Истинная на его голову

Глава 15

Бар… Какой же это бар?! Это вообще не пойми что! Начну по порядку: тусклая неоновая вывеска сама лаконичность "Койот", на русском прошу заметить; два амбала у больших дверей из темно-синего стекла, что ли; два этажа из тёмных плит с матово-черными большими окнами; небольшие ступеньки под мрамор; блестящие и холодные перила.

Первое моё впечатление было-мы не туда приехали. Я отчётливо помню его гроб на колёсах, стоящий около мусорных баков. А тут даже небольшая парковка была.

— Ты куда меня привёз?! — разнервничалась я, не решаясь двинуться на сидении. — Что это за место?!

— Это мой бар. — Адам пожал плечами. — А, я понял. — рассмеявшись он поспешил объяснить, — Прошлый раз я выводил, точнее выносил тебя через чёрный вход. С другой стороны.

— Не верю, что это одно и то же строение. — сомнения все ещё одолевали.

— И за что ты мне упала, а? Где же я так накосячил… — вздохнув, мужчина вновь тронулся с места. — Заедем с другой стороны, мисс мнительность. Пока я объеду, ты думай, что делать с твоей пленницей.

— А, что с ней делать? Ты и решай.

— Ты здорова? — рыкнул он. — То не убивай её, теперь убивай. Магнитные бури?

— Я не говорила убивать её… Я… Я не знаю, что с ней делать. — призналась я, тяжело вздохнув.

Тогда было как-то проще. Я чувствовала, что должна сохранить девушке жизнь. Я хотела этого и была уверена, что поступаю правильно. А сейчас… Я понятия не имела, что с ней делать. Всегда же её связанной держать не станешь… А развязать, так она обязательно меня придушить попытается или ещё чего. Запереть где-то? Опять же, это не ко мне вопрос. Мне самой, кроме как к Адаму податься некуда.

В какой-то степени я уже пожалела, что мы привезли её в бар Адама. Разумнее было бы её где-то высадить, что ли…

— Давай сотню, я уеду на такси! — выплюнула Эмма, напряженно прислушивающаяся к нашему разговору.

— Держи карман шире. — ухмыльнулся Адам, паркуясь у уже знакомых мусорных баков. — Возможно, ты все таки будешь полезна. — он переключился на меня. — И? Теперь ты довольна?

— Да! Это определённо та дыра! — расплывшись в широкой улыбке, я протянула ручку, распахивая дверь. — И запахи соответствующие.

Поржавевшие двери были не заперты. Адам легко распахнул их, втащив следом за собой слабо протестующую Эмму. Я вошла следом, оглядывая коридор. Да, тут я была. Поверить не могу, что это один и тот же бар… Бар? Это на ночной клуб больше похоже, если с главного входа смотреть.

Проплывающие ароматы чего-то мясного и несомненно вкусного заставили меня сглотнуть слюнки. Мы перекусили снеками, чипсами и миндалем в шоколаде, но эти запахи…

Желудок предательски сжался.

Поднявшись по широкой лестнице на второй этаж мы оказались в полумраке длинного коридора. Адам вновь отворил какую-то дверь и вошёл в комнату. Я поражалась безопасности этого здания или его самоуверенному владельцу. Все двери не заперты: заходи кто хочешь, бери, что хочешь…

Когда я вошла в комнату, Адам уже включил настенные светильники. Эта комната немногим отличалась от комнаты Адама, за исключением того, что в его комнате стояла одна огромная кровать, а тут две поменьше.

— Дамы, — мужчина наигранно поклонился, — Я вынужден откланяться. Есть, знаете ли хочется, да и телефон найти следует.

— А мы?! — возмутилась я. — Нас, давай, тоже корми по-человечески.

— Это и подразумевалось.

Когда за этим шутом гороховым захлопнулась дверь, я настороженно покосилась на замершую в напряжении Эмму и устало рухнула на одну из кроватей. Признаться, было чуть-чуть страшновато. Я все ждала, что вот-вот она на меня наброситься, но она не стала этого делать.

Присев на краюшек другой кровати, она пыталась размять связанные руки и избегала встречаться со мной взглядом. Наблюдая за её манипуляциями, я поймала себя на мысли, что она помогла мне с той фиксирующей железякой. Пусть не освободила, но сделала заточение моих рук в ней более терпимым. А я… А я очкую! Да, мне страшно, и мне не стыдно это признать. Драться я не умею, обороняться тоже, оружие… Да нет у меня и оружия никакого. Даже если бы было, чтобы я с ним сделала? Ни с одним из всевозможных видов оружия я обращаться не умела… Разве что, швырнуть просто…

— Может поможешь? — буркнула она.

— Нет. — честно заявила я.

— Боишься? — превосходство на миг мелькнуло в её взгляде устремленном на меня. Я перекатилась на кровати, свесив ногу и стоически встретила этот взгляд.

