Путь Строителя 2

Глава 5

— Сдурел что ли? — покосился на меня Хорг в ответ на просьбу поделиться топором, но я продолжил смотреть на него совершенно невинно и невозмутимо. — Ладно, хрен с тобой, — махнул он рукой. — Но если запорешь, я тебя сам запорю, понял?

— Как такое не понять, — усмехнулся я и подхватил инструмент. А заодно взял веревку, пока Хорг добрый и слишком занят сбором инструмента.

Правда обычно этим занимаюсь я и даже не заметил, как мы вдруг поменялись ролями. Еще недавно Хорг бы просто заставил меня все собрать, упаковать и перенести на новое место, но сегодня что-то пошло не так. Ну, или его тоже переполняет Основа, так что руки не могут никак успокоиться. Ощущение знакомое и понять Хорга вполне можно.

Ничего, сейчас нахлынувшая волна удовлетворения от законченной работы постепенно начнет стихать, но спать Хорг вряд ли пойдет. Надо как минимум дождаться, когда Староста проснется, позавтракает и будет готов прийти сюда с инспекцией. Пропускать это зрелище совсем не хочется, ведь у меня в планах вставить пару реплик в их с Хоргом разговор. Причем вставить так, что все остальные предпочли бы этим репликам вставленное Хоргом бревно.

Но в любом случае, главное для меня сейчас — это моя первая ступень Духовного фундамента. Без него здесь как без рук и ног, это уже предельно ясно. Как минимум потому, что благодаря Основе я смог пережить встречу с плотоядной лиственницей.

Первую встречу… А теперь планируется встреча вторая.

На то, что я взял веревку, Хорг никак не отреагировал и хорошо, она мне очень даже пригодится. Да, пора бы закупать всё свое и ничего не просить. Но что обидно, список необходимых покупок обновляется каждый день, а доходов при этом больше не становится.

Ворота в такую рань, разумеется, закрыты. Частокол надёжно отгораживает деревню от всего, что может прийти из леса в предрассветных сумерках, а единственный способ выбраться наружу лежит через дозорную вышку и её сонного обитателя.

Подошёл к основанию и постучал обухом топора по столбу. Вышка отозвалась жалобным скрипом, покачнулась, и сверху донеслось невнятное ворчание, будто кто-то пытался проснуться и одновременно с этим выразить своё отношение к происходящему.

— Эй, наверху! — окликнул погромче.

— Чего тебе? — послышался недовольный голос. Над краем площадки показалась помятая физиономия, которая некоторое время хлопала глазами, пытаясь сфокусироваться на мне в предрассветных сумерках. — Кто там вообще… Рей, ты что ли? У кого топор украл, подлец? А ну иди верни быстро!

— Это хорговский, мне Хорг одолжил. Я в лес, надо деревяшку одну срубить, — махнул рукой, стараясь не обращать внимания на обвинение в воровстве. Репутация Рея по-прежнему работает безотказно, только в одну сторону.

— На кой чёрт тебе в такую рань деревяшки эти? — стражник навалился грудью на ограждение и уставился на меня сверху с выражением крайнего неодобрения. — Солнце ещё не встало, а этот уже попёрся куда-то.

— Да Хорг послал. Говорит, сунет её в зад тому, кто ворота ленится открывать. Ну так что, ты как раз из таких?

Стражник помолчал, переваривая услышанное, и в его глазах отчётливо отразился мыслительный процесс. С одной стороны, наглый подросток с ворованным, возможно, топором, которого хочется послать куда подальше. С другой стороны, Хорг, чьё бревно действительно может оказаться в самых неожиданных местах.

— А, ну раз Хорг просит, значит надо… — проворчал стражник и полез вниз по лестнице, недовольно кряхтя на каждой ступеньке.

Пока он спускался, я невольно оценил состояние конструкции. Лестница выглядела так, будто её не ремонтировали с момента постройки. Ступеньки прибиты кое-как, половина вообще отсутствует, а те, что остались, расшатались настолько, что при каждом шаге стражника ходят ходуном и грозят отлететь в любой момент.

