Метка Дальнего: Рождение Зверя

Глава 10

Когда-то Константин Пятов учился на бухгалтера. Даже пытался работать. Пока в их контору не ворвались несколько вооружённых типов, быстро превратив её в поле кровавой бойни.

Парню повезло выжить. Притворился мёртвым и залёг среди трупов. А потом, спустя три месяца безденежья, вместе с безработным сокурсником обнёс ночной киоск.

Смешное дело. Микроскопическое. Но именно оно стало началом «Серых кроликов». Дела которых шли так хорошо, что их лидер уже чувствовал себя тесновато в старых кварталах.

— Что тут у вас? — поинтересовался он, выбираясь с заднего сиденья автомобиля, что заехал во двор одной из трёх «баз передержки» живого товара. — Почему просто не написали?

Двое крепышей, которые открывали ему ворота, нервно переглянулись. А из-за угла дома вынырнул тощий Селезень, который рулил этим местом.

— Идите за мной шеф, — чуть наклонил он голову. — Походу триады своих псов послали. Или ещё кто решил нас на зуб спробовать.

Константин нахмурился. С триадами договорились конечные заказчики. Условились, что «поставщики» не станут друг друга кусать, тратя на это ресурсы. Конкурентов, которые рискнули бы нападать на «Кроликов», рядом тоже не имелось. Если только кто-то далёкий. Решивший начать экспансию в порт.

— Через забор перекинули. На рассвете уже, — завернув за угол здания, Селезень отошёл в сторону, вытянув худую, испещрённую татуировками руку и указывая на предмет беседы. — Наши выбежали, но не нашли никого. Чьё это — я ваще без понятия.

Действительно. Откуда ему знать лица пятерых наёмников, которых Константин послал по следу мелкого ушастого выродка, который убил Грызла. Зато сам лидер группировки их помнил. Пусть и узнать вышло не сразу. Когда голова отделяется от тела, распознать черты лица почему-то сразу становится сложнее. А тут у каждого на лбу ещё и знак вырезали. Такой же, как оставленный на лице Грызла.

Трусы. Из чёрной плотной ткани. Только что извлечённые из упаковки. И надёжно прикрывающие хозяйство. Оценить подобное по достоинству может только тот, кто раньше бегал, завернувшись в кусок грязной мешковины.

Круче ощущения были только от горячего душа. Я смыл с себя столько всего, что казалось стал на несколько килограмм легче. Кое-где вовсе были настоящие наросты из десятка слоёв, которые я поливал водой и срывал пальцами.

Когда закончил — в стареньком зеркале отразился жилистый и тощий гоблин. Вроде жрал я в эти дни сверх меры. Но это с человеческой точки зрения. Звериная же моя часть считала иначе. Недостаточно. Зеленокожую тушку стоит кормить куда усерднее.

Спорить я с этим не планировал. Первое, что сделал вечером, когда мы с Акирой спустились вниз — заказал их фирменную лапшу. А к ней — паровых булочек с мясом. И расстегаев. Они в лапшевне тоже подавались. Любопытная смесь русской и китайской кухни. Так же, как кровь владельцев смешалась в их детях и внуках.

Одежда стала вторым пунктом. Разгуливать везде, завернувшись в большое белое полотенце, смастерив из него жалкую пародию на римскую тогу — можно. Но не хочется.

В торговый центр, что был в пяти кварталах отсюда, нас точно бы не пустили. Но туда я и не собирался. Вместо этого поинтересовался у бабушки Мей, где можно купить недорогую одежду. И двинул туда, завёрнутый в полотенце. Ну и с сумкой за плечами. Внутри — ремень, оружие и запас батончиков.

Теперь же, стоял перед зеркалом, рассматривая своё отражение. Недорогие штаны из грубой ткани. Рубашка. И кроссовки.

Помытый и одетый, я совсем не походил на себя старого. Как будто совсем другой человек. То есть — гоблин, конечно же.

— Как тебе? — повернув голову на звук голоса, увидел покидающую кабинку Акиру. — По-моему почти идеально.

Стоящий за прилавком китаец, что пустил нас, услышав имя Мей и увидев пачку банкнот, одобрительно зацокал языком. Я же, смерив девушку взглядом, отвернулся и двинулся к рядам с женской одеждой. Быстро снимая и набрасывая на левую руку вещи.

— Держи, — вернувшись к удивлённой азиатке, сунул ей в руки ворох одежды. — Примерь это.

— Нахрена? — её ноздри раздулись от выдоха, а лицо снова искривило раздражение. — Сейчас-то что не так, гобл?

Сделав два шага назад, я смерил её показательным взглядом.

