Ваш выход, маэстро!. 5. Красная книга магических животных

Глава девятая

– А-а, крокодилы-бегемоты, а-а, обезьяны-кашалоты, – пропела я и повернулась к окну. – А-а… ай.

Прямо за окном, за стеклом, сидела та самая когтистая птичка, за которой Дезмонд гонялся столько времени. И у меня мелькнула мысль: птичка против годового запаса масок, потому что мне постоянно придется помнить, что рожи корчить нельзя…

Но как ее достать? Было бы хотя бы открыто окно!

Я сделала шаг. Птичка постучала клювом по стеклу. Просит, чтобы ее впустили? Бедняжка, она же голодная!

Я сделала еще шаг. Птичка пробежала по подоконнику с внешней стороны. Я опять шагнула. Как открыть окно, я знаю, только бы она не свалила куда-нибудь!

Надежды на это было, конечно, мало. Птичка дикая, а тут я со своими телодвижениями. Но директор я заповедника или кто? Или как там правильно в договоре – администратор? Менеджер, проще говоря, управляющий… Криворукий, надо сказать, отметила я, когда сбросила ненароком на пол со стола подставку с ручками. Но это я от увлеченности процессом, а птичка все сидела и чистила перышки.

И вот я уже благополучно дошла до окна и даже протянула руку, чтобы его открыть, как в этот момент раздался короткий стук в дверь, а потом счастливый голос:

– Я нашел вам маску!

Птичка, конечно, встрепенулась и улетела, а я расстроенно повернулась к Дезмонду:

– Ну я же ее почти поймала!

– А, – протянул он. – Она часто садится на окна с той стороны, но даже не пробуйте. Столько людей уже пытались, все без толку, она улетает. Держите.

Я посмотрела на нечто плотное, гладкое, серебристое, с глянцевой поверхностью, полностью закрывающее нижнюю половину лица, и с кокетливым узорчиком из синих перьев. Мы на карнавал, что ли, идем?! От венецианских масок отличалось только отсутсвием губ и перьев! Выглядит как-то убийственно. Караул! Может, лучше полотенце на физиономию навертеть? Но Дезмонд смотрел с таким восторгом, что я все равно сказала:

– Спасибо.

И с заминкой приложила эту штуку к лицу, заранее ожидая, что задохнусь под ней. Если Дезмонд считал, что я эту маску на себя не надену и вообще откажусь от мысли ее носить, то пусть убедится, что он ошибался. Впрочем, вопреки опасениям, село приспособление аккуратно, не мешало и даже голос не звучал как-то приглушенно.

– Я и сам такое, бывает, ношу, – довольно кивнул Дезмонд и хохотнул. – Особенно когда от невест приходится отбиваться.

О как! Я мысленно сделала пометку, что мой заместитель не женат и почему-то бегает от невест Во множественном числе. Наверное, он – хорошая партия и все-таки какой-то местный лорд или как они еще называются?.. Я запихнула эти совершенно ненужные знания подальше в память и вернулась к самому главному пункту на сегодняшний день.

– Я подписала договор, – важно сказала я. – Так что, здравствуйте, я ваше новое начальство… может, как-то быстро поговорим со всеми, а потом я отправлюсь договор отвозить? Далеко это?

Я надеялась на телепорты. Пусть внутри заповедника они не работали, но можно же выйти наружу. Напрасно, потому что Дезмонд замотал головой:

– Я вас отвезу. На аэронике всего полчаса лету. Заодно посмотрите столицу, она ночью очень красивая. Канцелярия работает круглосуточно. Вечером еще и просителей меньше, в коридорах пусто.

Вот это у них тут сервис, подумала я, как есть королевский. И, как я ни противилась, но пришлось покорно идти знакомиться со своими подчиненными.

Крокодила мне в печень и питона на шею, у меня теперь были подчиненные! Каждый раз, как я об этом думала, ноги отказывались идти. Это страшно. Они же от меня будут чего-то ждать. Смотреть, спрашивать. Главное – говорить. Можно я буду как Великий и Ужасный Гудвин? Так, чтобы чучело на троне, а я где-то там, за стеной?