Знакомая картина, вот только эта вышка не входит в нашу зону ответственности. Северный участок пока трогать не будут, староста распорядился чётко: четыре вышки на каждую бригаду, остальное потом. Хотя «потом» в данном случае означает, скорее всего, «когда лучшая бригада закончит свою четвёрку и возьмётся за остальные». И судя по тому, что наша первая вышка уже стоит, а конкуренты ещё возятся с разборкой, этой лучшей бригадой вполне можем оказаться мы с Хоргом.

Стражник наконец добрался до земли, отряхнул штаны и зашагал к воротам, бормоча себе под нос что-то о малолетних наглецах и их непутёвых хозяевах. Засов отошёл с тяжёлым скрежетом, створка приоткрылась ровно настолько, чтобы можно было протиснуться боком, и стражник мотнул головой в сторону леса, мол, давай, вали уже.

— Спасибо, друг, — бросил я на ходу, протискиваясь в щель.

— Не друг я тебе, — донеслось вслед, но без особой злости. — Ишь какой щегол наглый, а?

Закрывать за мной не стали, потому что у ворот уже собирались первые собиратели, сонные и хмурые, с корзинами за спинами и мешками через плечо. Утренняя смена, которая выходила в лес за ягодами, грибами и травами, пока роса ещё не высохла и пока лесная живность не проснулась окончательно. Хотя насчет последнего сомнительно, ведь обитатели леса как раз любят шариться как раз в это время суток. Так что скорее всего, они просто хотят первыми собрать всё что нужно, пока другие еще не проснулись.

Вышел за ворота и зашагал по дороге. Небо на востоке постепенно светлело, меняя цвет от тёмно-синего к бледно-розовому, и первые лучи уже пробивались через верхушки деревьев, расчерчивая дорогу длинными косыми полосами.

Дорогу запомнил хорошо, так что плутать не пришлось. Чуть дальше по тракту свернул на тропу, ведущую вглубь леса. Тропа петляла между деревьями, ныряла под низкие ветви и перепрыгивала через выпирающие корни, и минут через пятнадцать привела к знакомой развилке.

Здесь я свернул с тропы вправо, в подлесок, и дальше шёл по памяти, ориентируясь на приметные валуны и кривую берёзу с расщеплённой верхушкой, которую запомнил в прошлый раз. Ещё минут десять через молодняк и редкий кустарник, и впереди показалась полянка.

Остановился на краю, не выходя из-за деревьев, и некоторое время просто рассматривал обстановку.

Лиственница стояла по центру поляны и выглядела ровно так же, как в прошлый раз, ничего нового у нее не отросло и ходить вроде бы не научилась. Вокруг ствола расстилалась всё та же бурая проплешина, ни травинки, ни мха, только сухая земля, пропитанная слизью, в которой переварены останки всех, кто подошёл слишком близко.

Солнце уже выползло над горизонтом и залило поляну мягким утренним светом, отчего лакированная кора заблестела ещё ярче. Красивое дерево, если не знать, что оно собой представляет. Прямо как некоторые ядовитые лягушки из прошлой жизни, чем ярче окрас, тем вернее смерть.

Ну что, здравствуй ещё раз, ушлёпок. Обещал же вернуться, и вот он я.

Мысли о лобовой атаке, конечно, присутствовали. Подкрасться поближе, рвануть вперед, ловко уклоняясь от ветвей и цепких корней, а потом вложить всю Основу в один сокрушительный удар по стволу. Красиво, эффектно, по-геройски!

