Глава 13

Нина

— Номер, который вы дали, не отвечает, — голос Даниила Михайловича раздался чересчур громко, я поморщилась, пока доктор звонил из соседней комнаты, я успела задремать. Организм как мог восстанавливал свои силы.

Врач терпеливо ожидал, пока информация дойдёт до меня и я приму решение.

— Тогда я поеду на метро, — мой голос был тих и слаб.

— Может, все же я вызову такси? — Даниил Майлович настойчиво предлагал мне разориться. Видимо, на моем лице проступила нерешительность, да и вид, судя по всему, был не ахти какой, потому что врач вдруг твёрдо сказал:

— Лежи, я сам вызову, только адрес скажешь, — и взглядом отмёл мои слабые возражения.

— Адрес? — настойчиво повторил он, и дождавшись ответа, повторил сказанное мною диспетчеру.

— Вот так вот, обещали в течении десяти минут прислать за тобой машину, ты извини, я не могу больше игнорировать свои обязанности.

— Да-да, вы и так много времени на меня потратили, — я судорожно пыталась вспомнить хватит ли мне денег на поездку, и Даниила Михайловича не задерживала.

И вновь я провалилась в вязкую дремоту, перед глазами встала ставшая уже привычной картина: кафе, музыка, вкушающие люди, темнота окружающих кустов, чёрная фигура на одной со мной параллели…

Вот она подалась вперёд, на освещённый уличными фонарями тротуар, ещё немного и я увижу лицо. Лицо убийцы, того, кто является мне во сне уже очень долго. Я затаила дыхание, ещё немного, чуть-чуть…

Но нет, фигура дёрнулась и растворилась в темноте парка, а со стороны кафе послышались крики, постепенно заглушающие играющую музыку…

— Нина, такси подъехало, — врач наклонился надо мной, — я написал тебе мой номер телефона, позвони завтра, я бы хотел знать, все ли с тобой в порядке.

Я кивнула и с трудом поднялась, язык во рту лежал сухой колодой, виски наливались мерцающей болью, а руки и ноги больше походили на чужие.

Откат продолжался и ничего, кроме отдыха не могло мне помочь. В салоне автомобиля было очень уютно, тихо играло радио, водитель вел плавно и аккуратно, остановившись возле моего подъезда, он вышел и помог мне выбраться из машины.

— Сколько я вам должна? — хрипло спросила я.

— Ничего, поездка была оплачена вызвавшим доктором, он наш постоянный клиент, — водитель улыбнулся и, сев в машину, уехал, увозя с собой тёплый свет фар.

В квартире я не стала включать свет, прошла на кухню, попить воды и, не раздеваясь, рухнула на диван.

Звонок будильника на телефоне выдернул меня из уютного сна, о чем он был, я вспомнить не могла, но ощущение безопасности и защищённости помнила и наяву.

Я максимально отдохнула, голова была ясной и готовой вновь помогать людям. Сегодня был мой первый день на работе в центре психологической помощи.

Умывание, лёгкий завтрак, и поездка на метро и через полтора часа я стою возле кабинета Биг босса.

Кира уже была на своём рабочем месте и с лёгким ехидствам посматривала на меня, в приёмной было пусто.

— Он сегодня опоздает, тебе придётся самой принять пациента, — решила меня просветить секретарь.

— Как самой? — пробормотала я, настроение резко вильнуло к нулю.

— Такие указания оставил доктор Рабен, у него какие-то дела, а клиент не сложный, — Кира откровенно насмехалась: почему бы и не посмотреть как другой человек опростоволосится, — хотя, если бы он меня взял личным помощником, то все бы прошло нормально, — теперь понятна ее неприязнь ко мне, я заняла ее место, сама того не желая.

— Я справлюсь, — поправив очки, я взялась за ручку двери в кабинет, — Кира, сообщите мне, когда клиент подойдёт, и подайте нам через пять минут напитки.

Секретарь скривилась, она не ожидала, что я так быстро возьму себя в руки.

За дверью я на дрожащих ногах прошла к рабочему столу. Он был почти пуст, перекидной календарь, и канцелярский набор. Я открыла первый ящик, именно там в алфавитном порядке лежат дела клиентов. Что ж времени, чтобы изучить проблему будет совсем мало.

