Попаданец в Машерова -2

Глава 2

Тридцатилетний Владимир Тимофеевич Медведев в этом, 1967 году, был переведен из четвертого отдела Девятого управления КГБ в Первый, занимавшийся охраной первых лиц Союзного значения. Поначалу его хотели назначить одним из личных телохранителей Брежнева, но после Суслова появился новый Второй секретарь и Медведева назначили охранять Машерова. В Ташкент прислали еще четверых сотрудников, которые в охране собаку съели и имели опыт не только охраны, но и оперативной работы: Михаила Петрова, Андрея Прокопенко, Степана Федорчука и корейца Кима Уджина. Все четверо были настоящими волкодавами и Медведев не считал зазорным у них учиться. Начальника охраны пока не прислали и Медведева назначили ВРИО.

Уджин был среди всех пятерых лучшим рукопашником и мастером холодного оружия. И все четверо были стрелками от Бога, они могли в полной темноте вести огонь на звук и на вспышки выстрелов. Впрочем эти четверо высоко оценили и профессионализм ГРУшников, которые вместе с ними проводили тренировки. Медведев учился у них всему, что они знали. Спортзал и тир были обустроены в подвале Здания ЦК Компартии Узбекистана. Пока Машеров работал, его охрана из КГБ и ГРУ натаскивала Владимира, передавая ему свои знания. Вечером после работы Машеров спускался в импровизированный спортзал, с удовольствием постигая мастерство рукопашного боя. Семью Петр Миронович решил пока не перевозить, не желая проблем, подставляя свою семью под возможный удар.

Потому и не спешил вернуться в свою огромную пустую квартиру, в которую после решения отказа от переезда семьи, он решил посоветоваться со своим телохранителем — Володя! Квартира огромная и если нужно, то ты со своими комитетчиками можете расположиться в двух спальнях.

Подумав, Медведев решил частично согласиться — он и еще двое во время нахождения Машерова в квартире находились в ней же, а еще двое были прикрытием с нижнего этажа, резервом. Тем более, что на одной площадке в шаговой доступности находились головорезы из спецназа ГРУ.

После двухчасовой тренировки Машеров набивал руку в тире, изначально стреляя довольно неплохо. Волкодавы ставили Машерову стрельбу с двух рук и обучали азам качания маятника. Второй секретарь Политбюро ЦК КПСС после ежедневных приемов отваров чувствовал себя намного лучше, будто помолодел лет на десять.

Я даже во вкус вошел, тренируясь каждый день со своими головорезами. Спасибо травницам — я будто десяток лет скинул, про почки даже забыл, ну есть они внутри меня и продолжают работать. За месяц я стал намного сильнее. Кореец научил меня комплексу упражнений, который не только укреплял тело, но и, по словам сэнсэя, идет общее оздоровление организма, которое вкупе с травяными отварами, продлевает мою жизнь. Правда перерывов быть не должно, я должен каждый день выполнять этот непростой комплекс, в котором чередование напряжения и расслабления мышц, правильное нижнее дыхание не грудью, а животом, сосредоточение на принимаемой энергии в точку, находящуюся ниже пупка на два пальца и распределение потока вдыхаемой энергии по позвоночнику в руки с выводом ее через ладони и пальцы плавные движения и перемещения, напоминающий китайскую школу тайцзицюань.

Когда я уверенно стал чувствовать себя с оружием, я получил пистолет Макарова, который носил в кобуре скрытого ношения под мышкой.

Мой ВРИО начальника охраны Медведев и командир спецназовцев Светлов несмотря на протесты помощника вошли в мой кабинет с мрачными лицами и Светлов доложил — Извините, Петр Миронович! У нас тревожные вести! На территорию Туркменистана забросили два десятка американских диверсантов, возможной целью которых являетесь вы, Петр Миронович! В связи с этим мои ребята переходят на боевой режим несения службы и потому все будут задействованы в вашей охране круглосуточно.

