Гарри в тот раз сумел уговорить хаффлпаффца сходить к мадам Помфри и залечить кровоточащую рану.

— Потом, — вновь односложно ответил Посланник.

Злобная улыбка появилась на губах демона. Он поднял к лицу, сжатую в кулак руку и дунул на нее. В следующее мгновение в лицо Амбридж устремилось облачко блестящей пыли. Генеральный инспектор закашлялась, а в следующую секунду упала на пол.

— Что… — Гарри не успел договорить.

— Пойдем, — практически приказал Посланник и подтолкнул юношу к двери.

* * *

Спать Гарри ложился абсолютно довольный. Он узнал, где все это время пропадал демон. Оказалось, Посланник искал информацию о том, кто из его братии связался с Волдемортом. Изменником являлся один из высших демонов, решивший подчинить себе весь род людской. Он был изгнан из их мира еще пять веков назад. Пять веков по исчислению мира демонов. Его изгнали за нарушение законов, за неподчинение той, кому они призваны служить. Его имя затерли в памяти, лишили всего, запретили возвращаться в их мир. Мир демонов отвернулся от него. Теперь его имя — Изгнанник. Имя, по силе не сравнимое с прежним. Теперь он был слаб и для них не противник, но не для обитателей мира людей. В день воскрешения Темного Лорда он впервые напомнил о себе. Он смог вернуть себе знания и часть бывшей силы. Изгнанник планировал развернуться в этом мире, считая, что никому из демонов нет до мира людей дела. Он не знал о Посланнике, но тот теперь знал о нем. И знал, что Изгнанник так просто не отступится от своих намерений. А это означало, что в последний бой с Волдемортом Гарри выйдет не один. Посланник будет сражаться рядом со своим подопечным. И не только для того, чтобы освободить мир людей от своего собрата, но и для того, чтобы покарать предателя.

Гарри теперь отчетливо понимал, что его следующая встреча с Волдемортом будет последней. И кто останется после нее жив, юноша не брался предполагать. Да, Поттер понимал, что для своего возраста он знает слишком много боевых заклинаний, большая часть из которых была далеко не светлая. Смешно, Избранный стороны Света больше темный маг. И бороться ему нужно против той стороны, к которой относится. Гарри часто задумывался об этом. Объяснения наставников давали ему понять, что разделение магии на Тьму и Свет — это полный бред. Сама магия нейтральна, цвет имеют только маги. Именно они «окрашивают» заклинания. Например, обычное склеивающее заклинание, которые априори считают светлым, в исполнении аристократа может стать темным? Почему? Темными магами испокон веков были именно представители знати. Они в совершенстве владели самыми главными и сложными отраслями магических искусств: магия крови, ритуальная и высшая магия, артефакторика и самое главное родовая. Те, кто не относился к классу аристократии, этими отраслями не владели. Следовательно и не понимали. А что делают с тем, что недоступно пониманию большинства? Правильно, называют злом. А синонимом зла издревле считают Тьму. Вот и получилось, что аристократы есть ни что иное, как зло. То есть Темные маги. А магглорожденные и те, кто отринул свои корни — добрые, то есть Светлые волшебники. Так чем же отличается то же самое склеивающее заклинание в исполнении Светлых и Темных? Первые, используют его, например, для починки разбитой кружки. А вторые, являясь в понятии Светлых чистым злом, могут использовать его, как пыточное проклятье. Вот заклеят им рот и нос, а потом будут смотреть, как неугодный им человек задыхается. Или, допустим, использует какой-нибудь аристократ для излечения раны родовое заклятье, неизвестное широким массам. Обычно они не имеют звуковой формы, то есть являются невербальными. И что сделают? Его посчитают злом, только потому, что никто не сможет его повторить. Родовые заклинания хранят, как зеницу ока и делиться ими не будут, иначе род ослабеет, потеряет свои козыри. А раз не делятся, значит боятся, что если о них узнают, то могут обратить против них же. А раз боятся, значит это неизвестное заклятье — зло. И совсем не важно, что оно несет. В-общем, таких цепочек рассуждений можно привести много с разными отраслями магии. Но результат будет один — вся аристократия является злом, то есть Темными магами и неудивительно, что они в большинстве своем идут за Темным Лордом…

Гарри тоже уже многое знал. Не мог не знать с такими-то наставниками. Да и положение в обществе обязывало. И если смотреть на него, через подобные рассуждения, то Поттер являлся Темным магом. И если об этом узнают те, кто его сейчас превозносит, то они же его постараются и уничтожить. Гарри тяжело вздохнул. Хорошее настроение, вызванное возвращением Посланника полетело мантикоре под хвост. И зачем он только взялся об этом размышлять. Лучше бы подумал о том, что женщина-жаба больше не сможет издеваться над студентами и получит за содеянное зло по заслугам…

Еще пару минут повалявшись на кровати, юноша обреченно вздохнул. Сон к нему не шел, а просто так лежать было скучно. Решив, что будет неплохо написать письмо Флер, он вытащил из тумбочки пергамент и перо. Подложив книгу, Гарри стал описывать своей невесте, как обстоят дела в школе. Справившись с этим примерно за полчаса, Поттер потихоньку оделся и вынул из-под подушки карту мародеров и мантию-невидимку. Он собирался сейчас подняться в совятню и отправить письмо. В принципе, делать это не было смысла, так как завтра он все-равно будет уже дома, где встретится со своей семьей, друзьями и любимой. Но так как занять себя было нечем, Гарри все же решил отправить послание. Активировав карту, Поттер посмотрел нет ли кого в гостиной, после чего уже привычно попытался отыскать взглядом Драко Малфоя. Слизеринца не было. Гарри напрягся. Малфой определенно сейчас пытается выполнить задание, которое ему дал Волдеморт.

— Да и Мерлин с ним, — наконец, решил Поттер и вышел из спальни.

Если блондин не нуждается в помощи, то он настаивать не будет. Почему-то Гарри был уверен в том, что когда эту аристократическую семейку припечет, то они все-равно обратятся к нему. И нечего сейчас забивать этим голову. Надо лучше подумать, как завтра не попасться на глаза Дамблдору. Со старика станется не дать ему уехать домой, несмотря на то, что никакой власти над Гарри у него нет…

Загрузка...