Посмотрела в зеркало: огромные очки, заплетенная коса, тёмная блуза и горящие щеки. Без косметики я не тянула на доктора психологии, скорее на студентку. Но что ж поделать, смысла красить глаза за очками я не видела.

Мелодично запиликал селектор, я суетливо кинулась к нему, пара секунд разобраться какую нажать кнопку и:

— Нина… — голос Киры запнулся, — Аркадьевна, к вам Омарь Евгения, примите?

Как будто у меня есть варианты:

— Пригласите, и не забудьте подать нам напитки.

А сама судорожно ищу папку на "О", "Обалин", "Оладников", вот она, "Омарь", открываем и читаем.

… Омарь Евгения, тридцать четыре года, замужем, двое детей, муж злоупотребляет алкоголем. Предварительный диагноз Евгении: созависимость, проведена одна консультация с выявлением проблемы, плохо идёт на контакт…

Это все, что я успела почитать, замок на двери щёлкнул и я подскочила на середину кабинета, чтобы успеть встретить красивую и печальную женщину, в шляпке и приталенном пальто.

— Здравствуйте, я рада видеть вас у нас в центре, прошу вас снимите верхнюю одежду.

Я указала ей на вешалку и подождала, пока клиентка разденется. Под пальто оказался дорогой брючный костюм из тонкой шерсти, и полосатая блуза с рюшами.

Тёмные круги под глазами и скорбящие морщины в уголках рта резко старили женщину, если бы я не знала ее реальный возраст, то дала бы лет на десять больше.

— Пожалуйста, проходите и располагайтесь, сегодня приём веду я, помощница доктора Рабена. Меня зовут Нина. Он сам не сможет присутствовать по рабочим причинам, а мы с вами попробуем разобраться в вашей ситуации.

Эмоциональный фон клиентки был однородно серо-грязный, как осенний тупик, преобладало в нем отчаяние и обреченность.

Я улыбнулась и присела с блокнотом напротив кушетки, куда полулегла клиентка. И только тогда она сказала свою первую фразу:

— Мне 34. У меня не складываются отношения в семье.

И замолчала, я подождала ещё немного и, видя, что больше она ничего не скажет, проговорила:

— Пожалуйста, продолжайте, если вы не расскажете мне, что вас тревожит, я не смогу вам помочь.

Женщина молчала ещё пару минут и, наконец, ответила мне:

— Моя проблема в том, что муж пьет. А как напьется, пристает и ругается. Да так, что у меня терпение заканчивается и я ухожу от него к своим родителям с двумя нашими детьми. Сейчас именно такой период. Уже месяц живем раздельно. Он хороший, когда трезвый, любит меня и детей.

Я растерялась, совершенно не имея опыта в отношениях, как помочь человеку разобраться в его?

— Евгения, и в чем ваш вопрос? — решила все же уточнить я.

— Как мне быть? Решиться на развод или сохранить семью? Если семья, как жить с ним и сохранять самообладание, не переживать по поводу его обидных слов? — женщина грустно улыбнулась, слезинка застыла на скуле, словно не решаясь стечь вниз.

— А вы пробовали с ним разговаривать по поводу его злоупотребления алкоголем? — я решила начать с очевидного.

— Конечно, и не раз! Он обещает, что больше не будет, извиняется, но потом все повторяется снова, — клиентка заговорила грозно и споро.

И тут же стушевалась, когда в дверь постучала Кира, напрочь игнорируя мою просьбу о пяти минутах, клиентка пробыла со мной уже в два раза больше.

Я использовала эту паузу, чтобы собраться с мыслями и как-то помочь женщине.

И начала сразу, как только за Кирой закрылась дверь:

— Возвращаясь к вашим словам про сохранение семьи, хочу поделиться своим впечатлением от этих слов. Для меня это слышится похожим на: "помогите мне задавить и сломать себя, чтобы я все-таки смогла жить с этим человеком".

Евгения замерла, переваривая услышанное, а потом с облегчением сказала:

— Нина, вы совершенно правы в своей оценке. Действительно, это так, я пытаюсь соответствовать своему мужу.

Я воодушевилась, эмоции клиентки перестали напоминать грязный переулок, в них мелькнуло что-то светлое и блестящее, это было озарение. Поэтому я продолжила:

— Кажется, что вы хотите сломать или свернуть в какой-то узел что-то живое и очень ценное — себя. А правда ли вам нужно это делать?

