Мой злодей 2

Глава 11. Мастера пикировок

Решив, что буду делать дальше, я словно сняла с груди тяжесть. Я исправлю свои ошибки, по крайней мере, те из них, которые ещё можно исправить. Примерный план созрел почти сразу, пусть пока что он зависел от того, что я смогу узнать от Вероники.

Во время купания и особенно интенсивного массажа от Эллы, после которого я сама себе напоминала красного рака, я все думала, что могу сделать, чтобы спасти целую Новую Романию. Такой далекий континент, но при этом именно его мне нужно спасти. Было у меня чувство, что именно произошедшая в бухте кровавая бойня, а также последующая за ней смена власти – это и есть главная причина, по которой я здесь оказалась. Не из-за Анри же я здесь? И искренне надеюсь, что никакой невыполнимой миссии высшие силы этого мира на меня не наложили…

Меня нарядили в вечернее синее платье, прикрывающее все, что можно, кроме моего лица. Впадинами под моими глазами можно пугать людей за деньги, да и выгляжу я так себе. Ни косметика, ни высокая прическа не поправили моего внешнего вида. Когда Элла уже заканчивала, в комнату зашла Надин, я даже от мыслей отвлеклась, заметив ее понурую фигуру.

– Там прибыла леди Затморская, – не поздоровавшись, как-то забито сообщила она.

На лице девушки застыла безжизненная маска, как будто она тоже несколько дней голодала и, судя по красным глазам, ещё и плакала. Сердце невольно сжалось от осознания, что в ее состоянии есть часть моей вины.

– Отлично, Элла, позови Курта, чтобы помог спуститься, – попросила у служанки, попутно делая вид, что выбираю одну из заколок для волос.

– Останься здесь, – приказала девушке Элла, выходя за дверь.

– Как рука? – спросила, смотря на замотанную белой тканью руку девушки.

– Уже лучше, я не работала несколько дней, как вы и сказали, – ответила девушка отстранённо, словно через силу пытаясь не выдать чего-то лишнего.

Я лишь вздохнула на эту формальность, она и так запугана и зла одновременно. Молча протянула ей заколку, используя ее как причину, чтобы она подошла поближе. Взяла ее за целую руку, вложив в нее заколку.

– У тебя глаза на мокром месте, чего ты так убиваешься? – ласково спросила.

– Маркус… он… он уехал! – плотину прорвало, причем без особых усилий с моей стороны. Девушка зарыдала, и я, чувствуя вину, что не остановила Сью в тот раз и поспособствовала уезду Маркуса, осторожно приобняла ее и сочувственно похлопала по спине или тому до чего смогла достать, сидя в коляске. Глупая девочка, за что ей все это?!

– Как уехал, так и вернется. Тебе нет нужды так волноваться, – стала утешать её как ребенка.

– Правда? – от количества затаенной надежды в глазах стало не по себе. Кажется, я куплю ее с потрохами, если обнадежу.

– Правда, – выдавила из себя улыбку она, заставляя почувствовать, что грехов у меня прибавилось, но слишком растерянной и несчастной выглядела девушка.

– Но как же господин? Он же выгнал вашего жениха, Маркуса и всех остальных кто охранял нас, – заканючила испуганно Надин.

– Это он сейчас выгнал… Но когда мы с графом… поженимся, я перееду в его дом и возьму тебя с собой, хочешь? – хоть бы мои слова имели какое-то отношение к правде, а то как-то тошно. Девочка, впервые влюбившись, искренне переживала, все мы совершаем ошибки в это время, нет смысла ломать ее розовые мечты сейчас.

– Хочу! – чуть не запрыгала от радости девушка. Но сама же себя остановила: – А как же Элла? Она с нами поедет?

– Как захочет, – выдохнула, подумав, что если подобное и случится в каких-то розовых мечтах, то не смогу отправиться в тот жуткий дом, скорее уж Анри заставлю сюда переехать. Почему-то от одной мысли о том, что мы будем просыпаться вместе, завтракать с отцом, Эллой и Куртом за одним столом, в груди появилось тепло, а во рту привкус горечи. Никогда этого не будет… ведь так?