Я засомневался — А это точно, может целью диверсантов является строящаяся комсомольцами в Таджикистане Нурекская ГЭС? Высота плотины в 300 метров мне кажется весьма лакомый кусочек для диверсантов.

— Для закладки взрывчатки с подрывом плотины нужно столько взрывчатки, что для ее доставки нужно минимум сотня носильщиков с ящиками взрывчатых веществ. Нет, двадцать человек хватит, чтобы однозначно попытаться ликвидировать второго человека Партии, а следовательно того, кто может стать и Первым.

Я хмыкнул — Ну что же, я надеюсь на профессионализм вас и ваших подчиненных. Надеюсь, что выстрел снайпера мне не грозит.

А вот тут уже призадумались мои бодигарды. Наконец Медведев медленно покачал головой — У преступников нет возможности разжиться снайперкой, да у них и автоматическим оружием нет возможности вооружиться. Все воинские части в средне-азиатских республиках переведены на боевой режим службы, даже часовые на постах по одному не стоят, минимум три человека с автоматами с готовностью открывать огонь на поражение.

Я вздохнул и посмотрел в свой еженедельник — на сегодня я запланировал внезапную проверку одного детского дома в области. Предварительно я просмотрел отчеты партийных органов, ЦК ВЛКСМ и различных госучреждениях о проверке состояния дел в детских домах. По итогам рейдов составлялись обширные отчеты, где описывались обнаруженные недостатки и указывались принятые меры для улучшения ситуации. Как правило, в принимаемых решениях высоких инстанций говорилось о наказаниях виновных и выделении дополнительных средств, мебели, одежды и, главное, продуктов для детей. Однако стоило отъехать от столицы и крупных городов, как оказывалось, что при очередной ежегодной проверке в детдомах выявлялись абсолютно те же недостатки, что и в предыдущие годы, и столь же значительные, как и прежде. Самым же примечательным было то, что нарушения всех возможных видов длились в некоторых детских домах годами, несмотря на то что их регулярно проверяли районные, областные и прочие чиновники.

О том, почему регулярные проверки ничего не дают, я прочитал в докладе МГБ СССР, составленном еще в 1951 году после очередной массовой проверки детдомов в нескольких областях и автономных республиках РСФСР: «В течение 1950–1951 гг. вскрыто 154 случая хищений социалистической собственности в детских домах; к уголовной ответственности привлечено 296 человек, в том числе 64 директора детских домов. Ущерб, причиненный преступниками государству, составил около 3 миллионов рублей».

Впечатляли и суммы похищенного в отдельных детских домах:

«В Башкирской АССР в апреле с.г. привлечены к уголовной ответственности директор Белорецкого детского дома Гудим и 5 служащих за расхищение продуктов питания, одежды и денежных средств, принадлежащих детскому дому. Ими похищено и разбазарено денежных средств и материальных ценностей на сумму 171 тысячу рублей. В Новосибирской области в марте с.г. арестован директор Маслянинского детского дома Куклин и 4 человека его подчиненных. Преступники брали в магазине сельпо лично для себя водку, промышленные и продовольственные товары, на что выписывались фиктивные фактуры, по которым детским домом уплачивались деньги, а продукты списывались как израсходованные на питание детей. Таким путем было украдено материальных ценностей на сумму 57.256 рублей».

Похожие преступления совершались во всех частях страны:

«Директор Шиховского детского дома № 139 Кировской области Пуртов присвоил 60.320 рублей. В этом же детском доме были украдены специально созданные излишки мануфактуры на сумму 27 тысяч рублей. Расхищались продукты питания, предназначенные для детей. Всего похищено денег и материальных ценностей на сумму свыше 105 тысяч рублей. В Вологодской области в июне с.г. привлечены к уголовной ответственности повара Петриневской спецшколы Пронякова и Пичугина, которые занимались хищениями продуктов питания, предназначенных детям. Вследствие систематического недоедания дети ходили по деревням, занимаясь нищенством».