Евгения замялась:

— Каждый раз я ухожу навсегда. И возвращаюсь, перешагнув через себя.

— А что вас заставляет перешагивать через себя?

— Боязнь одиночества. Не могу отпустить прошлое, то, что связывает меня с мужем. Не могу решиться на новую жизнь.

— Мне очень понятен ваш страх. Распишите, пожалуйста, поподробнее, каким вы видите это страшное одиночество и что вы не можете отпустить из того, что связывает вас с мужем. Что страшного в новой жизни?

— Я ее просто не представляю.

— Попытайтесь мне все-таки ответить на вопрос. Это важно.

— Я мечтала с детства о дружной семье. И мне жалко себя за свою несбывшуюся мечту. Мне кажется, пока я не развелась, ещё не все потеряно, а расставшись с мужем навсегда, придется похоронить свою мечту. Новые связи меня пугают.

— Вы говорите: «расставшись с мужем навсегда, придется похоронить свою мечту», — а правда ли, что с ним вы сможете построить ту дружную семью, о которой так мечтали? Можно ли ее построить с этим конкретным человеком? И про несбывшуюся мечту, это правда, очень и очень грустно. Но пока для вас она, похоже, не сбылась.


Клиентка ошарашено посмотрела на меня, до неё начала доходить простая истина:

— Нет, с ним нет. Если не получилось, не знаю со скольких попыток, то уже не получится. Возможно, это была моя вина, что мы так и не смогли стать равными. Как бы правильней выразиться. Его коробило, что он без высшего образования, пьющая мать, хотя я никогда не упоминала эти вещи как его недостатки — это для меня непринципиально. Он решил принизить меня, вместо того, чтобы работать над собой. Это замкнутый круг. Взаимные обиды и обвинения.

— Из того, что вы говорите, я поняла так, что это он, а не вы, не признавал вашего равенства. Евгения, скажите, удалось ли вам что-то прояснить для себя?

— Да, Нина, я понимаю, что насилование себя к хорошему не приведет, я не смогу жить с ним через силу. По правде говоря, я торможу свою жизнь уже несколько лет. Жду, что кто-то решит мои проблемы для меня, за меня. Это уже вошло в привычку, когда возникает проблема, я успокаиваю себя тем, что пройдет время и все уляжется. Хотя самой уже надоела такая позиция, моя жизнь протекает без моего участия. Я уже не делюсь со своими родными и близкими своими переживаниями, чтобы лишний раз их не беспокоить.

— Почему бы вам не принять себя такой, какая вы есть, не подстраивать себя под мужа, перестать жить с оглядкой на окружающих людей и убрать из жизни детей скандалы родителей?

Евгения забормотала:

— Вы правы, мои крошки всегда с нянями, а у меня нет на них много времени, а дома этот ад. Вы бесконечно правы, — она все же заплакала, — мой муж, он плохой папа, даже, когда трезвый, не любит возиться с детьми, считает это не мужским занятием. Теперь я вижу, что я так, боящаяся одиночества, одинока в своей семье уже сейчас.

— В ваших силах все исправить, сейчас я просканирую вашу эмоциональную сферу и уберу накопленный и ненужный негатив. Пожалуйста, дайте мне вашу руку.

Женщина протянула мне тонкое запястье с красивым маникюром, а я взяла её за руку.

Гнев, грусть, желание меняться и менять. Вот его, пожалуй, и оставлю, остальное чистим, убираем, безжалостно удаляем. Через несколько минут все было готово, "переулок" Евгении был неузнаваем, да и сама она внешне поменялась. С кушетки поднялась уверенная в себе и окружающем мире женщина:

— Мне давно следовало дать ему пинок под зад, жалела все убогого. Нина, спасибо, что открыли мне глаза. Я не ожидала многого от вашего центра, но тут действительно работают профессионалы. Я благодарна вам.

Я слабо улыбнулась, чувствовала наступающий "откат".

— Простите, что не смогу вас проводить, После сеанса моё самочувствие оставляет желать лучшего. Всего вам наилучшего, мне хочется знать, что у вас все будет хорошо. Поэтому, если вам не сложно оставьте сообщение для меня, когда шаг будет сделан.