Молчала, пока Надин вывозила меня из комнаты в коридор, затем мысли прервал громкий разговор, доносящийся со стороны лестницы. Внизу, в прихожей, судя по всему, спорил Арман, его вредный голос я всегда узнаю, и вроде бы Вероника? Только это была какая-то странная Вероника, ибо она огрызалась с ним наравне, а не тихо плакала или просила прощения, как, казалось мне, она обычно поступала в этой ситуации.

– Леди. Вы должны признать, никакая новомодная диета вам не поможет! Единственный выход – зашить этот пухлогубый ротик, чтобы вы не употребляли еду ящиками или как предпочитаете? Целыми столами, каретами? Я так и представляю ваш легкий перекус: зажаренный поросенок на вертеле… хотя какой поросенок?! – он, приложив к подбородку палец, окинул ее фигуру придирчивым взглядом, игнорируя возмущённый вскрик девушки. – Тут самой жирной свиньи будет мало, чтобы прокормить такую… – его взгляд метнулся от бедер и остановился на груди, и ничего скромного в этом взгляде не было, так что вполне нормально, что лицо Вероники приобрело красный цвет. Она так не краснела даже тогда, когда он ее голой увидел и гадости наговорил.

– «Такую», что? – едко подхватила его речь Вероника и, сложив руки под грудью, воинственно посмотрела на него. – Ваше воспитание оставляет желать лучшего… Хотя, о чем это я? Откуда у внебрачного ребенка служанки воспитание?

У меня рот открылся от удивления, а Надин еле слышно охнула, но нас даже не заметили. Пара была слишком занята перепалкой, мне казалось, закричи мы громко, никто бы из них не заметил. Вероника воинственно сжала кулаки, но приблизиться к модельеру не спешила, он сам сделал шаг к ней, смотря на нее так, что она испуганно отступила. Похоже, она пожалела о своих словах сразу, как у нее вырвалась эта фраза, но сказанного не воротишь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Что? – она нервно облизала губы, плохо скрывая страх. – Это неправда? Будете отрицать?

Арман насмешливо фыркнул, как будто не рассердился, и ее слова совсем не задели его.

– Сколько высокомерия для той, что выглядит не лучше деревенской коровы, – улыбнулся он, опять окинув ее презрительным взглядом.

На мгновение мне показалось, Вероника его ударит, что-то такое было в ее взгляде, да и рука у нее дернулась, словно от желания хорошенько вправить челюсть мужчине, но нет.

– Я, возможно, и корова, – она с презрением скривилась, – но зато с прекрасной родословной, и в графе «отец» у меня не стоит прочерк.

Ничего себе, какая она высокомерная, я даже не знала, кого считать в их споре правым, оба хороши. Арман на эту фразу только сощурил глаза, а его улыбка стала похожа на оскал.

– И много вам дала ваша родословная? В графе «мать» – королевская проститутка, а в графе «отец» – слабохарактерный олень, который закрывал глаза на все измены жены. Вы на самом деле уверены, что приходитесь дочерью этому слабаку, а не плодом любви очередного любовника вашей матери?

Звонкая пощёчина была ему ответом, Вероника все же не выдержала. Надин охнула и зажала себе рот руками от шока.

– Достойное поведение для леди, – сказал с иронией Арман, потирая ушибленную щеку. Его от удара немного развернуло, рука у Вероники оказалась тяжелой, и левая щека модельера стала красной под стать пунцовым щекам девушки.

– Не смейте так говорить о моем отце! – выпалила девушка в ярости с таким видом, точно готова броситься на него с кулаками, если он продолжит в том же духе.

Не думала, что она способна на такое. В нашу первую встречу выглядела как жертва, но чем больше я ее узнаю, тем меньше верится, что она такая.

Закомплексованная, в какой-то мере невинная, но при этом хитрая и расчетливая девушка. Как показала ситуация с Куртом, она использовала меня в своих целях, тем не менее сразу приехала, когда я попросила ее об этом.

– Браво, браво! – Арман отошёл на шаг для того, чтобы было удобно хлопать в ладоши с наигранностью и сарказмом. – Домашняя кошка показала когти, – холодно смерил ее взглядом, – но, если она продолжит в том же духе, я сотру ее в порошок.