К моему удивлению, Дезмонд вывел меня на улицу, но только взглянув на собравшихся, я поняла почему. Люди работают, и там не только вид, но и, наверное, запах… Да и народа многовато, чтобы всех упихать в холле. А помещений таких, как наши актовые залы с километровыми рядами кресел, которые открывают только по специальным случаям, по всей видимости, здесь не водилось.

Я осматривала свой коллектив. Свой! Коллектив! Малодушно я подумала: если бы знала, к чему все приведет, вынула бы я из-под капота машины китце? Если бы я знала, что его найдут и очень скоро? Как нашли у меня дома утром. Я скривилась под маской. Разумеется, я бы все равно его вытащила, тут и гадать было нечего. Но вот соглашаться на это предложение, как получилось с письмом, так поспешно не стала…

Триста. Триста тысяч, напомнила я себе. Да-да, любопытство сгубило кошку, а человека – жадность, и я не исключение.

– Э-э… здравствуйте, – выдавила я.

Вианну и того парня, который заскочил ко мне, я опознала. Остальные слились для меня в одно пятно. И все смотрели на меня! Дезмонд сказал, что сотрудников мало, у нас с ним явно были разные понятия о нужном количестве.

– Я… кхм. Я приняла приглашение совета попечителей возглавить заповедник и рассчитываю оправдать их доверие. У меня достаточно опыта, – уверенно продолжала я, – в соответствующей области. Я работала в приюте для бездомных животных, и в мои обязанности входили лечение, социализация и пристройство. Это сложнее, чем наблюдать, но, к счастью, вы не знаете, что такое бездомные животные и как они оказываются на улице… хорошо бы, вы не узнали об этом никогда. Тот, кто узнал предательство, с трудом начинает верить людям, а иногда не начинает совсем.

Все молчали. Меня несло. Я говорила вообще не то, что должна была, но – господи, сколько людей, и только бы они не начали задавать мне вопросы!

– Я умею быть терпеливой, внимательной и заботливой. Я люблю животных и принимаю их боль к сердцу намного ближе, чем человеческую. Мне кажется, что если кто-то создал наши миры… то животных он дал нам для того, чтобы мы научились любить. Людей любить легче, они умеют хитрить. Животные готовы отдать тебе все, если ты докажешь им свою любовь…

Мне бы прикусить язык, но это все от страха. Я никогда не выступала перед таким количеством народа, каждый из которых еще и смотрел мне в рот, ну, в то место, где он у меня условно был под моей новомодной масочкой.

– Я знаю многое из того, что пригодится мне в заповеднике. Многого не знаю и надеюсь, что каждый из вас поможет мне. Со своей стороны могу заверить вас, что в любое время дня и ночи вы можете прийти ко мне с абсолютно любым вопросом, и я не отвечу на него только в одном-единственном случае: если меня съедят…

По толпе пронесся добродушный смешок. Я решила, что пора сворачиваться.

– Меня зовут Виктория, и с сегодняшнего дня я – администратор заповедника. Я здесь для того, чтобы животные чувствовали себя здесь как дома, а вы – как на работе, на которую хочется приходить каждое утро.

На этом слова у меня закончились. Голова кружилась, руки были влажными и холодными, ноги и вовсе тряслись. Еще даже не успев сообразить, что выдала, я перевела дух – кислорода резко стало не хватать. Если у меня что-то спросят, я в первый раз в жизни в обморок упаду, вот честно! Но тут собравшиеся разразились дружными хлопками. Я покосилась на Дезмонда – он одобрительно мне улыбнулся, а я подумала – жаль, что я в том мире не писала предвыборные речи. Хорошо же вышло, черт возьми!

Вопросов не последовало. И слава местным богам или кто тут у них водится… На счастье, знакомить меня с каждым в отдельности никто не стал. Наверное, у людей просто было много работы, да и смысл что-то требовать или обсуждать с совершенно новым человеком. Вот через недельку-другую, когда все друг к другу притрутся, тогда, я чувствовала, ко мне нагрянут.