Вот только в этом плане столько допущений, что он больше смахивает не на инженерный расчёт, а на молитву. А если с первого удара не срублю? Ствол хоть и средней толщины, но вложенная в дерево Основа ещё ни разу не проходила насквозь с одного замаха. А если даже срублю, дерево продолжит сопротивляться? Ветви-то отсечены останутся на стволе, да и корни живут в земле сами по себе, и пока их не вырвешь, они будут хватать за ноги всё, до чего дотянутся. А если не успею уклониться от шипастых плетей? В прошлый раз одна ветвь воткнулась в землю на пять сантиметров, и это была не угроза, а демонстрация возможностей.

Нет, такое мне категорически не подходит. Инженер-подрывник не лезет на заминированный объект с голыми руками. Инженер-подрывник сначала думает, потом считает, и только потом делает, причём желательно находясь на безопасном расстоянии.

Принялся внимательнее рассматривать поляну и окружающие деревья. Справа от лиственницы, метрах в семи, стояла рослая сосна с раскидистой кроной, ствол сантиметров двадцать в диаметре. Серьёзное дерево, высотой метров десять, и если его положить в нужном направлении, оно с запасом накроет и лиственницу, и зону вокруг неё. Слева, чуть дальше, ещё одна, потоньше, но повыше, и с кроной, смещённой как раз в сторону цели. За лиственницей, если обойти поляну по кругу, стояло что-то лиственное, с толстым стволом и тяжёлыми ветвями, нависающими над голым кругом мёртвой земли. И четвёртое дерево чуть в стороне, молодая сосна, тонкая, но длинная, как удочка.

Четыре снаряда вокруг одной мишени, и если повалить их одновременно, или хотя бы в быстрой последовательности, так, что все четыре лягут на лиственницу, та окажется погребена под тоннами древесины. Ветви прижмёт к земле, корни заблокирует тяжестью стволов, и пока дерево будет барахтаться под завалом, я спокойно подберусь и перерублю ствол.

План звучит просто, но в простых планах дьявол прячется в деталях. Одно дерево пролетит мимо, и всё, весь замысел накроется медным тазом. Придётся импровизировать под обстрелом шипастых ветвей и цепких корней, а импровизация в бою это последнее, чем хочется заниматься.

Значит, рассчитать нужно как можно точнее.

Обошёл поляну по широкой дуге, держась на безопасном расстоянии от лиственницы. Из-за деревьев чёрная хищница не проявляла признаков беспокойства, ветви покачивались лениво и расслабленно, корни не показывались. Видимо, на таком удалении она не воспринимает меня как добычу, или просто ещё не проснулась окончательно, всё-таки и у плотоядных деревьев должен быть свой суточный ритм.

Во время обхода повнимательнее оценил каждое из четырёх деревьев. Первая сосна, справа, наклон ствола почти вертикальный, но крона чуть сдвинута в сторону поляны, потому что с той стороны больше света. Клиновидный вырез с этой стороны, немножко отсечь с противоположной, и она ляжет аккурат на крону лиственницы, а заодно частично придавит корни своими ветвями. Вторая сосна, слева, тоже тянется к свету, но наклон слабее, придётся компенсировать более глубоким вырезом, чтобы задать направление падения. Лиственное дерево за лиственницей, самое тяжёлое из четырёх, и если оно ляжет сверху, одного его веса хватит, чтобы придавить большинство ветвей. Молодая сосна, запасной вариант, если одно из первых трёх промахнётся.

Теперь нужно определиться с последовательностью. Валить все четыре разом я не смогу физически, не хватит ни рук, ни времени. Значит, нужно подрубить заранее, ослабить стволы до такого состояния, чтобы каждое дерево держалось на тонкой перемычке и падало от одного точного удара или даже от толчка. А потом пройти по кругу и обрушить их одно за другим, быстро, пока лиственница не успеет среагировать.

Именно для этого мне и нужна верёвка, хотя стоило бы взять хотя бы две. Если привязать её к подрубленному стволу соседних деревьев, то можно таким образом обрушить сразу два, причем направить их как надо, к одной точке. Так получится нанести первый сокрушающий удар и следом навалить сверху еще два.