– Свинья, корова, кошка… какие лестные сравнения, – с не меньшим сарказмом произнесла она, впервые сделав к нему шаг самостоятельно. – Неудивительно, что ходят слухи о вашей… ориентации. Вы во всех женщинах видите исключительно животных, но сами являетесь ещё той скотиной.

– Не обобщайте, я так обращаюсь только к таким уродинам, как вы, – тоном, словно обсуждал погоду, оскорбил ее мужчина. Мне показалось, Вероника снова его ударит, даже дыхание затаила, решая, нужно ли вмешаться, или они сами разберутся? В то, что Арман ударит ее в ответ, я не верила. Он из тех людей, кто предпочитает унижать женщин именно словами, причем не всех, а лишь отдельных личностей… меня и Веронику, например.

– Ладно, я уродина, – ухмыльнулась, зеркаля его эмоции, Вероника и зачем-то коснулась его щеки, – но я хотя бы не прячу свое лицо за слоем грима. Что же в таком случае скрываете вы за ним? Уродство похуже моего? – она провела рукой по его щеке, стирая «штукатурку», но в следующее мгновение он ухватил ее за запястье.

Вероника вскрикнула, потеряла равновесие от неожиданности и упала на Армана, чудом не свалив его с ног. Вероятно, пора вмешаться, пока они реально не поубивали друг друга. Махнула Надин, та спешно выкатила меня из-за укрытия, и я не успела заметить, когда Арман наклонился к Веронике. Могло создаться впечатление, что модельер собирался её поцеловать, но в последний момент придвинулся к уху и что-то прошептал. Услышать шепот не было возможности, но то, как резко испугалась Вероника и попыталась отпрыгнуть от него, многое мне сказало.

– Леди Вероника? – послышался голос Курта и его торопливые шаги на первом этаже, лишь тогда Арман отпустил запястье девушки и то, как бы нехотя.

– Курт! – обрадовалась девушка, стремительно пряча руки за спиной. Она так быстро стала спокойной и улыбчивой, что я даже подумала, что страх и даже ужас всего несколько мгновений назад мне только показался.

– Все в порядке? – спросил у нее мой дорогой друг, становясь рядом. Он как-то неловко склонился и поцеловал ее руку, левую, а не как принято. Правую держал Арман до этого, и почему-то девушка ее прятала за спиной.

– Да, конечно, леди Рианна позвала меня, вот я и… – пробормотала она, демонстративно не обращая никакого внимания на модельера. Арман же самодовольно улыбался.

– Вы тоже здесь? – удивилась Элла, обращаясь к мужчине и тоже игнорируя парочку.

– Я пришел по поручению господина Карвалье, он хотел, чтобы я лично согласовал кое-что с леди Рианной, – вежливо отчитался Арман, смотря на девушку с некой опаской.

– Хорошо, тогда я предупрежу леди…

– Курт! – позвала я друга, не давая ей договорить. Все в холле сразу уставились на меня и Надин, застывших наверху лестницы.

– Моя принцесса, ты встала, – улыбнулся Курт, так обрадовавшись, что принялся скакать ко мне сразу через три ступеньки за раз.

– Встала? – слегка удивленно спросила Вероника и тут же спохватилась. – Добрый вечер, леди Рианна, очень рада вас видеть.

Говорила она, возможно, искренне, но вот смотрела на меня так, словно взглядом пыталась понять: слышала ли я их перепалку с модельером или нет?

– Выглядите отвратно, вас здесь тоже морят голодом? – в свою очередь отметил Арман вместо приветствия. Странно, что моё плачевное состояние он заметил, а вот то, что Вероника выглядит смертельно больной, нет. Щеки девушки впали, глаза казались потухшими, да она выглядела более живой с красными щеками и злобой в глазах, когда ссорилась с Арманом, чем сейчас.

Курт подхватил меня на руки и осторожно снес вниз, пока Элла подкатила подаренное Анри кресло.

– Спасибо за комплимент, Арман, вы выглядите не намного лучше, – натянула вежливую улыбку, не желая с ним спорить, и повернулась к Элле. – Попроси приготовить легкий ужин и пусть нам накроют в гостиной, а не в столовой.

– Будет сделано, – кивнула она и, холодно взглянув на Курта, сбежала на кухню.

