Алексей Вадимович Карасов Разгильдяй

Защита слабому дана

На пулю вся его надежда

1

…«Под крылом самолёта о чём то шуршит зелёное море тайги»… — вспомнились почему-то слова песни. Под крылом самолёта мне ничего не шуршало. Я лежу на траве под крылом И-7. Это мой самолёт, истребитель седьмой модели. Для желающих сообщаю ТТХ, но они не особенно впечатляют.

Основные размеры 10,2х9,1х3,6

— взлётный вес 2470 кг

— вооружение: пушка 30 мм; два двухствольных пулемёта 7,92 мм

— двигатель 1600 лс

— максимальная скорость 720 км/ч

Мне 22 года, рост 172, вес 68. Из за того, что я такой большой и толстый, тяжко приходиться на войне. Девочки весом 30 кг, дети, летают на самолётах легче моего почти на 300 кг. Соответственно мне приходится тяжелее на эти проклятые 300 кг. В иные дни так и кажется, что я не смогу подняться на ноги из за лишних 300 кг.

Вот и сегодня, после утреннего вылета и последующей мясорубки в воздухе, уцелел только потому, что мой лётный стаж скоро 10 лет. Даже не интересно, кто-нибудь вспомнит об юбилее или нет. Лучше бы не вспомнили. Не придётся жрать что попало, кричать тосты, принимать поздравления и подарки, а на следующий день разбиться из за того, что при маневрировании в воздухе, жратва полезет наружу.

Пора написать рапорт и перейти в бомбардировщики или транспортники. Там пилишь себе и пилишь. Но и в бомбардировщиках девочки полезнее. Они в два раза меньше меня, поэтому защита в два раза толще. Кислорода она потребляет в два раза меньше. Поэтому кислородное оборудование в 4 раза легче. Питается в воздухе исключительно шоколадными конфетами. Поэтому туалет в 8 раз легче. Выдержать длительный полёт девочке тоже легче. В куклы поиграет, пока самолёт на автопилоте. Она зазубрит маршрут в 5 раз быстрее. Отбомбится в два раза точнее. Так, что мне особенно некуда податься.

На лёгком транспортнике увезу на 100 кг меньше, из за моей тяжести. Остаётся тяжёлая транспортная авиация. Туда тоже лучше девочек берут. Водку не пьют, в воздухе на диспетчеров и начальство матом не ругаются, на земле по бабам не бегают, везут себе и везут.

Размышления прервал голос:

— Товарищ капитан!

Это техник зараза. Точнее техничка.

— Товарищ капитан! Товарищ капитан! Вас к себе полковник требует.

Полковник тоже девочка, отличница. Возраст такой же как у меня или чуть старше. Но, весит она всего 50 кг и пока влазит в самолёт для девочек. У неё в жизни и в полку всё на пять. Чуть не на пять иди чистить сортиры. Капитану не положено чистить сортиры!? А кто это у нас такой старый и тяжёлый? Таких нам не надо. Не дай бог собьют. Испортишь показатели. Так, что сортиры или в резерв.

Конечно в резерве отдохнёшь и расслабишься. Ну, а кто из резерва возьмёт старого? Ещё потолстею не дай бог. Если из резерва куда возьмут жирного в 72 кг, то сразу собьют. Навыки какие были растерял, вес наоборот набрал. Конечно сразу в драку не бросят. Будут натаскивать. Но, как говориться, старого учить только портить. По бестолковости махнут рукой, а то и спишут.

А здесь вроде прижился. Ветеран, в полку 5 лет. За эти пять лет всё было. Полковники приходили и уходили, а я уцелел. Полковница со мной служила. Но, я разгильдяй, а она отличница.

Вот и выходит, что мыслей у меня никаких. Чего о плохом думать? Были бы хорошие мысли обязательно подумал.

— Товарищ капитан! Вас к полковнику!

— Ну, что заладила! Лучше скажи машина как? Какой в жопу полковник? У меня вылет на носу, а я не отдохнул. В жопу полковника.

Старший лейтенант воентехник обслуживает самолёт и изредка ремонтирует, заделывает лишние дырки.

— Товарищ капитан! Я вынуждена доложить о Вашей грубости старшему начальнику!

— Хорошо, товарищ старший лейтенант, иду. Вот наделают лишних дырок и во мне тоже. Будете заклёпывать и машину, и меня.

Опять заложит зараза! Давеча погладил чуть пониже спины, так побежала жаловаться полковнице.

Та рада стараться. Вызвала, поставила по стойке смирно, дескать служи полкан.

— Вы, товарищ капитан, грубо нарушаете устав внутренней службы. Мало того, что позволяете своим ручонкам гладить военнослужащих ниже талии, так сегодня в 10.47.32 (это время), во втором утреннем вылете, вы позволили себе не совсем чисто завершить манёвр и несколько потеряли скорость на выходе. В результате вражеский пилот отбыл в неизвестном направлении целым и невредимым. А Вы, изволили испортить мне показатели!

Думаю: в каком неизвестном? Как это неизвестном? На свой аэродром отбыл. Если бы он зараза знал, что испортил показатели полковнице, точно бы, удавился самым изощрённым способом. Достала со своими показателями!

Полковница, по выражению моей рожи видимо, поняла мысли и продолжила:

— Подобные взаимоотношения возможны только с письменного согласия Ваших подчинённых и вне рабочее время.

У меня на роже как на широком экране написано: нет, думает она что говорит? Пока напишет в подробностях (получится настоящая порнуха) и побежит подписывать у полковницы к тому времени:

а) меня могут сбить и будут совсем другие желания;

б) самое главное желание пропадает, когда вижу лицо техника лейтенанта. Погладил исключительно, чтобы поощрить к службе;

в) желание пропадёт даже на полковницу (она ничего, миниатюрная), если вдруг побежит подписывать заявление к генералу. Он ей подпишет! Генералы как подпишут, так подпишут!

А, время откуда? Как завертелась эта карусель, так третью неделю без сна и отдыха.

Полковница шипит и пилит, пилит и шипит, никак не успокоится:

— Половые взаимоотношения для мужчин пилотов противопоказаны. Теряется скорость реакции, внимание притупляется, организму пилота требуется отдых, пилота клонит в сон.

А я, разгильдяй я разгильдяй, что-то соображаю туго, после четвёртого за день вылета. Думаю: какая скорость теряется? Причём тут скорость самолёта? Куда она теряется? Ну, вираж не совсем правильно сделал, руки трясутся, скорость потерял. А причём тут скорость самолёта? Значит ли, что это тоже, вроде виража?

Полковница всё разоряется и разоряется. Ну, а я уже говорил, что все мысли у меня, разгильдяя, на лице отражаются. И полковница в недоумении. Спрашивает:

— Вам всё понятно?

— Так точно! С сегодняшней ночи буду гладить ниже талии только кобыл, если найду кобылу и у неё талию.

Полковница решила на моём примере показать штабным девкам кузькину мать и двери кабинета, в котором доставала, оставила открытыми. Девкам от полковницы тоже приходится не сладко, они и рады похихикать. В результате, пошёл чистить сортиры я, а не кто-то другой.

Загрузка...