Проклятье кумихо: цепи любви

Глава 1

Дорога серпантином вилась меж гор, окружавших столицу империи Аннё широким кольцом. Скоро Дан Би увидит его – своего будущего супруга, императора Ли Тэ Хо по прозвищу Кровавый.

О нём ходило много разных слухов, один противоречивее другого. Говорили, что он злобный дух, только притворяющийся человеком. Говорили, что он беглый преступник, каторжник, а власти добился обманом и хитростью. Правды не знал никто.

Слуги гама-ккун старались осторожно нести гама, но всё равно принцессу немилосердно трясло на поворотах. Десять дней изматывающей дороги, десять дней в душном деревянном ящике. Дан Би вся провоняла потом, а мышцы болели, будто она скакала на лошади всё это время. Хотелось снять с себя дорожную одежду, залезть в тёплую воду и умереть от наслаждения.

На очередном повороте гама замедлились, а потом и вовсе остановились. Дан Би выглянула наружу, отодвинув в сторону окошко.

— В чём дело, Дон Ги?

Начальник охраны подъехал к гама вплотную, учтиво наклонил голову.

— Всадник, Ваше Высочество. Гонец Его Императорского Величества.

Вскоре Дан Би тоже увидела его: облаченный в чёрное мужчина со штандартом императора в руках. Лазурный дракон на белом фоне – символ власти, силы и богатства.

— Его Императорское Величество приглашает Её Высочество в летний дворец, куда прибудет лично. Свадьба должна состояться как можно скорее, – после необходимых приветствий объявил волю императора гонец.

Почему он изменил порядок церемонии? Неужели так не терпится жениться? Дан Би недоверчиво скривилась, закрывая окно гама. Говорили, император ещё не стар и ничем не болен, так к чему торопиться?

Гама тронулись, и Дан Би устало закрыла глаза. Всего два месяца прошло с того дня, когда прибыли послы империи Аннё и Дан Би узнала, что предназначена Кровавому императору в жёны. Отказаться – невозможно, или империя проглотит Сурру, даже не жуя. Куда безопаснее породниться с монархом Аннё, получив его поддержку и одобрение. Королевство слишком мало, чтобы воевать с таким гигантом, как империя.

На миниатюрном портрете, что послы привезли с собой, император выглядел суровым и грозным, потому красоту его принцесса оценить не смогла. Зато оценила имя – Тэ Хо – тигр. Умный и коварный хищник, он умело подражает голосам животных, на которых охотится. С таким надо держать ухо востро.

Недели истаяли, как прошлогодний снег, не успела Дан Би оглянуться. В день отъезда внутренний двор заполнили тюки и сундуки с приданым, которые спешно навьючивали на лошадей. Перестук копыт, окрики стражников и звон мечей заполнили пространство. Но громче всего стучало сердце Дан Би, словно пытаясь вырваться из груди.

— Мы не желали тебе такой судьбы, дочь, однако выбора у нас нет. Будь примерной женой императору и не забывай, кто ты, – напутствовала мать.

Она прятала влажные от слёз глаза, зная, что, возможно, больше никогда не увидит дочь. Дан Би порывисто обняла её и поцеловала морщинистую щёку.

— Я постараюсь, омамама*. Не грусти без меня.

*Омамама – обращение принцессы к королеве-матери.

Потом пришла очередь отца прощаться, но он лишь пожелал Дан Би стойкости и терпения. За последние недели он похудел, осунулся, и морщин на лице как будто стало больше.

— Будьте спокойны, апамама*, я не посрамлю честь Сурры и Вашу честь тоже, – уверила она.

*Апамама – обращение принцессы к королю-отцу.

Дан Би очнулась, вытерла мокрые щёки. И дом, и родители в прошлом, а впереди свадьба и тяготы жизни в императорском дворце с нелюбимым человеком. Но, как бы ни было, Дан Би справится с трудностями. Словно гибкая ива, она согнётся, но не сломается, останется собой. И тогда, быть может, судьба сжалится над ней и наградит счастьем.

***

— Император Аннё, Величайший из великих, что когда-либо жили под небом, Властитель гор, лесов и долин, милостью богов посланный… – бубнил волшебный помощник императора, дух, способный менять облик.

Сегодня дух был красивым юношей-слугой. Он сидел рядом с повелителем в беседке, увитой плющом, где последний любил проводить утро. Книга с древними учёными трактатами лежала на круглом столе, встроенном в пол, но чтение сегодня давалось императору с трудом. Оторвав взгляд от страниц, он нахмурился – обилие титулов больше не радовало, а, напротив, раздражало.

— Прекрати это, Анго! Сейчас не официальная церемония. Переходи уже к делу, – потребовал император.

— Я лишь хотел сказать, Повелитель, что принцесса Сурры уже здесь.

— С этого и надо было начинать, Анго. Ты видел её? Портрет оказался правдив?

— Портрет преуменьшил её достоинства, Повелитель. Если она хотя бы вполовину так добра, как красива, Вас ждёт счастливый брак.

— Сомневаюсь, Анго, – вздохнул император, захлопывая книгу – всё равно и половины прочитанного не понял. – Девушки давно не трогают ни моё сердце, ни моё тело. Они лишь лепестки сакуры, гонимые ветром, в моей бесконечной лисьей жизни.

— Но Вы не можете отрицать, Повелитель, что нет ничего прекраснее цветущей сакуры, – возразил дух. – Достаточно взглянуть на Ваш сад, чтобы в этом убедиться.

Император покачал головой, не желая продолжать разговор: они с Анго часто не сходились во мнениях. Но дух разделял его одиночество так долго, что стал одним целым с лисом, словно рука или нога.