– Спасибо, конечно, но я уже ужинала, – робко произнесла Вероника, чем окончательно ввела меня в диссонанс, заставляя усомниться: она ли недавно была той разъярённой «домашней кошкой», которая дала Арману пощечину? Она что притворяется робкой? Зачем?

Судя по тому, каким презрительным взглядом окинул ее модельер, он подумал о том же.

– Составите мне компанию, – натянуто улыбнулась, не зная, как теперь реагировать на нее.

– Но у меня диета, – неуверенно протянула Вероника, и в ее голосе было столько печали и надежды, что сложно было упрекнуть ее в фальши.

– Никакая диета вам уже не поможет, – вмешался Арман, видимо, чтобы побольнее ее уколоть. Вероника вспыхнула, резко на него обернулась, и мне казалось, что она сейчас влепит ему ещё одну пощечину, для симметрии так сказать, когда между ними появился Курт.

– Если вы снова попытаетесь оскорбить мою невесту, то я любезно покажу вам, где выход, – довольно сдержанно проговорил он модельеру, но вот от тяжести взгляда даже меня пробрало.

Какое-то время мужчины просто смотрели друг другу в глаза, после чего Арман неожиданно хмыкнул и отвернулся, словно принимая правила «игры».

– Пойдемте, – поторопила их и сама поехала в гостиную, так что Надин пришлось бежать следом.

Гостиная встретила прохладой, по всей видимости, топят не весь дом, особенно в такую прохладную погоду, как сейчас. Я непроизвольно поёжилась, даже в закрытом платье было зябко.

Курт включил свет, теперь рано темнеет, скоро зима. Как странно, а в моем мире была весна, впереди ещё маячило лето. Такое чувство, что я потеряла не только свою жизнь, но и целое лето, которое мне никто не вернет. Негромко вздохнула, снова взглянув на свои ноги, бог с ним с летом, их бы вернуть.

– Так что с вами случилось, леди? – поинтересовался Арман, плюхнувшись на кожаный диван и развалившись на нем так, чтобы никто не смог сесть рядом. – В такое время и вы только встали? Допоздна шили свои посредственные наряды? Или гостили у вашего жениха? Помнится, вам та-ак понравилось.

Кинула в улыбающегося мужчину испепеляющий взгляд, но тот и не подумал извиниться. Вероника застыла с растерянным выражением лица, присев на краешек кресла. Курт не садился и стоял за ее креслом, все время каким-то взволнованным взглядом поглядывая на дверь. Надин же присела на стульчик в углу комнаты, надеясь, что ее никто не заметит.

– Кто вы такой, чтобы задавать мне подобные вопросы? – попыталась приморозить его к дивану глазами, стараясь смутить. Модельер разве что моргнул, продолжая неприятно улыбаться.

– Действительно, куда мне до вас леди, будущая графиня Ратморская как-никак, – от количества сарказма меня начало подташнивать. Да и само обращение вызывало во мне противоречивые чувства. Одно дело лгать Надин, чтобы не расстраивать, а другое разобраться самой, хочу ли я быть женой злодея? Прикрыла глаза, борясь с дурнотой, но всего лишь на мгновение.

– Ты плохо себя чувствуешь? – взволновано спросила Вероника, даже не заметив, как перешла на «ты». Она вскочила и подошла, несмотря на все заверения, что со мной все в порядке.

– Все хорошо, – заверила ее, смотря на то, как она нагнулась, как будто для того, чтобы посмотреть в глаза ребенку и прочитать по ним правдивый ответ.

– Нашли о ком беспокоиться, леди, – безжалостно бросил Арман, холодно смотря на нас. – У леди Карвалье куча денег отца, чтобы дожить до глубокой старости, ваш же жених может похвастаться разве что мелочью, которую даже на сироп от кашля не хватит. Так что вам, леди Затморская, стоит, прежде всего, волноваться о себе. К тому же вы сейчас выглядите так же плохо, как собака, которую давеча возле завода сбила машина.

Явственно услышала, как заскрипели зубы Вероники после того, как она замерла, определённо борясь с желанием повернуться и ответить модельеру так же, как она это делала, пока считала, что ее не видели. А за ними интересно наблюдать, особенно ставить ставки на то, кто первый сорвется и начнет настоящую перепалку. Это будет весьма интересно, хотя бы увижу настоящую Нику, узнаю какая она на самом деле.