Как сообщало МГБ, в разных областях и республиках воспитанники недоедают потому, что детдомам местные снабженческие организации недодают продукты:

«В Татарской АССР детские дома систематически недополучают от райпотребсоюзов планируемые им продукты питания. Так, в апреле с.г. 44 детским домам было отпущено лишь 12,5 тонн мяса вместо 30 тонн, сметаны — 1113 кг против 6.586 кг, сахара — 13.942 кг против 22.185 кг, рыбы — 6.957 кг вместо 19.255 кг, масла сливочного 8.688 кг против 17.038 кг. В мае с.г. по данным 56-ти детских домов ими недополучено от райпотребсоюзов около 13 тонн макарон, 21 тонна сахара, более 15 тонн творога». В Молотовской области в Баклушинском детском доме воспитательная работа находилась в неудовлетворительном состоянии, учеба должным образом не была организована. Директор этого детского дома Каменских и некоторые другие сотрудники склоняли подростков-девочек к сожительству.

В Кировской области в мае с.г. арестованы директор Березовского детского дома № 77 Солоницына Н. И., член ВКП(б) и мать директора — бывший инструктор по труду этого детдома Солоницына А. С. Солоницына и воспитатели детского дома Шихова и Киселева систематически лишали детей обеда, ужина и даже ночлега за различные проступки, применяли рукоприкладство. Солоницыны за счет детского дома создали и содержали личное хозяйство: имели корову, свиней, овец, купили дом. Заготовку сена для личного скота они производили силами работников детского дома и воспитанников.

В Красноярском крае в июне с.г. привлечены к уголовной ответственности директор Артековского детского дома Шестаков, который применял рукоприкладство, оставлял детей без пищи, эксплуатировал их в своем личном хозяйстве и на уборке квартиры. Он же совместно с другими работниками детского дома расхищал продукты питания и одежду'.

МГБ отмечало, что проводимые на местном уровне проверки ничего не выявляют:

'Со стороны некоторых отделов народного образования отсутствовал должный контроль за работой детских домов, ревизии проводились редко и иногда недоброкачественно.

Вследствие недостатков в работе ревизорского аппарата Свердловского Обл. ОНО растраты и хищения в детских домах этой области составили в 1949 году 109 тысяч рублей, в 1950 году — 198 тысяч рублей и за первый квартал 1951 года 37 тысяч рублей.

Аналогичное положение с ревизиями и в Приморском крае, где за 7 месяцев 1951 года ревизии проведены всего в 13 детских домах, в которых установлено хищений и растрат на сумму 149 тысяч рублей и незаконных расходов 338.500 рублей'. Но охватить проверкой всю страну не могло даже МГБ, а потому в докладе указывалось: «Факты хищений государственных средств, материальных ценностей и ненормальных явлений в содержании и воспитании детей имели также место в детских домах Челябинской, Рязанской и Кемеровской областей».

Собрав у себя поставленных недавно после бунта в Ташкенте первого секретаря обкома с новоназначенным прокурором области и начальника областного отдела народного образования, я оглядел их холеные узбекские лица и встал из-зо стола — Пройдемте, товарищи, нас внизу ждет транспорт, хочу провести проверку одного из областных детских домов. — увидев удивленные лица, я добавил — В стране давно назрела проблема с состоянием дел в детских домах. И если я сейчас обнаружу недостатки, которые были зафиксированы проверками прошлых лет, то для начала руководство облОНО в полном составе пойдет искать работу на сборке хлопка. Я представляю, как живут дети в детских домах, если в республике даже обычных детей как рабов привлекают для сбора урожая. Я специально вас не предупредил о цели вызова, хочу застать руководство детдома со спущенными штанами.

Выйдя на улицу, мы очутились в кольце из вооруженных до зубов спецов. Прокурор мрачно переглянулся с партийным босом области, тот ответил ему столь же тоскливым взглядом.

Я указал на Волгу — Садитесь, товарищи, тянуть время не советую.

