(с)нежный плен для зари

А кто вторая?

Моя спасительница слегка улыбнулась. И такая это была вымученная улыбка. Её ясные глаза, затопила безграничная печаль, они даже потускнели и подернулись белой дымкой. С несчастной девушкой, тут явно творили что-то отвратительное, будто её прогнали через все круги ада. Боюсь представить, что она перенесла, ведь больная фантазия Исхирь, не знала границ. Злость за эту измученную девочку, затапливала сознание. Она перерастала в дикую, необузданную ярость, при мысли, что это с подачи кровавой мрази, мою инари чуть не оприходовала толпа мужиков. Желание перегрызть гадине глотку, становилось непреодолимым. Клыки прорвали десна. Начался частичный оборот. Буран требовал кровавую жертву. Я склонился ниже к распростертому на полу телу, и уже готов был отгрызть ей голову. Но тут в комнату влетел Стен. Меня сдуло порывом ветра и впечатало в колонну.

— Артём! Возьми себя в руки. Ты что творишь?

— А у вас есть смертная казнь? Хочу привести приговор в исполнение. — Пропуская вопрос Стена, прорычал я, стараясь высвободиться из охвативших меня воздушных пут.

— Странный вопрос, но есть. А у вас нет?

— На неё мораторий. Типа есть, но не используют.

— Ясно. Успокойся. Не марай об неё руки. Суд четверых — страшнее смерти. Моё обращение к богам, услышано. Смотри как мерцает небо. — За окном, и правда, творился световой коллапс. Красно-оранжевые всполохи северного сияния прорезали темноту позднего вечера. И это в южных широтах. — Артём, поверь, это хуже смертной казни. Скоро за ней придут. — Подтверждением его слов, стало появление двух ледяных исполинов. Они появились из ниоткуда. И, подхватив неподвижное тело Исхирь, которая все еще была в отключке, испарились.

— Ну вот и всё. Теперь её судьбу, решать не нам. Боги карают по заслугам. Оттуда никто не возвращался.

— Откуда ты знаешь, как карают, если никто не возвращался? — В груди появилась резкая боль, а перед глазами возник образ Энкира. Снова ощутил прикосновение ледяного кинжала. Сразу захотелось извиниться, что усомнился в правильности их суда. Боль тут же исчезла. Стен хотел что-то ответить, но тут, из открывшегося портала выпал Лу Ксан. А он что тут делает?

— Ксан! — Спасительница, с рыданиями, бросилась ему на шею, до того, как мои подозрения сформировались в вывод. Он заключил её в объятия. — Ты живой! О великие боги.

— Мэй, слава огненному отцу, я думал больше не увижу тебя, когда мне передали медальон…— Он закашлялся.

— Ты ранен? Я помогу. — Мэй вытерла слезы, её осунувшееся личико стало твердым и решительным, будто высечено из мрамора.

— Не делай этого Мэй, она же тебя выжала досуха. — Но, не слушая возражений, крошка-блондинка выпустила магию. Вокруг огненного принца все заискрилось. Комната наполнилась сильным ароматом вишни, показалось, розово-белые лепестки закружились вихрем вокруг нас. А потом все резко исчезло. Мэй, повисла безвольной тряпочкой на руках Ксана. Её кожа приобрела синеватый оттенок, волосы поблекли.

— Мэй, нет! Я не для того тебя нашел чтобы потерять. — В глазах принца промелькнуло отчаяннее. — Исхирь выкачивала из неё магию и использовала ее кровь для обрядов. Спаси Мэй, ты же спас меня. Она дочь льда и пламени, её мать снежная тигрица. — И вот опять все смотрят на меня, а я лишь утром получил силу источника и ничего не умею. Но девушка спасла мне жизнь, я должен помочь. Ладно, будем действовать по наитию. Но с Мэй оказалось все просто, достаточно было наполнить её магией. И Щечки девушки порозовели, кожа приобрела сливочный цвет, а волосы заблестели. Она глубоко вздохнула, и распахнула небесно-голубые глазки. По щеке принца скатилась слеза. — Прости меня, малышка, я больше никому не позволю причинить тебе вред. Это моя вина. — Ксан гладил девушку по волосам и прижимал к себе. А я, только сейчас понял, что он искал её, а не ту, другую. Что девушки разные. А тогда, ослепленный своим желанием, оскорбленный её реакцией и разгневанный осознанием, что она кому-то другому принадлежит, мозг отказывался работать. Да как их можно было перепутать? Моя с синими как озера глазами, волосы прямые с платиновым отливом, подтянутая, спортивная. А у Мэй легкая волна, разрез глаз восточный, и цвет небесно-голубой. И формы у нее более девичьи, округлые. Грудь точно побольше. Сейчас передо мной стояла та, которую просил спасти Ксан. Остался главный вопрос, а кто другая? И где теперь её искать? Вопрос наличия мужа, меня уже не волновал.