– Может, нужно позвать врача? – предложила Вероника, делая вид, что модельер интересует её не больше, чем пустое место.

– Думаю, доктор Корте опять сегодня прип… придёт и проверит моё самочувствие, так что не о чем волноваться, – заверила ее, легонько похлопав по руке, чтобы убрала ее.

– Корте? – переспросила Вероника с каким-то странным выражением лица и на мой вопросительный взгляд тут же стушевалась. – Слышала о нем.

– Да кто же о нем не слышал! «Будущее светило, надежда науки, врачеватель от Солнца»: как только не называли его несколько лет назад. Однако время прошло, а из всех его достижений осталось разве что удачное лечение грыжи короля и какой-то неудавшийся эксперимент, – поспешил вставить своих пять копеек модельер.

Он хоть минуту в состоянии помолчать или нет?

– Может, вам лучше сменить доктора? – на удивление поддержала Армана Ника, хотя мне казалось, она будет спорить с ним до последнего на любую тему.

– Его выбрала не я, а отец, так что, увы, сменить его я не могу, – натянуто улыбнулась, отвечая девушке, а Армана продолжая игнорировать.

– Какая беда, – с сарказмом произнес модельер и закрутился в поисках чего-то. – Где у вас вино?

– Мой дом похож на трактир? – холодно обратилась к нему.

– Ну не то чтобы…– протянул Арман, окинув нас с Никой оценивающим взглядом. – В трактире подавальщицы и то симпатичней.

Его взгляд нагло и так выразительно остановился на груди бедной Вероники, что та вспыхнула, явно еле сдерживаясь. Я уже думала, что она, наконец, выговорится, но нет, девушка метнулась взглядом в сторону Курта. Тот вел себя немного отрешенно, словно все люди в комнате его совершенно не заботили. Только под жалобным взглядом Вероники он встрепенулся и тяжело посмотрел на Армана.

– Давайте, я вас провожу, – с угрозой предложил мой друг и даже двинулся в сторону дивана.

– Я ещё не ухожу, впереди ужин, да и задание господина Карвалье я ещё не выполнил… Так что продолжай стоять истуканом, пока я мило беседую с твоей невестой и очаровательной леди Рианной.

Ох, как он это проговорил, будто специально нарываясь на драку. Курт сделал шаг к дивану, и я решила обойтись без мордобоя, к тому же Курт пока мне немного мешал, при нем Вероника вела себя тише мыши.

– Курт, а я передумала. Все же накройте стол в столовой, и на отца тоже, передай Элле, пожалуйста, – попросила его, чем заставила остановиться.

Элла – действительно единственное, что могло его остановить. Курт вздохнул нервно, бросил угрожающий взгляд на модельера, ободряюще улыбнулся Веронике и вышел.

– Надин, а подай чайку, пить хочется, – попросила у служанки, чувствуя, что сейчас начнется самое веселье.

Дочь графини Затморской растерянно смотрела вслед своему жениху, очевидно не ожидая, что он так легко ее бросит. Надин тоже скрылась, и мы остались втроем.

– Так что там за задание? – спросила у Армана, понимая, что модельер не даст нам остаться наедине и поговорить без своего участия, и подтолкнула Веронику присесть на тот же диван, что и Арман.

– Да такое крупное, – пробормотал Арман с ухмылкой, явно имея ввиду Веронику, что присела на диван, но все так же, на краешек.

– Настолько крупное, что самому Арману понадобилась моя помощь? – в том же тоне переспросила.

– Скажете тоже, – фыркнул модельер, словно с неохотой оторвав глумливый взгляд от девушки, и перевел его на меня. – Зная, насколько посредственными способностями вы обладаете, я бы вас никогда не взял на работу.

– Знаете, а это взаимно, – заверила его с милой улыбкой, мысленно желая влепить ему ещё одну пощечину так же, как Вероника.

– У леди Рианны настоящий талант, она сшила мне потрясающее платье, а вот ваши работы в последнее время не пользуются такой популярностью, – в этот раз не осталась в долгу и взяла реванш Вероника, чем заслужила насмешливый взгляд модельера.

– Ваше платье, то самое, которое проиграло моему? Единственное, чем оно выдающееся, так это тем, что вы в него влезли, – скривился с пренебрежением мужчина.

