Леона

5

Приехав на следующее утро на работу, я застала под дверью офиса Марту Пупс. Едва она заметила остановившееся такси, то тут же бросилась мне навстречу. Позади плёлся Рудольф, вернее то, что оставалось от его оболочки. Она не просто побледнела — солнечные лучи проникали через неё, как сквозь решето. Карузо ошибся. Он давал Рудольфу пять — семь дней, но теперь я и без заумных речей Магистра врачевания видела, что оболочка находится на последней стадии. Счёт шёл на часы. Если я сегодня же не отыщу душу несчастного страхового агента, завтра будет уже поздно.

- Леона, вы так и не позвонили… - произнесла Марта дрожащими губами. - У вас появились какие-нибудь новости?

Ненавижу врать клиентам и обнадёживать их понапрасну. Но ещё больше я не люблю разочаровывать их. Я завела Марту в свой кабинет и, перед тем как зайти самой шепнула Катрин: «Приготовь ей чего-нибудь сильнодействующего». Та поняла меня с полуслова. Через полчаса мы усадили успокоившуюся клиентку в такси и отправили её домой, а вот Рудольфу пришлось задержаться… Когда он с женой сидел у меня в кабинете, я незаметно установила рядом с ним магнитный капкан — магическое устройство в виде напёрстка, которое мы с братьями обычно использовали для ловли привидений. Только так я могла оторвать его от жены.

- Прости Рудольф, - сказала я, когда мы остались в кабинете одни. - Если хочешь вернуть душу, тебе придётся пойти со мной. Другого выбора нет. Дорог каждый час.

Оболочка издала беззвучный вздох и кивнула.

Спустя десять минут в офис наконец заявились мои братья-бездельники, а ещё через три четверти часа мы уже выезжали из города по Большому Северному шоссе. Оскар вёл машину. Норман, сидя на переднем кресле рядом с ним, изучал карту, а я внимательно всматривалась в дорожные указатели в поиске того, что ведёт к целлюлозно-бумажному заводу. По словам Дика Дарка, именно там, в одном из нерабочих корпусов, прятался подпольный Банк душ.

Наплечная кобура приятно стягивала мне спину, бок холодила рукоятка револьвера, из внутреннего кармана кожаного жакета выглядывала волшебная палочка, а рядом лежал мой драгоценный плащ-невидимка. Он передавался в нашей семье по женской линии из поколения в поколение. Теперь таких не шьют, тайну покрова унесла с собой в далёкое прошлое средневековая инквизиция. В этом плаще я прошла огонь, воду и медные трубы. К несчастью, я ещё не догадывалась, какое кощунство сотворила с ним несколькими днями ранее моя домработница…

Рудольф сидел рядом со мной и тоскливо глядел, как проносятся за окном кукурузные поля.

- Выше нос, - сказала я ему, - вот увидишь, уже вечером ты поведёшь жену в кино.

Он глянул на меня выцветшими глазами и изобразил некое подобие улыбки. Не хотелось подводить этого бедолагу. Не его вина в том, что он решил в кои-то веки что-то доказать себе и всему миру и обратился на свою голову в туристическое агентство, крышуемое Переступившими черту.

Оскар затормозил на пустыре, с которого открывался вид на заброшенные корпуса бумажного завода. Я вышла из машины и надела плащ-невидимку. Рудольф смиренно последовал за мной.

- Ну как? Кроссовки не видно? - спросила я у братьев, прохаживаясь туда-сюда. От шпилек пришлось отказаться. Я, конечно же, обожаю стук металлических набоек, но сегодня явно не тот случай.

- Ничего не видно, - подтвердил Норман, - но всё равно будь осторожна.

- И не делай глупостей, - добавил Оскар.

Вид у обоих был не шибко радужный. Поначалу они пытались настаивать на том, чтобы пойти со мной, но потом им пришлось согласиться, что два пса, рыскающие по территории завода, легко бы вызвали подозрение.

- Ну, мы пойдём, не поминайте хромыми демонами, - сказала я и, кивнув Рудольфу (благо только он меня видел), пошла через пустырь к возвышающемуся по ту сторону заводу.