— В любом случае она умрёт раньше, чем успеет кем-то стать для меня, – вздохнул кумихо*.

*Кумихо – девятихвостый лис из корейской мифологии, способный превращаться в человека.

— Постарайтесь хотя бы не спугнуть девушку сразу своей холодностью и безразличием, – посоветовал дух. – Пусть хоть немного порадуется, ей и так тяжело. Обещайте мне, Повелитель.

Тэ Хо долго молчал, размышляя, а потом ответил:

— Обещаю, Анго.

***

Летний дворец императора по роскоши соперничал с лучшими покоями короля Сурры. Выстроенный на склоне горы, он и сам казался ещё одной вершиной, горделиво возвышающейся над остальными зданиями. Словно слуги, кланяющиеся господину, дворец окружали постройки поменьше, а каменные ступени вели к озеру, по берегам которого росла сакура. Множество цветущих деревьев с розовыми, белыми, жёлтыми лепестками, как в сказке о волшебном саде на Горе бессмертных.

Приглядевшись, Дан Би едва удержала смех: дворец и дома вокруг напоминали чайный сервиз, а кровля – крышечки от заварочного чайника, которые какой-то великан надел сверху. Принцесса восхищённо прижала руки к сердцу, шепнув Ми Со, своей служанке:

— Здесь очень красиво, не правда ли?

— Да, Ваше Высочество, Вы правы. Особенно тот сад возле озера.

— Если такова вся столица, мне понравится здесь, Ми Со. Вот бы ещё император мне тоже понравился.

— Я могу узнать, Ваше Высочество. Слуги всегда много сплетничают, а уж разговорить-то я их смогу.

Ми Со упёрла руки в бока, торжествующе улыбнувшись. Она и в самом деле была очень болтливой служанкой и всегда всё обо всех знала. Но у них не нашлось свободного времени на подобные глупости – император обещал прибыть в час змеи*, а до этого надо было успеть выкупаться и облачиться в свадебные одежды.

*Час змеи – промежуток времени с 9 до 11 часов утра.

Всплеснув руками, служанка побежала распоряжаться, и вскоре в покоях, предназначенных принцессе, дымилась паром ванна с лепестками жасмина. Ми Со заботливо укутала принцессу в длинную полосу шёлка, прикрыв грудь и бёдра. Дан Би с наслаждением погрузилась в тёплую воду, и все заботы вылетели у неё из головы. В конце концов, она и в Сурре никогда бы не вышла замуж по любви, а укрощать злобных тигров её учили всю жизнь.

Вскоре пришли служанки императора, чтобы облачить Дан Би и причесать. На подоле и рукавах тяжёлого платья распустились фениксы – символ императрицы, а сзади волочился шлейф из полупрозрачной ткани. Волосы принцессы зачесали наверх в высокую причёску, а сверху водрузили корону из рубинов, сапфиров и жемчуга и фигурками фениксов, сделанных из птичьих перьев. Дан Би осторожно погладила крыло одной из фигурок – такое гладкое, точно шёлк.

— Зеркало, – приказала Дан Би, и одна из служанок подала бронзовый диск.

Там отразилась красавица с тёмно-карими глазами, румянцем на бледных щеках и аккуратным маленьким ротиком. Дан Би улыбнулась отражению – а она хороша, очень хороша!

— Какая Вы миленькая, Ваше Высочество, – ахнула Ми Со. – И пахнете, как цветок. Императору Вы точно понравитесь.

Она хихикнула и тут же зажала себе рот рукой, когда Дан Би с укором на неё взглянула.

— Молись богам, Ми Со, чтобы ты не ошиблась.

***

Лепестки сакуры кружились в воздухе, падали на плечи и волосы его невесты. Кумихо вдруг захотелось запечатлеть этот миг на картине, чтобы потом любоваться им долгие века, когда Дан Би уже будет в могиле. Давно он не рисовал, хотя Анго всегда говорил, что у него явный талант живописца. Решено: завтра на рассвете он нарисует её портрет.

А пока Тэ Хо улыбнулся, как мог, дружелюбно и протянул руку невесте. Она одарила его ответной улыбкой, и император потерялся во времени и пространстве. Он знал, что видит принцессу впервые, и всё же Дан Би почему-то казалась знакомой. Не переродилась ли принцесса, чтобы встретить его снова?

— Добро пожаловать в Аннё, принцесса, – шепнул Тэ Хо. – Добро пожаловать домой.

Всю церемонию кумихо смотрел только на неё. Говорил и делал что положено, но не спускал внимательного взгляда с принцессы. Нет, уже не принцессы, а императрицы, его императрицы.

Анго не наврал о её красоте: она была не просто красива – бесподобна. Чёрные, как мех пантеры, волосы, тёмные глаза цвета мокрого дерева, соблазнительные губы. От неё пахло жасмином и розовым маслом, и кумихо, ощущавший запахи острее, чем человек, блаженно застонал. Мысленно, конечно, внешне он себя полностью контролировал.

Когда Тэ Хо отпил вино из первой чаши и передал Дан Би, их ладони случайно соприкоснулись, и Тэ Хо ощутил, как дрожат пальцы принцессы то ли от страха, то ли от предвкушения. Скорее первое, ведь слава о его ратных подвигах дошла и до Сурры. Ничего, он покажет жене, что Кровавый император и муж Дан Би – это два разных человека. Этой ночью у них будет много времени для разговоров и не только. Возможно, разговоры вообще подождут до завтра.

Глядя поверх чаши, император встретился глазами с Анго, изображающим уже не слугу, а знатного гостя. Незаметно для других дух подмигнул кумихо. Вот же засранец, как он угадал?