Присел на корточки, подобрал палочку и расчистил кусок земли ладонью. Нарисовал кружок по центру, это лиственница. Четыре точки вокруг, пронумерованные в порядке обрушения. Стрелки от каждой к центру. Первой пойдёт правая сосна, она довольно пышная, и потому накроет корневую зону, лишив плотоядную сволочь подземного оружия. Второй лиственное дерево сзади, оно тяжелее всех и придавит крону. Третьей полетит левая сосна, для верности, ляжет крест-накрест поверх первых двух. Четвёртая в резерве, может и не понадобится.

Расстояния прикинул на глаз, от каждого дерева до лиственницы пять-семь метров, высота стволов восемь-десять. При падении крона затормозит о ветви соседних деревьев, но стволы всё равно достанут до цели с запасом. Даже если одно дерево ляжет не идеально, два других скорректируют ситуацию.

Смял рисунок ногой, выпрямился и пошёл к первому стволу. Начинать надо с засечек, с разметки, чтобы потом не тратить время на прицеливание. Подошёл к правой сосне, отмерил высоту примерно в полметра от земли, здесь будет клиновидный вырез, и провёл камешком две линии по коре, обозначив верхний и нижний край. Угол между ними градусов сорок пять, глубина выреза примерно треть диаметра ствола, направление строго к центру поляны.

Перешёл ко второму дереву, лиственному. Этот ствол потолще, засечку сделал пониже, сантиметрах в тридцати от земли, чтобы увеличить рычаг падения. Отметил направление, прикинул глубину. Здесь древесина будет твёрже, чем у сосны, придётся вложить больше усилий, а может и единичку Основы, если топор застрянет в узлах.

Третья сосна слева, засечка на полуметре, направление чуть под углом, чтобы ствол лёг не параллельно первому, а наискосок, перекрывая те зоны, которые первый не накроет.

Четвёртую, запасную, пока оставил без разметки. Если первые три сработают как задумано, она не понадобится, а если не сработают, тогда и решу, в каком направлении её класть.

Вернулся к первому стволу, перехватил топор поудобнее и приступил к подрубанию, но аккуратно, не торопясь, контролируя каждый удар. Сейчас задача не свалить, а ослабить, довести ствол до такого состояния, чтобы он держался, но еле-еле. Дерево должно стоять, пока я не дам ему команду падать, и упасть именно тогда и именно туда, куда я решу.

Время жмет, потому торопиться нельзя. Казалось бы, глупость ляпнул, но на деле всё именно так и работает. Лучше уж потратить больше времени на подготовку и сделать в итоге все правильно и с первого раза, чем потом начинать всё заново. Так что нет, лучше спокойно всё сделаю, проверю, исправлю недочеты и проверю еще пару раз.

Провозился около часа, может чуть больше. В итоге первая сосна получила вырез на треть сечения с направляющей стороны, и теперь держалась на перемычке толщиной в пару пальцев. Вторая чуть побольше, там перемычку оставил потолще, потому что ствол тоньше и могло качнуть ветром раньше времени. Лиственное дерево далось тяжелее всего, древесина вязкая и плотная, топор не столько рубил, сколько продирался, и пришлось вложить две единички Основы в пару ударов.

[Основа: 10/10 → 8/10]

Четвёртую сосну, запасную, тоже подрубил на всякий случай. Если первые три лягут нормально, она просто постоит и подождёт, а если нет, добью позже.

Закончив с подрубкой, обошёл все четыре ствола ещё раз. Проверил глубину каждого выреза, покачал стволы ладонью, убеждаясь, что ни один не собирается упасть прежде времени. Прикинул направления, мысленно прочертил траектории падения и наложил их на позицию лиственницы. Первая сосна ляжет кроной на корневую зону и частично на ствол. Лиственное дерево накроет сверху, придавив ветви-плети. Вторая сосна пойдёт наискосок и запечатает оставшиеся щели. Пересечение трёх стволов образует решётку, из которой лиственнице не выбраться, как бы она ни извивалась.