Клиентка кивнула головой с аккуратно надетой шляпкой и вышла. В приёмной защебетала Кира.

Я с трудом добралась до стола, на нем секретарь оставила чашки с чаем, уже остывшим. И нажала кнопку селектора:

— Кира, принесите мне крепкий кофе без сахара.

И не слушая ответа, сползла в кресле.


Стефан

Дорога стелилась передо мной ровной лентой, я не спешил, наслаждаясь временным умиротворением, окружившим мои мысли и чувства мягким покоем, словно заботливая мать укрыла озябшие плечи своего ребенка пушистым пуховым платком. Нет, тревога за девушку еще не ушла, но теперь она не колола колючими краями ледяного страха, а бесшумно падала на растущее чувство уверенности, что в моих силах уберечь ставшую так внезапно дорогой, хрупкую девичью жизнь. Я улыбнулся, Дмитрий Евгеньевич, в очередной раз снимаю перед вами шляпу, или, хм, в моем случае шлем.

А вот Елизавете Рудольфовне я поцеловал в благодарность руки по-настоящему. Пока расставлял мышеловки для непутевых гостей, госпожа Нежданова споро хлопотала по хозяйству, я не успевал уследить взглядом за ее передвижениями: вот она гоняет сор жестким веником, то развешивает сушиться белье на заднем дворе, при этом краем уха слышу, что шумит на плите чайник, а по дому разносится умопомрачительный запах домашней выпечки.

Надо, кстати, в очередной раз показать ей как работает новомодный пылесборник, который я подарил ей на день рождения, не уверен, что физические нагрузки, хоть и столь незначительные, полезны женщине после операции.

Закончив устанавливать последнюю мышеловку, я осмотрел комнату в поисках хозяйки. А она стояла напротив массивной этажерки, уставленной горшками с разнообразными цветами. Елизавета Рудольфовна заботливо протирала смоченной в воде тряпочкой мясистые, усыпанные по краям острыми зазубринами, листья неведомого мне растения.

— На сегодня я закончил, думаю, для начала этого хватит, правда не понимаю, почему бы не пригласить бытового мага?

— Ах, Стефан, зачем беспокоить магов по пустякам? Тем более, что уже давно придуманы эффективные способы борьбы с грызунами.

— Ну, может для того, что эти способы не столь гуманны для несчастных мышек, как вмешательство мага?

Елизавета Рудольфовна укоризненно сверкнула на меня глазами.

— Мальчик мой, не стоит так беспечно вмешиваться в обычный ход вещей. Ну, уйдут они якобы добровольно из моего дома, так не пройдет и суток, поселяться в другом месте, и будут докучать одинокой старушке, которой не так повезло с заботливым воспитанником.

Я усмехнулся и дал себе волю, немного расслабиться в уютном кожаном кресле, на изголовье которого была накинута салфетка с вышитыми умелой рукой алыми маками.

— Что ж ты не весел и голову повесил, сокол ясный? — с потаенной заботой спросила женщина.

— Все хорошо.

— Со мной-то тебе не надо притворяться, я думаю, что Нина — источник появления тревожной складки на твоем лице.

— Не Нина, вернее не совсем, — сказал я тихо, понимая, что разговор на больную тему уже не свернуть.

— Да, помню, убийца, предпочитающий юных девушек. Стефан, посмотри сюда, — госпожа Нежданова показала рукой на горшок, в котором было растение со множеством крупных соцветий ярко-розового цвета. — Это бегония. Многие думаю, что это капризный цветок. На самом деле, это не так, просто это растение требует от владельца грамотного обращения. Бегония имеет период покоя, о котором не знают начинающие цветоводы. Увидев, что цветок осенью начал сбрасывать листья, неопытный владелец всеми силами пытается оживить «приболевшего» питомца. В ход идет обильный полив, удобрение, пересадка, и прочие меры по спасению. Естественно, результат обратный — цветок загнивает и гибнет.

— И к чему эта лекция о садоводстве? — я недоуменно поднял брови.

— К тому, что ты, как цветовод, делающий свои первые важные шаги, очень легко излишней опекой можешь загубить свой первый, и я надеюсь, единственный волшебный «цветок». Не всегда видимая беззащитность, может быть признаком слабости.

