Лимб

Глава 4

－Что ты выберешь? － она говорила спокойно, лишь подрагивание крыльев намекало на её внутреннее беспокойство.

－ Я хочу покаяться.

Хранительница одобрительно кивнула.

Яркая вспышка света ослепила меня. Я ещё долго не мог восстановить зрение. Передо мной стояла хранитель, но внешне она отличалась. Её крылья стали двойными, от этого они выглядели более могущественно, величественно. Простое белое одеяние сменилось на многослойный наряд с золотым узором по белой ткани. Золотистые глаза больше не было возможности увидеть. Они были скрыты маленькими крылышками.

－ Я слушаю, － голос хранителя звучал необычно объемно, для данного места.

С чего же начать? С признания? Да именно с него:

－ Я боялся, － прошептал я. － Боялся, что меня обвинят. Боялся, что потеряю всё. Но теперь я вижу… я уже потерял. Отца. Себя. Но главное, я уничтожил жизни самых мне близких людей. Я растоптал их планы, мечты, отобрал право прожить долгую счастливую жизнь. Закопал в яму. Заставил страдать.

－ Признание － это начало. Но покаяние － это действие. Что ты готов сделать?

－ Я должен рассказать правду. Понести ответственность за своё деяние. Я не имею права жить обычной жизнью, после того, что сотворил.

－ Хорошо. Ты выбрал правильный путь. Ступай. Вернись и покайся до конца. Барьер пропустит тебя.

«Вот так просто», － подумал я. Мне нужно просто пройти барьер, чего сложного, правда? Если не вспоминать столкновения с ним.

И вот я стоял на крыльце. Впервые за всё это время меня обдало приятным свежим ветром. От него веяло запахом свежескошенной травой.

Я сделал один неуверенный шаг. Потом ещё один. Последние три я сделал так быстро, что не сразу понял, что нахожусь возле прозрачного нечто. От воспоминаний, насколько оно противное внутри － склизкое, мокрое, меня всего передёрнуло. Я раздвинул руками первый слой и протолкнул ногу. Она застряла, будто в смоле. Дёрнул её － и почувствовал, как что-то внутри меня сопротивляется.

－Мартин, неужели ты передумал возвращаться? － поинтересовалась хранитель. В её голосе чувствовалась лёгкая нотка раздражения. Она явно желала поскорее избавиться от меня.

－ Я, знаешь ли, не каждый день через барьеры прохожу, － возмутился я.

Один шаг － и я дома. Тело медленно проходило через липкую субстанцию. Воздух стал гуще, чем раньше. Каждый вдох давался с трудом, словно лимб не хотел меня отпускать.

Осталось пропихнуть вторую ногу, и я буду практически внутри, а там, может, станет легче.

－ Почему он остановился? － хранитель озадачено осмотрела Мартина. С одной стороны, с другой －каждый сантиметр, где парень должен был пропасть. Она даже сняла крылышки с глаз, чтобы точно увидеть причину остановки. － Мартин, ты застрял?

Тишина. Почему он не отвечает? Хотя бы мысленно. Может он не слышит? Хранитель устало потёрла переносицу, ещё раз бросила взгляд на застывшее тело и окончательно убедилась дело не в барьере, и не в Мартине.

－ Дело в тебе! － посмотрев куда-то наверх, заявила ангел. － Ты не прописала, что с ним будет дальше, так ведь?

Я молчала. Со мной впервые разговаривал мною придуманный персонаж. Что в таких ситуациях вообще говорить? Что-то по типу «Всё так и было задумано» или «Так надо».

－ Ну же! － она топнула ногой, и от этого движения по воздуху пошли волны, как от брошенного камня. － Он сделал выбор. Он раскаялся. Он идёт к искуплению. Где финал? Где переход? Где хоть что-то, что даст всем ощущение завершённости?

Её голос звучал почти обиженно.

－ Ты оставила его висеть между мирами. Это жестоко.

－ Если бы я этого не сделала, ты бы со мной не заговорила. Это было необходимо, － я «ответила» ей мысленно, но она услышала.

－Странно у тебя хобби однако. Разговаривать с вымышленными героями, которых ты же и прописываешь. Не дописываешь рассказы, почти дойдя до финала. Со мной тут недавно, по секрету, поделились «родственники по перу» историей, как ты, целых три месяца главу не могла дописать. Этот мир тоже останется недописанным? Даже несмотря на конкурс?

Всё это время тело Мартина было наполовину в лимбе, наполовину… где-то ещё.

Голоса доносили до его ушей, как сквозь воду.

－ Кто… кто говорит? － прошептал он.

－ Молчи, － шикнула на него хранитель, не оборачиваясь. － Не мешай. Тут важный разговор.

－ Хорошо, － всё также мысленно общалась со своим ручным ангелом. － Приготовься, сейчас будет конец истории.

Её поза изменилась: плечи расправились, крылья за спиной мягко мерцали золотым светом. Она вновь стала той величественной Хранительницей, какой была в начале пути.

Я почувствовал, как барьер дрогнул. Сквозь липкую Массу начал пробираться свет － яркий, тёплый, манящий. Я увидел очертания крыльца. Нашего крыльца. С облупившейся краской на перилах, с горшком герани, который мама ставила туда каждое лето…

－ Это мой дом, － выдохнул я.

－ Иди, － мягко сказала ангел. － Теперь ты можешь идти.

Барьер окончательно втянул меня внутрь. Хранитель, оставшаяся где-то в лимбе, проводила меня взглядом.

Когда силуэт Мартина окончательно растворился в свете, она вздохнула с облегчением, слегка потёрла виски и шаркая по земле поднялась в дом.

－ Ну и бредятина… Пойду, что ли, чай с печеньками попью.