Герцог Лавриманский
Мы сидели на палубе с Нэйлой и говорили о своих душевных терзаниях. Мне не с кем было общаться на эту тему, а тут я вдруг нестерпимо захотел довериться этой странной девушке, почему-то казалось, что она меня поймёт.
Её история оказалась не менее грустной, чем моя. Мне хотелось ей помочь, хоть чем-то.
Когда она меня смог бы я простить, у меня сердце чуть не оборвалось. Я представил, что моя эльфиечка пришла ко мне и сказала, что была неправа, что любит меня. Простил бы?
Этот вопрос набатом стучал в моей голове, а капитан пристально смотрела мне в глаза, будто силясь рассмотреть мой обман. Но я сам не знал верного ответа на такой вопрос. То, что мне хотелось, чтобы Эль перед мной извинилась — это точно, но вот вопрос прощения.
Мне вдруг подумалось, а не было ли скрытых мотивов у моей любимой. Тогда я страшно обиделся на её слова, был зол за обманутые чувства, но я был, по сути, мальчишкой. Теперь же, я думаю, а всё ли я знаю? Она была принцессой, а просто сыном герцога, мы жили в разных государствах. Я кроме своей влюблённости ни о чем не думал.
Теперь же, приди ко мне Эль я был бы рад, но из загробного мира никто не возвращается, у кого спросить, что тогда случилось? Все это не дает мне покоя.
Моя собеседница сидела тихо, задумавшись о своём. Каждого из нас терзали свои сомнения и противоречия. Опять я растревожил её чувства. У самого нет покоя, ещё и окружающих тревожу.
И вдруг мой перстень нагрелся, сигнализируя сбор. Так не вовремя. Я ещё не до конца восстановился, но выбора нет.
— Ладно, не буду вас больше расстраивать, пойду спать. Спасибо за компанию, и что выслушали, — с этими словами я поднялся и отправился к себе в каюту.
Хорошо, что перстень связан с кристаллом и переносит не за счет моих сил. А то бы я прибыл на сбор без сознания.
Вот что там случилось хотелось бы мне знать?
Я появился на своем месте как и положено в маске и плаще, все мы переглянулись с прибывшими и успели поздороваться, когда перед своим местом Партеры упал соратник.
Надо отметить, что совершенно неграциозно брякнулся всеми костями о каменный пол. Вряд ли ему это приземление понравилось. Сразу видно мага, который не привык так перемещаться и запутался в нашем широком плаще.
Вот тебе и подтверждение бренности бытия, Пантера погиб, а его приемника ещё тренировать и тренировать, а ведь от него зависят наши жизни.
Как вспомню, как меня сюда впервые перенесло, дурно становится. Жаль новенького.
— Приветствуем тебя, соратник!
Ему пришлось сначала сесть, а потом уж встать.
Но парень быстро собрался и склонил голову в приветствии, среди магов не в ходу светские расшаркивания.
— И я приветствую вас.
— Скорбим о нашей потере, — тяжело произнес Дракон.
— Но твоя потеря еще больше, — промолвил тот, кто скрывался под маской Саламандры. — Садись, теперь это место твое по праву. Мы чувствуем это.
Новенький опустился в кресло.
Я присматривался к нему. Ловкость, гибкость, угловатость движений. Мне он казался очень молодым. Не было у него ауры умудренного опытом человека.
— Мы должны познакомиться, что бы сражаться вместе…
— Нас удивило, что ты не призвал нас, — Песец перебил Саламандру.
Маски посмотрели на него, но ничего не сказали, а обернулись к Пантере.
Новенький молчал, несмотря на вопрос, только как-то дернулся на кресле и опять замер.
— Ты молчишь?
— Я не могу ответить, — вдруг выдал он. И мне вдруг стало страшно, сам не мог сказать почему? Какое-то ощущение неправильности.
— Почему?
— Клятва.
Я прямо чувствовал удивление моих соратников. Минута тишины и…
— Великие боги ты несовершеннолетний! И не мог открыть портал! — Дракон прикрыл лицо рукой.
— Сюрприз, однако, — произнес Змей.
Я сидел молча, как и Пантера, а что тут скажешь? Ребёнок.
— Да, это неожиданно. Давно в совет не попадали не достигшие, даже, человеческого совершеннолетия. И опасно. У тебя нет опыта.
— Я справлюсь, главное говорите, что делать, — вполне уверенно произнес новичок. Его хладнокровию и уверенности в себе можно только позавидовать.
— Пантера, тебе многому надо учиться, а времени мало. Сейчас участились попытки свержения императорской власти. Плетутся заговоры. У нас нет права на ошибку, — сказал я, и крепче схватился за подлокотники. Внутреннее беспокойство не давало покоя. Что там на корабле? Что я так нервничаю. Ночь, всё должно быть хорошо.
— Что толку стенать? Будем учить, и прикрывать нового соратника. Я вижу большую силу, даже больше, чем у предшественника, — Дракон постукивал ногтем по подлокотнику. — Главное помни, ты работаешь в команде. Я председатель совета. Песец наш полководец, во время боя он руководит нами. Ты можешь высказывать предложения и пожелания, задавать вопросы, не стесняясь. Мы не знакомы в жизни, но тут мы твоя семья. Во время боя мы общаемся ментально. Для этого нажимаешь на камень на кольце-маяке.
— А в реальной жизни так можем общаться? — спросил Пантера.
Соображает быстро и вопросы хорошие задает. Было бы очень удобно иметь такой переговорник и в обычной жизни, но увы, и ах.
— Нет, увы. Мы же можем жить на разных краях империи. Так далеко зов не пройдет, — ответил я.
— Знаешь ли ты правила? — вопросил наш глава.
— Да, Дракон. Предшественник мне все успел рассказать, — голос парня дрогнул. Значит, скорее всего отец, умер недавно.
— Это хорошо. Тогда, предлагаю не задерживаться тут. Познакомились. Много не поговорим. Дел полно. Единственное, если ты будешь нужен Пантера, я буду сам тебя отсюда телепортировать.
— Хорошо, — кивнул тот.
Маски стали одна за другой пропадать прямо из кресел.
Я тоже решил не задерживаться, так как тайна моя очень хрупка, когда находишься на таком небольшом корабле. Быстро перенесся из кабинета в замке на корабль.
В моей каюте было тихо и темно. Я сел на кровать. Растер лицо руками.
Кончатся ли когда-то мои проблемы? Когда моя очередь быть счастливым? Или те три месяца десять лет назад и есть весь отпущенный мне срок.
Новенький соратник не шел из головы. Вот у него тоже реальные проблемы. Есть все шансы погибнуть в первом бою так и не дожив до дня рождения. Ужас. Сегодня я что-то я совсем не могу радоваться жизни, или хотя бы её выносить.
Хотелось чего-то хорошего. Яркого. Доброго! Не знаю чего! Боги дайте хоть какой-нибудь намёк.
В этот момент дверь каюты распахнулась, и в неё стремительно вбежала Нэйла.
— Ты где был? Как ты смог перенестись с корабля не потревожив магический фон!?
Она ещё что-то вещала, но я смотрел на её заплаканное личико, тонкое тело и порывистые движения. Может это знак?
Я быстро встал, и, подойдя к ней, наклонился и поцеловал так, будто собирался следом умереть.
Она замерла в моих объятьях, потом робко ответила, и вот мы целуемся как сумасшедшие.