У выкрашенных зелёной краской и хлюпких на первый взгляд ворот никакой видимой охраны не было. Впрочем, я и не ожидала увидеть здесь наряд вооружённых до зубов стражей. Это привлекло бы ненужное внимание, а вот магическая защита стояла из серьёзных. Я достала волшебную палочку и попробовала пару открывающих заклинаний, но, как и ожидала, они не подействовали. Видно, кто-то поработал тут на совесть.

- Будем ждать. Рано или поздно в эти ворота кто-нибудь войдёт или выйдет, - сказала я Рудольфу и присела на обочину. Эх, сигарету бы сейчас.

- А знаешь, ты молодец, - проронила я, - нет, серьёзно. Провести неделю в тюряге с настоящими зэками, это не каждому по плечу. Можешь собой гордиться.

Рудольф поднял на меня смущенный взгляд и, кажется, покраснел.

- А вообще увольняйся ты из этого своего страхового агентства, - добавила я. - Жизнь одна, и лучше найти себе занятие по душе. Поверь мне, это того стоит.

Он внимательно посмотрел на меня, кивая головой, словно давая обещание так и поступить, если только ему удастся снова вернуть прежнего себя.

Внезапно на пустом шоссе послышался звук приближающейся машины и вскоре рядом с нами затормозил чёрный Ролс-Ройс Фантом с тонированными стёклами. Ворота дрогнули и стали медленно открываться.

- Пойдём, - позвала я Рудольфа, и вслед за въезжающим автомобилем мы вошли на территорию завода.

Кругом валялся промышленный хлам, какие-то ржавые трубы, оторванный ковш экскаватора и обрубок пожарной лестницы. Пахло застарелой пылью.

Из Ролс-Ройса вышел похожий на мумию старик с покрытой коричневыми пятнами лысиной и позолоченной тростью в руках. По характерному разрезу ноздрей я поняла, что передо мной наг. Его сопровождал ни то внук, ни то охранник с зализанной на гель блондинистой шевелюрой.

Мы с Рудольфом держались рядом и, следуя за ними шаг в шаг, вошли в открывшуюся дверь главного входа. Внутри оказалось грязно и пусто. Заброшенное помещение ничем не походило на хранилище украденных душ, но, как известно, первое впечатление часто бывает обманчивым.

Меж тем старик оправдал мою догадку. Он выпустил змеиный хвост и заскользил в западное крыло здания, уверенно минуя цех за цехом. Его внучок и мы с Рудольфом едва поспевали за ним. Наконец старик остановился возле неприметной деревянной двери, но я почувствовала, что магическая защита тут была втрое сильнее, чем у ворот. По ту сторону щёлкнул замок, и на пороге появилась дорого одетая молодая особа. Шлейф от её духов тут же заполнил весь цех.

- Господин Мефис, мы вас ждём.

- Здравствуй Милена, - прохрипел он.

Кажется, это о ней говорил вчера Дик Дарк. Девушка посторонилась, давая старику пройти, а мы с Рудольфом, пристроившись за его внуком, вошли следом.

Я глазам своим не поверила, они созерцали роскошь, достойную королевского дворца. В просторном помещении без окон, но ярко освещенном огромными электрическими люстрами, стоял стол и несколько кресел в венецианском стиле. В камине, за резной решёткой, теплился огонь. На стенах висели тканые гобелены и картины кисти знаменитых художников. Помимо Милены, которая, по всей видимости, тоже служила частью интерьера, в помещении находилось несколько хорошо вооруженных человек. Двое из них охраняли высокую, обитую бордовым бархатом дверь с механическим кодовым замком. Должно быть, именно за ней прятали украденные души. Я кивком позвала Рудольфа следовать за мной, и мы встали неподалёку, чтобы успеть проскользнуть в хранилище, едва дверь откроют.

Меж тем старика и его внука посадили за стол, затем подали графин с какой-то янтарной жидкостью и две рюмки, а девушку сменил черноволосый господин с гладко зачёсанным хвостом и крупной брошью на высоком кружевном вороте. Его длинные пальцы, унизанные массивными перстнями, пододвинули под нос старику сплошь исписанную мелким шрифтом бумагу.