Лицо Вероники вновь приобрело красный оттенок, болезненная бледность ушла, но она как-то странно принялась моргать, изо всех сил стараясь не заплакать. Молчание затянулось, и я решила вмешаться:

– Удивительно, как с таким отношением к женщинам, у вас хотя бы что-то покупают, я бы у такого хама ничего не купила.

– Ну, то вы, – модельер выдержал многозначительную паузу и продолжил: – а мои покупательницы настоящие женщины, у которых есть талия и способность порхать как бабочка во время танца, а не быть снарядом, который таскают по паркету, изображая танец с бревном.

Громко хрустнули костяшки моих пальцев, если я его буду бить, так кулаком или коленом по сомнительному достоинству. Он, по-моему, действительно нарывался на драку!

Прикусила язык, сдерживая желание ляпнуть что-то в ответ.

– Странно, а как вы понимаете, что создаёте платья, делающие настоящих женщин похожими на порхающих недосягаемых бабочек? – вдруг подала полный удивления и растерянности голос Вероника и с видом трогательного щеночка обернулась к модельеру.

– Что? – слегка насторожился модельер.

– Главная задача платья для настоящей женщины – делать ее ещё больше привлекательной и желанной для мужчины, так? – с тем же видом невинной овечки продолжила Вероника.

– Да, но… – попытался возразить Арман, но его перебили.

– Так как вы тогда шьете свои платья? Откуда знаете, что привлечёт мужчин и что им понравится? – сыграла удивление на пятерочку Вероника, добавив в последнюю фразу капельку снисходительности и подкрепив ее соответствующим, до безобразия милым взглядом, пригвоздившим опешившего модельера к дивану. – Вы же сами, простите, не мужчина.

Не ржать в голос, только не смеяться! Мои плечи затряслись, пока я, сжав губы в трубочку, пыталась сдержать рвущийся наружу смех. Жаль, в этом мире нет нормального фотоаппарата, мне бы он в этот момент очень пригодился. Побагровевшее от ярости лицо Армана, яркий румянец на котором не смог скрыть даже его грим, на снимке смотрелось бы шедеврально. После всех тех гадостей, что он наговорил, наконец-то его настигло возмездие. Вероника в отличие от меня просто мило улыбалась, вместо того чтобы хохотать. Арман смерил ее таким многообещающим взглядом, что возникло чувство, что он обязательно ей припомнит эти слова.

– Косметика, ваши странные наряды, вы даже волосы красите, не видела ни одного мужчины занимающегося такой ерундой, – елейным голоском продолжила она, словно не замечая, как окружающих немного потрясывает: меня от едва сдерживаемого смеха, а модельера от ярости.

– Желаете проверить этот факт? – сквозь зубы поинтересовался Арман, невольно подавшись вперед.

– Вы собираетесь снять штаны? Прямо здесь? – девушка прикрыла ладошкой рот в притворном ужасе. – Нет, нет, нет! Поверю вам на слово. У меня, знаете, свадьба скоро, не хочу, чтобы первым мужчиной, которого я увидела без штанов, оказались вы.

Вероника состроила такую гримасу отвращения, что довела меня истеричного хохота, а Армана до белого каления. Он вскочил с дивана, сверля девушку злым взглядом.

– О, нет, нет, только не раздевайтесь! – начала молить девушка, вызвав у меня ещё один приступ смеха, который даже грозный взгляд модельера не остановил.

– Смею вас успокоить, вы однозначно не та женщина, которой я собираюсь что-то доказывать подобным образом. К тому же заверяю вас, что видел много женщин за свою жизнь, но красивых, что в моей одежде, что без нее… Но вас, леди, ни одно платье не сделает привлекательной. Так что вашему будущему мужу я могу исключительно посочувствовать, ведь он вас увидит без него.

Вероника резко встала, у меня возникло чувство, что она сейчас ещё раз его ударит, но она сдержалась, прожигая гневным взглядом модельера. Нет, мне не показалось. Вероника Затморская совсем не робкая и безобидная девочка с комплексами. Хитрая актриса, которая быстро находит слабости противника, но с теми же комплексами – вот кто. Кажется, использовать ее теперь будет куда легче, хотя бы потому, что совесть меня мучить не будет.