— Ладно, сдаюсь, не хватало еще беседы про пестики и тычинки, — я поднял руки вверх в притворном поражении, — прислушаюсь к вашим советам, все же у старушки богатый жизненный опыт.

И едва успел увернуться от заслуженного подзатыльника.

— Вот и отлично, ты всегда был послушным мальчиком, пойдем на кухню, закрепим педагогический эффект сдобными булочками с ванилью, — Елизавета Рудольфовна любовно провела рукой по моему плечу и степенно вышла за дверь.

За столь приятными воспоминаниями я едва не пропустил нужный поворот. Через некоторое время предо мной пристал коттеджный поселок. Высокие, надежные заборы в лоснящейся краске намекали нежданным гостям, что здесь живут люди с немаленьким достатком. Мне нужен был дом с коваными воротами и прикрепленным на них позолоченным номером тридцать семь.

Я остановился напротив видеокамеры и снял шлем. Через пару секунд ворота бесшумно открылись, и я неспешно двинулся вперед по мощеной плиткой дороге.

Хозяйский двухэтажный дом был отстроен добротно и с душой. Показав, где можно оставить мотоцикл, подошедший неприметный охранник провел меня в дом. Рабочий кабинет заказчика представлял собой просторную комнату, обитую деревянными панелями. На стенах яркими пятнами висели картины современных художников. Сев в плетеное кресло, я посмотрел на, сидящего за дубовым столом, хозяина дома. Заказчик был смуглым мужчиной среднего возраста. Короткие курчавые волосы были уложены в модную укладку. На мужчине был черный свитер крупной вязки. На бесстрастном лице ярко выделялись пытливые карие глаза.

— Доброго дня, Стефан. Рад, что мы наконец-то увиделись лично.

— Спасибо, Александр, — я слегка наклонил голову в приветствии.

— Предлагаю сразу приступить к делу, — хозяин вопросительно глянул на меня. Я утвердительно кивнул.

— Вот диск, на нем есть все необходимое для работы. Моя служба безопасности учла все ваши пожелания.

— Отлично, тем быстрее, я смогу выполнить задуманное.

— Было бы неплохо завершить к концу месяца.

— Думаю, с эти не будет проблем.

— Тогда, на этой оптимистичной ноте мы и закончим, — уголок рта мужчины слегка приподнялся вверх, намечая скупую улыбку, — до свидания, Стефан.

— До свидания, Александр.

Все тот же немногословный охранник проводил меня из дома, а потом закрыл за мной ворота.

Как я и надеялся, наша встреча прошла хорошо. Для таких людей, как Александр, не доверяющих работе удаленно, помимо сухих строчек из досье, важна и личная встреча с человеком, чтобы самому получить оценку, дав поле для деятельности личному чутью, и решить, возможно ли доверить конфиденциальную информацию в чужие руки.

Дорога назад в город прошла без происшествий, что позволило мне составить четкий план дальнейших действий. Я решил прислушаться к советам старших товарищей и слегка отпустить ситуацию с Ниной. Слова Елизаветы Рудольфовны убедили меня дать больше свободы девушке, по крайней мере, я приложу силы, чтобы удержать себя от нее на расстоянии. Для этого и взялся выполнить работу для Александра. Тем более, у меня в предвкушении зачесались кончики пальцев, дело обещало быть интересным.

Дома, налив себе кружку обжигающего горячего крепкого чая, я сел перед раскрытым макбуком, к которому был уже присоединен, выданный заказчиком, жесткий диск. Так, перед глазами побежали строчки кода. Удобно устроившись в современном и комфортабельном кресле, я начал работать. Заказ был интересен, я вообще люблю свою основную работу, тем более, без лишней скромности, являюсь в ней настоящим профи. Чтобы стать асом в деле информационной безопасности компьютерных систем, у меня ушло немало времени, но оно того стоило. Вернее, мои услуги стоят дорого, что позволяет без вреда для бюджета иметь и другие хобби.

Для Александра необходимо разработать новый метод шифрования информации и провести анализ на уязвимость перед сетевыми атаками.

День сменился ночью, ночь — днем, я не замечал, сколько уже раз солнце совершало свой круговорот — отвлекался только на прием пищи, гигиену и кратковременный сон. Я придерживался принципа, если и делать что-то, то на совесть, а не для галочки, поэтому погружался в работу с головой.

Загрузка...