Глава 43

— Отлично выглядите, — Паттерсон сделал глоток вина и поставил бокал рядом с тарелкой. После этого приступил к поглощению рыбы на гриле. — Баронство идёт вам на пользу.

Я заявился на встречу в костюме-тройке.

Безымянный палец украшал перстень с родовым гербом, что не укрылось от взгляда собеседника.

— Пока сложно сказать. — сухо улыбаюсь в ответ. — Вас не смущает моя клановая принадлежность?

— С чего бы, — пожал плечами телепат. — Главное, чтобы это не смутило господина Джонса. Итак, что вы решили?

— Я всесторонне обдумал ваше предложение, — отрезаю кусочек стейка. — Думаю, мы могли бы договориться с вашим хозяином.

— Очень хорошо, — улыбнулся Паттерсон. — Мы верили в благоприятный исход.

Размышления отняли у меня уйму времени. Я посоветовался с Федей и Джан, вышел на связь с Администратором. Чужой не имел ничего против коллаборации. Возможности слепка не были безграничными, и он контролировал лишь те колонии Предтеч, в которые я запустил ремонтные модули. Кроме того, искусственный разум мог перебрасывать себя через АРМ от одной станции к другой. Ни в Атлере, ни в Архаикуме, ни в Понтикусе Великий Артефакт обнаружить не удалось. Оставались законсервированные колонии, включая те, что затонули сотни тысяч лет назад, и вероятность нахождения ВА у людей. Именно к этой версии Администратор и склонялся.

Что касается Компаса, то его радиус действия… оставляет желать лучшего.

В общем, охота за бессмертием — это как поиск иголки в стоге сена.

— Когда я могу встретиться с мистером Джонсом?

— Секунду, — лицо телепата окаменело.

Пару минут я молча ел, наслаждаясь вкусом хорошо прожаренного стейка, а посредник мысленно договаривался о встрече.

Обедал я в ресторане «Веретено».

Чтобы увидеться с Паттерсоном, мне пришлось позвонить по оставленному номеру, затем переключиться на мысленное общение, а в финале всего этого действа — на личное. Прошу заметить, я понятия не имел, как выглядит Иезекииль Джонс, не представлял, сколь широко простираются его возможности, и не столкнулся с манерой ведения переговоров.

Мясо таяло во рту.

После затяжного поста — подарок судьбы.

Йоль празднуется сегодня, но рестораны уже вернули нормальные блюда в меню, а магазины заполнили прилавки свежими продуктами.

Фазис медленно оживал, и это не могло не радовать.

А ещё я подумал о том, сколько всего предстоит провернуть в ближайшем будущем. Земли мне пожаловали, но участок был совсем крохотным, а на его территории не было ничего, пригодного для жизни. Пару дней назад я съездил в Красную Поляну, чтобы осмотреть новые владения. И понял, насколько формальным был сорванный «джек-пот». Каменистая почва, микроскопический участок на берегу озера, сгнивший и обвалившийся пирс. Вместо родовой усадьбы — разваливающееся строение с зияющими в крыше провалами, треснувшими стенами и выбитыми окнами. Типичная заброшка, таких хватает в любом мире. И, наверное, я мог бы забить на это всё болт. Земля была нужна как подтверждение моего титула. Клочок статусности.

Вот только…

Почему бы мне не осесть?

Да, я буду мотаться по миру, выполняя квесты Администратора, искать Великий Артефакт, убивать тех, на кого укажет князь. Пять имён, и они не будут лёгкой добычей. Но ведь хочется и стабильности. Вот Маро, например, окопалась в горах, наслаждается хорошей экологией и прекрасно себя чувствует. Я слышал, у этих буржуев даже продуктовые доставки налажены по линии клана. Единицы заморачиваются обустройством собственных фруктовых садов. Ни деревень, ни прибыльных производств. Все инвестируют в объекты за пределами Фазиса, раскидывая деньги по губернии. Я это к тому, что домоморф — штука хорошая, но я уже задолбался прятаться от соседей и шифроваться в любой непонятной ситуации.

И это…

Грёбаные коммунальщики.

Опять ходят, вынюхивают, проверяют счётчики и даже таскают с собой непонятную артефакторику. Под нашей дверью начали оставлять какие-то извещения и предупреждения. Я всё это отправляю в топку, но сам факт.

Короче, я стал наводить справки через Алису и быстро понял, что механизмы, аналогичные домоморфу, инквизицией не запрещены. Я думал, что запрещены, но это оказалось домыслами. И ведь логично. Бродяга не может считаться оружием в классическом понимании этого слова. Да, редкий ништяк. Но с кем не бывает? Удобное средство передвижения, экран от телепатов. Ущерб одарённым подобная артефакторика нанести не может.

Алиса подтвердила мои догадки.

Жилища и транспортные средства с переменной конфигурацией официально разрешены. Я об этом не знал, потому что домоморфы — штучный товар. В мире, оказывается, таких игрушек меньше десятка. Домоморфами владеют ребята, путешествующие по тропическим морям или проживающие в Наска. У россиян и европейцев такого нет.

Всё, что мне нужно — это зарегистрировать артефакт.

Получить лицензию.

Но тут всё упирается в согласие партнёров — я не являюсь единоличным хозяином Бродяги. А согласие означает вывод из тени ещё одного интересного персонажа — Феди.

В общем, я решил не вкладываться в ремонт своего имения, а просто пригнать туда домоморфа. А с легализацией оружейника разберусь позже. Не думаю, что возникнут проблемы. Алиса выяснила, что клановый аристо может нанимать любых спецов, включая оружейника, фактически присоединяя их к структуре Великого Дома. Это было прописано и в Кодексе, который изучали гимназисты Эфы. Что интересно, мои вассалы и слуги после обретения Родом самостоятельности продолжат ходить «подо мной». Я получу возможность пользоваться услугами каббалистов, оружейников, телепатов и даже ясновидцев, если у меня хватит на это денег. Покупать мехов, создавать гвардию, нанимать пилотов. И никто слова не скажет. Вот она, принадлежность к дворянскому сословию во всей своей умопомрачительной красе.