Ещё раз просчитал каждый вектор, и для верности подрубил первую сосну ещё на пару ударов, потому что перемычка показалась толстоватой. Теперь дерево стоит на честном слове и лёгком бризе, любое серьёзное усилие обрушит его мгновенно.

Ну всё, пора.

Размотал верёвку и прикинул длину. Метров десять, может чуть больше, если считать с запасом, должно хватить. Накинул петлю на первую сосну, зацепив за одну из веток ближе к верхушке, протянул свободный конец ко второй, левой сосне, и обвязал её настолько высоко, насколько получилось. Верёвка провисла между двумя подрубленными стволами, и если первая сосна пойдёт в сторону лиственницы, она натянется и потащит за собой вторую. Два дерева за один рывок, если повезёт. Если нет, вторую придётся добить отдельно.

Встал у первой сосны, с противоположной стороны от выреза. Отсюда до лиственницы метров семь, достаточно далеко, чтобы ни корни, ни ветви не достали. Перехватил топор, примерился к перемычке, которую нужно перерубить одним ударом.

Глубокий вдох, медленный выдох.

[Основа: 8/10 → 7/10]

Единичка ушла в замах, по рукам прокатилась волна тепла, и топор впился в перемычку с коротким звонким хрустом, от которого лиственница вздрогнула ветвями на другом конце поляны. Почувствовала, значит, и сейчас ещё не то почувствует.

Перемычка лопнула, ствол застонал и медленно начал заваливаться, набирая скорость с каждой секундой. Верёвка между двумя соснами натянулась как струна, рванулась, и вторая сосна дёрнулась, накренилась, захрустела перемычкой и пошла следом за первой, с отставанием в пару секунд.

Грохот ударил по ушам, когда первая сосна рухнула кроной на лиственницу. Ветви двух деревьев сплелись, затрещали, полетели обломки коры и хвои, а лиственница отреагировала мгновенно. Чёрные плети метнулись во все стороны, пытаясь сбросить навалившуюся тяжесть, корни вырвались из земли и забили по упавшему стволу, как по барабану. Хищное дерево сопротивлялось яростно, всей своей злой растительной волей, но сосновый ствол весил сотни килограммов и сдвинуть его шипастыми ветками быстро не получилось.

А в следующий момент сверху прилетела вторая сосна. Верёвка сработала как задумано, утянула подрубленное дерево вслед за первым, и оно легло наискосок, крест-накрест, придавив те ветви лиственницы, которые ещё оставались свободными. Треск стоял такой, будто разваливается целый дом, одна из крупных чёрных ветвей не выдержала двойного удара и отломилась с влажным хрустом, оголив тёмную маслянистую древесину. Из разлома брызнул темный густой сок, полетел каплями на стволы упавших сосен.

Не стал ждать, пока лиственница освоится с новыми обстоятельствами. Метнулся к лиственному дереву и сразу ударил топором, но одним ударом его не возьмёшь, так что пришлось вложить ещё единичку Основы в первый замах.

[Основа: 7/10 → 6/10]

Топор вошёл глубоко, в разные стороны брызнули щепки, затем второй удар, третий, перемычка истончалась на глазах, и на четвёртом ствол хрустнул и пошёл. Это дерево было тяжелее сосен, падало медленнее, но весомее, и когда густая крона обрушилась на лиственницу сверху, от удара земля ощутимо вздрогнула под ногами. Листья и обломки веток взметнулись облаком, чёрные плети лиственницы, и без того придавленные двумя соснами, оказались погребены под третьим стволом, и шевеление внутри завала почти прекратилось.

Почти прекратилось, потому что корни по-прежнему извивались в земле, выныривая то тут, то там, как слепые змеи, и шарили вокруг в поисках того, кто устроил весь этот хаос.

