Метка Дальнего: Рождение Зверя

Глава 11

— Обо мне рассказала? — коротко уточнил я, смотря в её блестящие глаза. — Бухла в тебе сколько?

Мозг сам адаптировался. Переходил на сленг и стиль, понятные собеседнице. А ещё — старался не выделяться на фоне окружающих. Мимикрировать.

— Не говорила, — раздражённо скривила она губы. — И я трезвая! Завязывай быть скотиной, гобл!

— Тогда иди с ним, — озвучил я решение. — Пойду следом. Подстрахую на всякий случай.

Чуть помедлив, кивнула. Тут же скрывшись в толпе. А я махнул официанту, который как раз проходил мимо и расплатился по счёту. Дорого. Каждая порция сока — почти как фирменная лапша. Но всё было не зря — какой-то улов мы зацепили.

На улицу я вывалился почти сразу после уходящей парочки. С изрядным облегчением. Слишком много внутри было запахов. Каждый из которых отлично ощущался звериным обонянием.

Азиатка удалялась, оживлённо переговариваясь с крепким мужчиной. А я медленно зашагал следом, держась около стены и надвинув на свою голову капюшон худи.

Вот они сворачивают на боковую улицу. Здесь фонарей работает совсем немного. Для меня — прекрасно. Но не для тех, кто нормально переносит свет.

По другой стороне улицы, навстречу идёт компания орков, которые хлопают друг друга по плечам и громко вспоминают, как «япнули этого злобного тролля». В момент, когда те приближаются, пара сворачивает в совсем узкий и тёмный проулок.

Вжавшись спиной в стену, жду, пока свенги пройдут мимо. Ускорившись, двигаюсь к повороту. Уже будучи совсем рядом улавливаю ожидаемые звуки борьбы.

Мужчина вцепился в азиатку, пытаясь развернуть ту спиной к себе. И у него это получается — он заметно сильнее и крепче девушки. Толкнув её в затылок, впечатывает лицом в боковую стенку массивного мусорного бака.

— Ну вот чё ты? — раздражённо шипит он. — Тяжело что-ли дырку подставить? Щас трахну тебя. Потом пососёшь. А я тебе о братце расскажу.

Посмеивается. Полностью игнорируя её умоляющие слова и пытаясь зафиксировать так, чтобы освободить одну свою руку, стянув с неё штаны.

Жду. У него револьвер и нож на поясе. Всё, что нужно — освободить одну руку и дотянуться до оружия. После чего пустить его в ход.

Звериная часть меня воет, желая немедленно вмешаться. Моралистическая материт последними словами. А рациональная наблюдает. Приходя к выводу, что самостоятельно Акире не выбраться. Жаль. Не думал, что она настолько склонна к панике.

Вмешиваюсь, когда мужчина всё же суёт одну руку под худи, стараясь дотянуться до ремня и удивлённо охает. Скорее всего наткнувшись на револьверную кобуру, что висит справа. В тот же момент лезвие складного ножа входит сзади в его правое колено.

Выдернув оружие, смещаюсь чуть в сторону. Бью стопой сбоку в его раненую коленную чашечку, заставляя ногу подломиться. Отпрыгиваю с места, куда он сейчас приземляется.

Не успевает противник коснуться земли, как сталь ножа вспарывает бицепс его правой руки. После чего упирается в глаз, который он инстинктивно закрывает. Одновременно захлопывая рот — истошный крик боли обрывается.

— Продолжишь орать, ослеплю, — слова звучат тихо, но думаю он отлично их слышит. — Потом оскоплю. И позволю Акире забить в твой зад вон ту стальную трубу. Так тебя и найдут. С собственным членом в зубах и трубой в жопе.

Раньше мне не приходилось угрожать людям смертью. Сейчас же — слова сами срываются с языка, а мозг на ходу формирует фразы. Полностью уверенный, что при необходимости я воплощу угрозу в жизнь.

— Ты почему так долго? — слабо лепечет Акира, осевшая на землю и сидящая, привалившись спиной к мусорному баку. — Он ведь мог…

— Зачем ты ему позволила? — даже не смотрю в сторону девушки, наблюдая за лицом портового работника. — У тебя было оружие. Надо было сразу перехватить контроль.