Кстати, мне клан ещё шагателя не передал.

Надо будет напомнить Трубецкому.

— Господин Иванов.

Телепат вывел меня из состояния задумчивости.

— А? Что?

— Мы можем отправиться к мистеру Джонсу прямо сейчас, — улыбнулся Паттерсон. — Если вы не против, конечно.

Я кивнул.

— Человек! — Паттерсон щёлкнул пальцами.

Научился у наших…

Принесли счёт. Мы расплатились и покинули «Веретено» на одном из скоростных лифтов.

Улица встретила меня пронизывающим ледяным ветром. Погода в январе резко испортилась. Не удивлюсь, если выпадет снег, хотя в Фазисе такое происходит крайне редко.

На парковке нас ожидал автомобиль с тонированными стёклами. Явно арендованный и очень приличного класса. Я по привычке уселся на заднее сиденье, рядом со смутно знакомым человеком. Паттерсон занял место справа от водителя, и машина тронулась.

— Рад знакомству, мсье Иванов, — с лёгким акцентом произнёс одарённый. Это был тот самый кинетик, с которым я столкнулся в частном секторе около месяца назад. — Жан Берлиоз к вашим услугам.

— Очень приятно, мсье Берлиоз, — пожимаю протянутую руку.

Француз.

Ну, конечно.

— Ваш уход от моей атаки был великолепен, — улыбнулся Берлиоз. — Я такого не ожидал, если честно.

— Не столь великолепен, как сама атака, — заметил я. — Мне пришлось ретироваться.

Берлиоз рассмеялся.

Приятный мужик. Открытый, сильный, уважающий противников. Жаль, что он не понимает одну вещь: если наши пути снова пересекутся, ему не выжить.

Я рассчитывал на то, что меня повезут к апартаментам миллиардера, но водитель уверенно двигался в сторону порта. И это намекало на весьма необычный антураж для встречи с будущим партнёром.

— Сэр Джонс остановился не в отеле? — решил уточнить я.

— Время нашего пребывания в Фазисе подходит к концу, — с плохо скрываемым облегчением заявил Паттерсон. — Именно поэтому мы просили дать ответ сегодня.

Зимой порт выглядел удручающе.

Ни круизных лайнеров с толпами восторженных туристов, ни шикарных яхт, которые отправились на зимовку в охраняемую марину. Только сухогрузы, контейнеровозы да рыбацкие сейнеры. Чуть дальше, у причалов морвокзала, я увидел судно на воздушной подушке, из недр которого тонкой струйкой текли пассажиры. Между Фазисом и другими приморскими городами налажено регулярное и довольно плотное сообщение. Даже паромы ходят, на которых переправляют машины, людей и мехов. Иногда быстрее и проще сесть на корабль, чем тащиться с черепашьей скоростью по рельсам или переплачивать за дирижабль.

А вот с военными кораблями было негусто. По сути, весь военно-морской флот Дома Эфы состоял из десантных ботов, радиолокационных подавителей и таранников с хищно вытянутыми в нижней части бронированными носами. Об авианосцах, крейсерах и эсминцах в этом мире не слышали. Уверен, Трубецкой построил и несколько подлодок, но все они ушли в дальнее плавание.

Я с любопытством разглядывал суда.

Мы ехали по шоссе, которое являлось частью масштабного кольца, опоясывающего город. Мелькнули белоснежные палубы научно-исследовательского корабля «Иннсмут», над которым развивался флаг Империи Наска. Две красных полосы и одна белая с пирамидой в центре.

Свернув на неприметную двухполосную дорогу, мы объехали грузовую, а затем и пассажирскую части порта. Значит, едем к марине. Больше некуда. Да и не станет эксцентричный миллиардер, разбрасывающийся деньгами направо и налево, «парковаться» рядом с контейнеровозами.

Водитель притормозил у массивных ворот, вросших в бетонный забор. Пока телепат, выбравшись из машины, демонстрировал охраннику пропуск, я рассматривал окружающие ландшафты. В этом районе Фазиса мне ещё не доводилось бывать, но я слышал, что наша марина считается одной из лучших на черноморском побережье. Яхтсменам предоставили всю инфраструктуру — рестораны, гостевые дома, туалеты, магазины и даже компактные склады.

Ворота откатились на направляющих.

Мы въехали на огороженную территорию.

Ну, что сказать. Марина как марина. Уютная бухта, насыпь с дорогой, волнорезы, причалы. Парочка гостевых домов и высоченная гостиница «Рим». Множество построек, о назначении которых оставалось лишь догадываться. И всевозможные яхты — парусные, моторные, большие и малые, тримараны и катамараны.

Машина остановилась в дальней части бухты.

Здесь, насколько я мог судить, оборудовали стоянку для частных подлодок. Редкая услуга, если учесть стоимость подобных игрушек.

Я увидел узкий водный коридор, образованный двумя причалами. И торпедообразное чёрное тело, по форме напоминающее кита. Надстройка с ограждением, вырост перископа, протянутый к корпусу субмарины трап.

Мы вышли из тачки.

Паттерсон, Берлиоз и я.

С высоты двухэтажной надстройки на нашу компанию взирал Иезекииль Джонс, собственной персоной. Один из самых загадочных богачей современности.

— Добро пожаловать на борт «Шоггота», господин Иванов.

сентябрь — декабрь 2023 г.

Загрузка...