— Да. Есть немного.

— А твой бойфренд не внушает тебе уверенности?

— Мой бойфренд? Адам, что ли? — я рассмеялась. — Он не мой парень. Я его второй раз в жизни вижу.

— Надолго ли… — закатив глаза, она тоже повалилась на кровать, прикрыв их. — Все к этому идёт, да? Шуточки, взгляды, ухмылки…

— Что? Адам? — мой смех стал громче. — Не выдумывай.

— Конечно… — ухмыльнулась она не открывая глаз.

Я призадумалась. Неужели мы и вправду производим такое впечатление? Или это какой-то трюк Эммы, чтобы втереться в доверие, заговорить мне зубы, забить баки? Адам…

— Так, конечно же, ничего не готово! — покачал головой вошедший Адам, окинув нас осуждающим взглядом. — Девоньки, давайте, стол организуйте хоть.

Оставив три посудины с чем-то ароматным и мясным на одной из тумбочек, он вышел обратно. Пришлось подниматься с кровати и двигать тумбочки, чтобы оформить подобие стола, за неимением оригинала.

Желудок Эммы заурчал, когда Адам внёс целый таз картошки фри. Все пространство импровизированного стола уже было заставлено различной едой, в частности закусками и у меня у самой, глядя на это изобилие, слюнки текли. Но я стоически дожидалась последней ходки Адама за провизией, чтобы самой не уплетать все.

Немного поспорив, мы пришли к выводу, что Эмму стоит развязать, а на ночь Адам что-то придумает. Сама девушка выглядела равнодушной и отстранённой.

— Всем приятного аппетита. — пробормотала я, набрасываясь на все сразу.

— Взаимно.

— Эмма… — некультурно, с набитым ртом, обратилась я к девушке. — Кушай, пожалуйста, твой желудок орёт благим матом, мои ушки страдают.

Она не шелохнулась даже. Просто продолжала сидеть с отстранённым взглядом и растирала запястья.

А я, что? А я сама есть хочу! Не буду же я, в конце концов, её насильно кормить. Её проблемы…

— Вина? — Адам вытащил пробку из бутылки и вопросительно взглянул на меня.

Я кивнула. Бокалов тоже не было. Он мне плеснул немного в стакан из-под колы, который я быстро осушила, а сам он пил из горла. Не понимаю зачем кивала. Не помню, чтобы я любила вино, как и любое другое спиртное.

— Телефон принёс? — опомнилась я, разделавшись с третьим крылом и вытирая руки влажным полотенцем.

— Принёс. Позже. — отпив вина, мужчина продолжил поглощать еду в немеренных количествах. Наверное именно это послужило толчком к тому, что Эмма, посопев, присоединилась к позднему ужину.

Я лишь тихонько хмыкнула.

— Мне тоже вина налей! — обратилась к Адаму девушка, залпом осушив колу.

— Что же вы наглые такие, девки? — возмутившись, он все таки плеснул ей немного прозрачной жидкости в протянутый стакан.

— Моя бы мама сказала: "Девки на базаре семечками торгуют…". Хреново, что один из ваших её убил, да?

Я поежилась. Стало как-то неудобно и некомфортно от этого заявления. Адама же эта информация нисколько не тронула. Обглодав последнее крыло, он абсолютно спокойно и уверено сказал:

— Хреново. Но это не я и не Клэри. Эта ненормальная, вон вообще, тебя требовала освободить и не убивать. Нам эта информация ни к чему. Если бы наша жизнь была чудесной, вряд ли бы мы собрались под одной крышей когда-либо.

— Почему же? — ухмыльнулась Эмма. — Вы вполне могли бы попасть к чистильщикам в лабораторию. Там тоже крыша… Ты говоришь так, потому что ты Зверь. Ваши стаи, суки, пометы — вы животные. У вас нет понятий семья, любовь и т. д.

— Ага! — согласился он, опасно прищурившись. — А у чистильщиков нет ни достоинства, ни чести, ни совести. Тем не менее ты ещё жива. Ты просто ещё настоящих Зверей не видела. Не видела Волков, от того такая смелая в заявлениях. С кем вы работаете, тот расходный материал — это щенки, Вольные или шавки по-вашему, или вон, — кивок на меня, — Малолетки. Ты хоть раз Волка настоящего видела? Чувствовала дыхание и мощь Зверя рядом? А его угнетающую силу? Хорошо быть смелой, глядя на измученных оборотней в клетках и медицинских боксах…

— Да ты…

— От куда ты столько знаешь? — вмешалась я, махнув на раскрасневшуюся Эмму рукой. — Ты, что там был?

