Просыпайся, любимый

Глава 9.4

— Ты издеваешься… — выдохнула я, глядя через окно автомобиля. — Меня тут отравили!

— Меня тут отравили, если что, — холодно поправляет Рафаэль. — Больше они не посмеют. Тут, помимо вина, отличная кухня.

Я шокированно оборачиваюсь на него, он смотрит на меня со смесью удовольствия и злорадства.

Мер остается ждать нас в машине. На входе Рафаэль не отдает свое пальто гардеробщику. Я на всякий случай тоже оставляю куртку. Зал замирает и умолкает, когда мы входим в сопровождении слегка бледного администратора. Рафаэль широко улыбается всем, кто на нас смотрит.

А я в очередной раз понимаю, что я опять с ним в общественном месте. Все смотрят, и я понимаю, что они все видят. И что они все думают. И если раньше я спокойно выносила такие взгляды, потому что я некромантка — меня не любили, обо мне шептались, меня одаривали максимально спесивыми взглядами. То сейчас… мне хочется согнуться и проблеять тихо, что мы с Рафаэлем не вместе. Что так нужно. Что я…

Он кладет ладонь мне на поясницу и подталкивает вглубь зала.

— Подними-ка глазки и улыбнись им, — произносит Рафаэль, явно довольным происходящим.

— Черта с два. Пусть лучше все думают, что я заложница, — рычу я тихо в ответ.

Рафаэль усмехается. Мы садимся за стол у окна, и Рафаэль тут же расслабленно закидывает ноги на стол, разглядывая меню. Катана стоит возле его стула, а пальто он небрежно бросает на соседний.

— А ты плевал на правила приличий, верно? — замечаю я, вешая куртку на спинку своего стула.

— Верно, — коротко отзывается Рафаэль.

Разглядываю стену, по которой в тот раз врезал привратник. Глубокая трещина в бетоне, огороженная яркой лентой. Стоило вспомнить, как аппетит мгновенно исчез. Но заставила себя выбрать блюдо, потому что неизвестно, когда ещё поем… И чем закончится сегодняший день. С Рафаэлем ничего нельзя знать заранее, это я уже уяснила.

Заказ принимает скованная официантка в возрасте, которая старается держаться изо всех сил и дрожать. Они все наверняка помнят, что он сделал с их сотрудниками в прошлый раз.

Я беру себе кролика томленого в сметане с морковью. А Рафаэль - два куска дорогущей говяжьей вырезки с кровью, от цены на которую у меня мурашки по спине пошли, и бутылку красного вина.

— И один бокал, — улыбается он и смотрит на меня.

— А я и не хочу, — огрызаюсь.

— А я тебе и не предлагаю.

Интересно, а он заплатит за это или счет отдаст мне? Ошарашенно моргаю, а ведь он может…

— За чей счет ужин? — тихонько уточняю я.

— За счет ресторана, конечно, — отвечает Рафаэль, не моргнув и глазом. Не спрашиваю, почему он так уверен.

Удивительное дело, но едим мы в тишине. Хотя смотрю по сторонам — такое ощущение, что едим только мы, а остальные посетители ресторана просто копаются вилками в тарелках. Рафаэль всем портит аппетит? Это он может… Он наверняка многим в Жерреде его портит.

— Ты удивительно молчалив, — ядовито замечаю я.

Он меня игнорирует. Только вливает в себя вино и заедает мясом. Поедает вырезку с кровью так, будто месяц не ел. Становится как-то не по себе. Будто одичал. Или просто приличия у него и правда идут по боку. Но такого я от него не ожидала… И при этом он умудрялся не чавкать.

Я понимаю, что лучше уставиться в собственную тарелку и доесть свою еду. Но… будто и правда акула поедает свою жертву. Меня передергивает от сравнения. Но я слишком голодная, чтобы оставлять в собственной тарелке хоть что-то и поэтому тоже замолкаю и ем.

Рафаэль справляется куда быстрее, а я не тороплюсь. Пошел к черту, я буду есть так быстро, как захочу. Смаковать этого кролика, который приготовлен был, к слову, просто отлично.

Но Рафаэль молчит и гложет вино. Я бросаю на него взгляд и понимаю, что он напряжен.Брови сдвинуты, о щурится, разглядывая посетителей, покручивая бокал с вином. Мне становится не по себе.

— Ты кого-то ждешь? — спрашиваю вполголоса.

— Вердера. А что? Ты его не ждешь? — Рафаэль расплывается в легкой улыбке.

— Не поняла… — и хорошо, что у меня тарелка уже пустая, после этого упоминания, мне бы кусок в горло не полез.

— А я думал, ты трешься возле меня, потому что в курсе. Но по лицу вижу, что нет, — Рафаэль выдавливает безумный смешок.

Опять чего-то не знаю. Эх… Взял бы да объяснил. Но нет. Я враг. Но меня при этом можно поцеловать, трахнуть, обнять, потискать, а потом выжечь мне руку, сделать больно и страшно, чтобы после улыбаясь накормить ужином. И запутать меня в край.

— Мне инструкцию не давали, — я начинаю раздражаться. — Мне никто ничего не говорит. Все только требуют твою чертову кровь! Никакой информации нигде!

— Ты сейчас мне претензию бросаешь? О том, какие все гады не могут объяснить тебе, как меня убить? — издевательским тоном произносит Рафаэль.

Сдерживаюсь, чтобы не показать ему средний палец.

— Ты ведь даже не пытаешься кому-то понравиться…

— Это бесполезно с тем, что про меня говорят и пишут в этом вашем… — шипит Рафаэль, его верхняя губа дрожит от еле скрываемой злости.

— Это называется “Интернет”, — мне доставляет удовольствие поправлять его, словно старого деда.

— В учебниках истории тот же собачий бред… И плевать мне на самого себя, но он умудрился тронуть и… — он резко обрывает фразу и хмурится.

— Так что мешает тебе попытаться…

— На пол! — рявкает Рафаэль, схватившись за катану.

— Что?

Я не успеваю даже удивиться, Рафаэль мгновенно огибает стол, хватает меня за шкирку и вжимает в пол, подмяв под себя.

В следующую секунду оконный проем и стена лопаются, будто стеклянные, и в зал влетает огромный жирный пурпурный демон. Из-за плеча Рафаэля я умудряюсь разглядеть, что у монстра четыре человеческие головы.