- Прошу, господин Мефис, ваш контракт, ознакомьтесь, пожалуйста, и подпишите.

Наг взял листок и, не глядя, передал внуку, который на самом деле оказался его адвокатом. Тот долго читал документ, впиваясь глазами в каждую строку, затем одобрительно кивнул, и Мефис, выхватив из малахитовой подставки позолоченную ручку, подписал договор. Тип с хвостом дал знак одному из стражей, охранявших бордовую дверь, и тот, набрав код на замке, отпер её и вошёл внутрь. Мы с Рудольфом — следом.

Моему взгляду предстала слабоосвещённое помещение огромных размеров. Ровными шеренгами тянулись от стены до стены высокие полки, заставленные круглыми склянками. Что-то наподобие аптечных пузырьков, внутри которых искрились эссенции самого разного цвета. Невероятно красивое зрелище. Так вот, оказывается, как выглядят души в сжатом состоянии. Я взяла с полки один из сосудов. На плотно завёрнутой крышке значился день изъятия, а также пол и возраст «донора». Я быстро сообразила, что души группируются на полках по дате.

- Ищи седьмое апреля, - шепнула я Рудольфу. Это был тот самый день, когда он оказался в изоляторе, один на один с Лисом Роджером.

Меж тем охранник уже нашёл то, за чем приходил, и вернулся в приёмную. Дверь хлопнула. Хранилище погрузилось во мрак, подсвеченный мерцанием сотен живых душ.

Декабрь — нет, февраль — дальше, апрель — вот оно. Первое, третье...

- Рудольф, - позвала я, - гляди, седьмое апреля.

С этой же датой на полке стояло три пузырька. На одном из них значилось, что пол «донора» женский, и я сразу отодвинула его. Два других были мужские. Двадцати пяти и сорока лет.

- Тебе явно не двадцать пять, - сказала я возникшему рядом Рудольфу, - но и на сорок, прости, дружище, ты не выглядишь. Держи.

Рудольф понуро кивнул и прижал к себе драгоценную склянку.

- Мой тебе совет, - добавила я, - смени причёску. Что так держаться за эти три волоска. Они-то тебя и старят. Лысина выглядит куда брутальнее.

В этот миг дверь хранилища вновь открылась.

- Сиреневый, видите ли, не нравится, - ворчал себе под нос охранник. - Изумрудный ему подавай. Старый пень.

Длинный прямоугольник света от раскрытой двери протянулся к моим ногам. Тут-то я и увидела свою тень. Тень?! Но плащ-невидимка не должен отбрасывать тени!

- Это ещё кто такая? - закричал охранник в тот самый миг, когда я поняла, что плащ больше не защищает меня...

- Хромые демоны… Вот и попалась, которая кусалась, - прошептала я, отступая подальше от света и стараясь спрятаться за стеллажами. - Слушай меня внимательно, Рудольф, тебя они не видят. Выбирайся отсюда один и, как только окажешься в безопасном месте, открывай склянку и выпускай на свободу свою душу. Спеши. У тебя мало времени.

Смятение в его глазах сменилось отчаянной решимостью. Он бросился на выход и прошмыгнул мимо забегающих в хранилище охранников. А те кинулись прочёсывать ряд за рядом. Вот и началась охота… на меня. Пути отступления были отрезаны: в дверном проёме дежурил хвостатый тип. Можно было, конечно, прикинуться Рембо, или как его там звали, и открыть стрельбу. Кончатся патроны — есть волшебная палочка. Но даже при таком раскладе вряд ли бы мне дали выбраться оттуда живой. Их было слишком много. Шестеро — в хранилище, и ещё четверо, включая старика Мефиса и его адвоката, - в приёмной.