— Нет. Там погибли мои родители. Они тоже были Вольными, не привязанными к обороту и законам иерархии стай. Я их нашёл, но было уже поздно. Жива была только мать, и та успела рассказать очень многое, пока я пытался найти Альфу, чтобы спасти жизнь хотя бы матери. Не нашёл, как понимаешь. Она умерла. Конец истории… — хрустнув листьями салата, он смолк и потянулся за вином.

— Это ложь! Ты бы в жизни не вышел на чистильщиков и наши убежища. — фыркнула Эмма, у которой, кажется, вино отбило напрочь чувство самосохранения.

— А я и не вышел. — отхлебнув отозвался он. — На одном вашем объекте, как чистильщики называли это ранее, произошёл взрыв. Не то чтобы совсем критичный… Но многих посчитали просто бесполезными и не стали заморачиваться с транспортировкой, забрав лишь тех, которые выносливее. Остальных оставили умирать… Волки, знаешь ли воют… Не трудно было догадаться с чем это связано…

— Собаке, собачья…

— Заткнись! — прорычала я, ощутив слабую вибрацию в груди. — Что же ты сама, как собака злая?! Фу, блин!!! Мерзкая девка! И сдалась ты мне, уже сама не понимаю, что мне с того, что ты все ещё дышишь….

— О, это хороший вопрос! — воодушевился Адам, которого слова Эммы, казалось, совершенно не задели. — Видишь ли, чистильщики могут забрать её у нас в качестве бартера…

— Бартера? — я растерялась.

— Да, забыл упомянуть, у них осталась моя младшая сестра. Вполне возможно, что они согласятся на обмен, побоявшись, что она нам разболтает много лишнего.

— Я ничего не скажу.

— Да и не надо. Если мне удастся все провернуть, поверь, они сами же от тебя и избавятся. Проверенно.

— Кошмар какой-то… Это же кошмар какой-то… Зачем это все вообще нужно? Можно же как-то изучать оборотней, не издеваясь и не убивая. Разве нет?

— Это не ко мне вопросы.

— Эмма, ты совсем умом тронулась… Что ты вообще с ними делаешь?! Зачем тебе это?! Они же звери, самые настоящие!!!

— А вы нет?!

Ещё минут десять мы посидели в тишине. Аппетит пропал у всех. Адам допивал вино. Эмма рассматривала ногти и молчала. А я вообще, как оглушенная, глупо хлопала глазами, пытаясь хоть что-то переварить.

Как в нашем мире, в нашем веке, могут происходить такие зверства? Ладно оборотни, допустим, это же должно как-то наукой объясняться. Ну, а люди? Люди, как дошли до такого зверства? И главное зачем? Что им нужно?

— Телефон. — вывел меня из размышлений голос Адама. — Я так понимаю ужин окончен. — поднявшись он принялся убирать полупустые тарелки, нагромождая их друг на друга.

У меня же была задача тяжелее…

Я третий час болтала с сестрой по телефону, уже изрядно сонными глазами лупая по сторонам. Адам уехал снимать деньги, которая скинула Вика на его карту, игнорируя его протесты и заверения в том, что он может себе позволить купить мне одежду и телефон. Я несказанно была рада тому, что Вика настояла на своём. Быть должной Адаму ещё больше не хотелось. Перед отъездом он внёс в ванну кресло и, связав Эмму, запер её в ванной, предварительно проверив окно. За все время моего телефонного разговора она ни разу не взбунтовалась.

Итан должен был уже вылететь в Вашингтон с моими документами и багажом, собранным сестрой, как и деньгами. Так что я предвкушала скорую встречу и возвращение домой к дочери, где бы она не находилась. Плевать, хоть захолустье, хоть край географии, лишь бы с ней рядом.

Вика мне многое рассказала. О Волках, обычаях, традициях, законах, особенностях, парах и т. д. Но это оказалась бесконечная тема. Сколько бы информации я не получала, у меня все равно находились все новые и новые вопросы, а у Вики ответы. Лишь на один вопрос у неё не было внятного ответа: чего вообще добиваются чистильщики. Они, оказывается, уже существуют очень давно. Неужели за это время они так и не добились желаемого? Что это вообще за желаемое, требующее столько времени и жертв?! Вариантов, конечно, была масса, но насколько правдиво хоть один из них не знал никто.

— Как ты вообще?

— Я хочу спать, если честно. — поморщившись призналась я. — Ещё меня не вдохновляет следующее полнолуние. Осознание, что я где-то буду бегать на четырёх костях ещё толком не пришло. Но я в порядке, насколько это возможно. Очень скучаю по Кире, по тебе, по Тёмке… Домой хочется после всех приключений, как никогда в жизни, наверное.

— Ладно, — вздохнув, сестра обижено просопела, — Ты только не пропадай больше, пожалуйста. Мы тоже по тебе очень скучаем, особенно я и Кира. — она замолчала на пару секунд, в которые я чуть не отрубилась. — И это… С днём рождения, сестренка. Это так, аванс. Праздник я тебе завтра устрою на славу. Завтра ты будешь дома. Завтра все будет хорошо… — говорила она все это скорее всего для себя. Я уже вяло осознавала происходящее, как и смысл её слов.