Добравшись до детского дома, моя охрана частично разбежалась по зданию, беря его под контроль. Директора и воспитателей, чьи рожи лоснились жиром, а животы демонстрировали достижение коммунизма в отдельно взятом детском учреждении, а вот их глаза бегали так, что сразу было понятно, чье мясо они съели. А вот дети выглядели в штопаных обносках с тоненькими руками и ногами с голодными тусклыми глазами как будто они не ели месяц минимум.

Я повернулся к прокурору — Будете вести протокол нашей комиссии. Для начала предлагаю сотрудникам КГБ пока допросить подозреваемых, а мы все проведем собеседование с детьми. — я повернулся к Медведеву — Володя, заводите детей по одному начиная со старших.

Девочка лет тринадцати опустила глаза в пол — Мы, дети без матерей и отцов, обращаемся к Вам с просьбой помочь нам избавиться от нашего директора и воспитателей. У нас в детском доме били детей ключом по голове. Подтвердить может наша кладовщица. Если в группе есть какие-либо нарушения, то директор обычно принимает такие меры: заводит всех воспитанников в рабочую комнату и заставляет их раздеваться, но они отказываются раздеваться. Тогда он заставляет старших воспитанников раздевать их. Когда старшеклассники разденут, они начинают смеяться, обливать холодной водой, бить линейкой. Когда Нурдин получил двойку, его позвали в кабинет и сказали, чтобы он раздевался. Он сказал, что я раздеваться не буду, и его по приказанию директора начали бить старшие мальчики. Нурдин обещал исправить двойку, но ему не верили и кричали: «Раздевайся!» Завуч Зульфия Каримовна сказала, чтобы Нурдин становился на колени и говорил, что он дурак, а не то она разденет его и позовет девочек. Вот и пришлось Нурдину говорить, что он дурак. У нас даже был следователь. В первые дни следствия следователь энергично взялся за работу, но впоследствии все было затерто. Каким образом это было затерто, мы не знаем, но положение в детском доме не изменилось.

Я покосился на прокурора, тот, записывая показания, прикусил губу аж до крови, боясь поднять на меня глаза.

Следующий мальчик испуганно дрожал как осиновый лист — Я с братиком нахожусь в детском доме уже три года, но нам здесь плохо. Братишку моего, Шавката, почти каждый день бьют и крутят за уши. Однажды наш воспитатель его избил, и он побежал домой пешком, к бабушке, за двадцать три километра, я за ним вместе с директором ездила домой к бабушке. воспитатели продолжают над ним издеваться и бить. Вчера его били за то, что он разорвал маечку во время игры, сегодня за то, что не пошел в мести поселковую площадь вместе с остальными. А за то, что я заступаюсь за братика, и мне попадает часто от воспитателей и директора, и они меня обзывают всякими плохими словами. Причем бьют не только моего братика, но и других ребят и голеньких ставят на колени в изоляторе. Они были без обеда. Били крепко девочек, раздевали их голеньких и замыкали в спальне. Часто нам всем, даже малышам, не дают кушать, особенно. Дяденьки, прошу Вас, помогите нам, чтобы нас больше не били.

Я стиснул челюсти, пытаясь усмирить подымающуюся ярость — а ведь в прошлом году проверкой этого детского дома занимались до этого неоднократно местные, республиканские и другие организации, признававшие, что положение в детдоме нормальное и что он педагогическими кадрами обеспечен.

Повернувшись к бледному как смерть начальнику отдела образования области, ткнул в его сторону пальцем — Ты у меня не просто пойдешь хлопок выращивать, я тебя на лесоповал на несколько лет отправлю вместе с твоими сотрудниками. Ты будешь баланы валить, а они вместе с тобой сучкорезами будут топорами махать.

Повернувшись к Первому секретарю обкома, процедил — В течении недели проверишь вместе с товарищем прокурором остальные дома, представишь мне перечень всех, кого следует познакомить со сменой климата, солнечный Магадан ждет не дождется новых вальщиков леса.