Краски и пепел

Вот спишь тут – приходят, будят…

Какой-то странный мужик.

Лицо вспоминаю смутно.

В затылке чугун гудит.

Пожалуйста, не орите.

Не слышите, что сказал?!

Чего от меня хотите?

Какой вам открыть портал?

Пить меньше, товарищ, надо

Или побольше есть.

Пришелец зовет себя магом,

Сулит мне ужасную месть.

Фигуры какие-то чертит,

Бормочет белиберду:

«Она мне за все ответит…»

Зевая, на кухню бреду.

Пожалуйста, успокойтесь.

Присядьте на стул – сюда.

Держите стакан, не бойтесь –

Не яд там, просто вода.

В картины мои тычет пальцем.

«Не тронь! Кому говорю?»

Вопит: «По какому праву

Ты землю рисуешь мою?»

И снова про замок, про ведьму,

Про магию и про кольцо.

«Достал! Задери тебя черти!

Кажись, ты, приятель, того».

Стучу по виску себя пальцем,

А он снова что-то бубнит

И, делая странные пассы,

В картины мои глядит.

«Мой сын, невестка и внуки –

Отродья! Предатели! Смрад!

Устрою вам вечные муки,

Как только вернусь назад!»

Ехидство прячу во взгляде.

«Ты зря стараешься, Враг, –

Твоя всемогущая магия

Не действует здесь никак».

Вцепиться пытается в горло:

«Верни меня живо назад!»

Бью в челюсть с размаха больно.

Вот так с тобой нужно, гад.

Ему говорю: «Уходите.

Такси, может, вызвать вам?»

А он раздраженно: «Сгиньте!

И дом, и семья моя – там.

Вы все меня обхитрили.

Обманом загнали сюда

И думаете, победили…

Тому не бывать никогда!»

Стоит у холста, как у двери:

Пытается тщетно открыть.

В успех я особо не верю,

Но всякое может быть.

Хватаю его за шкирку:

«Довольно – на выход изволь.

И так наслаждались с избытком

Сегодня моей добротой».

Он сыпал такими словами,

Что лоб мой огнем запылал.

От чистого сердца, признаюсь,

Под зад пинка ему дал.

Пришлось повозиться немного,

Пока не отправил за дверь.

Он долго шумел у порога,

Скулил, как побитый зверь.

Потом врачи прикатили,

Сказали: «Наш пациент».

За спину руки скрутили,

Так ловко – в один момент.

А сам становлюсь у мольберта,

Как на боевом посту.

Кисть пляшет в руках: «Живите…

Я с вами… Я помогу…»

Письмо обнаружил под дверью:

На выставку снова зовут.

Готовлю на завтрак пельмени,

Во двор отстраненно смотрю.

На улице синее небо,

Деревья в зеленой листве,

И носятся малые дети,

Как мысли в моей голове.

Есть деньги теперь. Мне платят.

И даже суют аванс.

И критики очень хвалят,

Полотна уходят на раз.

Завидуют – много, мол, чести –

Коллеги по ремеслу.

Достали борщ и соседка,

Терпеть их уже не могу.

Наладилась жизнь как будто.

И кажется, все путем…

Вот только вдруг стало пусто

На жизни холсте моем.

Но есть еще кисть и краски,

И образ творит рука.

Та, что пришла из сказки,

Глядит на меня с полотна.

Светла, стройна и воздушна

Сидит на скамье она.

Химера в изящной люльке

Баюкает малыша.

В изножье Сон с ситаром

На струнах ищет мотив,

И мелкими хлопьями пепел

Кружится вокруг них.

Вросли снова в небо шпили,

Меж ними грифоны парят.

И робко под слоем пыли

Цвести начинает сад.

Шесть юношей громко смеются,

Макет корабля творя.

Под сажей обвисли и рвутся

Прозрачные паруса.

Я думаю: «А что, если?..»

Вдруг в краску макаю кисть –

И неба сгоревший пепел

Меняю на звездную высь…

Смотрю в небеса без пыли,

В сплетениях звездных дуг…

Шепчу: «Спасибо, Художник.

Спасибо, мой добрый друг».