Я притаилась за одним из стеллажей и внимательно осмотрела помещение. Это тоже бывший цех. Оконные проёмы заложили кирпичом, но где-то должны остаться хотя бы вентиляционные отверстия. Я скинула плащ — теперь он бесполезен — и, пригнувшись, беззвучно заскользила вдоль стены. Внезапно под потолком зарябил квадрат вентиляционной решётки. Вот он, но слишком мал. Даже если применить заклинание сжатия, мне туда не пролезть. Проклятье. Меж тем тени охранников приближались, мелькая в слабом свечении сосудов. И вдруг я заметила в стене какое-то подобие люка. Он был запаян. Похоже это окончание трубопровода, который раньше использовали для подачи сырья на конвейер. Я достала волшебную палочку и, водя ею по шву пайки, шёпотом произнесла открывающее заклинание: «Аперире». Металлический припой треснул, и я распахнула крышку люка. Тесно, но ничего, протиснусь.

- Вон она, вижу, все сюда! - вдруг закричали совсем поблизости.

Ну уж нет ребятки, вам здесь не пролезть. Я нырнула в люк и, захлопнув его изнутри, поползла вперёд в кромешной темноте. Кажется, послышался писк и шорох мышей, но я предпочла думать, что мне показалось, хотя запах стоял характерный. Застарелые опилки древесины больно впивались в ладони. Вероятно, через этот транспортёр их подавали в цех для дальнейшей переработки. Я ползла буквально на ощупь и очень быстро. Хотелось бы знать, куда ведёт трубопровод. Вдруг поверхность под моими ладонями накренилась, и я заскользила вниз, как с горки, тщетно пытаясь затормозить. Через несколько секунд моя вытянутая рука больно ударилась обо что-то. В ладони хрустнуло, но, к несчастью, это оказались не мои пальцы (уж лучше бы они), а зажатая в них волшебная палочка. Без неё открыть второй люк, в который я судя по всему врезалась, будет непросто. Одно радовало — через мелкие щели в пайке сквозило солнце, а значит, я почти выбралась наружу. Почти… Я вынула из кобуры пистолет и начала стрелять. Заговоренные серебряные пули с лёгкостью проходили сквозь металл. Ещё чуть-чуть — и люк поддастся. Он открылся в тот самый миг, когда у меня закончились патроны. Яркий свет резанул по глазам, но это не помешало мне разглядеть высокую фигуру, контрастно выступающую на фоне солнца.

- Леона, прошу, - неожиданно прозвучал знакомый голос, и ко мне протянулась не менее знакомая жилистая мужская рука.

Марк Гэровалд? Как, маг-полиция уже здесь? Я позволила моему бывшему вытащить меня наружу и оказалась во дворе бумажного завода, напротив закрытых ворот. Тут же секундная радость вдруг сменилась страшной догадкой. Марк был один, одет в штатское, а самодовольная улыбка светилась на его красивой физиономии, пока он играючи покручивал в руке свою волшебную палочку.

- Знаешь, Леона, я почему-то совсем не удивлён, увидев тебя здесь, - сказал он. - Твой симпатичный, но слишком любопытный носик всегда совался во всё подряд. Ты просто жить не можешь без того, чтобы не залезть, куда не просят.

- Поверить не могу, - проговорила я, всё ещё тщетно пытаясь отыскать за прутьями ворот патрульные машины, - ты, ты же следователь отдела маг-полиции и ты… ты...

- Бери выше, - усмехнулся он. - Я больше не следователь, я начальник отдела. Так гораздо удобнее контролировать и оберегать трафик душ от таких прытких сотрудников, как ты.

- Мерзкая тварь! - рассвирепела я. - Зашедшие в тупик расследования, ложные следы — это всё твоих рук дело. Когда ты связался с переступившими черту? Ну, говори. Кто ты у них тут? Охранник?

- Нет, милая, я здесь бог и идейный вдохновитель.

Он смотрел на меня насмешливо, с превосходством. Надо же, а ведь я когда-то любила эти серые глаза и этот подбородок с ямочкой, а теперь мне с невероятной силой захотелось врезать по нему. Я замахнулась, но Марк перехватил мой кулак. Одно движение волшебной палочкой — и валявшийся рядом обрывок бечевки крепко стянул мне запястья.

- Праэсидиум... - я попыталась произнести фамильное заклинание, единственное, которое действовало без применения волшебной палочки, но Марк лишь расхохотался мне в лицо.

- Леона, ты забыла, что во время нашей помолвки защитила своего жениха собственным фамильным заклинанием? Оно на меня не действует, дорогая.