— Спасибо! — глупая улыбка наползла на лицо.

— Ладно спи. Голос уже вареный. А я с твоим Адамом еще пообщаюсь. — она нарочно исковеркала его имя на библейскую версию, тихонько хохотнув.

— Не моим…

Дальнейшие события как-то смазались. Как и кто отключился, который был час, как я уснула. Просто провал. Мягкий, безмятежный и глубокий сон поглотил меня полностью.

Сергей застыл в напряжении, едва заслышав, что трёхчасовой телефонный разговор идёт к завершению. Даже то, что он находился в соседней комнате гостиничного номера не лишало его чувствительного слуха, чтобы слышать, как нервничает его пара и каждое слово разговора. Признаться, он сам чуть не задремал пока подслушивал.

— Ты как? — кашлянув и прочистив горло, спросил он, не спеша подходить к злой Волчице.

— Как? Как я? Сергей… — рыкнув, девушка развернулась и ушла в другую комнату, от куда он только что пришёл.

"Мини-бар!" — догадался он.

Так и оказалось. Вика вернулась с бутылкой хорошо охлажденного красного вина, не прилагая особых усилий сломала горлышко у бутылки пополам и отпила, шумно выдохнув. Ей это сейчас требовалось.

— Итак, — взглянув на наручные часы старой коллекции Gucci, она наморщила свой милый носик, — У нас есть восемь часов, чтобы устроить моей сестре праздник. Часов десять до того, как Итан её привезет в Россию. Подготовка праздника, нарядить Киру, проследить, чтобы Итан не посмел свои зубки запустить в шею моей сестры, но с этим Кирилл справится. На все про все… восемь, десять часов! И ровно столько же, чтобы найти Артема и проверить моих других сестер… — она отпила ещё раз, немного сбавив обороты. — Пропеллера в зад для ускорения нет случайно в запасе?

Сергей угрюмо покачал головой.

Они распределили силы, оставив на этот раз пятерых оборотней охранять женщин. Двое улетели пару часов назад с Итаном. Десять были с ними. Остальные остались в старом особняке охранять и его, в запасе, учитывая недавнее вторжение это казалось уместным.

— Ты решила, что будешь делать? — Сергей напрягся. С момента, как Вике позвонили из Суворовского, перепугав до дрожи, статьей и чуть ли не трибуналом, сообщая, что её брат вторые сутки не возвращается с увала, прошло часов восемь. Все, что они сделали это про шерстили возможные места его нахождения, по мнению сестры, и перебрались ближе к цивилизации.

— Я боюсь! — обосновано отозвалась Волчица. — Если этот хер Майор прав, если теперь Артему можно крест поставить на любой военной или офицерской карьере? Я могу вмешаться, применить флер. — Сергей ревниво засопел. Хоть это и не единожды выручало все три стаи и его самого, флер истинной пары, действующий, как гипнотический афродизиак на других мужчин, ему никак не нравился. — Но это с тем учётом, что он, в самом деле, где-то загулял! Выпил, спит, уехал к какому-нибудь другу… Я не знаю… А если нет? Если его следует объявить в розыск? Если его забрали…

— Тише… Тише… — спохватился мужчина, прижав к себе хрупкую на первый взгляд девушку. — Зачем он чистильщикам? Клара у них взяла какую-то вакцину… А он? Он не покидал без тебя стен училища, Вика… Но это не значит, что ему не нужна помощь…

— Сергей… — всхлипнула натурально девушка, отшвырнув от себя бутылку и зарываясь в родные объятия. — Я не хочу, понимаешь… Я не хочу, чтобы его искала стая. Моя, твоя, не имеет значения. Пока я не встретилась с оборотнями, ген спал и я жила нормальной жизнью… Я не хочу… Мой брат, он… Ему это ненужно… Со мной так получилось… С Кларой уже бесполезно вмешиваться и носиться в поисках ответов… Но он… Пусть хоть он проживет нормальную человеческую жизнь за нас двоих, Сергей… Я не хочу…

— Ну всё! — тон мужчины стал стальным. Поцеловав её нежно в губы и стерев дорожки слез со щёк, он чуть смягчился, — Родная, у нас мало времени. Если ты хочешь успеть разобраться со всем к прилету Клары, стоит поторопиться. А потом мы и напьемся, и я с удовольствием послушаю твоё негодование. Ты же помнишь, связь истинных, я чувствую то же, что и ты. Не изводи себя, родная. Мы должны сейчас быть сильными и собранными. Слабость оставим на потом…

— Я тебя так люблю…

— И я тебя, невозможная моя девочка…