[Путь Разрушения: 64 % → 82 %]

Восемнадцать процентов за каскадный завал, и ни одного дерева мимо! Система оценила не просто рубку, а именно план, расчёт направлений, использование верёвки для одновременного обрушения двух стволов и результат в виде полностью обездвиженного противника. Контролируемое разрушение с нестандартным подходом, ровно то, что даёт максимальный прирост.

А может и не система… Все-таки стоит отметить, что в этом мире люди как-то развиваются и без нее. Система просто оценивает прогресс развития, не более того.

Ладно, рассуждения потом, а сейчас надо действовать.

Двинулся к завалу, но не спеша, внимательно глядя под ноги. Корни лиственницы здесь ещё могут работать, земля вокруг мёртвой зоны достаточно мягкая, чтобы они пробились на поверхность. Перебрался через ствол первой сосны, протиснулся между переплетёнными ветвями, и тут из земли прямо перед правой ногой вырвался корешок. Скользкий, бурый, покрытый знакомой слизью, и метнулся к щиколотке быстрее, чем я ожидал.

Вот только на этот раз я был готов. Ногу резко отвёл в сторону, и корень схватил пустоту, а в следующий момент топор уже шёл ему навстречу коротким рубящим ударом. Лезвие впилось в скользкий жгут, но к моему удивлению, тот оказался невероятно прочным и упругим, будто сделан не из растительных волокон, а из чего-то вроде жёсткой резины. Осталась только неглубокая насечка, но и этого хватило, чтобы корень юркнул обратно в землю.

Стоит это запомнить на будущее. Корни у этой дряни прочнее, чем кажется, и рубить их без вложения Основы почти бесполезно. Впрочем, сейчас не до корней, мне нужен ствол.

Продвинулся ещё на метр, продираясь сквозь мешанину сосновых и лиственных ветвей. Новые отростки появлялись всё чаще, выскакивали из земли справа, слева, прямо между ногами, и приходилось отбиваться на ходу. Один особенно настырный обвил левую ногу, но я дёрнул ногой и порвал его, слишком тонкий оказался, видимо, молодой. Другой, потолще, метнулся к колену, и этот пришлось рубануть с вложением половинки Основы, от чего он лопнул с влажным хлопком и забрызгал штанину слизью.

[Основа: 6/10 → 5/10]

Ну всё, наконец пробился к стволу… Чёрная лакированная кора оказалась прямо передо мной, в полуметре, и от неё несло сладковатой гнилью и чем-то химическим, резким и едким. Вблизи видно, как по коре медленно течёт плёнка слизи, прозрачная и поблёскивающая, а в местах, где упавшие стволы придавили ветви, из трещин сочится тёмный густой сок.

Примерился и ударил. Без Основы, сначала просто проверяя, как пойдёт. Топор лязгнул о кору и отскочил, оставив на чёрной поверхности лишь неглубокую насечку, будто я стукнул по камню. Кора у этой сволочи оказалась твёрдой до безобразия, лезвие соскальзывало с гладкой поверхности, не находя точки зацепа.

Ладно, силой не берёт, значит нужно взять умом. Осмотрел ствол внимательнее и заметил, что в паре мест кора треснула под тяжестью упавших деревьев, обнажив тёмно-коричневую древесину. Вот туда и надо бить, в готовую трещину, где защитный слой уже нарушен.

Но вокруг слишком тесно, ветви упавших деревьев торчат во все стороны и мешают нормальному замаху. Принялся обрубать всё, что путается под руками, расчищая пространство вокруг ствола. Сосновые ветви поддавались легко, от пары ударов, а вот одна лиственная потребовала серьёзных усилий.

Пока рубил, из земли вырвались ещё два корня и на этот раз оба впились в ноги одновременно. Один обвил правую щиколотку, второй левую, и прежде чем я успел среагировать, оба затянулись и начали врезаться в кожу через ткань штанов. Слизь мгновенно пропитала материю и кожу под ней обожгло, будто плеснули кипятком.