- Какая же ты сволочь, Марк, - процедила я, - как хорошо, что наша свадьба сорвалась. Будь ты моим мужем, я бы придушила тебя ночью на супружеском ложе.

- Какая свадьба, Леона, - рассмеялся он и подтолкнул меня, - иди давай. Я просто надеялся, что ты залетишь и уйдёшь со службы в бессрочный декрет. Ну, чтобы не мешалась под ногами. Залететь ты не залетела, но зато приём с практиканткой оказался куда более эффективным.

Я обернулась и плюнула ему в лицо. Скулы у него вздулись желваками, но он достал платок, вытерся и снова подтолкнул меня вперёд.

- Пойдём, я специально попросил оставить нас одних. Давно мечтал убрать тебя с моей дороги. Видишь вон тот станок. Это измельчитель древесины, и он рабочий, знаешь? За считаные минуты может раздробить дюжину толстых брёвен, а с человеческими костями справится и за секунды.

- Ты решил меня убить? - ледяным голосом произнесла я, с содроганием осматривая машину. Зубья дробилки выглядели зловеще.

- А что ещё прикажешь с тобой делать? Отпустить? И ты пообещаешь, что не пойдёшь в маг-полицию?

- Не дождёшься, - огрызнулась я.

- Ну вот видишь. Убить тебя — единственный выход, - Марк толкнул меня на транспортёр измельчителя древесины, не забыв при этом хорошенько стянуть веревкой по рукам и ногам, и поднял рубильник. - Прощай, Леона. Извини, предпочитаю на это не смотреть, - он отвернулся и засвистел какой-то дурацкий мотив, а лента подо мной дрогнула и поехала.

Я всячески извивалась, пытаясь отползти вверх по транспортёру, но он уверенно продвигал моё тело всё ближе и ближе к железным зубьям. Возможно, я кричала, не помню. От сознания приближающейся смерти у меня звенело в ушах. И даже звук гулкого металлического удара я приняла за слуховые галлюцинации. Но вдруг, в тот самый миг, когда носками ног я уже ощутила зев дробилки, транспортёр резко остановился, а зубья машины так и замерли наверху, не успев сомкнуться на моих ступнях. Я подняла голову. Ко мне бежал, пыхтя и сопя, Рудольф. Как, он ещё здесь? Не оболочка, а настоящий Рудольф, из плоти и крови, розовощёкий и белокожий. В пухлой руке была зажата какая-то железяка, а позади него лежал, распластавшись на земле Марк Гэровалд.

Мой клиент стащил меня с транспортёра и осколком валявшегося рядом стекла перерезал верёвки.

- Рудольф, запомни на всю жизнь, - выдохнула я, смеясь сквозь слёзы, - ты настоящий мужик! Запомнил? Молодец, - с этими словами я сгребла его в охапку и поцеловала в лысину.

Он расплылся в улыбке.

- Спасибо, Леона.

Марк лежал на земле без сознания. Я достала его волшебную палочку и той же верёвкой, какой была связана сама, связала моего бывшего жениха. Ну и Рудольф, эк как он его огрел. Нескоро ещё этот отморозок придёт в себя. Ничего, отоспится как раз до приезда маг-полиции.

Волшебная палочка Марка без труда открыла нам с Рудольфом ворота, а через полчаса десять нарядов Карательного отряда Министерства Магии остановились у обочины бумажного завода.

Двумя месяцами позже я выступала основным свидетелем по делу о незаконном трафике душ и лично позаботилась о том, чтобы Марк провёл остаток своих дней в темнице с пожизненным лишением магической искры.

Оскар и Катрин спустя полгода поженились. Она попросила меня помочь ей с выбором свадебного платья. В итоге мы подружились. Умная оказалась баба. Норман тоже нашёл себе невесту. Я пока что к ней присматриваюсь. А Рудольф так больше и не вернулся в страховое агентство. Вместо этого, он с Мартой открыл маленький семейный ресторанчик и теперь частенько угощает меня бесплатными бизнес-ланчами. Хорошо готовит, должна сказать. Вот что значит, нашёл себя человек.

Файл создан в Книжной берлоге Медведя by ViniPuhoff