Азиатка начинает что-то говорить, но я взмахиваю левой рукой, обрывая её.

— Встань на углу. Наблюдай за улицей, — коротко озвучиваю я приказ. — И в этот раз — не облажайся.

Вздыхает она так, как будто сейчас или примется орать, или разревётся. Но в итоге всё-таки поднимается. Послушно топает к углу. А я убираю острие ножа от глаза неудавшегося насильника.

— Ты кто такой, гобл? — мужчина кажется уже немного пришёл в себя. — Хрен ли тебе надо? Проблем в жизни не хватает?

Вздохнув, всаживаю лезвие в бицепс его левой руки. Когда распахивает рот, чтобы заорать, вырываю нож и бью снизу в челюсть.

— Ухо или всё-таки глаз? — задумчиво уточняю я у него. — Может всё-таки начать с паха? Когда-нибудь пробовал свежевырезанное мужское яйцо?

Лицо у него становится перепуганным. Я же ещё раз отмечаю поразительную лёгкость, с которой удаётся озвучивать все эти угрозы.

— Чё тебе надо, с-сука? — подрагивая от боли, выдавливает слова пленник. — Нахрена ты это делаешь?

— Банда «Серых кроликов», пропадающие люди и белая жидкость, разлитая по ампулам, — обозначаю я сферу своих интересов. — Хочу услышать всё, что ты об этом знаешь.

— Суицидник? — кажется он и в самом деле удивлён. — «Кролики» тебя рихтанут. Они кого хошь, разровняют на своей земле.

Приходится пойти на крайние меры. Отрезать ему ухо. И снова зарядить в челюсть, когда начинает кричать. Я хочу сразу же выколоть глаз, чтобы не терять потом время, но в этот момент ублюдок всё-таки начинает говорить.

Теперь он словоохотлив и готов ответить на любые вопросы. Одна проблема — знает не так много. Но к моему удивлению, действительно оказывается в курсе судьбы брата Акиры. Пусть и не так глубоко, как наверняка рассказывал девушке.

— В работе он уже, — выдохнув, отвечает он на мой вопрос. — Сколько будет ещё жив — непонятно. Там ж по-разному всегда. Но может ещё дышит. Так мой приятель говорил.

Знакомый из «Серых кроликов» у него действительно есть. Именно этот тип свёл его с бригадиром на своей работе. Вместе они придумали идеальную схему — брать на работу иногородних или людей без документов, после чего устраивать «аварию» при разгрузке и вешать на них долги. Какое-то время прессовать, обещая «вот-вот решить вопрос» с начальством и якобы играя на их стороне. А как выжмут все деньги и прочие ценности, продавать «Кроликам».

Умно. Прибыльно. И бесчеловечно. Впрочем, бригадир — из свенгов. Зато распластавшийся на земле мужчина — самый настоящий человек.

Когда тот выкладывает мне всё, что знает, я прохлопываю карманы. Опустошаю бумажник, в котором обнаруживается около сотни рублей. Стягиваю с правой руки золотой браслет. А потом — узнаю пароль для телефона, который сразу же проверяю.

— Ты же меня отпустишь? — подрагивающим голосом интересует мужчина. — Я всё рассказал, без утайки!

— Сдал всех кого мог, — соглашаюсь я с ним. — Но без энтузиазма.

Он нервно сглатывает слюну. Открывает рот, чтобы ответить. Ну а мой нож вонзается в его горло. Проворачиваю лезвие. Смотрю в медленно стекленеющие глаза.

— Не люблю насильников, — объясняю я. — И торговцев людьми.

Когда поднимаюсь на ноги и добираюсь к выходу из переулка, ко мне поворачивается голова Акиры.

— Кем ты раньше был, гобл? — девушка старается сделать голос максимально жёстким и отстранённым. — С каких пор гоблинов вообще интересуют люди?

Действительно. Надо уже привыкать, что вокруг полно других рас. И подбирать другие слова.

— Идём, — сложив нож, лезвие которого вытер об одежду убитого, убираю его в карман. — Ночь только начинается.