Дёрнул правой ногой, потом левой, корни не поддались. Намертво впились и стягивались всё туже, лишая возможности передвигаться. Лиственница подтягивала меня к стволу, медленно и неумолимо, сантиметр за сантиметром. Ещё минута, и корни дотянут меня до коры, покрытой пищеварительной слизью, а там уже и ветви подключатся, те, что остались свободными под завалом.

— А я бежать и не думал, — усмехнулся вслух, перехватил топор обеими руками и замахнулся.

[Основа: 5/10 → 0/10]

Вся оставшаяся Основа, до самого донышка! Тело моментально высохло, будто из него разом вытянули всю влагу и весь воздух. Лёгкие сжались, в глазах потемнело, мышцы задеревенели, и на секунду показалось, что сердце сейчас остановится. Но по лезвию топора пробежали едва заметные золотистые искры, и в руках загудела сила, которой минуту назад там точно не было.

Топор обрушился на ствол, прямо в трещину, где кора уже была нарушена. Лезвие рассекло чёрную поверхность как масло, прошло сквозь древесину и ушло почти до противоположной стороны, увязнув в волокнах на выходе. Лиственница содрогнулась всем стволом, из раны хлынул поток тёмного сока, а корни на моих ногах конвульсивно сжались и тут же ослабли, словно по ним пустили электрический разряд.

Рванул топор на себя, но сталь засела намертво, пришлось раскачивать из стороны в сторону, упираясь ногой в ствол, и наконец вырвал с противным чавкающим звуком, забрызгав лицо и грудь тёмной маслянистой жидкостью. Руки тряслись, в глазах плыли чёрные мушки, а Основа на абсолютном нуле, но ствол перерублен больше чем наполовину, и останавливаться нельзя.

Ударил ещё раз, уже без Основы, обычным ударом. Топор вошёл в разруб и отколол приличный кусок древесины. Ещё удар, ещё, на пятом перестал считать и просто рубил, вкладывая в каждый замах остатки физических сил, которых с каждой секундой оставалось всё меньше. Без Основы тело ощущалось как мешок с мокрым песком, каждое движение давалось через силу, и только злость да упрямство держали руки на рукоятке топора.

На каком-то из ударов ствол хрустнул по-другому, глубоко и протяжно, и начал оседать в сторону. Корни на ногах обмякли и разжались, будто кто-то перерезал провода, питающие механизм. Ветви-плети, торчащие из-под завала, перестали шевелиться и повисли безжизненно, и по всей лиственнице прошла мелкая дрожь, затихающая, как последний вздох. Ствол медленно отклонился, упёрся в переплетение упавших сосен, и замер, держась на последних волокнах.

Ещё один удар, контрольный, и волокна лопнули. Верхняя часть ствола отделилась от нижней, осела вбок и застряла в ветвях, а из перелома выплеснулась последняя порция тёмного сока и стекла по коре на землю, где тут же впиталась в сухую бурую почву.

Вот и всё, лиственница мертва…

Выдрал ноги из обмякших корней, отступил на шаг и привалился спиной к стволу упавшей сосны. Ноги тряслись, руки не слушались, и топор едва не выскользнул из онемевших пальцев. Перед глазами плясали чёрные пятна, а сердце колотилось так, что стук отдавался в зубах. Без Основы организм подростка работает на самом пределе, и предел этот совсем близко.

[Контролируемое уничтожение опасного объекта!]

[Путь Разрушения: 82 % → 100 %]

[Путь Созидания: 98 % → 99 %]

[Основа: 0/10 → 1/10]

Это того стоило… Разрушение добито до абсолюта, Созидание тоже почти доползло, и единица Основы вернулась как награда, разогнав тёмные пятна перед глазами и вернув в лёгкие возможность нормально дышать. Тело по-прежнему ощущалось паршиво, но уже не на грани обморока, а просто на грани сильной усталости, а это существенная разница.