— А покрутиться можешь? Зад свой, обтянутый показать? Или нагнуться, чтобы сиськи совсем наружу вывалились? — увидев, как её глаза полыхнули яростью, поднял руку. — Ты себе трахаря на ночь ищешь или брата хочешь найти?

Злость в глазах погасла. Девушка повернулась к зеркалу, оглядывая себя ещё раз. Тонкая декольтированная рубашка, просвечивающее через ткань кружевное бельё, облегающие штаны. Соблазнительно. В таком наряде её попытается нагнуть каждый пятый из тех, кого мы встретим на улице.

Вроде поняла — вздохнув, вернулась в примерочную. Откуда вышла в мешковатых штанах, бесформенной футболке и худи, который был на пару размеров больше.

— Вот, — кивнул я. — Куда лучше. Теперь на тебя пялиться будут только портовые бомжи. И кобуру с ножом спрятать легко.

Мне, проблему скрытого ношения оружия тоже требовалось как-то решить. Для чего я прибегнул к такому же варианту — взял себе безразмерный худи.

Дорого всё это вышло. Каждая вещь по отдельности, стоила приемлемо. А вот полный её комплект, по своей стоимости, изрядно кусался. Но эти расходы мы поделили на двоих — свою одежду Акира оплатила из собственной доли. Мне осталось лишь выложить тридцать пять рублей за свою.

— И как я в этом, буду расспрашивать людей в барах? — тихо и негодующей поинтересовалась азиатка, когда мы покинули магазин. — Со мной ведь даже говорить не захотят.

— Включи харизму, — покосился я на неё. — И обаяние. Мужчины ведутся не только на сиськи.

— Откуда тебе знать, кто и на что ведётся, гобл? — раздражённо поинтересовалась девушка. — Ваши вечно готовы напрыгнуть на всё что движется и с дыркой!

Я притормозил, разглядывая пару свенгов, которые пристально пялились в нашу сторону. А, нет — это они на шлюху уличную смотрели, которая из бокового проулка сейчас выбралась.

— То-то, я сразу в душ запрыгнул, нагнул тебя там и отодрал, — согласно закивал я, снова шагая вперёд. — Пять раз кряду.

Звук который издала азиатка напоминал что-то среднее между шипением кобры и рыком занозившего лапу амурского тигра.

— Мечтай больше! — наконец заговорила она. — Пять раз, как же! Тебя и на два не хватит.

— Вот видишь, — усмехнулся я. — Теперь тебя гложет любопытство. Вот так же и в баре действуй. Только трахаться им сходу не предлагай.

Сейчас мы и правда шагали в одно из популярных злачных мест. Тот охотник рассказал немало. Но он был в состоянии полного шока и вываливал всё подряд. Перемежая это с просьбами сохранить жизнь. А я только что вышел из боя, в котором получил пять пулевых и едва не сдох. Мозгу было не до того, чтобы задавать корректирующие вопросы.

Самым простым выходом из ситуации было собрать слухи. Понять, насколько верны слова наёмника о влиянии банды и её возможностях.

Судя по словам всё того же охотника, «Кролики» занялись живым товаром около шести месяцев назад. И плотно работали по территории порта, не терпя конкуренции. Брат Акиры, пропавший четыре дня назад, скорее всего тоже был у них. Мотивация задавать вопросы, у девушки имелась.

Чем она и принялась заниматься, когда мы пробурились сквозь пританцовывающую человеческую массу, от которой несло потом и алкоголем. Я остался сидеть за крохотным высоким столиком, с высоченными стульями, а она двинула пробиваться к барной стойке.

Два с половиной часа. Столько я просидел на этом стуле, разглядывая посетителей, изучая их поведение и оценивая. А параллельно — следя взглядом за Акирой, которая то и дело мелькала неподалёку.

Три свежевыжатых сока, стоивших больше порции пива. Глубокая тарелочка красной икры с солёными крекерами — за счёт заведения. Тут её было навалом — можно и бесплатно раздавать. Один пьяный свенг, который пытался отжать мой столик и успокоился только, когда подошёл охранник. Едва держащаяся на ногах женщина лет сорока, предлагавшая поехать к ней.

И постоянный рык внутреннего зверя, который не выносил праздного ожидания. Вдобавок ко всему, ещё и реагируя на извивающихся в толпе девушек, среди которых были вполне симпатичные особы.

— Ты не поверишь, гобл, — сверкнула глаза наклонившаяся к моему столу подвыпившая Акира, вынырнув из толпы. — Встретила мужика, который с братом работал. Говорит, знает, что случилось. Обещает рассказать. Только не тут. Отойти хочет туда, где потише.