Все громкие обещание Дезмонда о собрании в итоге вылились в то, что коллектив на меня просто посмотрел, а я посмотрела на него, ну и отлично. Работники быстро начали расходиться, кто в одиночку, а кто компаниями, а мы направились к гаражам. К длинному ряду ангаров в стороне от входа в заповедник, сами здания находились как бы внутри, а выход из них, точнее, выезд, судя по всему, был снаружи.

К гаражам вела выложенная булыжником дорожка, по краям которой росли яркие красные и желтые мелкие цветы. Красиво, и я даже не захотела уезжать ни на секунду. Ночью тут наверняка появляется какая-нибудь новая живность, и вот бы на нее посмотреть. Но это я успею, а вот документы должны быть в порядке, тем более если дело касается королевского двора. И я уверенной поступью вошла в гараж, чтобы тут же застыть в изумлении.

– Вот это да, – вырвалось у меня.

– Это аэроника, – пояснил Дезмонд. – Летает на магически заряженных антимагнитах. То есть: она как бы отталкивается от земли. Управлять ей очень просто, но если вы вдруг захотите, учтите, что двигаться она может только по специальным дорогам.

– Почему? – я спросила явную глупость, потому что Дезмонд усмехнулся, но охотно объяснил:

– Потому что антимагнитам нужно что-то, от чего они… отталкиваются, скажем так. Попробуете полететь не по дороге – от силы минута движения, и перевернетесь.

Ну, кивнула я, логично. На машине тоже ездить не следует как попало.

Внутри аэроника мало чем отличалась от привычного мне такси. Почти такая же панель управления, только руль полубаранкой, а не круглый, и кресла более глубокие, удобные такие, а еще ноги вытянуть можно было легко. С водительской стороны педалей не было. Дезмонд просто нажал кнопку, аэроника негромко загудела, загорелись значки на панели. Никакого ворчания двигателя, только легкое ощущение в желудке, как будто я на американских горках.

Потом мы плавно оторвались от земли и развернулись в пространстве гаража. Тут же открылись ворота – просто металлические жалюзи поехали вверх, и мы плавно вылетели наружу, оказались на забетонированной узкой дорожке. Дезмонд щелкнул другой кнопкой, засветилась ровным синим полоса над рулем, аэроника чуть дернулась, наверное, присоединилась к дороге или что-то вроде того. А в следующий миг мы с невероятной скоростью понеслись вперед.

Ух! Первым делом я вдруг вспомнила, что не пристегнулась, и автоматически зашарила вокруг сидения руками. Но и Дезмонд был не пристегнут. Сбоку мелькал зеленый лес, наверное, заповедник, но у меня все внимание было сосредоточено на том, что я буду делать, если вдруг что! Караул! Я не подозревала, как мы вообще доберемся до места в целости и сохранности. На такой скорости нормальный человек не может столько времени сохранять концентрацию! Но Дезмонд даже не особо и напрягался.

– Виктория? Все хорошо? – он и вовсе повернулся ко мне, и я с трудом удержала себя, чтобы не схватить Дезмонда за голову и не повернуть ее в сторону дороги, главное, чтобы не до щелчка.

– На дорогу смотрите! – я постаралась, чтобы голос не дрожал, но вышло плохо.

– Все контролирует автомагика. К тому же мы на третьей полосе сверху, для высокоскоростного транспорта. И датчики следят за потоком и предотвращают столкновения. Это очень удобно, потому что все потоки обрабатываются компьютером и не возникает ни пробок, ни аварий.

– А если отключить эту… автомагику? – поинтересовалась я уже чуть более спокойно.

– Можно и отключить, но если у тебя нет лицензии профессионального аэронавта, то вообще лишат права управления, – ответил Дезмонд, – а если случится авария, хотя это практически невозможно, потому что другие аэроники все равно контролирует автомагика, то светит огромный штраф и тюремный срок. Так что не советую, – он нажал на панели несколько клавиш – я только успела понять по дисплею, что он выбрал маршрут, и сразу аэроника сбросила скорость. – Видите? На въезде в столицу большое скопление транспорта, и наша аэроника сама подстроится и не поедет быстрее, чтобы мы не создавали пробки.

Супер, мрачно подумала я. А если мне вдруг надо будет срочно? Но приставать с расспросами пока не стала. Раз мы поехали – полетели? – медленнее, я могла рассмотреть окрестности.