Посидел пару минут, просто дыша и слушая тишину. Странную, оглушающую тишину, потому что даже птицы замолкли. Грохот падающих деревьев и треск ломающихся стволов разогнали из округи всё живое, и теперь лес молчал, настороженно и выжидающе, будто решал, стоит ли пускать звуки обратно. Интересно, как там сборщики… Почему-то кажется, что они все вернулись в деревню и заставили запереть ворота на все замки, а то мало ли какой тут монстр ходит и ломает деревья.

Потом встал, отряхнулся и выбрался из-под сосновых ветвей. Подошёл к мёртвой лиственнице, оторвал один из чёрных прутьев, повертел в руках. Погнул в одну сторону, в другую. Упругий, гибкий, и не ломается, только пружинит и возвращается в прежнее положение. Древесина гладкая на ощупь и лёгкая, без шипов и слизи, которые были только на живых концах.

— Сойдёт, — вслух произнёс я и невольно усмехнулся, потому что слово хорговское, и интонация получилась один в один.

Наломал ещё с полтора десятка прутьев разной толщины, выбирая ровные и длинные. Обломал мелкие отростки, содрал оставшиеся листья. Материал отличный, куда лучше ивовых прутьев, из которых плёл верши на берегу. Те ломались на сгибе, если перестараться с радиусом, а эти гнутся в дугу и не жалуются.

Отнёс прутья на край поляны, подальше от завала, где земля ещё покрыта нормальной травой, и присел. Отобрал шесть самых толстых, заострил концы топором и воткнул в землю кружком, на расстоянии ладони друг от друга. Что-ж, вот и каркас будущей корзины.

Взял тонкий прут, пропустил его между каркасными, пошёл змейкой по кругу. Наружу, внутрь, наружу, внутрь… Знакомый ритм, который пальцы помнят ещё с рыбацких вершей, только в этот раз работа шла быстрее, потому что чёрные прутья ложились ровнее и плотнее, без зазоров и щелей.

— А я тебе говорил, сволочь, что придётся на меня работать, — пробормотал негромко, заплетая третий ряд.

Вокруг по-прежнему стояла тишина, и только мои пальцы шуршали по гладким чёрным прутьям, превращая останки хищника в полезную хозяйственную утварь. Ирония этого момента грела душу едва ли не сильнее, чем восстанавливающаяся Основа.

К десятому ряду корзина обрела форму, стенки поднялись ровным изгибом, дно получилось плотным и прочным. Загнул каркасные прутья внутрь, переплёл верхний край, закрепив кончики. Ручку сделал из двух толстых прутьев, скрутив их между собой и воткнув в стенки с противоположных сторон. Получилась аккуратная чёрная корзина с лаковым блеском, лёгкая и вместительная, в хозяйстве точно пригодится.

[Путь Созидания: 99 % → 100 %]

Ну всё, здравствуй, первая ступенька…

[Оба Пути достигли Первой ступени!]

[Духовный фундамент стабилизирован]

[Угасание отменено]

[Инициирована трансформация… ]

Тепло поднялось из середины груди, но совсем не такое, как при вложении Основы. Глубокое, ровное, проникающее, и не в руки, а повсюду, в каждую мышцу и каждую косточку. Мир вокруг не изменился, молнии не ударили с ясного неба и земля не разверзлась, просто внутри что-то встало на место, как последний камень в кладке, от которого стена перестаёт быть грудой булыжников и становится стеной.

[Основа: 3/10 → 15/15]

[Максимальный объём Основы увеличен: 10 → 15]

[Трансформация завершена]

[Доступны улучшения Первой ступени:]

[Путь Разрушения: усиление ударного воздействия, повышение эффективности вложения Основы]

[Путь Созидания: ускорение восстановления Основы при созидательной деятельности, повышение точности ручной работы, более точное использование Основы в работе]

[Общее: увеличен максимальный объём Основы, повышена базовая регенерация, улучшена совместимость с телом носителя]